Уши, лапы и хвосты.

Когда Питер просыпается, то некоторое время не может понять, где он находится. Постель слишком большая и удобная, белье пахнет свежестью кондиционера, за стеной никто не ругается. Но стоит открыть глаза, как память возвращается, а на лице расцветает улыбка. В основном из-за вчерашних событий. Питер с наслаждением потягивается, представляя, как они с Тони проведут этот день. Кроме совместных приемов пищи и просмотров фильмов на ум ничего не приходит, Питер понимает, как сопливо это будет. Но ему банально хочется именно так. Но Питер ловит разочарование, как только покидает свою комнату и выходит на кухню. Он не рассчитывал — но мечтал в глубине души, — что мужчина встретит его на кухне с каким-нибудь супервкусным завтраком. Боже, вот что за сопли ему лезут в голову? Но встречает его только Барри, который бежит к нему, как только видит Питера. На кухне он видит записку рядом с чайником, где аккуратным, почти печатным почерком написано послание от Тони. «Ушел по делам. Не теряй». Питер крутит записку в руках, прислушиваясь к своим ощущениям. Нет, конечно, Тони не бросил его, все-таки у такого человека, как он, работы должно быть очень много. Но в сердце все равно растекается темное пятно обиды. Не на мужчину, скорее на обстоятельства. В холодильнике он находит пакет с рогаликами и мягкий сыр, чуть повоевав с кофемашиной, делает себе крепкий ароматный напиток. День проходит за просмотром фильмов на старкбуке и полном бездельничестве. Барри, как самый преданный друг, составляет ему компанию. Крутя в руках телефон, Питер раздумывает: написать Тони сообщение или нет? Спросить, когда мужчина вернется? Или банально написать, что уже скучает? Он мог бы так сделать, но отвлекать мужчину не хочется. Спасибо, Господи, за остатки разума. Питера посещает мысль выйти из башни на прогулку с Барри или в ближайший магазин, может, съездить в приют, проверить, как там Мишель. Однако он подозревает, что Тони такое не понравится, его сюда вообще-то привезли именно для отдыха и ничегонеделания. К тому же он не уверен, что сможет выйти, а потом беспрепятственно войти обратно. Единственное, чем он может себя занять, помимо просмотра фильмов, — это исследовать его временное новое пристанище. А еще ему хотелось снова подняться на этаж Тони и выйти на смотровую площадку. Подумав, что ничего такого не случится, если он так и сделает, Питер идет к лифту, захватив свою куртку. Оказавшись на верхнем этаже, Питер замирает, словно он вор. Ему приходится напомнить себе, что ничего плохого он не делает. И что Тони прямым текстом не говорил, что ему сюда нельзя. Хотя он и не говорил ходить где вздумается. Одна из панелей окна приоткрыта, отчего в помещении ощутимо холоднее, чем этажом ниже, приходится надеть куртку. На стойке бара Питер замечает стакан, вероятно, Тони пил, когда они вечером расстались. Питер, кстати, был немного расстроен, когда Тони не позвал его к себе, но понимал, что так даже лучше. Он пока не готов, хотя заснуть в объятиях мужчины было бы самым лучшим завершением дня. Но вряд ли Тони захотел бы просто обнимашек. Приложив некоторые усилия, Питер закрывает стеклянную панель, разглядывая хмурый Нью-Йорк. Слева солнце пытается пробиться сквозь рваные серые тучи, но пока безуспешно. Питер уже хочет подняться еще выше, где выход на смотровую площадку, как в голову приходит совершенно безумная мысль — посмотреть спальню Тони. А что? Он все равно уже тут. Посмотрит одним глазком и все. Вероятно, Тони и сам скоро приведет его в собственную комнату. Быстро, пока не передумал, он идет вдоль коридора, который почти такой же, как и ниже, только не делится на еще два ответвления. Он заканчивается еще одной большой залой. Из стены торчат провода, свисая черными змеями почти до пола. Скорее всего они предназначены для телевизора. Дверь здесь только одна, из матового стекла, и у Питера от волнения покалывает кончики пальцев. Мыслей о том, что он делает что-то плохое в голове нет. Дверь не заперта, и Питер попадает в еще одну комнату. Она пустая, только светильники на стенах. Из стен торчат провода для будущей техники, на полу в углу стоят коробки с непонятно чем. Питер идет дальше, пока не заходит за угол и видит еще одну дверь. Она такая же, как на входе сюда, обычное матовое стекло с серебряной ручкой. Комната за ней оказывается ванной. Белая плитка на стенах, черная на полу. Огромный душ с прозрачными стенками кабинки. Просто, но несомненно очень дорого. Парень закрывает дверь и идет дальше, обнаруживая еще одну дверь. Да сколько их?! И это спальня мужчины. Питер не знает, что хочет тут обнаружить, но комната разочаровывает своей простотой. Он не рассчитывал увидеть здесь кровать с балдахином обязательно красным и бархатным, а еще с золотой бахромой и кисточками. Но кровать Тони едва ли отличается от его собственной, правда чуть больше. Хотя Питер и сомневается, что именно эту кровать миллиардер заказал в ближайшем магазине. Подойдя ближе, он замечает, что каркас кровати сделан из темного дерева, а не прессованной стружки, матрас плотный, но удобный. Да, Питер совершенно бессовестно лег на кровать, отмечая, как нежно хлопковые простыни прикасается к его щеке. А еще постель пахнет мужчиной. Еще в комнате есть стенной шкаф, который открыт. Питер может видеть висящие в ряд рубашки разных цветов, несколько валяются на полу. Наверное, Тони раскидал их, собираясь сегодня утром. Не отдавая себе отчета, Питер зарывается лицом в подушку, шумно вдыхая ее запах. Он абсолютно и бесповоротно помешан на Тони Старке. И его даже не пугает осознание этого.

***

На третий день проживания в башне Старка Питер получает за завтраком неожиданный подарок. За прошедшие дни они почти не виделись, хотя каждый вечер Питер ждал Тони на белом диване. После наглого вторжения в комнаты Тони, парень всерьез опасался, что его экскурсия будет известна миллиардеру. Он же окно ему закрыл, как-никак. Но Тони ему ничего не говорит. Только извиняется, что времени нет. Целует в висок, прижав к себе. Питер и не злится. Усталость поселилась на красивом лице мужчины. Тем более Питер не маленький, что с ним нянчиться? Он только тактично намекает, что ему хочется выйти на прогулку. — Скучаешь по своим хвостикам? — с пониманием спрашивает Тони. Питер только кивает. Черт его знает, почему Тони подумал, что ему в приют хочется. Мисс Поттс выглядит чуть лучше Тони. Ну, женщинам доступна косметика все-таки. Хотя и у нее Питер замечает серые, плохо замазанные синяки под глазами. Поэтому, когда, выйдя на кухню, он замечает мужчину у кофемашины, сердце Питера радостно сжимается. Не задумываясь о том, что он делает, просто подходит и обнимает его со спины. Крепко, утыкаясь лбом между лопаток. Старк напрягается, а потом расслабляется и смеется. Он поглаживает предплечье парня, пытаясь успокоить столь внезапный порыв. Питеру так хочется сказать, как он скучал, как ему одиноко в этой башне, даже Барри не особо помогает. Хотя без него еще хуже было бы. Он знает, что Тони сейчас уйдет по делам своей компании, поэтому просто наслаждается минутами, которые у них есть. Наверное, так и выглядит жизнь с миллиардером. Это не яхты и частные самолеты, и не завтраки в любой части Земли по мимолетной прихоти. Это тяжелая работа и отсутствие свободного времени. И Питеру надо научиться жить именно так, вылавливая свободные минутки. — Кофе? — спрашивает Тони. Питер только кивает, все еще утыкаясь ему лбом в спину. Тони откашливается, а потом говорит: — Я тебе кое-что принес. Прежде чем ты начнешь что-то говорить, помни, что это от чистого сердца. Просто так, ни за что. Ну, разве что это извинение за то, что бросил тебя тут одного. — А? Тони изворачивается в руках Питера и протягивает ему белую продолговатую коробку. На плотном картоне серебряное тиснение «Stark Industries». Питер никогда таких коробок не видел, но сразу понимает, что это. — Нет, — говорит он и прячет руки за спиной, лишая Тони возможности впихнуть ее в руки. Потому что сомневается, что, взяв ее в руки, он потом сможет ее отпустить. На лице Старка отражается разочарование. — Пожалуйста, Питер, — просит мужчина. — Он тебе нужен, я же знаю. Питер мотает головой. Ему хватило и того, что старкбук теперь в его полном распоряжении. Тони даже не просит его назад. Новый телефон ему и правда нужен, тут не поспоришь. У старого уже стекло отстает из-за трещин. Только вопрос времени, когда экран окончательно погаснет. На новый денег нет, хотя можно купить самый обычный, «бабушкин», черно-белый с большими кнопками. Он дешевый и звонит. И, конечно же, старкфон с ним и рядом не стоит. Питеру хочется такой телефон, очень хочется. — Он слишком дорогой для меня, — говорит Питер. — Ты недооцениваешь себя. Ты стоишь тысячи таких! Питер краснеет. — Спасибо, конечно. Но я о том, что у меня телефоны долго не живут. То из кармана выпадет, когда на прогулку с собаками иду, то на кафель, когда я мою собак. И до этого у меня дешевый был, потому что жалко что-то стоящее покупать. «И дорого», — но это Питер не говорит. — Тогда все в порядке, — улыбается Тони. — Открой. Питер все же совершает ошибку — берет коробку в руки. Она шероховатая, приятно тяжелая. Питер снимает верхнюю крышку, достает старкфон. Он в металлическом корпусе, который холодит руки. — А теперь кинь его на пол. — Что? — у Питера глаза округлились. Это какая-то проверка? Или бери или разбей? — Давай, не бойся. — Нет, я не буду этого делать. — Питер, ну смотри, — Тони кидает телефон на пол. Питер слышит, как тот с гулким стуком ударяется о паркет. Он ожидает увидеть трещины на экране. Но когда поднимает аппарат, тот цел. Даже легкой царапинки нет, малейшего скола. — Видишь? Ему ничего не будет. Поэтому он именно для тебя. Скажи, что возьмешь. — Да! Да! — Питер в порыве благодарности обнимает Тони так сильно, что мужчина делает шаг назад, врезаясь спиной в кухонную тумбочку. Смеется, откинув голову назад, смыкая руки в замок у Питера за спиной. Питер на носочки привстает, целует в челюсть, а потом еще и еще. Тони уворачивается, делает вид, что вырваться хочет. За этой возней их застает Пеппер. Питер делает шаг назад от мужчины, щеки заливает стыдливый румянец. — Ты как всегда вовремя, — фыркает Тони. — Извините, что помешала. Но нам пора, Тони. — Даже кофе не выпьешь? — В машине. У нас полчаса. — Увидимся вечером? — тихо спрашивает Тони, наклонившись Питеру к уху, коротко целует в щеку. Питер только кивает. Обидно, конечно. Но тут ничего не поделаешь. Это жизнь Старка, кто он такой, чтобы менять ее распорядок. Пеппер смотрит на него виновато, улыбается приободряюще.

***

Питеру еще трудно привыкнуть к новому телефону. И когда раздается сигнал о полученном сообщении, он не сразу понимает — это ему. Сообщение от банка о переводе денег. Питер сначала не понимает, от кого это, и грешит на Тони. Но тут же приходит сообщение от Мэй, где она объясняет, что деньги от нее. Деньги от Мэй – это то, от чего Питер никак не может позволить себе отказаться. Он просто не проживет в Нью-Йорке на свою зарплату в приюте. Но он ненавидит себя за то, что приходится эти деньги брать. Когда-нибудь, обещает он сам себе, его тетя ни в чем не будет нуждаться. Хочется сделать что-то приятное Тони в ответ. Денег не так много, но Питер полагается на свою фантазию. Поскольку мужчина сегодня опять весь день в делах, Питер собирается съездить в приют, проверить Мишель. Он уже уведомил ее в смс сообщении о своем приезде. И девушка его ждала к обеду. У Питера больше нет проблем с выходом и входом в башню. Его ребра едва напоминают о себе, а синяки приобрели противный желтый цвет. Накинув куртку, Питер вызывает лифт, радостный оттого, что может выйти на улицу. От Старк Тауэр до приюта всего двадцать минут на автобусе, и Питеру не составляет труда добраться. Мишель встречает его с легкой улыбкой. Питер с облегчением замечает, что вещей Мишель в приюте нет. Значит, она вернулась домой. Они берут бутерброды и кофе в местной закусочной, садятся на скамейку в ближайшем парке. Благо погода позволяет. Мишель расспрашивает о его здоровье, о том, как ему живется со Старком. Питер же просто обнимает её в ответ. Девушка напрягается, но потом обнимает в ответ. — Спасибо за тот звонок, — произносит Питер. Мишель только отмахивается. Просто так уехать Питер не может. Он помогает в приюте, где за время его отсутствия появились две новые собачки. Такие милые, что сразу понятно — они тут ненадолго. В итоге Питер не замечает, как за окном начинает постепенно темнеть. Он сверяет часы на своем новом телефоне под молчаливый, но красноречивый взгляд Мишель. Питер понимает: девушка еще спросит про это. Недалеко от башни Питер видел цветочный магазин, еще проходя днем мимо, в его голове поселилась одна шальная идея. И именно сейчас он хочет воплотить ее в жизнь. Из магазина он выходит с большим букетом красных роз. Он вдыхает их аромат, представляя, как в почти пустой гостиной Тони они будут смотреться на фоне темных панелей. Такое яркое пятно на фоне пустых стен. Букет тяжелый, злые цветы колют руки, но Питер улыбается во весь рот. Дарить цветы взрослому мужчине кажется странным. Но он уверен, Тони раньше не дарили ничего подобного. Скорее он сам делал такие жесты. Стоит только дверям лифта разъехаться в стороны, как Питер перестает гадать: дома Тони или нет. Он сразу видит его. Видит их. Пеппер сидит на белом диване. А Тони лежит, положив женщине голову на колени. Пеппер о чем-то говорит негромко, а ее пальцы запущены в вороные волосы мужчины. Картина странная и непонятная. — Питер? — Тони приподнимает голову, чтобы лучше его видеть. Они оба дергаются, словно он застал их за чем-то неприличным. Питер прижимает букет ближе к себе, словно эти цветы могут защитить его от поднимающейся внутри паники. Он даже не может толком решить, о чем думает сейчас. Он просто смотрит на этих двоих, а они смотрят на него. Первым отмирает Тони. — Чего же ты там стоишь? Он садится и вглядывается в цветы. — Кому букет? Питер чувствует себя глупо. И букет дурацкий. — Тебе, — выдавливает из себя Питер. — Мне? — Тони явно удивлен. Сильно удивлен. Питер был бы рад произведенным эффектом, на это он и рассчитывал. Но сейчас он весь сосредоточен на Пеппер, иногда мельком посматривая на Тони. Старк подходит к нему близко и забирает букет, тут же натыкаясь пальцами на шипы. — Ох, — Тони тут же пораненный палец подносит к глазам, рассматривая повреждения. У Питера самого исколоты все пальцы, но сейчас ему почти приятно, что Тони больно. Он не должен этого чувствовать, как и непонятной ревности к мисс Поттс. — Понадобится большая ваза, — предполагает женщина. Она уже встала с дивана, явно намереваясь уйти к себе в комнату. О хранении цветов Питер не подумал. Конечно же, откуда у мужчины в доме ваза? Он уже говорил себе, какой идиотской была эта идея? Тони смотрит вслед Пеппер и, когда та скрывается за углом, делает шаг вперед, к Питеру. Тот, как букет касается его груди, делает шаг назад. Совершенно неосознанно, просто не желая смять цветы. Тони хмурится, расценивая это по-своему. — Мне никогда не дарили цветы, — признается он, разворачиваясь в сторону кухни. — Придется им полежать в раковине, пока я что-нибудь не придумаю. После молчания Питера, спрашивает: — Как прошел твой день? Я был несколько удивлен, когда не нашел тебя дома. Дома. Слова Тони звучат так, словно они живут вместе. То есть так оно и есть, но не то «вместе», которое слышится в его слове «дом». Или же Питер обманывает себя? — Я не хочу показаться грубым, мистер Старк, — начинает Питер, и Тони удивленно смотрит на него. Даже с настороженностью. Питер и сам удивлен, откуда вновь всплыло это «мистер Старк». — Я… — он не знает, как объяснить, как ему не понравилось то, что он увидел. Имеет ли он вообще право? — Вы… Ты, — тут же поправляется он, — и мисс Поттс. На диване. — Питеру хотелось самому себе дать подзатыльник. С каких пор он начал заикаться? — Кажется, я понимаю, о чем ты, — Тони набирает в мойку воды, ставит в нее букет. Даже из холодильника лед достает и высыпает в воду все, что было. — Это выглядело со стороны иначе, чем было. — Твоя голова лежала у нее на коленях. И она гладила твои волосы. Что из этого не являлось тем, что было на самом деле. — Нет, все верно. — Соглашается Тони. — Но в этом ничего нет. Два друга расслабляются после работы. Без какого-либо подтекста. И, — Тони улыбается, — мне нравится, что ты ревнуешь. Абсолютно беспочвенно, но все равно приятно. — Да ну тебя! — бурчит Питер. Мужчина подходит совсем близко, кладет ладонь на плечо, так, что пальцы попадают на местечко между воротом рубашки и волосами. Тони нежно поглаживает кожу, заставляя Питера немного успокоиться. — Пеппер всегда будет в моей жизни. Во всяком случае, я на это надеюсь. Кто еще будет управлять компанией, — Тони издает звук похожий на смешок. — Уж точно не я. Она мой друг и рядом со мной много лет. Ты не должен ревновать к ней. Питер? — М? — Ты понимаешь, о чем я говорю? — Но она лучше меня. И, очевидно, больше тебе подходит. — Тогда почему я выбрал тебя, а не ее? — Питер пожимает плечами. — Потому что только я могу решать, кто для меня лучше. — В голосе Тони сквозит строгость. — Ты удивительный. И я не понимаю, почему ты сам этого не замечаешь. — Скажешь тоже, — Питер немного смущен, но ему приятно слышать это от Тони. — Тебе правда понравились цветы? Или это все же глупо? — Эй, это точно не глупо! Мне они очень понравились. Спасибо. — Он наклоняется и целует Питера в уголок рта. — Ты должен понимать: в моей жизни много людей, которые от меня что-то хотят. Не буду юлить — много женщин. Они всегда будут где-то рядом, готовые вцепиться в меня своими длинными ноготками. Но это никогда ничего не будет значить. Я никогда не буду ни с одной из них, что бы ни писали в желтой прессе. Я говорю тебе это для того, чтобы ты был готов к подобным слухам. Мне не хочется выяснять отношения из-за каждой случайно сделанной фотографии или придуманной истории. — Я понимаю. Прости за это. — Ты не должен просить прощение из-за этого. И я рад, что мы решили этот вопрос. Ты должен верить мне. Это для меня важно. — Я тебе верю. Вероятно, это будет сложнее, чем я думал, но я действительно верю тебе. — Что ж, Питер Паркер, любитель ушей и хвостиков, я рад, что в своем сердце вы нашли место и для меня. Тони обнимает его, укладывая ладони Питеру на лопатки, прижимая к себе так близко, что Паркер чувствует, как бьется чужое сердце. Питер утыкается носом в изгиб шеи Тони и вдыхает так глубоко, как только может.