Дневник Франческо Стоуна

Я теряю дар речи. Неужели…не может быть… Дэвид любит меня? На моем лице расплывается нервная улыбка. Ущепните меня, ущепните, чтобы я точно понял, что это не сон. Я очень боялся что если закрою глаза и открою их снова, то меня будет будить Дэвид. Но я точно знал, что это всё на яву. — Я тоже люблю тебя… — шепчу я и впиваюсь в грудь Дэвида, сдерживая слёзы радости. Он гладит меня по спине. Это моё лучшее рождество, за всю жизнь. — Нам пора, мне завтра надо слетать в Бремертон.— говорит Дэвид. Прощаемся, и Мэри дружески меня обнимает. — Мы думали, он никогда никого не найдет свою половинку! — вырывается у неё. Я краснею, а Дэвид вновь закатывает глаза. Поджимаю губы. Почему это ему можно, а мне нет? Хочу тоже округлить глаза, но не осмеливаюсь, вспомнив его угрозу. — Франческо, милый, береги себя, — ласково говорит Леонора. Тут я вспоминаю о своей маме… Надо будет ей обязательно позвонить, когда приеду домой, и поздравить с рождеством. Дэвид, смущённый или раздосадованный заботливым вниманием, которое оказывают мне оставшиеся члены его семейства, хватает меня за руку и притягивает к себе. — Вы его напугаете или избалуете своими нежностями. — ворчит он. — Дэвид, перестань дурачиться, — снисходительно выговаривает ему Леонора, её глаза светятся любовью к сыну. Дэвид наклоняется и сдержанно её целует. — Мама…— говорит он, его голос скрывает какое-то чувство, может, благоговение? Когда прощание закончено, Дэвид ведёт меня к машине, где ждёт Мортимер. Неужели он прождал всё это время? Мортимер открывает мне дверь, и я проскальзываю на заднее сиденье «Ауди». Чувствую, как напряжение понемногу отступает. Ох, ну и денёк! Я вымотан физически и морально. После короткого разговора с Мортимером, Дэвид садится рядом со мной и поворачивается ко мне. — Похоже, моей семье ты тоже понравился. — бормочет он. Моё внутреннее я счастливо. Мортимер заводит мотор и выезжает из круга света на подъездной дорожке в темноту шоссе. Внимательно смотрю на Дэвида, он глядит на меня. В темноте не видно его лица, но он изумленно наклоняет голову. — В чём дело? — Тебя не напрягает то, что я был на ужине с твоей семьей? — Франческо, я рад, что ты познакомился с моими родителями! Откуда в тебе столько неуверенности? Меня это поражает. Ты — сильный, самодостаточный молодой парень, но, похоже, не в ладу с собой. Если бы я не захотел, чтобы ты с ними встретился, тебя бы здесь не было. Так, значит, всё это время ты сомневался? Судя по всему, он говорит искренне и ничего не скрывает. После его слов, о том что он любит меня, я почему то стал ему больше доверять. Кажется, он действительно рад, что я здесь… Я чувствую, как по венам разливается приятное тепло. Дэвид качает головой и берёт мою руку. Я нервно смотрю на Мортимера. — Забудь про Мортимера. Поговори со мной. Я пожимаю плечами. — Да, сомневался. И ещё — я сказал про Ботелл потому, что мистер Волф говорил о Барбадосе. А сам я ещё не знаю, поеду ли туда вообще. — Так ты хочешь повидаться с бабушкой или нет? — Хочу. Дэвид странно смотрит на меня и молчит, как будто борется с самим собой. — А зачем тебе в Бремертон завтра? — По делам, касающиеся с компанией. — Можно мне завтра поехать с тобой? — Э-э-э… Не думаю, что это хорошая идея. — Почему? Я буду тебе там мешать? —…Да… Ибо рабочие дела. Я отворачиваюсь к окну. Машина переезжает через мост. Мы с Дэвидом погружены во тьму, которая скрывает наши мысли и чувства, хотя для этого нам не нужна ночь. Наконец, мы подъезжаем к концу моста, дорогу вновь заливает неоновый свет уличных фонарей, и лицо Дэвида то освещается, то исчезает во тьме. — Я люблю тебя. — снова шепчет он. Моргая, смотрю на него, он отпускает мою ладонь и осторожно тянет меня за подбородок, освобождая закушенную губу. — Я люблю тебя, Франческо…— повторяет он. Он говорит так искренне, что я не выдерживаю. Расстегиваю ремень безопасности и забираюсь на колени к Дэвиду, застав его врасплох. Обнимаю его за голову, крепко целую, и через какую-то долю секунды он отвечает на мой поцелуй. — Останься со мной сегодня, — выдыхаю я. — Если ты уедешь, мы завтра целый день не увидимся. Пожалуйста. — Извини, не могу. Тебе сегодня нужно отдохнуть. Милю или две мы сидим молча. — Тебе надо бы пристегнуться, — неодобрительно шепчет Дэвид в мои волосы, но не пытается снять меня со своих колен. Я с закрытыми глазами прижимаюсь к нему, кладу голову ему на плечо и утыкаюсь носом в шею. Вдыхаю сексуальный аромат его тела, смешанный с пряным мускусным запахом геля для душа. Вскоре меня вырывают из моих мыслей. — Мы приехали к твоему дому. — шепчет Дэвид. Мортимер открывает дверь машины, и я застенчиво благодарю, понимая, что он слышал весь наш разговор, но он лишь невозмутимо улыбается. Я выхожу из машины и зеваю, застегивая молнию на парке. Дэвид тоже выходит и смотрит на меня с самодовольной усмешкой. — Устали, мистер Стоун? — Конечно, мистер Волф. — Смущаюсь под его испытующим взглядом. Дэвид берёт меня за руку и ведёт к подъезду. В лифте я не свожу глаз с него. Сначала я думаю, что он хочет сегодня переночевать у меня, пока родителей нет дома, но затем вспоминаю, что предлагал ему это в машине, а он настаивал на то, чтобы я поспал сегодня один. Я хмурюсь, и взгляд Дэвида сразу темнеет. Он берёт меня за подбородок и высвобождает мою губу из зубов. — Когда-нибудь, Франческо, я трахну тебя в лифте, но сегодня ты устал, так что в другой раз. Дэвид наклоняется ко мне, смыкает зубы вокруг моей нижней губы и осторожно тянет. У меня перехватывает дыхание, ноги подкашиваются, я чувствую, как глубоко внутри стремительно нарастает желание, мой член встает. Я отвечаю Дэвиду— смыкаю зубы на его верхней губе, дразню его, он стонет. Лифт открывается, и Дэвид за руку тащит меня к дверям квартиры. — Доброй ночи, Франческо. — Доброй ночи, Дэвид. Он целует меня в губы и уезжает на лифте вниз. Ох, ну и вечерок выдался. Я прохожу в квартиру, вешаю парку на крючок. Затем иду к холодильнику и достаю баночку Coca-Cola. Обожаю этот напиток. В канун рождества, его часто рекламируют по телевизору. Усевшись на кровати, я позвонил маме, поздравил её, папу и бабушку с рождеством. В кратце рассказал ей, как провёл вечер в доме Волфов. Ей очень хотелось познакомиться с Леонорой. Надеюсь когда нибудь это произойдёт. Очень хочется, чтобы наши с Дэвидом родители дружили. Затем я сделал новые заметки в дневник…пока я писал, то вспомнил про Николь. Почему она за весь вечер не позвонила и даже не написала мне? Сегодня же особенный день, бал студентов, где она собиралась танцевать с Томасом. Хотя бы с рождеством поздравила бы… Я пытаюсь дозвониться до неё, но без толку. Тогда пишу ей в Facebook. «Привет, с рождеством тебя! Как прошёл бал?». Я подождал минут десять, а потом вырубился. Утро после рождества выдалось замечательным. Родителей дома ещё не было. Я думаю они уже к обеду будут тут. Время 10:15. Как же долго и крепко я спал. Уже не помню, что мне снилось. Я завариваю кофе со сливками и сажусь за Facebook. Ни одного сообщения: ни от Дэвида, ни от Николь. Ну, Дэвид точно занят, а вот Николь… Может у неё что то случилось? Я немного занервнчил. Лучше не стоит накручивать себя. Может Николь перепила на балу и дрыхнет. Я же её прекрасно знаю. В голове появилась идея, приготовить подруге сюрприз. Купить ей рождественский подарок и неожиданно появится у нее в квартире. Я съездил в торговый центр и купил мягкого оленёнка, с конфетами toffifee и банкой шоколадной пасты nuteella. Народу было немного, по сравнению с последними днями. Типичное утро, после рождества. Я сажусь в автобус и еду к её двору. Наконец я у подъезда. Машины её родителей не было. Надеюсь Николь не уехала с ними. Не думаю что она упустила бы возможность сходить на бал. Набираю номер её квартиры, но тут неожиданно выходит женщина в пальто. Я пользуюсь моментом и захожу в дом, без набора в домофоне квартиры. Так даже лучше. Лифт не работал, вот чёрт! Придётся идти по лестнице. Пока я поднимаюсь, то замечаю в окне, знакомую машину… Черная «Ауди»… Что?! Не может быть… Это не мог быть Дэвид. Он же уехал в Бремертон… Отгоняю дурные мысли, но всё равно ускоряю шаг по лестнице. Я почти дошёл до нужного этажа, но тут я резко останавливаюсь, одновременно со скрежетом открытой двери на верху. Слышу мужские и женские стоны. — До встречи, Николь. — говорит Дэвид. — До встречи, сладкий. — хихикает Николь. И я слышу, как они снова страстно целуются. Моя рука ослабевает и я не замечаю как роняю подарки. Они упали так тихо, что Дэвид и Николь тоже не расслышали шума. После долгого поцелуя, Дэвид начинает спускаться вниз. Тут я вовремя прихожу в себя и начинаю бежать по лестнице к выходу. Моё сердце, лёгкие рвутся, хочется выплеснуть их наружу. Мне было всё равно на уронившиеся подарки, которые может заметить Дэвид. Я просто бежал как можно скорее вниз, а когда вылетел из дома, то свернул за него. Мне не хотелось поворачиваться назад. Я просто смотрел вперёд и ноги сами несли меня к остановке. Я сдерживал слёзы, не хотелось расплакаться прямо на людях. Как он мог… Почему? Почему он так поступил со мной? Он же буквально вчера сказал, что любит меня… Никогда в жизни у меня не было подобной ситуации. Два человека, которым я так доверял, предали меня. Весь день я просидел в торговом центре, за столиком в Макдональдсе. Я не отвечал на звонки родителей. Даже Николь мне звонила, «вспомнила про друга». Я сидел, закрыв лицо руками, горько рыдая. Николь позвонила ещё раз и я ответил. — Привет Франческо! Прости что не ответила на звонок вчера… С рождеством тебя! — Привет… Спасибо… И тебя… — Что с твоим голосом? Что то случилось? Тебя опять обидел этот богатый мудак? Ох, как же искусно она притворяется. Ей прям премию оскар подавайте! — Нет. Всё в порядке… Как вчерашний бал? — Всё было замечательно! Мы с Томасом хорошо провели время вместе… — Ясно… — перебиваю её я.— Николь, не звони мне больше. И не пиши. Никогда. — Что?! Франческо! Стой! Я бросаю трубку и кидаю «подругу» в ЧС. Тут мне неожиданно звонит Дэвид… Ещё один претендент на чёрный список. Отец наверное уже разыскивает меня на своей патрульной машине по всему Сиэтлу. Мне было на столько больно, что я наплевал на переживания родителей. В глубине души было стыдно, но я не мог иначе… Я собираюсь с мыслями и отвечаю Волфу. — Добрый вечер, Франческо. Приедешь ко мне? Я молчу… В горле образовался комок. — Франческо? — Да… Закажи такси… — Я могу и Мортимера прислать. С тобой всё в порядке? — Да, всё в порядке. Хорошо, зови Мортимера. — А ты где? — Я на своём районе, в торговом центре. — Я понял где это. Я скину смс, как Мортимер будет подъезжать. Дэвид даёт отбой и я ложусь на свои руки. Тут меня кто то дёргает за них. Я поднимаю глаза. Это был охранник. — Парень, ты тут сидишь уже весь день, если никого не ждёшь и ничего не заказываешь, то прошу покинуть помещение. Я молча встаю и спускаюсь вниз. Мне приходит смс от Дэвида: Мортимер с бокового входа. Выходи. Я нахожу машину и сажусь в задний салон. — Добрый вечер, мистер Стоун. — говорит Мортимер. — Да, добрый.— отвечаю тихо. Я включаю музыку в наушниках «N&N- Mani Beats». За весь день, я выплакался как за всю жизнь. Спустя пол часа, я уже был у Дэвида. Время бежало быстро, я перестал замечать моменты детально. Будто бы за пару секунд, я уже оказался внутри дома. Волф встречает меня у порога и крепко прижимает к себе. На нём чёрная футболка и штаны, без носков. Он молча ведёт меня в спальню, а у дверей останавливается. — Я так соскучился по тебе… «Ложь!» кричит моё подсознание. Дэвид целует меня в губы, но я отвечаю робко. — Что то не так? — взял он меня за подбородок. — Нет, всё хорошо. Дэвид улыбается. — Я очень хочу тебя трахнуть в зад, Франческо. У меня слегка кружится голова, словно вся кровь отхлынула от лица. Не отпуская моей руки, Дэвид открывает дверь и ведёт меня к кровати. Он снимает с меня всю одежду. — Перегнись над кроватью. Ладно, это несложно. Я склоняюсь над кроватью. Господи, что я творю? При нём я совсем забываю о том, как он поступил со мной, и становлюсь жертвой его соблазнения, как это было обычно все эти полтора месяца. О чёрт… Подсознание падает без чувств, моё внутреннее я терпит из последних сил. Он смазывает моё очко смазкой и надевает на свой член презерватив. Зачем он резко входит в меня? О чёрт, как больно! Я слышу его хриплое, отрывистое дыхание. Сам же я едва дышу, отчаянно пытаясь найти душевные силы, чтобы выдержать испытание. Его член то входит, то выходит из меня. Слёзы брызжут из глаз, градом катятся по лицу. Я не хочу плакать при нём и злюсь на себя, что не могу сдержаться. Блядь, я же должен злиться на этого ублюдка! Из горла вырывается сдавленное рыдание, и в это мгновение я снова вспоминаю, что ненавижу Дэвида. Волф ускоряет темп, и наконец вытащив член, кончает мне на зад и прижимает меня к себе, задыхающийся и полный сострадания… но я не желаю его знать. Этот секс прошёл так быстро… В первый раз… И в первый раз, этот секс был мерзкий для меня. — Оставь меня… НЕТ! — Я вырываюсь из объятий. — НЕ ПРИКАСАЙСЯ КО МНЕ! — шиплю я, выпрямляясь, с яростью глядя на него и встречая в ответ его изумленный взгляд. — ЭТО ВСЁ, ЧТО ТЫ ХОТЕЛ СДЕЛАТЬ СО МНОЙ?! — рукой я вытираю нос. Дэвид смотрит на меня с тревогой. — СУКИН СЫН! — кричу я и с размаху бью его кулаком по лицу. — Франческо… — потрясенно мямлит он и хватается за своё лицо рукой. — Не смей называть меня Франческо! Сначала разберись со своим дерьмом, Волф! Я всё знаю, знаю что ты спишь с моей лучшей подругой Николь! — Я резко отворачиваюсь от него и выхожу, громко закрыв за собой дверь. В коридоре я хватаюсь за ручку и на миг приваливаюсь к двери. Куда идти? Что делать? Бежать? Остаться? Я вне себя от ярости, по щекам текут жгучие слёзы, и я со злостью вытираю их ладонью. Хочется забиться в угол, свернуться калачиком и забыться. Мне нужно исцелить расшатанную веру. Как я мог быть таким наивным? Я твёрдо направляюсь в другую спальню, сознавая, что Дэвид может пойти следом. В комнате темно. Я неуклюже забираюсь в кровать, запахиваю одеяло, сворачиваюсь калачиком и здесь даю себе волю, громко рыдая в подушку. За окном идет метель… О чём я только думал? Почему позволил ему так с собой поступить? Какое запоздалое прозрение! Теперь я понимаю. И я больше не позволю ему так с собой поступать. Я всхлипываю в подушку. Мне придётся уйти. Он не останется со мной, если я не дам ему того, чего он хочет. Почему, ну почему меня угораздило влюбиться в такого мудака? Почему я не влюбился в Зои? кого угодно! О, этот потерянный взгляд Дэвида, когда я вышел из комнаты! Мне хочется к маме… У нас с Дэвидом ничего не выйдет. От мысли, что я больше никогда не увижу его, я задыхаюсь… Щёлкает дверной замок. Нет! Дэвид кладет что-то на тумбочку, затем кровать прогибается под его весом. — Ш-ш-ш, — шепчет он. Я хочу отодвинуться от него, но лежу как мёртвый, не в силах пошевелиться. — Я принес тебе успокоительное… — произносит Дэвид спустя долгое время. Я медленно оборачиваюсь. — Почему ты так поступил со мной? — Франческо… Прости меня пожалуйста… Но… Я не могу… — Что ты не можешь? — Я не могу без секса с девушкой… Он мне не обходим. Мне очень важно иметь секс с девушкой и парнем. Я не могу побороть свои желания, бушующие гормоны… Прости пожалуйста меня… — Я не могу… Не хочу делить тебя ни с кем… Ты не просто изменил мне… Ты спал с моей любимой и лучшей подругой! — Франческо… Я же люблю тебя… И ты нужен мне. Я отворачиваюсь от Дэвида. — Не нужен… — Нет, нужен. — Не правда, не говори так. — Ты мне очень-очень нужен! — впервые Волф плачет при мне. — Ты будешь нужен мне больше, чем я тебе! Это не честно! Я сажусь на кровать и закрываю лицо руками. — Выйди из комнаты… Пожалуйста… — Франческо… Я не хочу уходить… Все волоски на моём теле становятся дыбом, земля уходит из-под ног, оставляя зияющую пустоту. Чёрт возьми. Плати или играй. На глаза снова набегают слёзы. — Что ж, пожалуй, тогда уйду я. — морщюсь я. — Нет, не уходи, — молит Дэвид в отчаянии. — Оставаться нет смысла. Внезапно на меня наваливается смертельная усталость, и я хочу одного — поскорее уйти. Я встаю с постели. — Мне нужно одеться, и я хочу побыть один. — говорю я без выражения и выхожу, оставив Дэвида в одиночестве…