Йожин из болот

У вас одно входящее сообщение. Сообщение получено в 06.35 от абонентского номера +420 211 596 111: «Привет, Это Иво. Раз я оставляю сообщение, значит ты не взял трубку и, следовательно, мой звонок тебя не разбудил. Потому и извиняться за это не буду. Знаю, что у тебя сегодня выходной и помню про фестиваль вина и родственников в Ораве. Однако мне нужно, чтобы ты сегодня заехал в редакцию. И не делай такой кислой рожи, заедешь ты минут на 15, а по часам будет, будто ты пол дня отработал. Жду, подъезжай в любое время.» Хм - подумал Иван Младек, прослушав сообщение – если Иво хочет, чтоб я заехал в Вестник, значит опять кто-то что-то забыл и захочет на меня повесить. Или ему хочется, чтоб я ему вина привез. Ну посмотрим. – и стал собираться. Интересно, что когда Замок закрыли для туристов и стали использовать по прямому назначению – как главное административное здание Праги, на Златой Улочке можно было снять квартиру, чем и пользовались чиновники. Правда, быстро съезжали, потому что не привыкли к таким клаустрофобическим размерам. Так Иван Младек – журналист и колумнист «Вестника Праги», после интервью с замом главы города по соцстрахованию, смог договориться и переехать жить буквально в следующую квартиру от Франца Кафки. И без того маленькую квартиру заполняли книги, какие-то приборы, неожиданно – патроны со штыками, и полки с самым разными вещами и книгами, посвященными, в том числе, оккультным знаниям. Иван Младек был таким человеком, которого интересовало всё – от рядовых проблем сельского хозяйства до расследования убийства Никсона, с теоремой Ферма, устройством двигателя атомной подводной лодки и античной поэзией где-то посредине. Сам он решил, что у него нет другого выбора, кроме как работать в журналистике. Ведь если где-то ты себя не ограничиваешь ни чем, в чем-то другом ограничения просто необходимы. Так Иван решил не пробовать себя во всех профессиях, а работать там, где можно сталкиваться каждый день с чем-то новым, к тому же «Вестник Правды» - единственное издание, в котором не пытались отправить его в какой-то один отдел и писать там на одну или две определенные темы. Потому и приходилось быть благодарным, иногда работая сверхурочно или бесплатно, но главное – с новым и интересным материалом. Вот и сейчас, не совсем разбираясь в винах и их сортах (все же в Праге культ пива во всех его проявлениях) Иван радовался, что сможет поговорить с разными виноделами, попробовать этого божественного напитка, да и с родственниками повидаться. Лет 10 он уже их не видел. Но сейчас надо ехать в издание. Он набросил на себя свой любимый клетчатый пиджак (таких пиджаков у него было штук 5), завязал на шее бабочку и отправился вниз, по узкой лестнице. Снаружи верхняя Прага такая же, как и интерьер квартиры нашего героя – всего много; целое нагромождение цветов, людей, машин, памятников, кафе и магазинов. Время тут перемешалось и невозможно было сказать, какой год, да что там год – какая на дворе эпоха. Люди обожали новые мобильные телефоны, но, видимо по старинке или из-за недоверия к Майкрософту, сплошь сидели на компьютерах с операционной системой DOS. По городу курсировал новейший эко-транспорт, включая трамваи Поларис, а сверху, в небе, будто бы припаркованы были гиганты Цеппелины. Книжные магазины, где книги были бумажными, рекламировали себя как возможность вернуться в прошлое и подержать в руках книги, где не одна электронная страница с любым текстом. Эклектика как она есть. Проехав до метро на велосипеде, Иван привязал свой Marin Larkspure серебристого цвета к вело-парковке и отправился вниз. В вагоне метро все было как обычно, кроме странного взгляда двух детей близнецов. Они сидели, держась за руки, а родителей вокруг не было видно. Вроде дети как дети, но в их будто одно взгляде чувствовалась какая-то тревога и тайна одновременно. Долгое время Иван не мог отвести от них взгляд, а они – от него и, будто, никто другой из пассажиров этого не замечал вовсе. «Они так странно на меня смотрят, что я даже не знаю, что и подумать. Какой-нибудь американец бы наверняка подошел и спросил, где их родители – американцы всегда так в фильмах делают. Я думаю, эти двое о себе и сами могут позаботиться.» - думал Иван, пока не заметил знакомого на остановке. Пшишлаф всегда садился на этой станции, и они вместе ехали до издательства. И сегодня не было исключением. Поприветствовав коллегу взглядом, Иван снова повернулся к близнецам. И удивился, обнаружив пустые места. Но ведь двери открывались в другую сторону, и он бы увидел, как они выходили. Или… А, стоит ли об этом, когда есть два пустых места, на которые можно сесть. Пшишлаф первым начал разговор, забыв о приветствии: - О, ты чего на работу едешь, забыл там что-то? - Скорее это пан Пешак что-то забыл, раз позвонил сегодня в 06.35. - А то ж. Ты думал, кто будет работать, если Полек на курорте, а ты вовсе уезжаешь. Наверняка даст тебе «домашнее задание». - Давай лучше о чем-то более абстрактно-позитивном поговорим, а? И всю остальную дорогу они говорили про холокост. В редакции, как всегда было шумно. Иван буквально проплыл сквозь толпу коллег и каких-то людей, до кабинета его непосредственного начальника и главного редактора Иво Пешака. Тот, как-то по особому пританцовывая (это вообще был фирменный стиль его походки), встретил Ивана в дверях кабинета, они сели, разлили себе немного пива и начали разговор с неформальной ноты: - Ты ведь собираешься в Ораву на машине, верно? - Вообще-то нет, у моего знакомого вертолет и он туда зачем-то собирался. Вот я с ним и решил. - Кхм, так. Начну по-другому. Помнишь Венчика Стейгера? - Как сказать, я никогда не был с ним знаком, но видел пару его очерков о самодостаточности и социальной изоляции, что-то такое. - Да, а я когда-то его уволил, еще до того как ты к нам устроился. Да и не уволил, просто тогда сокращения были, а его колонки никто не читал особо, вот и пришлось от него избавиться. Так-то он хороший. - Предлагаешь назад нанять? - Нет, конечно! Просто он, вроде как, пропал. В пятницу уехал куда-то и не вернулся. Сейчас понедельник, так что с одной стороны в розыск объявлять его как-то глупо, всего два дня прошло, да и оснований особых нет. Просто в четверг он звонил мне, я не успел ответить и он оставил сообщение, чтоб я ему в субботу перезвонил. А в субботу никто трубку не взял, в воскресенье тоже, вот и сейчас ему звонил, буквально перед тем как ты зашел – так гудков нет вообще, и сообщение оставить нельзя. - Ну ясно, но я-то что могу сказать на это? - Пока не ясно. У Стейгера ооочень странная машина – Ниссан Эс Карго, такого светло зеленого цвета. Ни у кого другого такой нет, по крайней мере в Чехословакии. Так вот, мой зять в субботу куда-то ехал через Моравию и там видел эту машину на заправке в Брожичке, что рядом с Визовицей. Там на заправке кафе такое есть Banjo’s Band называется. Вот там, на парковке она стояла. А когда зять в воскресенье назад ехал, то машина была все еще там. Он мне позвонил оттуда и это 100 процентов уверен, это его тачка. Там на переднем сидении лежал его бестселлер «Познай себя с первого раза». Зять взял адрес того кафе и владельца – Властимил какой-то. - Я даже не хочу угадывать ход твоих мыслей. Я, как и любой чех, словак, барсук, копчик или прибалт, обожаю кафешки на заправках. Но не до такой степени, чтобы ехать через Моравию на машине, делая неслабый такой крюк в каком-то мухосранске, чтоб заценить совершенно уродский Эс Карго чувака, гордящегося тем, что он девственник! Извини, если ты вдруг что-то другое хотел попросить, а я уж надумал себе… - Начну с хорошей новости: у тебя замечательно развиты причинно-следственные связи! Слушай, ну у тебя ж есть машина. И она стоит в подземной парковке нашего издательства. Три года. Бесплатно. Понимаешь, да? - Что ж поделать… - Мы оба чувствуем, когда просто ерунда, когда потенциальная сенсация, а когда – настоящая тайна. У меня именно такое предчувствие. - А у меня предчувствие, что моя Шкода развалится по дороге. Это ж раритет. - Ну вот и отправляйся в… раритетный автопробег! Узнай там, где эта «улитка» и, может, ее владелец. Кстати, вот же совпадение, пытался по одной статье кое-что у Полека узнать, а он сейчас со своей Ритой на курорте… Все в разъездах, и никто трубку не берёт. - Так Полек же разошелся с ней полгода назад, вроде. И с тех пор от нее ни слуху, ни духу… - Не перебивай. Так вот, Полек в Карловых Варах, и тоже трубку не берет. - Можно хотя б туда я не поеду, а? Следить за личной жизнью Монски – это тааак здорово, особенно, когда своей нет, но у меня вообще-то другие планы. - Да это я так, к слову. Куда все деваются в эти дни?.. - Не знаю, может их то чудище из рощи похищает? Как его там? - Ну вот и узнаешь. Йожин, к слову. И он из болот, как гласит местный фольклор. Или просто земля трескается, и все проваливаются туда. - Прямо как мои планы, да? - Не бурчи так, сам же знаешь, что никто другой не поедет. Позвони оттуда. - Там вроде такая дыра, что сотовой связи нет, или есть через раз. - Ну голубя пришли почтового. - В этом не сомневайся. Пойду к своему рабочему столу, искать ключи от Камбалы. - Ты свою машину зовешь… Камбала?! - Да я все свои машины так называю. - А у тебя их много? Иван вышел из кабинета, продумывая маршрут на остальную часть дня. Просто он договорился со своим другом Каролем, что тот буквально подбросит его до Оравы на вертолете, это часа полтора, но не судьба. А поскольку Кароля он уважал, то решил не оставлять сообщение на телефоне (в Праге, похоже, вообще было дурным тоном – отвечать на звонки вовремя). Значит надо взять машину, на которой он не ездил уже месяца 4, проехать по центру, сначала в офис логистической компании Кароля «Praha Dovoz», а потом и к себе домой. Приняв заказ-просьбу от секретарши главреда Ингеборги на пару бутылок ледяного вина с фестиваля, Иван отправился в гараж. В самом углу, за двумя штатными Транзитами редакции стояла светло-бежевая Шкода 100. Автомобиль завелся сразу, хотя это и странно, после такого простоя. По радио играла какая-то легкая мелодия и машина медленно выехала из гаража, направившись в индустриальный район, где находилась контора друга. Вообще, странные слухи ходили и про эту компанию, будто это какое-то прикрытие нелегальных операций по контрабанде, и про ее владельца Кароля Радека. Невероятно богатый и очень странный человек, о чьих доходах можно только догадываться, друг мэра и главного полицмейстера, поставщик всех возможных и невозможных товаров с разных уголков планеты, ну и внук фашистского гаулейтера и ставленника фюрера в оккупированной Чехии Вениамина Радека по прозвищу Чешский Палач. Интересно, что при таком сомнительном родстве, Кароль оставил себе эту фамилию. Еще интереснее то, что никто его в этом не упрекает ни в прессе, ни из публичных популистов. С Иваном они познакомились еще в студенческие годы и с того времени общались от случая к случаю. В приемной компании Ивана встретил неизменный секретарь Кароля, кореец по имени Джинн: - Пан Младек, добрый день. Вам ведь сегодня не назначено, вылет завтра в полдень. И вы на машине сегодня. Необычно. - Да знаю, планы изменились, вот и заехал сказать об этом. - Хорошо, что Вы не звонили. Эти звонки и электронная почта совсем обесценивают живое общение. Сейчас сообщу о Вашем визите, пан Радек у себя. Иван сидел в приемной пока Кароль был занят с одним из клиентов. На столе лежали журналы, в том числе «Труба правды» за прошлый месяц. А в нем, по мимо прочего, колонка Стейгера. В этот раз он писал о психологии Робинзона Крузо и о том, как же нам всем необходимо уединение. Иван не заметил для себя, как пришел к выводу, что, наверное, Венчик все же перешел от слов к делу и живет в какой-нибудь землянке, в лесах Моравии. Но ведь там столько комаров, хотя может он ими и питается. Радек, вышел из офиса и был рад неожиданному визиту друга: - Привет, заходи. Только ты на день раньше, завтра же вылетаем. - Не вылетаем, а выезжаем. Мы. С Камбалой. - Она еще ездит? А хочешь, пригоню тебе Барракуду из США? Или Максиму с Украины? По цене покупки, я знаю, как можно пошлины обойти! - Да ладно, ездит ведь и хорошо! Мне моя машина нравится, так что буду ездить, пока что-нибудь не разлучит нас. Вот в Ораву на ней поеду. - Наверное, принимаешь участие в каком-нибудь раритетном автопробеге? Могу одолжить свой Корд 810 для этих целей. Сам я по воздуху больше люблю передвигаться. Вот, кстати, хочу взять себе Дирижабль класса «Цеппелин», но не из тех, что висят над Прагой, а заказать с нуля. В Германии их до сих пор делают. Вертолет и лайнер у меня уже есть, только дирижабля и, может, воздушного шара не хватает. - Еще истребителя и кукурузника. - А это идея, про истребитель! Но все же, что стоит за твоей авто-поездкой? - Главред хочет, чтоб я заехал в Моравию, поискал там бывшего коллегу. Тот куда-то пропал, оставив машину на стоянке. А еще я каких-то странных близнецов в метро видел, нехорошо они на меня смотрели. - Прям как в кино про того парня, который бросил семью и жить с волками ушёл. Только мой совет – не стоит туда ехать. - От чего же? - Да комары закусают, их там море. Болота же рядом. А может что и покрупнее в этих болотах водится… Пхах, шутки конечно. Но у меня миньоны-поставщики везде есть и все как один говорят, что место какое-то нехорошее. Предчувствие, что ли. И еще, пять лет назад там один из моих грузовиков пропал. С водителем, экспедитором и грузом: меха вез импортные и другие ткани, шелк, сукно какое-то особое. Искали его, со всеми моими связями, только мало толку – будто провалился он в эти болота. Официально он до сих пор в розыске там. Хуже этого места только Велен, наверное. А еще в Ораве одно чудище живет… - Ох, и ты с этим Йожином туда же! - С каким Йожиным?! У меня знакомый клиент, Отар Ботковелли, хозяин модного клуба/борделя/притона «Дивали». Только не спрашивай, что он для своего клуба заказывает. Ну и ты понимаешь, место с этническим уклоном, туда порядочный пражак за деньги то не пойдет, туда скорее горцы со своих гор спускаются. Так вот, какое-то время там любила тусоваться дочка председателя колхозного кооператива Визовица, типа молочной столицы Оравы. И, короче, ты знаешь, какие эти грузины любвеобильные, однако даже братки Ботковелли – все шарахаются от этой оторвы. А ты какого-то ёжика испугался. Ох, и еще там бывшая резиденция моего деда, которая после национализации фашистской собственности тому самому папаше-председателю отошла. Или его отцу, фиг знает. - А, знаю. Марьюшка Тсветынска! Про нее писали как-то у нас, она на папином Кайене под герычем в фасад музея Коммунизма въехала. Хорошо хоть ночью дело было и никто, кроме бюста Ленина не пострадал. Декоммунизация, честное слово. - Значит, будь вдвойне осторожен. Звони, если что – Джинн всегда трубку берёт. - Я заметил, он не особо в восторге от телефонных разговоров. Да и ладно, тогда в Ораве, на фесте, встретимся? - Посмотрим. А на счет близнецов в вагоне – это городская легенда, вроде какие-то братья-близнецы взялись за руки и бросились под поезд, давно это было и никто уже не знает причин. А теперь их видят только те, кому какая-то странная фигня в жизни предстоит. - Ну, ты как всегда! - Я такой. Давай, удачного пути.

***

После визита к другу Ивану оставалось только позвонить своей сестре, которая с семьей и родителями живет в Ораве и сказать, что его визит немного задерживается. Добравшись домой, Иван начал складывать с собой все необходимое, не забыв прихватить боевой штык пехоты союзников и пистолет Кольт 1911 в исполнении «Каббот», который был не зарегистрирован, но который он брал с собой везде, куда ехал, как и записную книжку, фотоаппарат, ридер, сигнальные огни и охотничий нож. Штык – это на всякий случай. Пособирав вещи из тех, в которых не жалко ходить по лесам, чуть не забыл созвониться с сестрой: - Добрый день. - Привет, Квета. Как ты? - А это не я. Это Агатка и ты снова нас спутал. - Не мудрено, у вас с мамой голоса одинаковые, особенно по телефону. Кстати, можно с ней поговорить? - No can do! Она с Гафсой по магазинам пошла. Папа сейчас во дворе что-то делает. А ты про меня и про то, как я там поживаю даже не спросил! Прав был Экзюпери, скучные вы взрослые! - Я лично спрошу, когда приеду. - То есть завтра? - То есть нет. Я задерживаюсь, по дороге надо заехать в Моравию, потому послезавтра, скорее всего буду. - Серьезно? В Моравию?! - Только не начинай! - Только не говори, что ты не за Йожиным едешь! Ты ведь привезешь мне его плавник…или что у него там, на этом месте?.. - Да откуда вы все информированные такие! - Как, ото всюду! Знаешь, в Российской Народной Демократической Рашке какие-то клоуны даже песенку по мотивам этой легенды сделали и клип. Там один чувак так классно танцует, а другой, солист, чем-то на тебя похож! Сейчас договорим и я тебе на стену в скину видос этот! - Давай, будет что в дороге послушать. - А, и комаров опасайся, дядя Ваня! - Опасусь. Спасибо, маме передавай что послезавтра буду. Папе… а, ничего ему не передавай. - Сэр, да, сэр! - Пока, Агатка. - So long, дядьвань! Утром следующего дня Шкода завелась не так активно, как в гараже редакции. Поставив на подставку телефон (он же – магнитола, т.к. оригинальная даже пластинки не могла проигрывать), Иван убедился, что новых сообщений на автоответчике нет. Висело только что-то непрочитанное в приложении Cat Mobile. И правда, в его аккаунт на Facepalm пришло короткое сообщение: “Русские заблокировали это видео, что я обещала скинуть – оно чьи то чувства серьезно ранило, не знаю. Вот песня тебе, ее хоть пока не убрали. Приезжай скорее, будем строить плотину!” – и подкрепленный аудио-файл. Шкода сто уже ехала по межгородскому шоссе. Хорошо, когда только светает и машин почти нет. Даже интересно, может ли эта машина 160 в час, как написано на спидометре. Машина неохотно разгонялась, за окном был утренний туман. В динамике LG V20 играла песня, присланная племянницей: Еду как-то из Москвы электричкой поутру. Не сносить мне головы — приезжаю в Мещеру. Там разбойник-соловей с грозным ником Жора, Поедает москалей у соснова бора. Жора с бора лезет через чащу, Жора с бора снова жертву тащит, Жора с бора злобно точит зубы, Жора с бора каждого погубит. Против Жоры с бора всё ж есть одно меню И его я скоро непременно применю. Вот нагрянул я в колхоз по одной наводочке. Председатель преподнёс мне стаканчик водочки: — Если Жору приведешь, мёртвого живого ли, Замуж дочь мою возьмешь, а в придачу — Жигули. Жора с бора лезет из болота, Жора с бора — не пройдет пехота, Жора с бора — велика угроза, Жора с бора — не помог угрозыск. Но на Жору с бора методы нужны не те, Лучше прокурора — самолёт и ДДТ! Отвечаю: подготовь кукурузник с дустом — Эту нечисть в глаз и в бровь им напудрю густо! И, кирнув на посошок, поутру взлетел я, Злому Жоре порошок высыпал на тело. Жора с бора белый аж по пятки, Жора с бора не играет в прятки, Жора с бора уж не мутит тину, Жора с бора видно кони двинул… С Жоры пух и перья, не спасёт его Моссад! Бестию теперь я сдам в московский зоосад. (с)