Детки

«Мне не интересно с тобой говорить, Твоя голова — это пустая ёмкость. Я бы очень хотел её чем-то наполнить, Только без толку, без толку» © Папин Олимпос

      Физкультура — самый ненужный предмет из всех, что система образования смогла впихнуть в расписание. Хотя бы потому, что зачастую интересующиеся спортом ученики ходили на свои тренировки вне школьной программы, а для остальных физкультура — всего лишь причина подпорченных оценок в четверти. Ванечка вот вообще не понимал, к чему все эти лишние телодвижения. Потом ещё сидишь и воняешь весь день, как скунс. Ужасно.       В этот раз Светло, к сожалению (или к счастью?), оказался на скамейке для освобождённых. После его «падения», ну по официальной версии для травмпункта, ему дали справку на пару недель, поэтому, поудобнее усевшись на скамейке, Ванечка сразу уткнулся в книжку, чтоб не терять времени зря.       Слава неспешно вышел из раздевалки и тут же взялся за баскетбольный мяч. Он уже около трёх лет играл за школьную команду, и получалось у него довольно-таки неплохо. Ванечка недовольно пнул стучащий о пол мяч. Голова и так раскалывалась, а Славик как нарочно встал прямо возле него со своими играми.       — Ну, эй! — подхватывая мячик воскликнул Карелин и, потрепав друга по волосам, присел рядом, ловко крутя мяч на пальце.       — Карелин, — крикнула учительница, — сегодня играем в волейбол по плану.       Слава сморщился и недовольно цокнул языком, нехотя заталкивая баскетбольный мяч под скамью. Он не очень любил все эти подачи, переходы и прочую херню. Волейбол вообще не самая интересная игра. Не побегаешь, не повеселишься. На кольце не повесишь.       — Блядь… — споткнувшись о порог и выругавшись из-за этого, в зал вошёл Рудбой. Мальчишка поправил кепку, сдвинув козырёк назад и принялся завязывать шнурок на шортах. Ванечка заметил, как на него оглянулась почти вся женская половина класса. И честно говоря, если уж совсем душой не кривить, тут было на что посмотреть. Идеально белые кроссы, носки в тон, высокий, татуировки напоказ. Светло невольно сморщился, представляя, что было бы, выйди тот играть без футболки. Девчонки бы, наверное, все слюной изошлись. Светло поглядывал на стоящего напротив парня и не знал, что его сейчас больше бесит: то, что он красуется, или сам факт его существования в целом. Слава же скептически фыркнул, пробегая взглядом по новенькой рудбоевской форме со знаком NBA Chicago и номером «23» спереди.       — Пфф, Джордан? Серьёзно?       — Что тебя не устраивает? — тут же отозвался Евстигнеев, а Ванечка в этот момент весь сжался, почувствовав как Слава поднялся со своего места. Вот только не это! Он ещё от прошлого раза не отошёл. Меньше недели прошло с последней драки, его такими темпами до конца года точно не хватит.       — Какой ты нахуй Майкл Джордан, если ты элементарных правил не знаешь?       Рудбой усмехнулся.       — Мне не обязательно быть Джорданом, чтобы нахлобучить тебе в корзинку.       — Хватит! — подскочив с лавочки, рявкнул Светло, — Слав, не надо.       Рудбой хотел что-то сказать, но промолчал, глядя на Ванечку, а Славка лишь рукой махнул и сел обратно на скамью. Светло выдохнул, смерил Ваню тяжёлым взглядом и последовал примеру Славы.       В зал зашла Анька. Как всегда в ярком, кислотно-зелёном спортивном костюме.       — Класс, мы с тобой прям в тон, — улыбнулся Славка, тихонько потянув девочку за штанину, намекая на цвет своих волос. Аня улыбнулась, прошлась ноготками такого же цвета по его чёлке и пошла к уже стоящим у сетки девочкам.       Следом за ней появился Мирон. Карелин при виде его белоснежной повязки на лбу, тоже, кстати, от NBA, аж глаза закатил.       — Цирк уехал, клоуны остались, — сказал он как можно громче, а затем, опустив взгляд, добавил, — шнурки завяжи, деревня.       Мирон зыркнул на него исподлобья, но благоразумно промолчал и перекинулся многозначительными взглядами со стоящим рядом Евстигнеевым. Раздался звонок, а затем свисток учителя. Слава поднялся со скамьи и пошёл в строй; Мирон, по-быстрому затолкав шнурки внутрь кроссовок, отправился следом.       Когда Мария Ивановна поделила класс на команды, выбрав капитанами Рудбоя и Славу, Ванечка отложил книжку в сторону. Он очень боялся, что они сцепятся.       — Забирай всех своих дружков. Остальных беру я, — сразу сказал Карелин и встал на место подающего.       Мирон с улыбкой двинулся в сторону Рудбоя, как и Марк, Назар, Аня и ещё пара девочек, играть толком не умеющих, но ведь «быть в команде Вани — это так круто». По итогу жеребьёвки игру начинала команда Славы. Он так лупил по мячу, что у соперников не оставалось ни единого шанса.       — Аут! — наконец выкрикнула учительница, передавая мяч команде Вани.       По мере игры и переходов, Слава оказался у самой сетки, прямо напротив Мирона.       — Завяжи шнурки, — сказал Слава.       — Что?       — Шнурок завяжи, — повторил Слава.       — Тебе что до моих шнурков?       Савченко размахнулся и ударил по мячу.       — Мирон! — выкрикнул Ваня, отбив подачу.       Фёдорову оставалось только добить возле сетки. Он сделал пару шагов назад, отбил мяч и наступил на злосчастный шнурок. Славка среагировал моментально, забив на игру. Нырнул под сетку и в последнюю секунду успел схватить его за локоть, чтобы тот не впечатался носом в пол.       Где-то позади раздался свисток.       — Карелин, реакция отличная! — выкрикнула Мария Ивановна.       Мирон выпрямился, тяжело дыша, и слегка одёрнул локоть, чтобы Славка наконец отпустил его руку.       — Спасибо.       Карелин молча сделал несколько шагов назад, добавляя:       — Шнурок. Завяжи.       Фёдоров кивнул и, присев на корточки, принялся завязывать кроссовки.

***

      Как только прозвенел звонок, ученики тут же ломанулись к выходу из зала. Следующим уроком был иностранный, а ещё нужно было успеть переодеться. Ванечка взял свой портфель и сразу вышел из раздевалки, ибо нюхать потные мужские носки — такое себе удовольствие. Светло подошёл к подоконнику и принялся рыться в рюкзаке в ожидании Славика. Почувствовав плечом, что кто-то к нему подошёл, он не глядя сказал:       — Слав, я сделал то, что ты просил по французскому, и…       Ванечка повернулся, сжимая в руках файл, и замолк. Рядом стоял Рудбой.       — Чё тебе надо?       — Как ты себя чувствуешь?       — В каком смысле?       Ванечка правда не понимал, зачем тот к нему подошёл, да ещё и вопросы такие задаёт. Какое ему вообще дело до того, как Светло себя чувствует?!       — В прямом. Я ударил тебя и…       — М-м, — с ухмылкой протянул Светло, перебивая Ваню, — ты напомнить решил? Чтоб я не забывал? Ну так я не забыл. Мужик, ты нос мне разбил.       Ваня закатил глаза, шумно вздыхая.       — Блядь, да я случайно тебя ударил. Ты просто под руку попался и…       — Да у тебя всё так, Вань. Все вокруг виноваты. Сейчас вот я виноват, дурак, друга полез защищать. А ты хороший.       Ванечка спрятал файл обратно в рюкзак и добавил:       — Иди куда шёл.       Подхватив портфель, он двинулся в сторону раздевалки, обходя Рудбоя, но тот ухватил его за локоть. Ванечка остановился, едва сдерживая своё негодование.       — Я не такой плохой, как ты думаешь, — вполголоса сказал Рудбой.       Ванечка вздохнул, а затем повернулся в его сторону, делая полшага назад. Руд был выше почти на голову, смотрел сверху вниз, хмурился. От него пахло сладкой жвачкой и чем-то солоноватым, скорее всего потом, но запах не был противным. Ванечка слегка повёл плечом, но Евстигнеев даже не подумал ослабить хватку, держал крепко, но не больно, даже бережно. Будто боялся навредить.       — С чего ты взял, что я вообще что-то о тебе думаю? — спросил Светло, поправляя лямку рюкзака, и снова попытался отдернуть руку.       — Послушай… Я правда…       — Насколько же ты плохой? — перебил его Светло, очевидно не желая слушать ненужные ему оправдания. — Наверное, настолько, чтобы избить человека? Верно?       Рудбой ещё пару секунд смотрел ему в глаза, прямо, не моргая, но ответа Светло от него так и не дождался. Выпутался из его хватки и пошёл к раздевалке, оставляя одноклассника в одиночестве.

***

      — Сраный французский… — пробубнил Слава, — Вань, как это переводится?       Ванечка прочёл предложение, заглянул в словарь.       — «Мужчина заворожённо смотрел на экзотическое животное».       Слава кивнул и сделал запись в тетрадке. Ванечка глянул на часы и почувствовал, как в кармане завибрировал смартфон. На экране высветилось оповещение из телеграма:

*Евстигнеев прислал вам новое сообщение*

      Ванечка с опаской глянул на учительницу, которая в этот момент заполняла журнал, и, убедившись, что до него точно никому нет дела, ткнул на оповещение, открывая диалог.       Евстигнеев: Извини.       Ванечка состроил недовольную гримасу. Ну не меняются люди. Не верил он в то, что всё это искренне. Но с другой стороны, зачем Руд вообще так парится? Светло подумал пару секунд, а затем быстро отбил ответное сообщение.       Ванечка: Извинись перед Мишей.       Евстигнеев: Ладно       Ванечка: Не в мессенджере, а при всех. Так же, как ты избил его — при всех. И тогда, возможно, я сделаю вид, что ты меня не бесишь.       Евстигнеев: *печатает…*       Ванечка тихонько ткнул Славу в бок и пододвинул к нему свой смартфон. Слава какое-то время внимательно всматривался в экран, а затем усмехнувшись сказал:       — Ага, конечно. Корона упадёт.       Ванечка невесело улыбнулся, потёр лоб и спрятал телефон в карман. Ответ от Вани так и не пришёл.

***

      После второго урока, как правило, была большая перемена. Славка с Ванечкой не курили, поэтому у них всегда было предостаточно времени сходить спокойно поесть в столовую, ещё и посидеть возле школы на скамейке. Взяв поднос, Ванечка неспешно подошёл на раздачу блюд. Взял пару компотов, суп для Славки, потому что тот не любил котлеты, себе второе и салаты. Выбрал более или менее нормальные ложки и пошёл к столу, где уже сидел занявший им место Карелин. Аккуратно поставив поднос, Светло сел напротив друга и молча принялся наблюдать за тем, как тот снова с видом завоевателя, разрабатывающего суперхитрый план, что-то строчит в телефоне.       — Привет, — раздался позади голос Миши, обрадовав Ванечку. Слава лишь молча кивнул, не отрываясь от смартфона.       Миша только поставил на стол свою тарелку с перловкой и бросил портфель на лавочку, как его окликнули по имени. Мальчишка обернулся и тут же нахмурился, увидев Рудбоя. Слава даже телефон в сторону отложил, а Ванечка перекинул ногу через лавочку, на всякий случай.       Евстигнеев подошел к Мише почти вплотную.       — Это… Ну, типа…       Ваня замолк на секунду, бросая быстрый взгляд на Светло. Ванечка едва заметно приподнял одну бровь и скрестил руки на груди. Рудбой прокашлялся и снова предпринял попытку что-то сказать, но получалось у него, честно говоря, как-то не очень. Накосячить да, это всегда пожалуйста, а вот извиниться, это уже оказалось посложнее, чем он думал.       — Слушай, ну… — Евстигнеев растерянно почесал в затылке, пытаясь собрать мысли воедино, — в прошлый раз как-то не очень получилось всё.       Миша переступил с ноги на ногу, пытаясь понять, что от него хотят, и к чему вообще этот разговор.       — Вообще-то, — продолжал Ваня, — ты блядь сам виноват, что…       Евстигнеев запнулся на полуслове и снова замолчал, услышав как многозначительно покашлял Светло.       — Ладно… — пробубнил Ваня. — Короче, я был не прав. Без обид. Окей? — коротко закончил свою «тираду» Рудбой и протянул парню руку для примирения.       Миша посмотрел на его ладонь, потом обернулся на друзей. Слава со скепсисом ухмыльнулся, а Ванечка едва заметно кивнул.       — Без обид, — сжав чужую руку, наконец ответил Миша.       Руд молча кивнул и, круто развернувшись, вышел из столовой. Да ещё так быстро, что никто толком и не осознал, что произошло. Миша молча опустился на лавочку и глянул на сидящего напротив Карелина.       — И чё это было? — спросил Славик.       — Просто, он не такой плохой, каким мы его считаем, — ответил Светло и принялся за свой обед.

***

      Третьим уроком должна была быть геометрия. Ванечка в принципе не очень любил математику, в этом больше Славка шарил, так что идти на урок особого энтузиазма не было. Войдя в кабинет, Светло не сразу понял, что происходит из-за столпившихся в круг одноклассников. Славик бросил портфель на своё место и, усевшись на первую парту, пихнул локтем Олега:       — А что происходит?       Возле доски стоял Марк и просто, блядь, жрал мел. Это выглядело слишком странно. А Назар зачем-то снимал это на телефон.       — Да короче, новый тренд в тик-токе, — ухмыльнулся Олег, рассмеявшись, когда у Марка сработал рвотный рефлекс и он выплюнул половину куска обратно и, прислонившись к доске, заржал вместе с толпой.       — Тренд жрать мел?       — Не, типа, кидаешь кости, — Олег показал висящий у него на ключах маленький игральный кубик, — сколько он показывает, столько кусков мела ты съедаешь. Назару как самому везучему выпал один, этому дурачку шесть.       Славка хмыкнул и повернулся к подсевшему к нему Светло.       — Ну и развлечения у них, конечно.       — А где они столько мела взяли? — спросил Ванечка.       — Да с кабинетов напиздили, — ответил Олег и захлопал, аплодируя Марку, который с горем пополам, но все же затолкал в себя шестой кусок.       — Н-да… — протянул Слава, скрестив руки на груди.       Его взгляд скользнул по толпе, и он заметил стоящего возле доски Мирона. Он что-то говорил Марку, одной рукой хлопая его по плечу, а второй приобнимая Диляру. Ванечка проследил его взгляд и, поняв куда он смотрит, ткнул друга в плечо.       — Чё ты пялишься на него?       — Что? — словно не услышав вопроса, переспросил Слава.       — Мирон… Ты постоянно на него смотришь.       — Тебе показалось, — ответил Карелин и, поднявшись с парты, пошёл на своё место.