Детки

«Нам с тобой нечего делить, Но я останусь, но я останусь, Если ты попросишь» © Драгни

      Рома высыпал на парту гору цветных жвачек из автоматов, обычно стоящих во всяких «Пятёрочках», и Олег, выбрав ярко-зелёную конфету, закинул её в рот.       — М-м-м, сахарная. Кайф. Ну что, по три?       Рома кивнул и с нескрываемым энтузиазмом последовал примеру друга, старательно сложив три круглые жвачки в рот. Ванечка, сидящий за своей партой, наблюдал за происходящим со стороны. Честно говоря, всё это выглядело весьма забавно, особенно то, с какими серьёзными и сосредоточенными лицами парни смотрели друг на друга, разжёвывая приторные конфеты.       — Ну, что? — спросил Рома, сглатывая вязкую слюну, — проигравшему три фофана подряд!       Олег согласно кивнул и на счёт «три» парни принялись надувать пузыри, с условием — у кого быстрее лопнет, тот и проиграл. Однако затея потерпела крах на первых же секундах. Из-за едва сдерживаемого смеха пузыри моментально лопались, и если Рома ещё как-то старался держаться, то Олег совсем не мог сосредоточиться и начинал бесконтрольно хохотать, глядя на то, как Сащеко сводит глаза в кучу, надувая дурацкий розовый шарик из жвачки. В итоге Рома тоже согнулся в приступе смеха, уткнувшись лбом в коленки друга, пока тот в голос ржал, навалившись на него сверху.       Вздохнув, Ванечка достал телефон из кармана и глянул на часы. До звонка оставалось чуть больше десяти минут. Светло нехотя поднялся из-за парты и, потянувшись, вышёл в коридор в надежде встретить заплутавшего Славика, который ещё минут пятнадцать назад написал в телеге: «иду». Видимо, откуда-то с другого континента идёт.       Неспешно преодолев длинный коридор, Светло побежал вниз по лестнице на первый этаж и случайно задел одного из идущих навстречу старшеклассников.       — Смотри, куда прёшь, олень! — выругался тот, грубо толкнув Ванечку в плечо.       Светло слегка пошатнулся и, поймав равновесие схватившись за перила, не нашёл ничего лучше, чем ответить в той же манере. Он как-то вообще не подумал, что перед ним даже не один, а двое парней, каждый из которых как минимум на голову выше него самого.       — Сам ты олень, — на автомате буркнул Светло.       Осознание того, что он сказал, дошло до мозга в считанные доли секунды. Ванечка видел, как мимика на чужих лицах меняется со скоростью света — от недоумения до откровенной злости. Ему ничего не оставалось, кроме как спасаться бегством, поэтому пока «громилы» соображали, он рванул с места как ошпаренный.       — А ну стой! — выкрикнул парень в чёрной жилетке и побежал вслед за ним, — стой сказал, пиздюк, блядь, хуже будет!       Светло обернулся, буквально затылком чувствуя, что его вот-вот нагонят, и в этот момент со всей дури в кого-то вписался, чуть не сбив человека с ног.       — Чё за… — начал было Рудбой, но тут же замолк, глядя в испуганные глазищи Светло. — Что случилось?       — Там это… — сбивчиво пробормотал Ванечка, — это…       У Вани сами собой сжались кулаки, а в голове назойливо замаячила лишь одна мысль: «кому бить ебало?» Но Светло даже ответить ничего толком не успел, как к ним подбежали те двое парней.       — Спасибо, Ванёк! — выдохнул парень, с которым собственно и сцепился Ванечка. — А то я думал, что лёгкие выплюну, пока за ним бежал. Юркий, сука.       Он сделал пару шагов в сторону Светло, но Ваня тут же преградил ему путь, закрывая Ванечку собой.       — Тихо, тихо, Сега, притормози.       — Да с хуя ли?       Светло весь сжался, когда старшеклассник попытался сдвинуть Рудбоя в сторону, но тот даже бровью не повёл, заслоняя собой одноклассника.       — Давай обойдёмся без этого.       Парень непонимающе нахмурился, разводя руками.       — То есть ты мне предлагаешь просто забить хуй на то, что он меня оленем назвал?       — Ты первый меня так назвал, — выкрикнул из-за Ваниной спины Светло.       — Слышь! — парень снова дернулся с места. — Ты ебало там своё завали!       Сега на эмоциях приблизился к Руду почти вплотную. Ванечка замолк, немного радуясь тому факту, что Евстигнеев такой высокий и широкоплечий, спрятаться можно как за стеной. А Ваня, между тем, довольно успешно оправдывал это сравнение, не подпуская разъярённого старшеклассника ближе. Он легким движением отстранил его от себя и абсолютно невозмутимым голосом сказал:       — Давай ты сейчас просто успокоишься и уйдёшь. И на этом разойдёмся. Мы же с тобой не первый день знакомы, давай не будем из-за хуйни барагозить.       Сега прищурился, заглядывая Ване в глаза, словно проверяя его на стойкость, но Руд смотрел на него в упор, не мигая и явно не собираясь уступать. Ещё пара секунд, и Сега наконец первый отвёл взгляд, а затем протянул Ване ладонь.       — Ладно, пусть живёт, но это только из уважения к тебе — а после этого, крепко сжав Ванькину руку, добавил — и объясни своему другу, что бывает, если не следить за словами.       Евстигнеев молча кивнул, отпустив чужую ладонь.       Дождавшись, пока те скроются из виду, и убедившись, что Светло больше ничего не грозит, Ваня быстрым шагом направился к выходу из школы. Оставшись в одиночестве, Ванечка на секунду растерялся, так как ещё не отошёл от произошедшего, а затем, спохватившись, поспешил вслед за Рудбоем. Его поступок определенно заслуживал благодарности. Ванечка, честно говоря, до конца не понимал, почему Ваня заступился за него. Этот Сега имел в школе репутацию не самого приятного и адекватного чувака. Многие его побаивались и стороной обходили. Светло только сейчас начал осознавать, какую глупость он совершил и что бы с ним было, не наткнись он на Ваню в коридоре. С одной стороны, тот факт, что Евстигнеев за него заступился, был вполне объясним, они же одноклассники, а с другой стороны… Ванечка давно заметил, что Рудбой пытается быть с ним «хорошим». Светло прекрасно помнил их разговор возле раздевалки. Может быть он и правда его совсем не знает?       Евстигнеев быстрым шагом сбежал по центральной лестнице, вышел за забор и, запрыгнув на лавочку ногами, сел на спинку. Ванечка вышел следом, слегка поёжившись от сильного ветра. В отличие от Рудбоя, он выскочил на улицу в одной рубашке, но возвращаться не стал. Поговорить с Ваней было сейчас важнее. Евстигнеев тем временем достал из кармана кожанки пачку сигарет и закурил. Светло остановился, не дойдя до лавочки пары шагов. Руд молча затянулся, глядя прямо перед собой, а затем выдохнув дым, зажал сигарету в зубах и, достав из кармана пачку влажных салфеток, принялся вытирать свои кроссовки. Ванечка наблюдал за его действиями и почему-то все никак не решался заговорить. Странный он такой, этот Рудбой. У Светло каждый раз дыхание сбивалось, когда он находился рядом, касался либо обращался к нему. Энергетика у него такая бешеная, но… стоя пару минут назад за его спиной, Светло ощущал спокойствие. Он был уверен, что он в безопасности и его никто-никто не достанет, даже этот Сега. Хотя казалось бы, Рудбой сам ходячая катастрофа и ему ничего не стоит самому обидеть Светло, но сегодняшний поступок, что-то исправил… что-то изменил в сознании Ванечки, касаемо его.       — Спасибо, — тихонько сказал Светло, подойдя ближе к лавочке.       Рудбой молча затолкал грязные салфетки обратно в пустую упаковку и выкинул её в урну. Затем снова затянулся, выдохнул дым и наконец глянул на трясущегося от холода Ванечку.       — Заболеешь ведь. Иди обратно.       — Да не, нормально, — махнув рукой, ответил Светло и шмыгнул носом.       Руд как-то тяжело вздохнул, глядя на его постепенно синеющие от холода губы, а затем, поднявшись со спинки и сняв с себя куртку, протянул её Ванечке.       — Да, Вань, не надо! Говорю же мне не…       — Надевай, — настойчиво тряхнув кожанкой, сказал Рудбой и добавил, — я всё равно в худаке.       Ванечка ещё несколько секунд колебался, но после настойчивого «бля, да бери, хули ломаешься?» всё же взял куртку и накинул её себе на плечи.       — Нормально надень и застегнись! — снова буркнул Рудбой.       Ванечка невольно ухмыльнулся.       Такой Рудбой все-таки грубый был, но эти его попытки в заботу очень Светло умиляли. Как-то даже и без куртки становилось теплее. Да, он и правда не настолько плохой, насколько Ванечка привык его считать. Застегнув молнию на куртке, Светло аккуратно одёрнул её сзади и по-хозяйски засунул руки в карманы, нащупав внутри мобильник, зажигалку и связку ключей. Несмотря на то, что кожанка определённо была ему велика, он очень хорошо в ней выглядел. Ванечке шёл такой стиль. Светло взъерошил пятернёй волосы на макушке и, слегка прищурившись, уставился на Евстигнеева.       — Ну что? Я похож на плохого парня?       Рудбой ухмыльнулся и, затушив бычок о заднюю стенку спинки, выкинул его в мусорку.       — Что? — улыбаясь в ответ, спросил Ванечка.       — Ничего. Ты это… — Ваня поднялся и спрыгнув с лавки, приблизился к Светло вплотную, — не связывайся ни с кем. И следи за тем, что говоришь. Хорошо?       Насупившись, Ванечка поджал губы и опустил взгляд.       — Он первый начал… — отозвался он, глядя на свои кеды.       — Я понимаю, — спокойно ответил Руд. Ванечка почувствовал, как чужая ладонь скользнула по его предплечью. — Просто можно хорошо отхватить за такое, и меня может не оказаться рядом. Тебе повезло, что я впервые за четверть решил посмотреть расписание.       Ванечка невесело ухмыльнулся и пообещал, что будет держать язык за зубами. Евстигнеев на данное обещание лишь кивнул и, хлопнув его по плечу, пошёл обратно к школе. Светло глянул на часы и, осознав, что урок идёт уже как десять минут, рванул вслед за ним. Влетев в класс, оба притормозили на пороге, но, поняв, что учителя всё ещё нет, выдохнули и спокойно разошлись по своим местам.       Слава посмотрел на Светло с таким выражением лица, словно тот не просто в класс зашёл, а с оркестром и сияющей короной из перьев на голове как минимум.       — Что? Что-то не так? — усаживаясь за парту, спросил Ванечка.       — Нет.       — А чего смотришь так, будто привидение увидел?       — Вань, у меня только два вопроса. Откуда ты пришёл? И почему ты в кожанке Рудбоя?