Стена между нами или Связанные

Ранние лучи солнца нагло пробивались сквозь легкие шторы, освещая лицо юноши, мирно спящего в собственной кровати. Рядом тихо посапывало что-то очень лохматое. Знакомый сердцу запах заставил Драко блаженно улыбнуться и крепче прижать к себе нежное тело. Сквозь дрему к парню медленно проступали воспоминания о вчерашней ночи, после чего он резко открыл глаза. Волосы Гермионы были рассыпаны по белоснежной подушке, их обнаженные тела были прижаты друг к другу, а вещи в беспорядке валялись на полу. Снова прикрыв свои веки, Малфой, казалось, уснул, однако он лишь глубоко погрузился в собственные мысли, которые то возвращались к вчерашнему разговору, то к приятной ночи, проведенной вместе. Нахмуренные брови и посерьезневшее лицо столь ранним утром казались чем-то обыденным для Драко. Он повернул свою голову к Гермионе — гриффиндорка крепко спала и не собиралась просыпаться ещё очень долго. Решив что-то для себя самого, он встал и, найдя на полу помятую одежду, аккуратно отложил её в сторону, а после натянул свежую. В последний раз кинув взгляд на Гермиону, он перешагнул за стену. Ту самую стену, которую девушка возвела, казалось, очень давно. Ту самую стену, которую они медленно разрушали все эти месяцы.

***

— Поднимай свою ленивую задницу, Грейнджер, солнце уже встало. — Мм, мам, ещё пять минут, — находясь еще в полудрёме, девушка повернулась спиной к Малфою, тем самым удостоив его взгляду свою пятую точку, обтянутую зеленым покрывалом, и розовую пятку. Сердце пробило удар. В голову лихорадочно полезли непрошенные картины вчерашней ночи. Резко мотнув головой, Драко сосредоточился — он должен был сделать это. Прищурив глаза, слизеринец медленно подошёл к Гермионе и наклонился над ее ухом, обжигая горячим дыханием, почти касаясь маленькой мочки, которую так хотелось прикусить. Нужно было держать себя в руках. — Знаешь, Грейнджер, я бы предпочёл, чтобы ты называла меня папочкой. О да, он бы всё отдал ради того, чтобы посмотреть на это еще раз. Малфой еле успел отпрянуть от неё и отскочить назад. Резко распахнутые глаза, и Грейнджер в сидячем положении с гнездом на голове. Растрепанные волосы обрамляли заспанное лицо. Глаза Драко медленно обводили каждый миллиметр своих деяний на коже гриффиндорки. Алые, на некоторых местах фиолетовые и голубые следы ярко выделялись на бледной коже её тела. — Что за шуточки, Малфой? Сколько времени? — Почти десять утра. Не волнуйся, у нас выходной, — и опустив взгляд на оголенную грудь, усмехнулся, не скрывая, что смотрел на нее. Гермиона медленно опустила взгляд, густо покрасневшее лицо засветилось алым, так что она резко и быстро прикрылась, сердито смотря на парня. — Идиот! — Брось, что я там не видел? — Драко показалось, что она стала бордовой. — Ты просто невыносим! — встав с места и укутавшись в покрывале, Гермиона собиралась уйти на свою сторону, пока не заметила аккуратно сложенные вещи на его стуле. — Грейнджер, — казалось, Драко было веселее, чем когда-либо. — Просто заткнись. — Ну не могу я, это во-первых, и, как истинный джентльмен, я просто указал тебе на собственную наготу, во… — Да ты в наглую пялился! — в порыве гнева Гермиона резко повернулась к нему, и каштановые кудри хлестнули по лицу девушки. — Давай, — он вальяжно встал подальше от нее, взяв в руки пуговицу, — не будем об этом, у нас мало времени. Я бы дал тебе еще времени на возмущения, ведь ты такая милая, когда злишься, но не могу, — Гермионе вдруг показалось, что Драко подменили. — С тобой все в порядке? — она приподняла одну бровь, смотря на него с опаской, а руки сильнее сжали зеленую ткань на груди. — Да, Грейнджер, только оденься поприличнее и как можно теплее, на улицах Лондона сейчас холодно. Нам нужно кое-куда сходить, и это очень срочно. — Что? О чем ты? — Мерлина ради, сделай то, что я говорю, и поторапливайся, портключ ждать не будет! — непонятно от чего, но Гермионе не хотелось ему больше перечить, и, в последний раз подозрительно взглянув на него, она шагнула на свою сторону.

***

На улицах Лондона мокрые хлопья снега медленно падали на асфальт, моментально растворяясь на нем же. Утреннее солнце окутывало своими лучами крыши домов. В окнах все еще было темно, некоторые горели солнечным огнем, а в домах виднелись силуэты людей, занимающихся утренней рутиной. Кто-то уже вышел и спешил на работу, кто-то только просыпался, а кто-то все еще сладко сопел в кровати. Жизнь шла своим руслом, не меняя привычной ритмичности, когда где-то в переулках Лондона послышался характерный хлопок. — Маггловский Лондон?! — придя в себя, тихо спросила Гермиона. Голова кружилась, а живот отдавался спазмами. — Это не конечная точка, — Драко накрыло порывом наклониться вниз и коснуться ее алых, словно вишня, губ, но он остановил себя. Нужно заняться делом. — Скажем так, у нас некая миссия и нужно аппарировать из страны. Макгонагалл позаботилась об этом, поэтому мы должны лишь пройти межконтинентальную таможню и окажемся там, где нам и нужно быть. — Меж… подожди, ты сказал страну, я думала, мы лишь покинем Англию! — Да, мы именно её и покинем, — Малфой, ловко и уверенно взяв Гермиону под руку, отправился в точку назначения. — Ты мне доверяешь? — тихо, словно и этого вопроса не было, произнес Драко, когда с разрешения аврора взял следующий портключ. В серой радужке плескалась надежда. Совсем неприсущая ему надежда. Гермиона задумалась, прикусила нижнюю губу, смотря глубоко в душу. По крайней мере она пыталась это сделать, увидеть то, что творится глубоко внутри каждый раз. Она медленно кивнула. Грейнджер доверяла ему, доверяла настолько, что прыгает с помощью портключей невесть куда, доверяла настолько, что провела ночь с ним, но это было настолько непривычно — доверять Драко Малфою, что звучало почти дико. — Тогда закрой глаза, ладно? Рывок будет резче, мы прыгнем далеко от Англии, — и, заметив, как она собралась уже задавать вопросы, осек ее, — Ты же сказала, что доверяешь. И вправду, доверяет. Гермиона прикрыла глаза в ожидании рывка. Пупок зацепили крючком, и все вокруг поплыло, тело слилось с его, органы будто перемешались внутри. Почувствовав твердую землю под ногами, Грейнджер выдохнула, тут же сдержав резкий порыв рвоты. — Никогда не привыкну к этому. — Соглашусь, было тяжеловато. Сердце замерло в тот момент, когда гриффиндорка открыла глаза. — Нет-нет-нет-нет-нет-нет, — как мантру начала повторять Гермиона. — Погоди, Грейнджер, не спеши, — он крепче схватил ее за плечи. — Зачем, зачем ты меня сюда привез?! — кажется, истерика была намного ближе, чем ей казалось, и слезы моментально подступили к горлу. — Чтобы ты решилась, — Драко мягко оторвал девушку из своих объятий и повернул спиной к себе. — Посмотри, Грейнджер, думаю они готовы. На поблескивающей, от поливающей их водой лужайке, между садом, что был украшен кустарниками алых роз, виднелся каменный дом, совсем маленький и ухоженный. Перед домом стоял красивый белый стол и два стула. Там бы могла жить маленькая семья. Семья, которая ещё не обзавелась детьми, либо же наоборот, пожилые люди, но никак не… — Юджин, кофе готов, — крикнула хозяйка дома мужчине, который все еще находился в доме. — Быстрее, иначе все растает! — в руках она держала по мороженому. Шоколадное для него и клубничное для нее. Легкие кудри обрамляли лицо женщины, острые черты лица, точеный подбородок. — Точная копия тебя, — шепот Драко ласкал слух, не позволяя свихнуться. Он тут, он поддерживает ее, он рядом. Легкая улыбка тронула губы. — Я не хочу мешать этой идиллии, — Гермиона приобняла себя за плечи. Загнанный зверь без шанса на спасение. — Эта идиллия обманчива, Грейнджер. Ты сама ее создала, так разрушь ее ради себя и ради них. — Я… — пальцы впились в собственное плечо, она дрожала всем телом. — Боишься? — вдруг высокий мужчина вышел из дома с подносом в руках. Сегодня был его день рождения. Сердце глухо забилось в груди. Она сделала один шаг назад. — Эй, Грейнджер, — теплые руки Драко прошлись по плечам, — спокойно, я тут, — Гермиона невнятно что-то пробормотала. — Что? — … если я не смогу? Я не смогу, и они забудут обо мне навсегда, — «Мерлин, дай мне сил». — Послушай. Ты — лучшая ведьма столетия, я не видел мага умнее тебя. Поттер бы умер ещё на первых курсах, если бы не ты. Грейнджер, я верю в тебя, — резкий выдох, легкие будто иссушились. — Я… — Никаких что или если. Иди и делай свое дело. Ощутив некий толчок в спину, Гермиона сделала шаг вперед. Первый, второй, третий — и вот она стоит около низкого забора их уютного домика. — Мисс, я могу вам чем-то помочь? — Джин подошла к девушке, смотря на нее настолько тепло и одновременно по-чужому, что скрутило живот. — Нет, — быстро выпалила гриффиндорка, после поправив себя, — Точнее да. Если… если вам не трудно, не могли бы вы мне дать воды, я тут совсем недавно и не догадалась взять с собой воды, а климат жаркий, — неловко посмеявшись, Гермиона уловила движение рядом с матерью. Сердце горько билось в груди, опустошение, боль и надежда смешались вместе, отдаваясь горечью утраты где-то в душе. Нужно сосредоточиться, Юджин подошел к жене. — Что-то не так, милая? — он приобнял жену за плечи, улыбнувшись Гермионе. Ком в горле увеличился. Пальцы крепко схватили волшебную палочку в кармане джинсов. — Нет, все в порядке. Побудьте тут, я сейчас вам все принесу, — и быстро кивнув, Джин удалилась с поле зрения Гермионы и ее отца. — У вас замечательная жена, — пытаясь скрыть неловкость ситуации, сказала Гермиона. — Да, она у меня божий одуванчик, но если ее разозлить… — до боли родной смех, такой низкий и добрый, пронзил сердце девушки. — Ох, понимаю, — она прикусила нижнюю губу, опустив голову. Слезы жгли глаза. — Вас ждет спутник? Он уже некоторое время смотрит на нас. — Спутник? — Гермиона повернулась назад, увидев цепкий взгляд Драко, — Ах, да. Он показывает мне Австралию. — Что же, надеюсь вам тут понравится. — А вы давно тут живёте? — О, мы… — Вот, я налила вам еще пару бутылок воды, — Джин вышла из дома, спешно пройдя по тропинке прямо к Гермионе. — Спасибо вам большое. — Ох, что вы, это ведь пустяки, — все еще держа улыбку на губах, Грейнджер незаметно направила древко палочки на родителей, прошептав заклинание. Оба застыли, словно вкопанные. Некоторое время Гермиона не дышала, даже не почувствовала Драко, который успел подойти к ней сзади. Конечности покалывало, а внутри все сводило от напряжения. Гермиона чувствовала, как страх тянет к ней свои острые, словно бритва, когти, черные на концах, постепенно сереющие. Такие же серые, какая она сейчас. В голове крутились тысячи вопросов на тему «что-если-вдруг». — Гермиона? Голос матери вывел девушку из своеобразного транса. Ступор ударил поддых, одновременно выбив весь воздух из легких и подкосив колени, — кто-то подхватил ее. — Грейнджер, соберись, — его легкий, раздраженный шепот заставил сердце забиться чаще. Гриффиндорка проморгалась, приподняла взгляд и посмотрела неверящими глазами на Драко. Ей было страшно, страшно смотреть на родителей. Страшно и стыдно. Вдруг они разозлятся и не простят ее за это? Вдруг прогонят? Настолько больно, что выть хочется. — Гермиона, что… что произошло? Стоп, кто этот молодой человек? — мистер Грейнджер смотрел на дочь с недоумением во взгляде. — Мама. Папа, — она потянулась к ним, обняв сразу обоих. — Я так скучала по вам. Неожиданно сердце Драко налилось тоской — он соскучился по голубым глазам матери, суровому лицу отца. Отец… Если глаза матери он был еще способен увидеть, то отца сможет повидать лишь на фамильных портретах, однако будут ли они передавать весь его характер, суровый вид и тяжесть во взгляде? Вряд ли. Реального человека не заменить. Драко ещё с детства считал, что, создавая эти портреты, волшебники занимаются самообманом в надежде создать глупую иллюзию надёжности и присутствия человека в их жизнях. Он считал это неспособностью отпустить человека и теперь даже не знает, как отреагирует, если увидит портрет отца. С теми же чертами лица, голосом, характером. Но это все равно будет не он. Лишь жалкая копия, пародия того, кем он был когда-то и кем умер. Вернуться в реальность он смог лишь тогда, когда услышал вопрос о себе и тихое бормотание Грейнджер. — Ам… это Драко, он мой… Действительно, кто он тебе? Враг? Гермиона посмотрела на Драко, лишь на долю секунды, быстро кинув взгляд. Вряд ли, врагов не обнимают. С ними не спят. Тогда давний знакомый? Их не целуют. Хороший друг? Малфой и хороший друг? Абсурдно. Однокурсник? Бред. Хотя… Он же и вправду однокурсник. — Парень. «ЧТО?» — её перекосило, а глаз кажется начал дёргаться. Сердце отдалось глухим стуком внутри. — Что ж, видимо, мы многое пропустили в твоей жизни и перед знакомством не соизволишь объяснить, что произошло? — строгий голос матери заставил Гермиону напрячься. — Джин, давай войдем в дом и поговорим там, — мисис Грейнджер глянула на супруга и, вздохнув, согласилась с ним. Все четверо поплелись по каменной дорожке, ведущей в дом. Гермиона тихо шепнула Драко. — Парень? Почему я об этом не знаю? — Думал, после вчерашнего тебе все станет ясно. Я бы не стал аппарировать в Австралию ради обычной девушки. Гриффиндорка смутилась, на щеках проступил легкий румянец, когда она прикусила нижнюю губу. — Так мы теперь… — Драко раздраженно кашлянул, не дав ей закончить. — Если не хочешь, обсудим это позже. — Что? Нет, я… — слизеринец заговорщически ухмыльнулся, сверкнув глазами. — Тогда хватит смущаться и входи в дом. Гермиона совсем вспыхнула, быстро скользнув внутрь, сердце предательски быстро колотилось внутри, пока Драко шел весь довольный из себя, посматривая на нее. «Напыщенный индюк», — но легкая улыбка сама тронула ее губы, пока Джин не посмотрела на дочь. — Для начала, я бы хотела сказать, что сделала это ради вашего же блага, — Гермиона мялась, неуклюже сев на диван. Мама тут же взяла девушку за руки, оказывая поддержку и показывая, что она примет любой расклад этой истории. Драко пристально наблюдал за действиями матери и дочери, невольно вспоминая Нарциссу. Он посмотрел на их сцепленные руки, задумавшись над тем, когда сам в последний раз вот так просто сидел с мамой. Опять тоска нагнала тучи над серой душой юноши. Пока Гермиона кратко рассказывала о том, что происходило за это время, Драко наблюдал за реакцией ее родителей, ее самой, иногда слушая вздохи страха от матери, и уже успел изучить каждую складку на нахмуренном лице мистера Грейнджер, снова и снова утопая в завораживающем голосе Грейнджер. Драко словил взгляд ее отца, когда особенно увлекся созерцанием его дочери, не слыша того, что происходит вокруг. Лёгким кивком головы мистер Грейнджер направился на кухню, намекнув Драко о том, чтобы он пошел за ним. Сердце предательски ёкнуло из-за предстоящего разговора с отцом… девушки? Настолько необычно, насколько желанно. — Итак, — негромкий голос отца Гермионы разрушил тишину на кухне. — И долго вы встречаетесь? — Не настолько, сэр. Совсем недавно, — Драко легко соскользнул с ответа, острый взгляд мужчины заставлял парня нервничать. — Значит вы… — Однокурсники, я учусь на Слизерине, она на Гриффиндоре. Мы знакомы с первого курса, — будто заученный текст проговорил Малфой. Ладошки вспотели. Мистер Грейнджер осмотрел парня с головы до ног. — Помнится, она рассказывала про одного назойливого парня с твоего факультета, — он будто в задумчивости почесал подбородок. Двухдневная щетина кололась. — Ох, я… Не волнуйтесь, я не позволю этому случится. Мы были детьми и… — Конечно, не позволишь. Если ее хоть кто-то обидит снова, или ты попытаешься поиграться с ее чувствами, то знай, юнец, я разберусь с тобой даже без помощи магии, — за секунду Драко побледнел, а внутри все похолодело, будто бы ему угрожает сам Воландеморт, а не простой маггл. Неожиданно мистер Грейнджер улыбнулся, в глазах его заиграли искринки, а широкая ладонь легла на плечо. — Что ж, может быть, мы вместе поиграем в дартс? Посмотрим на твою меткость, отвлечемся, расскажешь о себе, о семье. «Ещё хуже», — Драко уже молился богам, чтобы это все закончилось, но его никто не слышал. — Д-да, конечно. Только я не знаю правил. — О, парень, там все легко, схватишь на лету. — Папа, не думаешь, что для него это уже слишком? — кажется, его все-таки услышали. Игривый тон Гермионы был бальзамом на душу. — Я лишь хотел понять насколько хорош твой молодой человек, милая моя, — внезапно, серьезный и грозный отец превратился в облачко сахарной ваты. Так вот что творят дочери с отцами. Драко невольно представил свою маленькую принцессу. Драко вдруг задумался над тем, стал бы он так вести себя с парнем своей дочери… да, он был бы самым невезучим человеком на свете. Внезапное тепло прошлось по всему телу от странных навязчивых для него мыслей, стало страшно от того, насколько далеко он заглянул. Не успел слизеринец моргнуть, как мистер Грейнджер уже был рядом со своей женой, а Гермиона приглашающе смотрела на него, протянув руку и тихо прошептав. — Спасибо тебе, Драко, если бы не ты, то… — гриффиндорка прикусила нижнюю губу, пальцы сжали руку парня, а голос задрожал. Резкий порыв нежности и желание обнять ее были сильнее и быстрее Малфоя. Он осторожно обнял ее, нежно поглаживая по спине. — Всё, тише, Грейнджер, всё в порядке. Они живы, они помнят тебя и любят, что может быть ещё лучше? Поверь мне, я то уж знаю о том, как плохо без родительской поддержки. Полный слёз взгляд, зарумянившиеся щёки и эти глаза. Огромные, бездонные глаза, затягивающие Драко глубоко в пучину эмоций. С каждым легким и неспешащим наклоном головы, Гермиона видела, как Драко приближался к её лицу, оказываясь всё ближе к губам. Она закрыла глаза в ожидании, и лишь когда его губы коснулись её, она нервно выдохнула. По телам обоим прошлась легкая дрожь, каждый раз преследующая молодых волшебников. Лёгкое электричество окутывало их тела, а руки на горле все быстрее отпускали их. Он являлся её свежим глотком воздуха, а она для него. Рука скользнула к груди парня, сжав между пальцев нежный шёлк рубашки. — Нас ждут, Драко, — слизеринец недовольно кивнул, смакуя на губах еще теплый след её присутствия.

***

Проводить время с родителями после стольких месяцев разлуки было лучшим, что испытывала Гермиона за все эти месяца. Хотелось держать Драко за руку, постоянно, быть рядом, касаться его, чувствовать тепло тела, чувствовать, как он касается тебя. Чувствовать себя влюбленной в Драко Малфоя. Но время не ждёт, отгул был взят лишь на несколько часов. Из-за разницы во времени, они успели вернуться намного раньше, чем рассчитывали и теперь тайком пробирались к себе в башню, стараясь не попадаться никому на глаза. — Грейнджер. Миссия провалена. Услышав властный девичий голос за спиной, Гермиона осторожно повернулась, встретившись с карими глазами Джинни. — Ээ, привет, — Драко внезапно оказался дальше, чем она думала, а Джинни все еще сверлила гриффиндорку взглядом. — Ничего не хочешь мне рассказать? — Гермиона кинула взгляд на слизеринца, немощно крича о помощи, но гадкий слизняк, кажется, ослеп. — Я… ну, — глубокий вдох, — Дра… Малфой, иди без меня, я скоро приду.