Все, что происходит в Хогвартсе, остается в Хогвартсе?

      - О, нет, мой хороший. Ты наденешь это.       - Ни за что на свете! Ты меня не заставишь.       - Я знаю больше заклинаний, чем вы все вместе взятые. Я могу сделать с тобой все, что угодно, и ты этого даже не поймешь.       - Это угроза? Ты мне угрожаешь!?       - Да, ты все верно понял.       - Ах ты, хренов зануда...       - Рафаэль!       Гриффиндорец глубоко вздыхает, чтобы успокоиться, и отводит взгляд от Донни.       - При всем уважении, профессор Хамато, мы сейчас не в школе и я общаюсь со своим другом. Я имею право разговаривать с ним так, как захочу.       - О, значит, с моим сыном ты тоже ведешь подобные диалоги?       Раф сжимает зубы и медленно понимает, что опять накосячил. Сидящий рядом Лео краснеет и недовольно смотрит на отца.       - Пап! - шипит он. - Я же тебя просил.       - Что? Это вполне естественно, что я пекусь об отношениях своего сына.       - Йоши, друг, ты просто ведешь себя, как скряга, - смеется Амели, закутывая Софи в теплую кофту. - Дай детишкам самим разобраться.       - Детишки могли бы подбирать более подходящие выражения.       - Пап, серьезно, Раф даже не со мной разговаривал, а с Донни.       - Тем более, я считаю, что твой парень должен вести себя сдержанней. Донателло совершенно прав в этой ситуации и я не понимаю, зачем противиться.       Раф зло рычит и недовольно складывает руки на груди, откидываясь на спинку дивана.       - Чувствую, нас ждет самое веселое Рождество.       Пожалуй, все в комнате были согласны с этим высказыванием.       Друзья решили, что после произошедшего в конце прошлого учебного года, они больше не могут праздновать масштабные праздники по отдельности. Рождество, дни рождения, какие там еще бывают праздники - все только вместе. Амели была полностью согласна с парнями и готова была предоставлять их скромный домик. Только Софи была против. Ну, потому что Софи всегда была против подобных инициатив. Майки сравнивал свою сестру с Рафом и говорил, что они необычайно похожи. Софи и Раф отрицали это, заставляя Майки лишь шире улыбаться.       Вообще, никто не хотел праздновать в этом году Рождество как-то масштабно. Все хотели просто устроить тихий ужин, разойтись по комнатам и поздравить друг друга поутру. Но Майки настоял на большом пиршестве. И, конечно же, Донни поддержал его. Пуффендуйцу хотелось праздника, хотелось, чтобы они все вместе повеселились и уже окончательно забыли о Шреддере. Он и сам часто вспоминал тот день. День, когда встал на сторону врага. Не по собственной воле, но это все равно угнетало. Но Майки не собирался позволять прошлому брать верх над его жизнью, он хотел двигаться вперед и сиять, как солнце. Поэтому, да. Он решил устроить настоящее Рождество.       Их дом еще никогда не был так украшен. Везде висели гирлянды, игрушки и какие-то блестящие побрякушки. Раф уже успел сломать парочку. Иногда он мог быть достаточно неуклюжим. Амели составила меню на этот знаменательный день и все время провела на кухне. Ей помогали Раф и Хамато Йоши, но она постоянно их прогоняла, ссылаясь на то, что не любит, когда кто-то хозяйничает на ее кухне. Хотя, Амели и готовить-то не очень любила. Только по праздникам, когда Майки упрашивал. Именно он и упросил свою маму пригласить на их пиршество еще и отца Лео. Майки посчитал, что это здорово, что они могут стать маленькой семьей. Родители Донни не могли находиться в одной комнате, поэтому их никто не приглашал, а с Рафом все было проще. У него никого не было. Кроме друзей. Ну, и парня.       Майки всегда хихикал, когда мог наблюдать отношения Рафа и Лео. Они были... непривычными. Эти двое были просто друзьями, но тут бац! Все изменилось. И их это устраивало. Но пугало. Совсем чуть-чуть. Раф иногда посматривал на Лео с непониманием, как будто вспоминал о том, что они наконец-то вместе, и не мог в это поверить. У него на лице часто застревала мягкая улыбка, когда он думал о слизеренце или смотрел на него. Майки бы сказал, что никогда не видел лучшего друга таким счастливым. Раф светился от собственных чувств. Краснел, когда Лео целовал его, пытался скрыться за ворчанием, но никогда не мог сдержать улыбки. Майки был искренне рад за друзей.       Лео выглядел спокойнее и не особо распространялся по поводу их отношений. Прикрикивал на Майки, когда тот прикалывался над Рафом, тусил с Донни, но никогда не отпускал своего парня надолго от себя. Майки казалось, что эти двое буквально приросли друг к другу. Куда бы не пошел один, за ним обязательно последует другой. Лео ходил на все тренировки команды Гриффиндора по квиддичу, а Раф терпел вечерние посиделки Лео и Донни в библиотеке. Иногда к ним присоединялся Майки и они вдвоем пытались убить время, пока их занудные парни готовились к экзаменам. Майки и Раф не особо парились по поводу последнего года.       Конечно, Раф и Лео все равно много ругались. Типа, очень много. Они могли идти по коридору и поссорится из-за того, что Раф не взял Лео за руку, или что-то подобное. Хорошо, что они тут же мирились, признавая свои ошибки, но совершая их вновь. Лео оказался жутким собственником, он косо посматривал на всех знакомых Рафа, из-за чего они тоже ссорились. Гриффиндорец в этом плане был свободнее. Майки считал, что Раф спокоен только потому, что единственные парни, с которыми он общался - это Донни и Майки. И они оба уже заняты. У Рафа просто не было поводов волноваться. Но он сам имел знакомых и типа друзей вне их группы, что заставляло Лео постоянно напрягаться. Он мог провести целый вечер, после ссоры с Рафом, рассказывая своему лучшему другу о всех моментах, что Лео бесят в Рафе, при этом защищая гриффиндорца. Донни привык молчать в такие вечера, выписывая необходимые заклинания в толстую тетрадку.       Пожалуй, еще одной занозой в этих отношениях был Хамато Йоши. Он твердо решил убедиться, что Лео счастлив со своим парнем, поэтому не сводил глаз с Рафа. Постоянно спрашивал его на своих уроках, всегда оставаясь недовольным, сверлил взглядом во время обеда, из-за чего Раф взял за привычку есть в Невозможной комнате. Йоши придирался к каждому слову гриффиндорца и не уставал напоминать о том, что если Раф хоть как-нибудь обидит его сына, то может забыть о будущем. Лео злился и пытался образумить отца, но Хамато Йоши не мог успокоиться, оберегал своего сына, как самую младшую дочь семейства. Лео лишь еще больше бесился и устраивал иногда своему отцу бойкот. Короче, Майки считал, что жизнь била ключом как никогда раньше.       Сам он прямо сейчас стоял в коридоре и наблюдал за спором Рафа и Донни. Он был не в обиде на лучшего друга, просто хотел узнать, чем все закончится, поэтому не выдавал своего местоположения.       Раф хмуро смотрел в никуда. Сидящий рядом Лео, который с трудом удержал себя от того, чтобы не залезть своему парню на колени, что-то шептал на ухо гриффиндорцу. Раф еще больше нахмурился и отстранился от Лео, недовольно размахивая руками.       - Господи, хорошо! Я надену эти сраные носки!       - Рафаэль! - вновь осудил парня Хамато Йоши.       - Йоши! - тут же встала на защиту мальчика Амели. - Хватит уже доставать детей, у них каникулы.       - Это не значит, что они могут вести себя подобным образом.       Амели и Хамато Йоши принялись спорить, чем уже занимались сегодня утром. И после завтрака. И после совместного просмотра фильма. И во время совместного просмотра фильма. Майки считал это хорошим знаком. Он с усмешкой наблюдал за тем, как Раф с явной неохотой натягивал на себя красно-розовые носки, которые для него связал сам Майки. Не выдержав этого умилительного зрелища, пуффендуец залетел в комнату, как ураган, и запрыгнул на диван по другую сторону от Рафа, тут же обнимая его за шею.       - Я знал, что тебе понравиться! - довольно улыбался Майки, щуря глаза от счастья. - Я вязал их с любовью.       - Я в этом не сомневаюсь.       Майки довольно оглядел своих друзей. Лео сидел в зеленом шарфе, концы которого были совершенно разные по ширине. Кажется, там Майки напортачил. Еще он напортачил в этой шапке, которая была надета на голову Софи. Она была ярко-оранжевого цвета, слишком бросалась в глаза. На розовую кофту для мамы он даже смотреть не хотел, это был позор. Но Амели все равно носила подарок от сына, с наслаждением вдыхая запах от пряжи. Она пахла шоколадом. Даже профессор Хамато не был обделен подарком от Майки собственного производства. Он, после уговоров Лео, все же намотал на себя похожий шарф, только красного цвета. Майки считал, что ему очень идет этот цвет.       - Не пойми меня неправильно, мы все в восторге от твоих подарков, - сказал Лео, - но почему ты решил Донни обделить своей заботой?       Только у умника не было фирменной вещи от Микеланджело. Зато на его лице красовались новые очки в золотой оправе. Майки потратил все свои карманные деньги на эти очки, поэтому остальные подарки делал своими руками. Он несколько месяцев вязал эти глупые шарфы и носки, это было сложно.       - Мой милый Леонардо, - сладко пропел Майки, как будто писал душещипательное письмо, - все эти вещи будут согревать вас в холодные дни и напоминать обо мне. А Донни это не нужно, потому что я всегда буду рядом, чтобы согреть его.       - Как это мило, Майки, - улыбнулся Донни и потянулся из своего кресла, чтобы чмокнуть своего парня в щечку. - Для меня самый желанный подарок на Рождество - это ты.       Майки покраснел и схватил Донни за руку, не позволяя ему отстраниться. Софи скривилась, наблюдая за этой картиной.       - Ты обещал мне не гейское Рождество, старший братик, - недовольно сказала девочка. - Я осталась дома только поэтому.       - Софи, серьезно, кто в восемь лет празднует Рождество с друзьями? - Фыркает Майки. - Это дикость, у тебя есть семья.       - У тебя тоже есть семья, на которую тебе следовало потратиться больше, чем на своего парня.       - Ах, так? Тогда сообщаю, что я тебе наврал. Вот именно! Это будет самое гейское Рождество в истории человечества!       - Мам!       - Милая, ты прекрасно знаешь своего брата и его отношения. - пожала плечами Амели. - Могла бы и разглядеть подвох.       - У вас странный подход к воспитанию, - хмурится Хамато Йоши.       - О, простите, я забыла спросить ваше мнение насчет собственного сына, мистер Зануда.       - Могли бы и спросить, может, узнали бы что-нибудь полезное.       - Вот как? Обратите внимание на то, что я воспитала двух замечательных детей, а ваш сын настолько был закрыт в себе, что даже не знал, что был влюблен в собственного друга.       - Я думаю, его этот друг сам во всем виноват.       - Началось, - закатил глаза Раф и скатился вниз на диване, наблюдая за этой картиной. Амели ссорилась с Хамато Йоши, Майки ссорился с Софи, Донни ссорился с Майки, потому что он ссорился с Софи. - Почему мы с тобой не ругаемся только тогда, когда все остальные ругаются?       Лео равнодушно пожал плечами, наблюдая за своим отцом. Он даже не хотел лезть в это.       - Знаешь, мне кажется, если мы сейчас встанем и уйдем, то никто не заметит.       - Предлагаешь сбежать и отпраздновать Рождество только вдвоем? - улыбается Раф и берет своего парня за руку, перебирая тонкие пальцы.       Лео улыбается в ответ.       - Да. Это звучит как план.       Раф хотел бы сейчас уйти, остаться наедине с Лео и забыть о всяких ссорах и разговорах. Но он знал, что семейные праздники приходится проводить с семьей, даже если очень давно этого не делал. От этих мыслей Рафу стало тепло на душе. Пусть ругаются, Раф был рад, что сейчас находится рядом со всеми ними. Даже Хамато Йоши стал частью его странной семьи, которая состояла из двух взрослых, четырех подростков и одной маленькой девочки, которая не владела магией, но являлась самой грозной из них. Раф бы все отдал, чтобы сидеть в этой комнате вечно, сжимая руку Лео и наблюдая за своей семьей. На глаза навернулись слезы.       Лео заметил это и аккуратно вытер влагу со щек своего парня. Он ничего не сказал. Ему не нужно было знать причину, почему Раф плакал. Лео знал, что это были слезы счастья, и этого для него было достаточно.       - Ладно, ладно, давайте отложим все ссоры в сторону, - попытался примирить всех Майки. - Завтра ведь Рождество, самый главный праздник года! Мы должны встретить его с хорошим настроением.       - Ты когда-нибудь видел меня в хорошем настроении? - проворчала Софи.       - Несколько дней в году твое лицо освещается солнцем, совсем как в Питере. Таких дней слишком мало, к сожалению.       Софи недовольно фыркнула, но спорить с братом не стала.       - Итак! На завтра запланирована большая и грандиозная программа! - хлопнул в ладоши Майки, радостно обводя взглядом всех собравшихся. - Подъем будет ранний, сразу готовьтесь. Праздничный завтрак, открытие подарков от взрослых и Софи. Потом просмотр рождественских комедий. День отдан на игры и поиски подарков, а вечером уже рождественский ужин. О, и обязательная совместная фотография у елки. Теперь это будет наша традиция.       Майки широко улыбнулся, наверное, предполагая, что такой план всем понравился. Раф, сидящий рядом с ним, скривился, но ничего не сказал.       - Я не совсем понимаю, про поиски каких подарков ты говоришь, - нахмурился Хамато Йоши.       - О, да, точно. Вы же не знаете, - посмеялся над своей глупостью Майки. - Я подарил подарки всем сегодня потому что... ну, потому что я не дождался завтра. Но мы с ребятами, на самом деле договорились, что спрячем все подарки друг от друга и будем искать в Рождество по всему дому.       - Я лично их сегодня прятала весь день, - возбужденно сказала Амели. - Готова поспорить, вам придется здорово постараться, чтобы все отыскать.       Донни и Раф одновременно скривились и переглянулись. Они не горели желанием так напрасно тратить свою энергию, но что поделать. Это была идея Майки, а противоречить ему никто не мог. Хотя, все хотели бы подарить подарки лично друг другу.       - Ну, все, пора спать! - Майки первый поднялся с дивана и схватил Донни за руку, буквально заставляя тоже подняться. - Завтра важный день, надо выспаться.       - О, нет, нет, нет, молодой человек. - Амели тут же перегородила дорогу парням. - О чем мы с тобой разговаривали? Ты не можешь ночевать со своим парнем в одной комнате.       - Но мам! - возмутился Майки. - Мы же уже совершеннолетние.       - И что? Вы по-прежнему дети. Плюс к этому - подростки. Так что, расходитесь по разным комнатам.       Майки грустно посмотрел на смущенного Донни. Кажется, умник услышал предупреждающие нотки в словах Амели. Жаль, что уже поздно предупреждать. Тем более, они и правда уже совершеннолетние.       Раф и Лео переглянулись, но спорить тоже не стали. Тем более гриффиндорец, который старался казаться как можно правильным в присутствии отца его парня. Кстати, Хамато Йоши понравилась эта идея.       - Кажется, я впервые солидарен с вами, - довольно кивнул Амели он.       - А я вашего одобрения не просила, - фыркнула женщина и повернулась к Софи. - Ты тоже в кровать. И вообще, все по комнатам. Вас это тоже касается, Йоши.       И, грозно обведя всех взглядом, Амели покинула комнату.       - Вы поосторожней с ней, - с усмешкой сказал Майки Хамато Йоши. - Моя мама остра на язык.       Все покинули гостиную и стали готовиться ко сну. Майки, все же, смирился со своей судьбой, и заселился в одной комнате с Лео.       - Просто, понимаешь, я ведь уже давно не ребенок, - хмурился пуффендуец, пока застилал кровать. - А она даже разговаривает со мной, как с маленьким.       - Как будто я не знаю, - фыркнул Лео. Он не помогал другу, просто стоял у двери и наблюдал за ним. - Мой отец просто ненавидит то, что у меня есть парень и отношения. Уверен, он был бы рад, если бы я всю жизнь провел в затворничестве.       - Это просто кошмар какой-то! - застонал Майки и упал на кровать, уставившись в потолок. - Как ты справляешься с этим?       - Вру.       Майки непонимающе посмотрел на друга, на что Лео лишь пожал плечами.       - Слушай, не обязательно врать обо всем. Просто иногда лучше не договаривать правду. Или обходить слова родителей так, чтобы они даже придраться не могли.       - Типа, как?       - Ну, например, возьмем запрет спать в одной комнате с Донни.       - Ага, - непонимающе кивнул Майки.       Лео усмехнулся.       - Вы необязательно должны спать.       Майки покраснел и хотел что-то сказать, но друг его перебил.       - А еще мне никто не запрещал спать вместе с Рафом. Так что, мы нарушаем правила лишь наполовину.       - Что?       - То, - улыбнулся Лео. - И зря ты сейчас поменял постельное белье. Утром вновь придется это делать.       И, задорно подмигнув смущенному другу, Лео покинул комнату, оставив ничего непонимающего Майки одного. Что это сейчас было? И с каких пор Лео стало так плевать на правила и моральные ценности?       Наверное, на него просто хорошо влияет Раф. Он делает Лео спокойнее. Это хорошо, Майки правда рад за друзей. Но что они удумали?       Майки не дали возможности долго рассуждать по этому поводу. В комнату быстро залетел Донни, осматривая коридор за собой, и тут же закрывая дверь.       - Ух, я уже испугался. - улыбнулся он Майки. - Мне показалось, что там твоя мама.       Майки смущенно захлопал глазами.       - Так, это был ваш план с самого начала? Не слушаться взрослых?       - Мы уже достаточно взрослые, чтобы слушаться самих себя, - усмехнулся Донни и плавно подплыл к кровати. - Или ты можешь слушаться меня.       - Тебя? - Майки ласково улыбнулся и поднялся на локтях, заглядывая в карие глаза. Донни склонился прямо над парнем. - А ты обещаешь, что останешься со мной?       - Конечно, милый, - Донни ласково погладил пуффендуйца по щеке. - Это будет мой первый подарок.       - О, а что ты мне еще подаришь? - тут же загорелся Майки. Он мгновенно напомнил ребенка, из-за чего Донни улыбнулся. После всего, что они пережили, Майки оставался чистым и таким наивным. Его голубые глаза сияли, предвкушая счастье. И Донни был готов сделать все, чтобы предоставить своему парню это счастье.       - Завтра и узнаешь, когда найдешь свой подарок.       - Мы можем пойти искать подарки прямо сейчас! - с энтузиазмом сказал Майки. - А завтра просто будем удивляться, когда Раф и Лео будут их находить.       Донни вздохнул, но улыбнулся. Выглядело так, как будто он действительно собирался совращать ребенка.       - Как ты захочешь, Майки.       Пуффендуец, вдруг, засмеялся, и быстро чмокнул Донни в губы.       - Ты правда подумал, что я готов променять ночь с тобой на какие-то подарки?       - Да, ты вполне на это способен.       Майки засмеялся и потянул Донни на себя, из-за чего тот тут же упал на кровать, больно стукнувшись ногой.       - Аккуратней!       - Нет, это ты аккуратней. Смотри, не разбей мое сердце.       - Ни за что, милый.       - Я нашел!       Услышав крик Лео, Раф и Майки переглянулись и уже через мгновение неслись на кухню. Каждый хотел успеть первым и узнать, чей же подарок нашел слизеринец. Они чуть не снесли с ног удивленную Амели, получив вслед гневные крики.       - Мальчишки, - раздраженно пробормотала она и вернулась к своему спору с Йоши.       Майки первый залетел на кухню, за что тут же получил подзатыльник от Рафа.       - Научись проигрывать, - заворчал Майки, потирая ушибленную макушку.       У шкафа с печеньем стоял Лео и держал в руках завернутый в красную обертку подарок. Он выглядел взволнованным и уже хотел поскорее открыть его. Это был первый найденный подарок на сегодня.       - Давайте откроем, - предложил он и первый потянулся к обертке.       - Нет! - заверещал Майки, останавливая друга. - Мы не можем открывать без Донни. Вдруг, это подарок для него.       - Откуда мы вообще узнаем, от кого подарок и кому он предназначен? - раздраженно заворчал Раф.       - Мы открываем подарок, видим его, и тот, кто его дарит, во всем признается. Таков план.       - Почему нельзя было просто подарить друг другу подарки без этих пряток?       - Чтобы было интереснее!       - О, вы нашли мой подарок.       Все обернулись и посмотрели на стоящего в дверях Донни. Он смущенно смотрел на ребят, явно не желая такого внимания к своей персоне.       - Наверное, Амели посчитала, что там поваренная книга, поэтому и спрятала на кухне.       Подарок и правда напоминал по форме книгу. Теперь Майки по-другому смотрел на эту красную обертку.       - Это мне? - с надеждой спросил он.       Донни улыбнулся и подошел к друзьям, тут же приобнимая Майки за талию.       - Просто откройте его уже.       Лео не надо долго упрашивать. Он тут же потянулся за края обертки и неаккуратно ее порвал. Из упаковки показался корешок книги.       - Теперь я надеюсь, что это не мне, - скривился Майки.       - Не волнуйся, я не заставлю тебя больше читать.       Это успокоило пуффендуйца.       На обложке красовалось имя Уолта Уитмена. "Листья травы". Сама книжка была небольшая, в мягкой обложке.       - Это не мне, - нахмурился Лео. - Я знаю, что ты мне подаришь.       Раф удивленно посмотрел сначала на книгу, потом на Донни.       - Серьезно? - захлопал он зелеными глазами. - Ты даришь мне роман?       - Это сборник стихотворений, написанных в свободной форме, то есть без рифмы, - смущенно пояснил Донни. - Уолт Уитмен был великим поэтом и насчет его работ до сих пор спорят. В то время он был слишком... прогрессивным. И обширным. Он раскрывал свою душу наизнанку, видел мир таким, каким он являлся. Когда я читаю Уитмена, то всегда вспоминаю о тебе.       - Правда? - растерялся Раф.       Донни смущенно улыбнулся и кивнул.       - Когда поэты раскрывают себя, то они лишь помогают нам открыть собственные глаза пошире и разглядеть все до мельчайших деталей. Это один из моих любимых сборников поэзии и поэтому я дарю его тебе. Типа, как что-то важное.       Умник отвел взгляд и немного покраснел. Он не умел открывать своих чувств. Он всегда считал, что настоящие эмоции можно передавать только действиями. Или словами других людей. Наверное, именно поэтому он выбрал именно этот способ чтобы показать, что для него значит гриффиндорец.       Раф аккуратно взял в руку книгу и рассмотрел ее. Такая же, как и все книги во всех библиотеках. Не новая. Видимо, Дон действительно подарил ему то, что много раз перечитывал. Раф представил, как друг читает какое-то стихотворение, прикрывает на мгновение глаза и вспоминает о нем. Думает о его взрывном нраве, о неукротимой натуре и запутанной душе. Эти мысли заставили Рафа покраснеть и улыбнуться. Он с благодарностью посмотрел на Донни, получая в ответ улыбку.       - А еще Уитмен был бисексуалом, - вставил свои пять копеек Лео. - Так что, у вас много общего.       - Кстати, да. - поддержал друга Донни. - Можно сказать, что он был очень открытым бисексуалом. По крайней мере, в своих работах.       Раф усмехнулся.       - Что ж, кажется, этот чувак и правда был клевым. Думаю, мне понравится книга.       - А вот я в этом не сомневаюсь, - засмеялся Майки. - Донни слишком умный, чтобы выбирать плохие подарки.       Поиски продолжались. Это было как поиск яиц на пасху. Правда, никто из них никогда не занимался подобным. Софи пыталась мешать брату в поисках, но Донни быстро уговорил ее быть благоразумнее. Софи и Донни хорошо ладили, что не могло не радовать Майки. Следующий подарок был найден в гостиной, под диваном, и нашли его Донни и Майки. Точнее, это было два почти идентичных подарка, только обертки были разных цветов - фиолетовая и синяя. Наверное, Амели хотела упростить задачу парням. Оказалось, что еще месяц назад Лео и Донни договорились подарить друг другу по набору для подготовки к экзаменам. Они сидели как-то в Невозможной комнате и обсуждали подарки на Рождество, но ничего не могли придумать. Поэтому решили не усложнять себе жизнь и подарить друг другу что-то полезное и нужное. В набор входили перья, пробники, маленькие пособия и несколько чистых листов. Майки, назвав Лео и Донни занудами, забрал с собой Рафа и вновь отправился на кухню. И не прогадал. Прямо в печке стоял незапакованный шоколадный торт. Полностью шоколадный. Шоколадные коржи, шоколадная глазурь, шоколадная посыпка. Правда, выглядел он кривовато. Это был подарок для Майки от Лео. Слизеринец плохо готовил, но честно старался сделать все в лучшем виде, чтобы порадовать друга. Это же подарок своими руками, при этом шоколадный - что может быть лучше? Вот и Майки не знал. Он готов был расцеловать Лео за торт, но Раф быстро оттащил его от своего парня. Нечего тут губы распускать. Лео лишь усмехнулся и отправил Майки воздушный поцелуй, пока его тащили на второй этаж.       - Знаешь, а ведь все проходит не так плохо, - сказал Лео, пока они обыскивали комнату Амели, с разрешения самой женщины.       Раф хмуро посмотрел на парня.       - Не считая того, что твой отец пытался съесть меня на завтрак вместо "праздничной" яичницы. И почему она называется праздничной?       - Кажется, Майки добавил туда омелу.       - Разве она не ядовитая?       - Вполне возможно. Наверное, поэтому Донни добавил что-то в сок. На вкус было неплохо.       Раф лишь фыркнул на это и задумался, стоит ли заглядывать в шкаф. Ну, уж нет, лучше поискать под кроватью.       - Брось, Рождество проходит хорошо, - попытался подбодрить его Лео. - Майки весь светится от счастья, хотя еще даже не нашел подарка от Донни.       - Может, я нашел.       Лео вопросительно посмотрел на вылезающего из под кровати Рафа. В руках он держал подарок в желтой обертке.       - С чего ты взял, что это от Донни?       - Он аккуратней всех упаковывает подарки, - пожал плечами Раф. - Давай посмотрим, что там.       - Нет, надо позвать остальных.       - О, да брось, Донни и так знает, что там. А Майки все равно обрадуется.       И Раф тут же стал разрывать обертку. Лео ничего не оставалось, кроме как закатить глаза и сесть рядом с гриффиндорцем.       Освободив подарок от обертки, парни могли видеть перед собой потрепанный фиолетовый учебник по физике. Они нахмурились и переглянулись, ничего не понимая.       - Кажется, Донни обещал не дарить Майки книг, - заметил Раф.       - Может, там что-то внутри.       Лео потянулся к учебнику и открыл первую страницу. Прямо на внутренней стороне обложки красовался ручной текст. Лео тут же узнал почерк лучшего друга.       - Донни же ненавидит писать в книгах, - нахмурился слизеринец.       Раф положил учебник себе на колени и прочитал текст.       - "Когда-то давно эта книга научила меня многому и открыла глаза на нечто важное. Благодаря ей я понял, насколько сильно был влюблен в тебя. Возможно, теперь эта книга может показать что-то и тебе".       Раф открывал разные страницы и на каждой было что-то написано или нарисовано. Донни делился своими мыслями, рассказывал, как прошел день, или напрямую обращался к Майки.       "Ты сегодня улыбнулся так ярко, что я не мог поверить, что ты действительно существуешь. Невозможно быть настолько милым".       "Я решил, что буду записывать сюда маленькие комплименты для тебя каждый раз, как ты будешь смотреть на меня. Черт, ты чертовски много и одновременно мало смотришь на меня".       "Сегодня был плохой день и я подумал о том, что день не может быть плохим, если я хотя бы раз подумал о тебе. Даже если мы сейчас не рядом. День не может быть плохим лишь потому, что ты существуешь в этот день. И в следующий. И, я надеюсь, ты будешь существовать до конца моей жизни".       "Наука говорит, что всему рано или поздно приходит конец. Ненавижу науку. Я не хочу, чтобы когда-нибудь настал конец всему этому. Очень не хочу. Возможно, я не скажу этого тебе вживую, но я люблю тебя. Очень сильно. И я ненавижу то, что наука может разлучить нас. Давай мы навсегда уйдем в твой воображаемый мир?"       "Пожалуйста, не злись на меня. Я очень, очень сильно люблю тебя. Сильнее, чем я мог себе представить. Сильнее, чем я могу контролировать. Я хочу быть с тобой каждую секунду своей жизни и ненавижу то, что это невозможно. Ты говоришь, что на свете нет ничего невозможно. Я хочу верить тебе".       "Тебя так чертовски мало, Майки".       Раф и Лео растерянно переглянулись и закрыли учебник. Это была не просто книга. Это был дневник Донни, которому он доверял все свои чувства. Он мог рассказывать о том, что чувствует, только на этих страницах. Но теперь он готов поделиться собой с Майки.       - Мы зря открыли подарок, - сказал Лео.       - Зато теперь мы знаем, насколько сильно они любят друг друга, - ласково улыбнулся парню Раф и взял его за руку. - Пошли, порадуем Майки.       Конечно, Донни очень сильно злился, когда узнал, что друзья прочитали его учебник. Он кричал на Лео и Рафа, не жалея пыла и мата, пока рядом с ним стоял Майки и читал книгу. Буквально через несколько страниц он стал плакать, из-за чего Донни пришлось прервать свою гневную тираду и успокоить пуффендуйца. Майки повис на шее у Донни, утыкаясь лицом в его плечо.       - Ты лучшее, что есть в моей жизни, - прошептал он сквозь всхлипы. - И я обожаю этот подарок.       Лео и Раф тактично удалились, давая друзьям возможность побыть наедине. Всегда казалось, что Майки и Донни проводят вместе очень много времени, но, как оказалось, даже этого недостаточно. Поэтому Лео и Раф не стали им мешать. Вместо этого слизеринец потянул своего парня на улицу, во двор.       - Ты делаешь это целенаправленно, - заметил Раф. - Ты ведешь меня в определенное место?       - Да, - улыбнулся Лео и задорно подмигнул гриффиндорцу. - Я нашел свой подарок для тебя.       Раф покраснел и молча направился за Лео.       У Амели был маленький двор, но он был заполнен кустами и цветами. Сейчас ничего не цвело, зима, все-таки, но под небольшими сугробами Раф смог разглядеть совсем маленькую коробку. Он взял ее в руки. На ней было немного белого снега.       - Открывай, - поторопил его Лео. - Я не хочу, чтобы Майки и Донни увидели твой подарок раньше тебя или вместе с тобой.       Коробка не была в обертке, она просто легко открывала серебристую крышку. Внутри оказалась почти прозрачная цепочка, а на ней - круглая подвеска. На обеих сторонах были выгравированы неизвестные для Рафа символы.       - Это японские иероглифы, - пояснил Лео. - Читаются как «ai» (愛) и «koi» (恋).       - И какое же у них значение?       Раф аккуратно провел пальцами по символу. Металл был холодным и приятным на ощупь. Ему нравилось.       - Оба этих иероглифа переводятся как "любовь", - смущенно сказал Лео. - Вот только употребляют их по-разному. «Koi» может быть эгоистичной, а «ai» - настоящая любовь. «Koi» - всегда чего-то хочет, «ai» всегда дает. Я подумал...       Лео замолчал, потому что не мог подобрать подходящих слов. Он много дней думал о том, что скажет Рафу, даже составлял чертовы речи, но мгновенно все забыл. Надо было просто положить внутрь записку. Как всегда, Лео не умел говорить о любви.       - Ты подумал, что это идеально описывает нас с тобой.       Лео с облегчением кивнул. Раф все понял. Лео любил японский язык, хоть и не владел им в совершенстве. Скорее, он изучал отдельные иероглифы. И совсем недавно он наткнулся на эти два. Иероглифы показались ему странными и красивыми. Возможно, одно слово не могло описать, как именно любил Лео Рафа. И даже два слова не могли до конца передать все его чувства. Но осталось еще множество языков, множество слов. Лео мог искать и искать, пока не найдет столько значений любви, сколько ее уж точно опишут.       Раф ласково прикоснулся к щеке своего парня кончиками пальцев. Они были холодными и Лео нравилось это. Лео не любил холод. Но он любил Рафа и каждое его прикосновение.       - Поможешь застегнуть?       Лео поспешно приблизился к Рафу и взял в руки цепочку. Лицо гриффиндорца было всего в нескольких сантиметрах от лица Лео. Он с трудом подавлял желание бросить эту цепочку на землю и поцеловать Рафа. Но вот звучит щелчок и Раф прикасается к подвеске, которая теперь висит на его груди.       - Теперь ты никогда ее не снимаешь? - попытался пошутить Лео, чтобы скрыть свое волнение.       Раф улыбнулся и эта улыбка была чертовски близко.       - Сбавь пыл, Бесстрашный. Вдруг, я захочу нацепить на себя другое украшение, которое не будет сочетаться с этой безвкусной подвеской.       Лео засмеялся, потому что знал. Раф никогда не снимет этот подарок. Возможно, он даже полюбит эту подвеску больше, чем Лео. Что ж, слизеринец не против.       Когда они вернулись в дом, на них тут же набросился Майки, осуждающе крича о том, что они опять открыли подарок без них. Но потом он успокоился и сказал, что они нашли что-то большое. А так, как подарки от Лео и Донни закончились, то это точно было от Рафа.       - Интересно, для кого это? - возбужденно спрашивал Майки, рассматривая большой прямоугольный подарок. Он был упакован не очень аккуратно.       Друзья уселись в кружок на ковре в гостиной, положив подарок на середину. Раф смущенно смотрел на парней, теребя в пальцах подвеску. Кажется, это станет его привычкой.       - Ребят, вы же знаете, мне никто не выдает карманные. Поэтому я решил, что подарю вам один подарок на троих.       - Не волнуйся, мы лишь за, - кивнул другу Донни. - Но все же, что там?       - Я ставлю на то, что там огромная коробка со сладостями! - заверещал Майки.       - О, нет, скорее всего, там огромный список того, в чем мы ужасны, - усмехнулся Лео, за что тут же получил толчок в бок от своего парня.       - Нельзя строить предположения, основываясь лишь на форме и весе, поэтому я воздержусь.       - Ты просто ничего не можешь придумать, - усмехнулся Майки.       - Возможно.       - Боже, просто распакуйте его уже, - заворчал Раф.       Лео первый потянулся к подарку. Обертка даже не рвалась - просто снималась. Кажется, Раф не особо заморачивался с хорошей упаковкой. Просто попытался сделать красивый вид. Отложив обертку в сторону, Лео положил на ковер большой зеленый альбом.       - Ого, что это? - Майки уже хотел схватиться за альбом, но Донни перехватил его руки.       - Аккуратней, - предупредил он и, получив в ответ кивок, отпустил пуффендуйца.       Майки притронулся к обложке и тут же открыл альбом на первой странице. Там была одна широкая колдография. Кажется, это был третий курс. К ним тогда приезжали, чтобы пофотографировать выпускников. И, конечно же, Майки уговорил фотографа сделать один снимок и для них. У пуффендуйца всегда был хорошо подвешен язык.       Это была их самая первая совместная фотография. Донни смущался, переводил взгляд с Майки на объектив. Они тогда только начали встречаться, и недели не прошло. Майки же обнимал одной рукой умника, а другой - Рафа. На колдографии было видно, как гриффиндорец закатывает глаза, стараясь отстраниться от друга. Немного подальше от всей компании стоял Лео и откровенно смеялся, смотря на Рафа. В его глазах были заметны искорки нежности. Лео не умел скрывать своих чувств даже тогда, когда не знал о них. За их спинами рисовался огромный Хогвартс, прекрасный и величественный.       - Вау, Раф... - прошептал Лео, аккуратно притрагиваясь к краям колдографии.       Раф смущенно пожал плечами.       - Я просто подумал, что было бы здорово, если бы у нас был такой альбом с воспоминаниями.       Донни переворачивал страницы. Там было много колдографий и обычных фотографий, сделанных на телефон. На этой Майки пытался заставить Рафа съесть какой-то розовый кусок торта, на другой спали Лео и Донни, уронив на колени большие учебники. Вот они все вместе, вот один умник, который мечтательно смотрел, как по небу летает Майки. Вся их семилетняя жизнь, собранная в одном альбоме. Но там также было много пустых листов.       - Эй, мы можем пополнять его! - восхитился Майки. - Только представьте, сколько совместных лет мы сюда еще впихнем.       - Бесконечно много, - покачал головой Донни и улыбнулся. - Это замечательный подарок.       - Да ладно, - буркнул Раф и тут же покраснел. Лео взял его за руку, но от этого гриффиндорец еще больше засмущался.       - Тогда главный вопрос - у кого он будет храниться, - сказал Майки. - Я предлагаю этот прекрасный дом, как место его обитания.       - Нет, Софи тебе его назло испортит, - фыркнул Лео. - А вот мой отец только рад будет, если мы будем хранить такую драгоценность.       - Может, оставить альбом у самого ответственного? - скептически посмотрел на друзей Донни.       Парни стали спорить и одновременно рассматривать остальные фотографии. Раф со счастливой улыбкой смотрел на них. Возможно, это Рождество и правда было самым лучшим.