Привычка прощаться

Здание библиотеки было не так далеко от парка, поэтому, не теряя времени, Томас сразу же ушел туда, не прощаясь с одноклассниками. Да и с кем бы он мог попрощаться, в этом коллективе все были ему противны, и все по разным причинам: от кого-то дурно пахло, кто-то просто был дурной настолько, что и говорить не хотелось, одни были дикими заучками, с которыми просто скучно, другие спортсменами, с кем Томас не имел ничего общего. Парень, заранее спланировав свой уход от компании, которая собралась на внеклассное чтение в парке, ушёл другой дорогой, направляясь в сторону старого здания, стоявшего где-то на окраине посёлка. Небольшой домик явно потрепало время: шифер на крыше покосился, и местами там образовались дыры, пропускавшие воду во время ливней, проёмы в стенах, то ли от шибко голодных крыс, то ли от невоспитанных подростков с неконтролируемой агрессией. Библиотека была похожа больше на сарай, нежели на дом, пышущий знаниями. Как только Томас оказался у дверей дома и взглянул только на внешний вид, он подумал, что стоило бы пойти домой и не тратить время на всякую ерунду. Но не успел он моргнуть, заметить за собой такие мысли, как уже стоит посреди читального зала, не менее уродливого, чем всё здесь расположенное. Зайди он в городскую библиотеку, за несколько километров от их поселка, его бы поразило прекрасное убранство, чистота и порядок. Осмотревшись тут, он увидел пыльные полки, которые давно не выдели тряпки, книги, лежащие стопками на полу, всё с той же пылью на корешках и титульных листах. Еще пара часов нахождения в этой комнате и невольно подхватишь аллергию на пыль, задыхаясь от такой грязи. Видимо библиотека не часто принимала гостей. Но ещё пару минут обхода между полок, и парень нашёл нужную ему книгу. Старый ветхий переплёт и жёлтые как гниющие одуванчики листы, тонкие и хрупкие, как самооценка девочки-подростка. Он обнаружил в себе, что впервые так бережно и заботливо относится к книге, которую держал в руках. Для примера: когда в доме закончилась туалетная бумага, Томас пожертвовал оглавлением руководства по строению истребителя, дабы использовать в личных целях. А именно эту книгу он боялся уронить, чтобы листы не разлетелись по комнате, поднимая осевшую густую пыль в воздух. Снова вернувшись в читальный зал, к своему сожалению, он обнаружил там её. Вот кого на данный момент он не хотел видеть, так это её — эту мерзкую беловолосую светлоглазую отвратительно жизнерадостную девочку, которая час назад нагло таращилась на него. Она сидела на небольшом диванчике коричневого цвета и у Томаса быстро промелькнуло: «Цвет говна.» Демонстративно пройдя мимо неё и не обратив свой холодный взгляд, он сел напротив в абсолютно такое же кресло, точно такого же цвета. Она подняла на него любопытные живые глаза, оторвав их от очередного любовного романа, и начала изучать его вблизи, ведь ранее парень сторонился её, а теперь был так близко, что сначала чуть испугало девушку. Но она всё-таки решила представиться: — Риз. Меня зовут Риз. — Мне наплевать. Читала, вот и читай свои слезливые романы. — сухо и безразлично проговорил Томас, открывая книгу и не поднимая глаз на девушку. Теперь он знал её имя. Что оно ему дало? Ничего, он планировал забыть всю эту информацию. — Это так грубо с твоей стороны! — громко восклицает та звонким голосом, от чего пыль на полках задрожала. А вместе с ней и барабанные перепонки библиотекаря. Шикнув на подростков, мужчина ушёл в другой зал, заставляя детей оборачиваться и переглядываться. Томас посчитал её импульсивной выскочкой. Риз, взглянув на юношу, решила, что он самовлюбленный хам и скрытный персонаж, которому нет дела ни до кого, кроме себя. Впрочем, они оба были не правы. Томас кинул на неё гневный взгляд и снова уткнулся в книгу, пытаясь не обращать внимания на недовольный изгиб её бровей и следящий взгляд. Но порой всё равно отвлекался, чтобы та спрятала взгляд за переплётом своего романа. — Ты ведь не любишь читать. Миссис Джейн говорит, что такие как ты пойдут далеко и без книг. Ещё она говорила, что лётчикам не нужна художественная литература. — вдруг сказала та, увидев, как голова парня резко дергается от неожиданности. Слышится длинный вздох и зелёные глаза поднимаются на объект, издающий звук. Было видно, её присутствие его явно раздражает. — Если бы я верил всему, что говорит миссис Джейн, я бы не получил всех этих шрамов. Я проверил достоверность её слов на практике, и кое-где она глупа, как пень. Я проверил, как быстро ползает змея… — он стал более разговорчив, чего снова от себя не ожидал. Сегодня у Томаса день открытий и приятных неожиданностей. Он хмурит брови и снова опускает глаза на книгу, мысленно осуждая себя за такой всплеск эмоций. Но Риз не унимается, её лицо теперь лишь ярче сияет энтузиазмом и интересом. — Ух ты! И как? — Очень-очень быстро. Особенно, если до этого неудачно проткнул её лопатой. Ногу откусит. Поэтому целиться нужно чуть ниже головы, чтобы наверняка. Томасу надоело то поднимать на неё взгляд, то опускать. Но, признаться честно, живые глаза Риз действовали на него странно; он не мог опустить взгляд и не поднять его снова, потому что хотел заметить ее следящий упрямый взор. Она смеется, когда он рассказал ей про змею и это немного расслабляет его, заставляя тихо облегчённо выдохнуть. Но она продолжает на него в открытую глазеть, попросту наплевав на тот роман, который лежал у неё на коленях. — Что? — сипло спрашивает он, пытаясь понять, почему она так смотрит на него. Может пятно на щеке? Что? Томас быстро трёт обе щеки, вытирая возможную грязь с лица, на что девушка напротив только веселее расплывается в улыбке. — Как тебя зовут? — Зачем тебе? Я и твоё уже забыл. — фыркает парень, откладывая книгу на диван раскрытыми листами вниз, чтобы не потерять нужную страницу. Он понимал, что так просто она не отвяжется. А Риз и не собиралась. Ей хотелось его узнать. Если ей нравился человек, она делала всё, чтобы узнать его, шла напролом и нагло добивалась своего. Риз хотела большего от жизни, нежели Томас. И в какой-то момент она действительно добилась своего. — Меня зовут Риз. Давай в гляделки. Если я выиграю, ты говоришь своё имя? Если выигрываешь ты, то я отстану. — это был вызов. В её глазах горел огонь, девушка наперед чувствовала вкус своей победы. Внутри неё нет никаких сомнений, ведь переиграть Риз в гляделки было просто невозможно, только если ты не труп с открытыми безжизненными глазами. Но это не отменяло её настойчивости, когда ей хотелось чего-то. И этот огонь в её глазах заставлял Томаса задуматься. Он пал под давлением сверлящего взгляда девушки. Тяжело вздохнув и кивнув головой, он предполагал свой проигрыш. Так сказывалось на нем неверие в свои силы. Вот она, самая настоящая битва. Она села на край диванчика, чтобы как можно ближе видеть его глаза перед собой. Томас же просто наклонил корпус вперед, чтобы заметить хотя бы одно самое незаметное моргание её век. Огонь, такой живой, честный и трепетный, с яркими язычками пламени, как светлые волосы Риз и лед, такой замкнутый, желающий, чтобы его никто не трогал, иначе он растает от тепла, как внутренний мир Томаса. Он всегда был таким. И огонь Риз чувствовался в её глазах, когда она кривлялась перед его лицом, ни разу не сомкнув глаз. Война и мир, где Томас всегда шёл войной, вступая в очередную драку, кидая камни в птиц. Риз же была миролюбива, ей не обязательно враждовать, чтобы достигнуть своей цели, она была слишком умна и хитра, чтобы устраивать сцены и побоища. В ней было какое-то непостижимое для Томаса спокойствие, в то время как глядя на этого парня, Риз понимала, что ей не хватало этой бойкости и угрозы. Он моргает. Лицо Риз расплывается в довольной улыбке. Его ледник растаял. — Томас МакКейн. Довольна? — грубо бормочет тот, беря книгу в руки. Теперь она лишь больше сверлила его взглядом, на лице её была довольная улыбка. А он лишь больше нахмурился, вчитываясь в предложение. Но почему-то каждый раз скользил взглядом по одной и той же строке, перечитывая те же наборы слов, что и секунду назад. Риз смотрит на его увлечённое лицо. Она решила дождаться, пока Томас дочитает книгу, отводя взгляд уже в свой роман. Но его она полностью прочитала, и ей было скучно, Томас не обращал более на неё внимание. Сжав и без того тонкие губы в линию, Риз вздохнула и пересела на диванчик к Томасу, явно от любопытства и скуки. Он не обращает на неё внимания, предположив, что игнорирование является лучшей тактикой избавиться от Риз. Но он слишком плохо знал эту девушку. Томас читал, и она вместе с ним. Когда она дочитывала страницу первой, Риз отводила взгляд и ждала парня. Внезапно он спросил у неё, как бы невзначай: — Препарируем лягушек? Филипп поймал сегодня 3, одному скучно. — он продолжил чтение, совсем не обращая внимание на её удивленный взгляд. Риз не ожидала этого. Она думала, что Томас всегда сидит дома и ничем не увлекается, а тут он выдает такие вещи, которыми она бы в жизни не занялась. Но именно с этих лягушек началась их дружба. Он был странным, а она слишком гиперактивной. Но чем чёрт не шутит, лишь бы позабавиться, когда сводит двух разных людей в одном читальном зале.