Конец это начало

      Все молчали, я повернулся к ней, она сидела побледневшая. — Его узнаешь?       Отрицательно покачала головой, не в силах оторвать взгляд от экрана. — Шон, воды принеси, — я глянул на племянника. Он рысью помчался на кухню. — Мия?       Девушка растерянно посмотрела на меня. — Тебя ищут… — Хелен стояла позади дивана. — Причем активно, по всем каналам пустили ролики, — Джон взял у меня пульт и стал щелкать по другим каналам, выискивая другие подробности. По всем новостным каналам шли новости о ней, он прибавил громкость.       Все уставились на девушку. Она снова растерянно окинула взглядом присутствующих и закрыла лицо руками. — Я ничего не помню… — заплакала. — Мы должны сообщить её родным и полиции. — Хелен положила руки ей на плечи, пытаясь приободрить. — Нельзя, Хелен! Те головорезы сразу прознают, и не факт, что во второй раз им не удастся осуществить задуманное. — дядя четко аргументировал. — Джон прав, тем более ты же слышала про этого Тайлера Фергюсона, они вместе работали, что-то расследовали, и он пропал, уже месяц как. Его убили. Если она объявится, на неё начнется охота.       Мия заговорила тихо: — Но меня ведь ищут… Что если я, оказавшись с близкими, начну вспоминать? — Это исключено, Мия. Ты пока не стабильна, да и опасно это. Оставайся тут, восстанавливайся, память обязательно вернется, и мы подумаем, как быть. — А если не вернется? — она поджала губы, решительно заглядывая в мои глаза и боясь моего ответа.       Я мягко ей улыбнулся, стараясь вселить в неё уверенность. — Значит, останешься жить с нами. Подмигнул. Она потупила взгляд и снова закрыла ладошками лицо. Я сжал её колено. — Нормально всё будет, главное — не паниковать. — Давайте, чаю выпьем? Пирог уже остыл, наверное. Нам всем нужно немного расслабиться. — Хелен бодро сменила тему. Все воодушевленно стали подниматься. — Пирог сейчас самое то! — Джон потер ладони и встал. Только мы остались сидеть на диване. — Я хочу на воздух… — она едва прошептала, но я услышал. — Конечно, пойдем. Я подал ей руку и повел на улицу, а потом — по тропке в сторону леса. — Куда мы? — Отвлечься от всего.       Уже смеркалось, хоть она видела в темноте так же хорошо, как и я, я всё равно вёл её за руку за собой. — Отвлечься в лесу? — она хмыкнула, вероятно, строя свои теории. Я усмехнулся. — Что за несносная девушка! Потерпи и всё поймёшь. Но мне нравится ход твоих мыслей. Почти пришли. — Мне начинать бояться? — в её словах услышал улыбку. Впервые за все время, что она находилась тут.       Я остановился и повернулся, посмотрел на неё. Она, действительно, улыбалась. Луна освещала её волосы светлым пятном, а глаза чуть отдавали жёлтым отблеском, волк внутри меня заворочался и заворчал. Я прислушался к себе. И что это у него за реакция? Нравится ему эта волчица? — Ты чего?       Всё это время я разглядывал её и неосознанно втягивал её запах. Просто импульс. Сам не понял. — Макс? Всё… в порядке?       Я тряхнул головой, сбрасывая сторонние мысли. — Да. — кивнул больше себе. — Топаем дальше. — снова повернулся и повел её по тропке.       Что это было? Просто мгновенная вспышка какого-то порыва. Сам от себя не ожидал. Она… Она была мне симпатична, это, наверное, сыграло роль, но было и что-то другое, не просто симпатия к девушке, которая пытается какими-то своими женскими уловками привлечь моё внимание, а моё более инстинктивное желание оградить. Всё же мой волк проникся ей, иначе объяснить я не мог, ведь в инстинктах волка заложено было желание защищать свою стаю… Но она — не моя стая… Обращённая моей кровью волчица… Может в этом всё дело? Бред какой-то… — Макс? — Ммм? — Ты где летаешь? Я спросила, куда мы всё-таки идем? — Уже пришли, вот, — мы вышли на берег озера.       Звезды и луна освещали ночь, в городе такого не увидишь, зато тут даже созвездия были видны. А песни сверчков и шум листвы дополняли неповторимое очарование лесной ночи. — Посмотри на небо.       Она запрокинула голову, и мы вместе стали рассматривать звёздное небо. Почти чёрное, оно всё было усеяно мириадами серебристых звезд, которые перемигивались между собой. — Да… Невероятно… Очень красиво. — Хочешь искупаться? — я быстро скинул футболку.       Девушка задержалась взглядом на мне чуть дольше, чем, наверное, хотела, потому что, когда она посмотрела мне в глаза, я заметил, как она смутилась и отвернула голову к озеру. — Нет, я пожалуй тут посижу, полюбуюсь… Точнее, на воду… Посмотрю, в смысле, на…       Я засмеялся, не сумев сдержаться. — Да ладно, Герой, не смущайся. Можешь смотреть.       Я снял кроссы, затем быстро стянул джинсы с бельем и, разбежавшись, нырнул в воду, проплыл около пяти метров под водой, а когда вынырнул, то оторопел. Она повернулась спиной к озеру и осторожно пятилась к воде, а перед ней стоял волк, он вышел из леса, это был Калеб, мы частенько устраивали тут заплывы. Наверное, он услышал шум и решил присоединиться, но не ожидал, что тут будет чужак. А Мию начало слегка потряхивать, она стала часто дышать и порыкивать. О нееет! Обращение! Калеб её не знал, а она начинала скалиться. Драки было не избежать… Я быстро подплыл к берегу и, спешно выйдя из воды, подошел к девушке со спины, аккуратно сложив руки на её плечи, которые уже горели от жара близкого превращения. — Тише, тише, дыши. Медленно. Вооот так. Это свои. Он такой же, как и ты, он не желает тебе зла, тебе незачем защищаться. Это Калеб, мой друг. Всё хорошо, дыши.       Она слушала мой голос и пыталась делать так, как я говорил, набирая полные лёгкие воздуха и медленно выдыхая. Дрожь начинала униматься, а жар тела стихать. — Мм...акс… — она мелко тряслась.       Я стрельнул глазами в Калеба, тот, растерявшись сперва, быстро сообразил, что к чему, и, принюхавшись в направлении девушки, аккуратно переступил с лапы на лапу, развернулся и убежал обратно в лес.       Я, повернул её к себе, заглянул в жёлтые светящиеся зрачки. — Всё хорошо. Всё нормально. Он ушёл. Ты на дружественной территории. Никто не собирается драться.       Она перестала трястись, успокоилась, нервно хихикнула. Только сейчас я осознал, что стою голый вплотную к ней. Наверное, она тоже это поняла, потому что в следующую секунду уперлась ладонями мне в грудь. — Тебе бы одеться… — Оу! Прости, не было времени наряжаться, пока ты тут тряслась.       Она, надув губы, отошла и отвернулась. — Это ведь нормально, трястись от страха, когда перед тобой хищник гораздо крупнее тебя. Он тоже наполовину человек? Как это работает? Вы не делите территорию? Ведь здесь всё пахнет тобой, а он… он пахнет чужаком. — она повернула голову и посмотрела на меня пытливо с интересом.       Я закатил глаза, натягивая штаны и влезая в кроссы. — Просто я знаю, как себя вести в таких ситуациях, как-нибудь и тебя научу. Но конкретно в этом случае с Калебом мы дружим много лет. — я взял футболку и просунул голову в ворот. — Ты, кстати, не надумала искупаться? — Не сегодня точно. — К слову, ты отлично справилась, хорошо владеешь собой. Такими темпами быстро освоишься. — я улыбнулся ей во все тридцать два, проходя мимо и задевая плечом.       Мы шли в сторону дома по тропинке, я пропустил девушку вперед, а она всё оглядывалась и осматривалась. — Он больше не появится, не бойся. — Откуда ты можешь знать?       В стороне послышалось шебуршание, я учуял белку, но Мия, вздрогнув, ускорила шаг, при этом, оборачиваясь и принюхиваясь, запнулась о корень дерева, торчавший из земли, но вовремя сгруппировалась и избежала падения. Не сдержал смешок. — Это белка.       Она насупилась и пошла дальше, всё так же не сбавляя темп, но теперь уже смотря под ноги.       Мы вошли в гостиную. Шон с Джоном смотрели какой-то фильм. — Идите к нам, тут «Сумерки» вторая часть идет. — Шон с ехидной усмешкой посмотрел на меня, Джон улыбнулся. Я стрельнул глазами в парнишку. — Здорово, я не помню, смотрела или нет, а про что он? Мы прошли к дивану и сели рядом. — Ну там про оборотней и вампиров, главная героиня выбрала вампира, хотя, на мой взгляд, оборотни лучше… — Шон повернулся к Мие и подмигнул.       Я цокнул, закатывая глаза. Она, кажется, поняла что-то и, наверное, не в лучшем для меня свете, глянула мельком на меня и улыбнулась. Я зыркнул на Шона, обещая ему скорую расправу. А тот, ухахатываясь, отвернулся. Мелкий жук. В перерыве на рекламу крутили повторы про пропавшую, Мия увидела и погрустнела, отвернулась. — Я пойду, устала за день. — она еле слышно шепнула. — Есть разве не хочешь?       Она отрицательно мотнула головой и встала. — Тогда пойдем.       Я вышел с ней вместе, проводил до сарая, закрыл дверь, понимая, что она хочет побыть одна, и, вздохнув, пошёл пробежаться, заодно встретиться с Калебом, поговорить, чтобы аккуратнее рыскал по лесу.       Вернулся уже после полуночи и, проходя мимо сарайки, услышал сквозь неплотные стены тихие всхлипы. Недолго думая, открыл дверь и вошел, приблизился к ней. Она лежала спиной, свернувшись калачиком. — Эй… — я опустился на корточки рядом с ней и положил руку на её плечо. — Ты чего? — Нет, всё в порядке. Просто. - она шмыгнула носом, утерла слезы и, повернувшись ко мне, поднялась, села рядом.       Я усмехнулся: — Действительно. Когда у меня «просто», я тоже начинаю пускать слезу.       Мия улыбнулась и, не поднимая головы, тихонько проговорила: — Просто это страшно — не помнить ничего. Кем я была, что смотрела, чем интересовалась… — она снова всхлипнула.       Я приобнял её за плечи и притянул к себе, поглаживая и успокаивая. — Ну не надо, всё нормально будет, обещаю. Всё наладится.       Она несмело опустила голову мне на грудь, роняя слезы. Так мы и сидели. Я гладил её по волосам и плечам и как мантру повторял, что всё будет хорошо, что всё наладится, а она вцепилась тонкими пальцами в мою футболку на груди и, уткнувшись лицом, всхлипывала. Футболка намокла от слез, я чувствовал её запах, нежный и легкий, как ветер на весенней лужайке в лесу с только пробудившимися после зимы бутонами колокольчиков и цветков сирени. Щенячья нежность к этой девушке просыпалась где-то в груди. Волк чуял её и проникался, а я — следом, не в силах отделить свою животную суть от человеческой. Спустя какое-то время она успокоилась и, кажется, так и уснула сидя. Я аккуратно опустил её на плед, встал и хотел уже уйти. — Макс…       Повернулся. — Побудь со мной ещё. Пожалуйста.       Что-то в груди от этой просьбы, от этого надломленного голоса сжалось, я не мог отказать, толком не понимая своих ощущений. Я и сам не хотел уходить, а тут, когда она сама захотела, попросила, понял, что ей было так же тепло со мной, как и мне рядом с ней. Уютно и спокойно. Ведь, по сути, все дни, что она была тут, я почти не отходил от неё. Я начал замечать, что когда она не рядом, мне будто чего-то не хватает, будто часть меня остается с ней, и без неё я не полон. Наверное, она откололась, когда я увидел её почти мертвую, связанную и зарытую землей, ещё часть, — когда в ту первую страшную ночь не спал, переживая за неё. А потом кусок за куском отрывался и оставался с ней каждый раз, когда она смотрела на меня своими шоколадными глазами, улыбалась или грустила, смущалась или пугалась. — Конечно. — я разулся, — двигайся.       Она пододвинулась, я лег рядом и прижал её к себе спиной, укутывая в плед плотнее и утыкаясь носом в её шелковистые волосы.