29 февраля

      Впервые за последние четыре дня Тэхён проснулся раньше Чонгука. Самое интересное — каким образом: альфа просто напросто столкнул его с кровати. Огромной, на полкомнаты, кровати. Просто взял и столкнул. Сказать, что омега в шоке, ничего не сказать. Мало того, что он был уверен, что из этого царства шёлковых простыней, мягких подушек и пуховых одеял невозможно выбраться, не то, что упасть, так ещё и благодаря кому это получилось…       Сначала Ким ничерта не понял, но стоило приподняться с пола, сесть на колени и увидеть, как Чон мило дует губки во сне и причмокивает, лёжа звёздочкой на животе…       — Пиздец. Вот это доброе, блять, утро.       Чонгук что-то мычит, пока переворачивается на спину, тем самым возвращаясь ближе к середине кровати, а Тэхён уже знает, как отомстить. Он ползёт к ковру, что лежит прямо перед окном, и с этой стороны залезает под одеяло, крадётся вверх, стараясь не касаться ног истинного и, в результате, нависает прямо над его членом.       — Да случится месть, Чон Чонгук, — шепчет, улыбаясь самому себе.       Омега быстро целует головку, словно проверяет реакцию альфы, и медленно дует на неё, на что у Чона дернулась нога.       — Фак, как это делают в фильмах-то? Бред какой-то. Ладно, попробуем-с.       Тэхён медленно проводит языком вдоль ствола, а потом берёт в рот, но практически сразу же выплёвывает. Чонгук что-то мычит, вертит головой, а главное — возбуждается. И такая реакция ой как нравится омеге. Он снова обхватил головку губами, заглатывает глубже, осторожно посасывает, чувствуя, как член наливается кровью. Когда Ким заглотил чуть ли не до основания, то почувствовал руку у себя на затылке и хриплый от возбуждения голос истинного:       — И что это вытворяет моя детка?       Старший мучительно медленно, слегка царапаясь зубками, выпускает лакомый кусочек изо рта, смотря хищным взглядом в глаза альфы, так же улыбается, выпрямляясь в спине, и совершенно спокойно, даже пофигистично отвечает:       — Мщу. Руки убрал.       — Что?       Тэхён, пока что в шутку, ударяет альфу по рукам и ползёт выше, садится на бёдра, «случайно» пачкая смазкой кожу.       — Повторяю, руками не трогать. Это твоё наказание.       — За что?!       — Ты скинул меня с кровати!       — Серьёзно?       — Нет, я прикалываюсь!       Омега облокачивается руками на грудь младшего и начинает медленно насаживаться на вставший член.       — Р-расслабься, — рычит Чонгук, сжимая в руках простынь вместо желаемых половинок.       — Капец ты большой, — ноет Тэхён, выгибаясь в спине и запрокидывая голову назад. Но краем глаза он всё-таки заметил, как Чон потянул свои руки к нему, поэтому в следующую секунду тот получает удар по пальцам.       — Я тебе ясно сказал не трогать меня. Будешь слушаться — так и быть, разрешу.       — Ну Тэ… Ким медленно начал двигаться, мучая их обоих, но это правда того стоило. Смотреть, как истинный стонет от восторга и боли, что не может прикоснуться, сдерживает себя в руках из последних сил. Как назло омега ещё и наклоняется к нему, целует в шею, в губы, царапает грудь…       — П-пожалуйста, детка.       — Действуй.       Чонгук сорвался. Он сразу же одну руку опустил на ягодицу с таким хлопком, что старший вскрикнул в поцелуе, а второй царапал лопатки. Но ненадолго его хватило. Именно поэтому сейчас альфа снова восседает сверху и с бешеной скоростью вдалбливается в омегу.       Они кончают одновременно, Чонгук снова вышел до того, как излился, чему омега устало улыбается. Это определённо самое странное утро в их жизни.

***

      Оставшиеся дни течки пара провела также активно, пробуя разные позы и поверхности. А с понедельника они вернулись на учебу. Тэхён бы хотел остаться дома с Чонгуком, но он выпускник, пропускать больше нельзя.       Абсолютно незаметно для всех наступил и конец апреля. Тэхён был свидетелем Чимина, разумеется, а Юнги попросил таковым стать Чона. Своих близких друзей альфа не имел, а омега достал своими намёками о том, что брак будет хорошим, если свидетели переспят друг с другом. Да, иногда он ведёт себя страннее Кима, но не потому ли они соулмейты?       Свадьба была чуть ли не на весь город, но вот регистрацию пара сделала закрытой, пригласив лишь свидетелей и родителей. Юнги носился с Чимином, как курица с яйцом, что иногда конкретно выбешивало бедного Пака, вернее, уже Мина, но всё остальное прошло на высшем уровне. Особенно ночь свидетелей.       Свою же свадьбу Чонгук и Тэхён назначили на начало июня. Омега ныл, что не хочет такого торжества, как у друзей, а альфа отвечал, что надо. В итоге они сошлись на мнении, что зарегистрируются при всех, а вот дальше праздновать будут вдвоём, сбежав с собственной свадьбы. Тем более, что у Кима планируется течка.       Всё время, что до свадьбы Чимина, что до своей, парень постоянно чувствовал на себе враждебные взгляды, из-за чего одним вечером словил паническую атаку. И как бы не пытался Чонгук успокоить свою до смерти напуганную омегу — не смог. Он очень переживал за состояние истинного, поэтому даже скорую вызвал, врач который сделал укол Киму. Утром Чон проснулся от того, что Ким прижимается к нему и, едва касаясь подушечками пальцев, выводит какие-то только ему известные узоры.       — Ты как, малыш? — спрашивает альфа, прижимая к себе.       — Н-нормально. Прости меня…       — Здесь нет твоей вины. Больше ты не будешь ходить один по городу.       — Не стоит!       — Собирайся, завезу тебя к Чимину и пойдёте выбирать наряды на свадьбу.       — Н-нет. Пожалуйста…       — Ты чего?       — Не оставляй меня.       — Солнце, я не бросаю тебя.       — Давай, сегодня побудем дома? Я не хочу в ВУЗ. А вдруг у меня снова случится приступ?       — Во-первых, сегодня воскресенье. Во-вторых, я предложил вам с Чимин-хёном выбрать костюмы на свадьбу.       — Ты поедешь с нами?       — Нет, это плохая примета, вообще-то. Но с вами может поехать Юнги-хён.       — А ты?       — А я тоже уеду.       — Куда?       — Секрет, детка. Ну так что? Свадьба уже через две недели.       — Хорошо… Или нет.       — Почему нет?       — Кажется, у меня завтра защита диплома.       — Ты готов?       — Я с марта прекратил взаимодействие с ВУЗом, как только попал в больницу, ахах. Ты же знаешь, что я только последние пять недель ходил.       — Тогда остаёшься дома и готовишься. Что ты только делаешь в ВУЗе?..       — А ты останешься?       — А я всё равно уеду.       — Ладно, вези меня к Минам! — Чонгук искренне улыбнулся и поцеловал омегу в слегка надутые губки.       Тэхён выбрал чуть ли не самый дешёвый костюм. Он казался совсем обычным, но в нём есть что-то такое… Чимин просто глаз оторвать не мог. Конечно же они купили его и увезли к омеге, чтобы Чонгук не увидел это у себя дома.       Ким всё так же был уверен, что за ним следят. Чимин, заметив странное поведение друга, отвёз его домой и остался с ним до прихода Чона. Тэхён пытался отвлечься подготовкой к защите, но это плохо получалось, поэтому омеги улеглись на диване в гостиной перед огромным, на всю стену телевизором. Через полчаса парень уснул, а Мин переместился на кухню. Чонгук пришёл поздно. Чимин встретил его и рассказал, что случилось, на что альфа недовольно нахмурился.       Оставшиеся две недели прошли в том же духе. Тэхён защитился, сдал итоговые экзамены и получил красный диплом. По договорённости, ему отдали его сразу, а не на выпускном в июне. Но эти взгляды… Чонгук всегда ходил рядом с ним, но ничего не замечал.       Свадьба должна состояться восьмого июня. Тэхён очень переживал. Он вообще не понимал, что с ним происходит. Раньше он был весь такой дерзкий, а сейчас неженка какая-то. Чимин постоянно смеялся с этого, оправдывая друга тем, что так работает истинность. Но на этом ничего не заканчивалось. Всё было словно не то, не так, как планировалось.       — Тэхён, только не нервничай, всё пройдёт хорошо.       — Нет. Так, всё, мне похуй. Зови сюда Чонгука.       — Но, Тэ…       — Пусть он всё проверит, сейчас же. Кольца, музыку, слова на бумаге, паспорта. Я не выйду отсюда, пока вы мне не скажете, что всё нормально.       — Ты чего?       — Ужасное предчувствие, что всё пройдёт далеко не так, как мы хотим. Это опозорит меня, а может и его… Я ничего не понимаю, Минни. Мне словно перекрыли воздух. Я просто не могу сосредоточиться, не могу выйти.       — Это предсвадебная лихорадка, Тэхён-а.       — Я всё сказал.       И Чимину ничего не оставалось, кроме как пойти в зал и обо всем рассказать альфам. Папы обоих решили, что пойдут к Тэхёну, чтобы его успокоить, а остальные начали всё проверять. Тем более, Чонгук тоже чувствовал что-то неладное. Самое удивительное, что всё правда оказалось не так: абсолютно другая музыка, ужасный видеоряд, ошибки в речи… какие-то другие погрешности, хоть и незаметные, но значимые для них. Хоть с кольцами ничего не произошло, и на том спасибо. Чонгук внимательно осмотрел гостей и краем глаза заметил Тэёна и Богома.       — Какого дьявола?! Что вы забыли на нашей свадьбе?       — Ой, а мы не приглашены?       — Так это вы следили за Тэхёном. И вы здесь всё испортили.       — Какой умный бывший.       — Я люблю его, Тэён, не тебя. Люблю. Ты это никогда не изменишь. И что бы ты не сделал — да, испортишь настроение, но не его отношение ко мне. За что ты так поступаешь?       — Ты серьёзно?! Он отнял у меня компанию, он забрал тебя, оставив меня ни с чем. Из-за него пострадал Богом! Потому что эта шлюха отвергла его!       Чонгук не сдержался и теперь у Тэёна на щеке горит красный отпечаток руки альфы. Богом только хотел встать, как Чон злобно посмотрел на него, сжимая кулаки.       — Во-первых, ты не имеешь никакого права называть такими грязными словами мою омегу. Во-вторых, ты вообще не имеешь права никаким образом его обзывать и говорить что-либо в плохом ключе. В-третьих, ты разрушил всё сам своим же обманом. И ты, Богом-хён, не лучше. Задумались бы лучше о своих истинных. На чужом несчастье счастье не построишь. А ты, хоть и совершил много ошибок, всё равно его достоин, Тэён. Каждый достоин. А сейчас, чтобы хоть как-то загладить свою вину, оба поможете нам всё исправить, что вы натворили. Если испортите такой важный день моей омеге — я не знаю, что с вами сделаю.       Чонгук ушёл, а Тэён опустил голову и закусил губу. Младший прав. Тем более, кажется, омега нашёл своё счастье.