Ночная исповедь

- Не могу я так больше жить! Криком своим, кажется, он перебудил всех соседей. Однако маленькому тщедушному толстячку было все равно, что о нем подумают жильцы здешнего дома. Были дела поважнее - он напивался и беседовал со своим давним другом. Демон, сидящий на подоконнике, лениво почесал рог. - Не кричи ты так, оглохнуть можно. Хотя, знал бы ты, как у нас в аду орут грешники... - Надоело это всё! Завтра же пойду и вздернусь на петле! Демон выгнул изящные длинные пальцы и провёл ногтем по своим измождённым скулам. - Повеситься собрался? Ты что, это же страшно! Представь, как это больно - ужас какой! А ведь еще саму петлю завязать нужно - а разве ты умеешь? У тебя ж руки растут не из плеч явно. К тому же эту веревку ещё и купить надо - представь, как страшно из дома выйти, а ведь еще и продавщицей заговорить придётся... - Да какая разница! Вены себе в ванной вскрою! Он швырнул граненый стакан в стену, но тот, как ни странно, не разбился. Лишь лужица водки одиноко растекалась по линолеуму, как бы приговаривая: «И это всё, на что ты способен?» Демон почесал затылок. - Ну смотри, это же все равно больно, правильно? А процесс-то долгий - придётся изрядно в ванне полежать, прежде чем умрешь. Стра-а-ашно! И ты, кстати, боишься крови, не забыл? - Ну и ладно, утоплюсь тогда, и кто меня остановит? Демон отхлебнул из полупустой бутылки, поморщился и закусил долькой лимона. - В одном ты прав - действительно, останавливать тебя никто не станет. У тебя же и социальных связей нет, тебе с людьми разговаривать страшно. А уж дружить - тем более! Страх, да и только. Но вот топиться тоже больно, как ни странно. Ах да, ты и воды боишься, ты ж плавать так и не научился? Помнишь, как тебя в бассейн отдать хотели? Что ты тогда сказал? «Ой, да как же так, мне же страшно, там же люди кругом. Смотреть на меня будут, смеяться, пальцем тыкать. Нет, не пойду в бассейн». - Заткнись! Не желаю тебя слушать больше! В доказательство этому толстячок швырнул ещё один стакан, но теперь уже в демона. Как ни странно, демон даже не пошевелился, и стакан пролетел мимо. Не разбился. - Ну, вред ты мне причинить не можешь. И не потому что я демон - ты ж и муху пальцем не тронешь. При этих словах толстячок взвизгнул, будто его ужалили. - А, прости, совсем забыл, что ты и насекомых боишься. Так вот, продолжим. Ты и за себя постоять не можешь, поэтому боишься всяких подозрительных типов на улице. Да и сама улица, откровенно говоря, тебя пугает до чёртиков. Тут демон рассмеялся, довольный каламбуром. - Братец, честно тебе скажу - ты самый скучный грешник из всех, что я видел. А я повидал немало, уж поверь мне. Знаешь, что я думаю? Если уж грешить, то с размахом - так, чтобы тебя в аду короновали сразу же. А ты? Сидишь тут, трясёшься как осиновый лист, в ожидании невесть какой беды. Скучно с тобой, пойду я дальше. Меня там блудницы ждут, вот с ними повеселее. Вернусь завтра - водку, главное, не забудь. У нас в аду такой не делают. С этими словами демон открыл окно и легко, как пёрышко, спрыгнул прямо вниз, на холодный ночной асфальт. И единственная мысль в тот момент промелькнула в голове у толстячка. «Как же он с такой высоты спрыгнул, это ж одиннадцатый этаж! Стра-а-шно же». Пять.