Береги того, кто тебе дорог...

— Ну, Долголап! Мы уже долго тренируемся, — захныкала Мглуша, жалобно глядя на наставника. «Ой, как у меня лапы дрожат!» — думала она, стоя посреди тренировочной поляны.  — Ты всё никак не можешь нормально повторить приём, — фыркнул чёрный воин, — поэтому мы не уйдём отсюда, пока ты не выполнишь его, как нужно. «Что поделать, если он мне не даётся, этот приём?» — тряхнула головой Мглуша, покосившись на небо. Жара стояла просто невыносимая. Солнце припекало чёрную спину кошечки, пока они с Долголапом занимались на поляне для тренировок. Лёгкий ветерок играл листьями деревьев, шуршал травой; белые облака, медленно плывущие по небу, иногда скрывали собой солнце. Мглуша, заслышав стрекотание чем-то испуганной белки, почувствовала, как заурчало у неё в животе. «Было бы неплохо перекусить».  — Может быть, поохотимся? — предложила Мглуша, но Долголап уже сорвался с места и, принюхиваясь, пополз в сторону зарослей папоротников. «Ну и ладно, пускай сам добычу ловит, — обиженно надулась ученица. — А я пока с приёмом разберусь». У Мглуши никак не получался прыжок с зацепом. Она, прыгая Долголапу на спину, тут же заваливалась на бок и падала на землю, стоило ему хоть немного пошевелиться. «Что я делаю не так?» — сердито размышляла кошечка. Оглядевшись, она увидела пень, растущий за пределами тренировочной поляны. «Сойдёт». Кошечка, не раздумывая, бросилась к нему, дабы он стал «испытуемым». Приблизившись к пеньку, Мглуша напружинила задние лапки, собираясь подпрыгнуть, как вдруг из его узловатых корней раздалось шипение. В следующее мгновение что-то длинное и скользкое рывком выползло наружу, ярко сверкнув тёмной чешуёй на солнце. «Змея!» — тоненько пропищало в голове Мглуши. Сердце кошечки так и ушло в пятки от страха. Что же делать? Бежать? Но змея может погнаться за ней! Однако когда ядовитая тварь с шипением накинулась на ученицу, та, отскочив в сторону, с визгом бросилась наутёк.  — Змея! — заверещала она, кидаясь в папоротники, откуда уже вынырнул её наставник. — Долголап, она за мной гонится!  — Где она? — чёрный кот огляделся. Мглуша, тяжело дыша, тоже осмотрелась. Странно, но никакой змеи поблизости и вовсе не было.  — Уползла обратно в пень, наверное, — предположила удивлённая ученица. — Я… Понимаешь, я немного решила потренироваться без тебя, ну, повторить приём, запрыгнув на пень, и она…  — А кто тебя просил лезть к этому пню? — резко оборвал её наставник, размахивая хвостом. — И принюхаться, конечно, ты тоже не догадалась? Мглуша даже не знала, что на это ответить. Ученица сама прекрасно знала, что если в её голову вдруг приходит какая-нибудь мысль, то про всё остальное она мигом забывает.  — Извини, — разглядывая собственные лапы, пробормотала ученица. «Я больше не буду так делать», — совсем по-детски мысленно закончила она. Пробурчав под нос что-то вроде: «Вылитая Белка», Долголап повернулся к Мглуше хвостом, скрывшись в стеблях высоких зелёных папоротников.  — Я поймал мышь, — отозвался воин, возвращаясь с мёртвой добычей в зубах. Положив убитого зверька на землю перед ученицей, он кивнул Мглуше: — Поешь, потом продолжим тренировку. Не успела Мглуша и наклониться, чтобы подобрать мышку с земли, как кусты терновника, растущие на другом конце поляны, задрожали — это на поляну, легко ступая длинными лапами по земле, выбежала Златоушка. Следом за золотистой кошкой неспешно шли Брусника, Серохвост, Пламегрив и Мышехвостка.  — Вы тренироваться пришли? — поинтересовалась любопытная Мглуша. Ученица знала, что в племени нет оруженосцев, кроме неё. Из-за этого воинам приходилось выполнять обязанности учеников, а также повторять друг с другом боевые приёмы на учебных поединках.  — А зачем же ещё? — взмахнула хвостом Златоушка. Она, как и всегда, пребывала в весёлом расположении духа. Кошка повернулась к остановившимся позади неё воинам:  — Что ж, давайте разобьёмся на пары и начнём. Брусника встала напротив Мышехвостки, а Пламегрив решил сражаться с Серохвостом.  — А как же ты, Златоушка? — повёл усами озадаченный Долголап.  — С ней буду сражаться я! — заявила Мглуша, выскочив вперёд.  — Сколько приёмов вы уже отработали? — спокойно спросила Златоушка, уставившись на Долголапа своими огромными янтарными глазами.  — Немного, но, думаю, Мглуша сможет сразиться, — задумчиво изрёк чёрный воин.  — Конечно, смогу! — не задумываясь, выпалила ученица, сверкнув зелёными глазами. «Вот и настало время моего первого боя! — радостно думала она, глядя на Златоушку, вставшую в боевую позицию. — Пускай и учебного». Воительница первая накинулась на Мглушу — действовала кошка стремительно, и ученица лишь заметила её золотую шерсть, вспыхнувшую на солнце, как Златоушка уже оказалась подле неё. Кошка замахнулась на Мглушу лапой, но та отскочила, поднырнув под живот подруги. Взвизгнув, Златоушка вдруг прижала Мглушу к земле, навалившись на ученицу сверху. Та отчаянно забарахталась, пытаясь вырваться.  — Ой-ой, пусти меня! — заверещала чёрная кошечка.  — Ты прекрасно знала, что я могу придавить тебя, ведь я крупнее, — заурчала Златоушка, отходя и позволяя Мглуше вздохнуть полной грудью. — В следующий раз будь внимательнее, действуй быстрее.  — Продолжим? — пропыхтела ученица, подскочив на месте.  — Думаю, стоит, — серьёзно кивнула Златоушка. Занимались обе кошки ещё долго. Мглуша вертелась, прыгала, нападала первая. Она уже собственных лап не чувствовала, а всё продолжала отражать удары противницы. Наконец, ей удалось сделать подсечку Златоушке, от чего та, не удержавшись на лапах, неуклюже завалилась на спину. Чёрная ученица тут же вскочила на неё верхом, прижав к поросшей мхом земле тренировочной поляны, и победно улыбаясь.  — Хорошо дралась, — заметил Долголап, когда Мглуша, задорно виляя пушистым хвостом, подбежала к нему. «Златоушка не сражалась в полную силу, она мне всё время уступала!» — возмущённо думала Мглуша, сердито глядя на подругу.  — Думаю, нам стоит возвращаться в лагерь, — подал голос Серохвост.  — Да, а то уже закат начался, — добавила его сестра Брусника. Мглуша огляделась. Красное солнце уже скрылось за деревьями. Сквозь их ветви прорывались ярко-алые лучи, освещая поляны и кустарники, из-за чего лес казался залитым кровью. Обернувшись, чёрная кошечка также отметила, что небо за её спиной уже темнеет. Птицы смолкали, приготовившись отходить ко сну; наступал вечер — медленно, неумолимо.  — А чем мы займёмся завтра? — затараторила Мглуша, когда Долголап первым помчался прочь с тренировочной поляны. — Может быть, будешь учить меня охоте на птиц?  — Вот наступит завтрашний день, и решим, — даже не обернувшись, буркнул чёрный кот. Ученица едва смогла подавить нахлынувшую на неё волну раздражения. «Долголап относится ко мне, как к малому котёнку! И ему совершенно неинтересно со мной заниматься. Наверное, он не рад, что Ежевичная Звезда назначил его моим наставником», — думала расстроенная Мглуша. Она понимала, что ничего такого Долголап не сказал, но он мог бы произнести эти слова совсем другим тоном — более дружелюбным. Обида острым шипом пронзила её сердце, но кошечка решила не подавать виду. Вдруг наставник разозлится? Только этого ей не хватало! За этими размышлениями Мглуша и не заметила, как группа котов добралась до родного оврага. Едва кошечка обогнула ежевичный куст, прикрывающий вход в лагерь, как к ученице подбежал брат, едва не сбив её с лап.  — Поосторожнее! — Долголап бросил на Рыжелапа недовольный взгляд.  — Извините, — пропыхтел ученик целителя. — Мглуша, меня Воробей отправил за травами… Ты не могла бы мне помочь? «Да я просто с лап валюсь от усталости!» — захотелось сказать чёрной кошечке, но и отказывать брату ей не хотелось. Поэтому она просто улыбнулась:  — Конечно. Пошли!  — Я знал, что ты согласишься! — Рыжелап развернулся и побежал к выходу.  — А какие травы нужно искать? И где они растут? — поинтересовалась во время бега Мглуша. Она чувствовала, как трава приминается под её лапами, и негромко хрустят мелкие камешки.  — Пройдём по лесу, — отозвался Рыжелап, то и дело осматриваясь. Его яркие жёлтые глаза так и сверкали в сгущающихся сумерках. — Поищем тысячелистник, ноготки и можжевельник.  — А как они выглядят? — Мглуша остановилась, внимательно осматривая кусты.  — У тысячелистника мелкие белые цветочки, собранные в корзиночки, — брат ученицы тем временем обшаривал соседние кусты. — Ноготки ярко-жёлтые, но ты их здесь не найдёшь, за ними нужно идти к озеру или к ручью. — Ученик целителя повернулся к сестре с охапкой тысячелистника в пасти, протягивая её Мглуше. — Возьми-ка, пожалуйста.  — Этого хватит? — чёрной кошечке кое-как удалось понятно проговорить вопрос — с травами в пасти это не очень-то хорошо получалось.  — Вполне… А можжевельник растёт в сухих местах, как мне сказал Воробей, так что его будем искать в лесу, — закончил Рыжелап, направляясь в чащу. Мглуша, едва переставляя лапы, поплелась за ним. Когда ученики с охапками трав в пастях вернулись в лагерь, темнота опустилась на лес. Луна, цепляясь за верхушки деревьев, всё выше и выше поднималась в чёрные небеса. Тени деревьев и кустов ложились на землю, и порой, оказавшись в полной темноте, Мглуше становилось не по себе, но она знала, что рядом с ней идёт брат, распространяя вокруг себя горьковатый аромат лекарственных трав, чья шерсть изредка задевает её собственную. Едва войдя в лагерь, Мглуша почувствовала такую усталость, что была готова упасть прямо посреди поляны. К счастью, её соплеменники уже начали расходиться по палаткам. Быстро попрощавшись с Рыжелапом, кошечка юркнула в палатку оруженосцев и прилегла на свою моховую подстилку. События минувшего дня воспоминаниями сменялись перед её взором, когда она, закрыв глаза, свернулась клубочком и уткнулась носом в собственные лапы. «А ведь завтра Совет, — вдруг вспомнила ученица, негромко вздохнув. — Мой первый Совет…» В почти пустой палатке было тихо и одиноко, но усталость, взяв верх над мыслями Мглуши, уже совсем скоро утянула её в мир сновидений.