Пастырь

      Оттолкнуть Ютаку не получалось. Кою был настолько пьян, что сил едва хватало, чтобы удерживаться на ногах. Оставалось лишь слабо упираться руками ему в плечи, сжимая пальцами ткань кожаной куртки. Поцелуи напарника не были такими уж противными, просто Шима хотел целовать другого человека. Поэтому он просто стоял и ждал, когда Ютака насытится. Да и как-то странно было и не привычно, что всегда тихий и вежливый парень вдруг стал таким грубым и настойчивым. Чудеса, да и только. Воздуха катастрофически стало не хватать, и Кою болезненно простонал.       Юта не мог оторваться от этих манящих пленительных губ напарника. Желание получить больше росло с каждой минутой, да и слабое сопротивление мужчины только подогревало парня на дальнейшие действия. Болезненный стон Кою стал каким-то сигналом для него, и Ютака наконец оторвался от губ напарника, тут же впиваясь в шею мужчины, оставляя на ней влажные поцелуи.       - Ютака, прекрати, пожалуйста, - прошептал Такашима и зажмурился. Было приятно от действий парня, а затуманенный алкоголем мозг не хотел воспринимать всю серьезность ситуации. Напарник совсем не реагировал на пьяный шепот Шимы.       - Кою…Кою, - шептал парень между поцелуями. Он был словно голодный зверь, добравшийся до добычи. Ютака целовал настойчиво, отрываясь от Кою лишь на секунду, чтобы вдохнуть немного воздуха. Словно прыгал в омут. Может, утром Юта и пожалеет об этом, а может, Кою его возненавидит, но сейчас отпустить это податливое тело было выше его сил. Со всем остальным он разберется потом.       - Юта, - прошептал совсем тихо Кою и перестал сопротивляться окончательно. Сил не было, чтобы справиться с напарником, да и голова кружилась, словно Такашима был на карусели.       Юта потянул его в направлении комнаты, по крайней мере, он так предположил, и Кою пошел следом, заплетаясь в собственных ногах. Как ни странно, парень не ошибся. Это и вправду оказалась комната Такашимы с большой двуспальной кроватью, на радость парню, уже расправленной. Уке толкнул напарника вперед, и Кою плюхнулся на белые простыни. Халат распахнулся, открывая Юте отличный вид на стройные ноги мужчины. Парень быстро сбросил с себя куртку, и она с тихим шелестом упала на пол. Ютака навалился сверху на Кою, вовлекая его в долгий поцелуй. Голова Такашимы кружилась сильнее, и его начинало слегка подташнивать. Он знал, что не в силах остановить это безумие, устроенное парнем. Да и в таком состоянии он мог лишь раззадорить напарника и разозлить, поэтому Шима предпочел лежать бревном и ждать, когда Юта утолит свой голод. Такашиме нравился брюнет, но спать с ним он не хотел. Кою зажмурился и прохныкал. Это заставило Ютаку перестать терзать манящие губы и взглянуть в лицо мужчине. Он лежал на постели, раскинув руки в стороны, и тяжело дышал, часто облизывая губы и сильно зажмурившись.       - Кою, - тихо позвал Юта. Он взволновано взглянул в бледное лицо напарника. Как бы сейчас не хотелось Такашиму, парень не мог причинить ему боль и сделать неприятно.       Тело вдруг бросило в жар от этого голоса. Вместо бодрого голоса парня он вдруг услышал такой манящий, чуть хрипловатый. Мужчина тут же распахнул глаза и уставился на своего недолюбовника. Вместо Ютаки на него смотрел Руки. Кою чуть приоткрыл рот от удивления, но слова так и застряли в горле.       - Все хорошо? – снова спросил Юта, но Кою продолжал молча смотреть на него, широко раскрыв глаза. Это не на шутку взволновало парня, и он попытался встать с него, но Шима вдруг резко притянул его к себе за шею и сам впился в губы, жадно целуя и довольно постанывая. Это удивило Юту еще больше, чем этот странный взгляд Кою.       Руки как-то взволновано посмотрел на Кою и попытался подняться с него. Мужчина сам не знал, зачем он это сделал, но он притянул Руки к себе и жадно впился в эти с ума сводящие губы. Да, это именно то, что так хотелось Такашиме сейчас. Именно эти губы он хотел целовать, терзать только это тело, сжимая в крепких объятиях.       Юта только с энтузиазмом отвечал на порывы напарника, водя руками по нежной коже, поглаживая тонкую талию и сминая упругие ягодицы пальцами. Кою только громче стонал, выгибаясь в руках парня, и потерся своим возбуждением о бедро брюнета. Ютака просто сходил с ума от этого горячего дыхания на своей шее, томных стонов, податливого тела. Он коснулся пальцами члена мужчины, и Кою довольно простонал, вцепляясь в футболку брюнета, которую тот так и не успел снять. Уке поцеловал чуть припухшие губы напарника, и Шима распахнул глаза, встречаясь взглядом с взъерошенным возбужденным Ютакой.       - Юта? – удивленно произнес он. Его словно молнией ударило, и Такашима резко дернулся, пытаясь выпутаться из крепких объятий.       Юта на мгновение замер, а потом крепче сжал сопротивляющегося Такашиму.       - Да в чем дело!? – не выдержал он. Кою ерзал по постели и пыхтел, пытаясь оттолкнуть от себя напарника.       - Не надо! Пусти, я не хочу! – продолжал упираться он.       Ютака проигнорировал напарника и потянулся к его губам за поцелуем, но Шима отвернулся от него.       - Кою! – возмутился Юта.       - Пусти! – выкрикнул Шима, и Ютака разжал объятия. Мужчина тут же запахнул халат и откатился на самый край кровати, свернувшись в клубок. Он чувствовал, что поступает неправильно по отношению к парню, но не мог заняться с ним сексом. Он был готов это сделать с Руки, но не с Ютакой. Руки – он другой. Шима сейчас даже подходящее определение не мог придумать.       Юта пару минут посмотрел на спину напарника и лег на кровать, тяжело вздыхая. Интересно, кого видел Кою вместо него? Кто же так действует на мужчину?       - Кою, - снова позвал Юта, но ответа не получил. Шима тут же закрыл глаза, предпочитая претвориться спящим, чем сейчас разговаривать с парнем. – Спишь?       Он чуть приподнялся и провел пальцами по спине Шимы.       – Кого же ты все-таки видел вместо меня? – вздохнул парень и тоже прикрыл глаза. Кою прикусил нижнюю губу. Напарник точно не обрадовался, если бы знал, кого он видел и с кем хотел спать.       Он снова пробирался через тот же туман, стремясь скорее оказаться на свету, хоть и в том сером и безжизненном парке. Все же там куда лучше, чем стоять на влажной и хлюпающей под ногами земле и задыхаться в молочной вязкости тумана. К тому же, было ощущение, что за ним следят тысячи блеклых и мертвых глаз. Он даже временами слышал их хриплое дыхание и измученный стон где-то рядом. Это было совершенно новое ощущение, потому что раньше Шима совершенно точно этого не чувствовал. Когда кроссовки увязали в болотной жиже, ему слышался хруст ломающихся костей под ногами. Странно, но страшно не было, совсем нисколько. Мужчина сделал еще один шаг вперед и наткнулся на что-то твердое. Он замер на месте и опустил голову вниз, пытаясь разглядеть, что там. В тумане это показалось какой-то корягой, но оно точно шевелилось. Кою присел на корточки, пытаясь вглядеться. Туман немного рассеялся, и из глубины к его шее потянулись тонкие костлявые руки, а через секунду показалось серое, местами изъеденное, лицо человека, волосы на его голове почти слезли, открывая живописный вид на серую кость черепа, а то, что еще не успело отпасть, торчало рваными клочками. Губы были почти съедены, скорее всего, болотными тварями, и очень хорошо можно было разглядеть ряд желтых зубов и сгнившую челюсть, хрящи носа также сгнили и отвалились, оставив вместо себя зияющие дыры в полости черепа. Глазные яблоки, как ни странно, остались совсем нетронутыми и были такими блеклыми, что зрачка практически не было видно. Гадать даже не стоило, что это когда-то было человеком, а сейчас стало сложно дать этим останкам название. Кою раньше сталкивался с таким. Он видел такие трупы, когда тела вылавливали из болота спустя некоторое время после убийства. Убийца старался спрятать тело, надеясь на прожорливость болотной живности.       Существо выскочило из тумана так резко, что Кою дернулся назад и упал на землю. Она была ледяной, но, как ни странно, сухой, и не намека на болотную жижу. Хотя минуту назад он точно чувствовал влагу на пальцах. Недочеловек странно изогнулся, перекинув нижние конечности через себя и пополз таким образом к мужчине, отталкиваясь от земли руками. Кою замер. Он почему-то не мог оторвать взгляда от этих блеклых глаз. Ему казалось, что он слышит стон и крики о помощи, казалось, что слышит шелест голоса этого существа. Он был мягким и каким-то протяжным, таким жалостливым, что сердце невольно сжималось в комок, и хотелось отчаянно прокричать. Мужчине казалось, что существо просит о помощи, тянет к нему костлявые руки, чтобы Кою помог, избавил от невыносимой боли и страха. Да, он видел этот дикий страх и ужас в мертвых глазах. Такашима невольно протянул руки к существу, словно приглашая в свои объятия, и оно ринулось к нему так быстро и стремительно, будто только этого и ждало. Когда Кою готов был обнять его, ему помешали чьи-то руки, крепко обнявшие за талию и прижавшие к себе, тем самым перекрыв путь существу.       Туман вдруг снова сгустился, и обнявшего его стало не видно, но такой знакомый запах, перекрывающий запах гнили, заставил сердце стучать в два раза быстрее. Настойчивый вой существа не давал покоя. Кою теперь четко слышал, как оно болезненно стонет и плачет где-то рядом с ними, но почему-то не приближается, словно боится.       - Не слушай его, эти твари слишком коварны, - зашептал приятный бархатный голос на ухо, перекрывая протяжный скулеж. – Не смотри им в глаза, они часто врут. Каждый получает то, что заслужил. Твои объятия для них слишком желанны. Если позволишь хоть раз обмануть себя, они будут жить вместо тебя, - продолжал шептать голос.       Скулеж тем времен стал сильнее и жалостливее. Сердце Кою сжималось от жалости к существу, и хотелось посмотреть, что с ним. Мужчина попытался высвободиться из объятий своего спасителя, но тот не позволил, крепко прижав к себе. Скулеж перерос в болезненный вой и хныканье, а Такашима стал вырываться сильнее. Он больше не мог этого слышать. Так хотелось помочь, пожалеть.       - Пусти! – выкрикнул он и почувствовал, как сильнее стала хватка пальцев на его талии, почти сдавливая и доставляя неприятные ощущения. – Руки! – прокричал Такашима. Существо стало плакать и всхлипывать детским голосом. Сердце готово было разорваться на куски, и мужчину охватила просто безумная ненависть к обнимавшему его человеку.       - Да замолчи же ты! – проговорил рассержено Руки, обращаясь к существу. Кою хотел сказать еще что-то, но сразу же растерял все мысли и слова, когда губы попали в плен чужих настойчивых губ и влажного языка. Где-то на краю сознания он слышал болезный вскрик существа и хруст ломающихся костей, а потом все стихло.       Кою открыл глаза и огляделся. Он находился в своей комнате, радом слышалось размеренное спокойное дыхание. Мужчина медленно обернулся, посмотрел на спящего. В памяти тут же всплыли недавние события, и Кою тяжело выдохнул. Ютака чуть пошевелился и ближе придвинулся к нему, обвивая талию рукой и утыкаясь носом куда-то в плечо следователя.       Шевелиться совсем не хотелось, и Кою вновь прикрыл глаза. После сна были двоякие ощущения, он бы даже и не попытался их сейчас описать словами. Странные, и все. Но думать о содержании своего сна совсем не хотелось, да и теплое дыхание рядом успокаивало. Такашима вновь прикрыл глаза и погрузился в сон.       Он стоял на маленьком деревянном мостике, а впереди виднелась огромная река. Она была какой-то мутной и холодной. Снова не было ни души. По поверхности водной глади расстилался туман, придавая ей какой-то таинственности и серости, тоскливости и одиночества, а еще делал ее ледяной. Кою выдохнул горячий воздух из легких и с удивлением отметил, как изо рта идут дышки. Стало вдруг холодно, и он поежился. От воды совсем ничем не пахло. Вокруг было так тихо, что можно было слышать стук собственного сердца.       - Тут непривычно тихо, да? - раздался рядом тихий голос, и Кою повернулся, увидев стоящего рядом Юу. Лицо друга было бледным и задумчивым, а губы чуть посинели от холода.       Кою лишь кивнул на вопрос напарника.       - Холодно, - тихо произнес он, и брюнет понимающе кивнул.       - Знаешь, я всегда думал, что по ту сторону. Мне казалось, что я увижу теплый свет и почувствую невообразимую легкость, - усмехнулся он, а Кою замер, прислушиваясь к безжизненному голосу напарника и отмечая, что у того совсем нет дыхания. - Но я ошибся, – Юу замолчал и стал смотреть вдаль, где река скрывалась туманом и казалась бесконечной.       - В чем ошибся? – тихо спросил он, нарушая гнетущее молчание.       - Я вижу перед собой только серую водную гладь и тяжесть где-то в груди. Я боюсь подходить к воде близко, потому что знаю, что утону. Меня просто утянут на дно.       - Там разве кто-то есть? – удивленно спросил Шима, вглядываясь в воду, но она была ровной и гладкой, и ни намека на каких-либо обитателей.       - Есть. Они следят за каждым нашим шагом.       Кою кивнул, так и не поняв, о ком идет речь, но продолжал вглядываться в водную гладь.       - Я думал, что после смерти душа попадет в рай или в ад, а оказалось, что нет, - снова усмехнулся Юу после минутного молчания. Кою перевел на него взгляд.       - А куда?       - Это нужно заслужить. Некоторые остаются здесь и ждут, когда причалит лодка, чтобы увести туда, - Юу неопределенно указал рукой вдаль. - Кого-то забирают они, - он указал взглядом на воду. – Кто-то сидит в парке и ждет разрешения, а кто-то так и остается в вязком тумане и гниет в водах болота. Но лишь немногие удостаиваются чести уйти. - Чтобы попасть в ад, нужно тоже разрешение? – удивился Кою.       Юу промолчал, продолжая смотреть в даль. Кою тоже замолчал.       - А за кем-то Он приходит сам, - совсем тихо добавил Широяма.       - Что? – не понял Шима, посмотрев на друга. Кто «Он», Кою так и не понял, да и не хотел разбираться. Какая сейчас разница в этих словах, если в них нет совершенно никакого смысла. Да и Юу здесь совсем другой и кажется даже взрослее, чем на самом деле.       - Я не хочу, чтобы ты уходил с Ним, Кою, - вдруг тихо произнес друг.       Кою вновь открыл глаза и огляделся. На улице было уже светло, а в квартире приятно пахло чем-то вкусным. Шима приподнялся на постели и зашипел, ощутив боль в ребрах. Он коснулся кожи сквозь ткань халата, в котором уснул, и ощутил боль. Кою тут же раздвинул ткань на груди, пронаблюдав на коже синяки.       - Очень интересно, - выдохнул он и, запахнув халат, побрел в ванну.       Душ его освежил. Шима влез в джинсы и футболку и только потом направился на кухню. То, что произошло вчера, он помнил отчетливо, как и губы напарника, его нетерпеливые прикосновения. Неприятно не было, но и желания повторить или закончить начатое тоже не было. Да и стыдно было признаться, что возбудился Шима только когда увидел Руки вместо парня. Вообще, было проще сделать вид, что ничего между ними не было, ну или, по крайней мере, Такашима не помнит об этом.       На кухне возле плиты суетился его напарник. Он, по всей видимости, готовил завтрак, и Шима отметил, что парень неплохо сочетается с его кухней, да и смотрится на ней вполне гармонично.       - Привет, - поздоровался Кою.       Ютака повернулся и улыбнулся своей доброй улыбкой, показав милые ямочки на щеках.       - Привет. Выспался? – спросил он, возвращаясь к плите.       - Да, только голова болит, - пожаловался мужчина, она и вправду побаливала.       - Это похмелье, - улыбнулся напарник.       - Юта, ты прости, если я вчера вел себя неадекватно, и за то, что наговорил тебе в отделе.       - Да все нормально, - Ютака на миг замер с лопаткой в руке. – А ты совсем ничего не помнишь? – осторожно спросил он.       - Нет, я вчера, кажется, ужасно перебрал. Ты прости, если я что-то не то сказал, - врал Шима, - Ты хороший парень и напарник отличный. Я даже рад, что ты вчера пришел ко мне. Не знаю, что бы я мог натворить в таком состоянии, правда. Спасибо тебе. Я рад, что ты появился в моей жизни, - а вот тут Кою был совершенно искренен. Юта ему нравился. Он был особенным и отличался от других своей искренностью и добротой. Кою понял, что его так раздражало в парне – его доброта и терпимость, чего Такашиме никогда не доставало.       Юта на секунду прикрыл глаза, расстраиваясь, что Шима все забыл, но тут же взял себя в руки. Сердце неприятно сжалось. Все же, мужчина ему нравился, но пусть будет лучше так. Ему было приятно от слов Кою и в то же время досадно, потому что Юта понимал, что больше, чем дружеских отношений, у них ничего не будет. Если Кою предпочел обо всем забыть, то пусть так и будет. Ютака тоже не напомнит об этом. Пусть все будет, как есть.       - Все нормально. Только ты такой ужасный, когда выпьешь. Сразу драться лезешь, - улыбнулся парень.       - Бывает, я надеюсь, что не ударил тебя?       - Нет, ты едва на ногах держался, - продолжал улыбаться парень.       - Ты готовить умеешь? - сменил тему Кою, в памяти всплыли вчерашние гости, и он поежился, предпочитая поговорить о чем-нибудь другом.       - А, да, немного, - смущенно произнес он.       - Пахнет потрясающе, - довольно произнес мужчина, втягивая носом приятный запах еды.       - Это комплимент? – удивился Ютака.       - Считай, что да, - улыбнулся Шима. Было так приятно беседовать с утра с ним, словно так и должно быть. Стало совсем уютно.       - Спасибо.       - Только Юу не говори, что умеешь готовить, а то он тут же на тебе женится. Этой обжоре лишь бы поесть повкуснее, а кто приготовит, не так важно, - улыбнулся Кою.       - Хорошо, - засмеялся в ответ Юта. – Я звонил в больницу сегодня утром. Его состояние не изменилось, - как-то грустно произнес он.       Кою тоже сразу загрустил. Он сегодня намеревался обязательно посетить больного и встретиться с врачом. От воспоминания о Таканори даже в душе потеплело.       - Юта, ты можешь кое-что для меня узнать? – спросил он, собираясь проверить свои опасения. Хотелось знать, что Широяма в безопасности и в надежных руках профессионала, а для этого нужно все знать о людях, от которых зависит его жизнь       - Да, конечно.       - Узнай, пожалуйста, о Мацумото Таканори информацию.       - А кто это?       - Это лечащий врач Юу. Хочу быть уверенным, что Широяма в безопасности.       - Хорошо.