Пастырь

      - Я могу увидеть Мацумото Таканори? – спросил Кою у миловидной девушки на посту.       - А Вы по какому вопросу? – мило улыбнулась та.       - Мне нужно узнать о состоянии его пациента. Я из следственного отдела, - Кою показал девушке удостоверение.       - Секундочку, - она быстро набрала номер на телефоне. – Мацумото-сан, к Вам пришли из следственного отдела. Хорошо, - кивнула девушка собеседнику и положила трубку.       - Он ждет Вас в ординаторской на третьем этаже.       - Спасибо.       Мужчина поднялся в ординаторскую. В коридоре его уже ждал Мацумото. При виде врача сердце Кою почему забилось быстрее. Те чувства, которые Такашима начинал испытывать к врачу, были совсем не похожи на те, которые он испытывал к заключенному. И все же, это начинало беспокоить следователя. Ему даже на секунду показалось, что это все делает Руки. Он словно заколдовал Шиму и манипулирует его чувствами. Было странно, что после встречи с заключенным следователь ни с кем не спал. Близости хотелось только с Руки, и больше ни с кем. Но сейчас, смотря на Таканори, Такашиме было так спокойно, и внутри разливалось какое-то приятное тепло. Хотелось быть с ним как можно дольше.       - Здравствуйте, Такашима-сан, - вежливо поздоровался он.       - Здравствуйте.       - Вы по поводу Широямы Юу? – Кою кивнул. - Простите, но ничего утешительного сказать не смогу. Он по-прежнему в коме, состояние без изменений, - вздохнул врач.       Он опять выглядел немного уставшим.       - А прогноз?       - Пока не ясно.       - К нему кто-нибудь приходил?       - Нет, я попросил сразу же сообщить мне, если к нему кто-то придет. Пока никого, кроме вас и Судзуки Акиры, не было. Я так понимаю, он тоже следователь, я проверил его удостоверение.       - Да, - согласился Кою. – Спасибо Вам.       - Жизнь моих пациентов для меня слишком важна, и подвергать ее опасности я не позволю, - произнес Таканори и засунул руки в карманы белоснежного халата.       - А увидеть его можно?       - Только не долго.       Кою кивнул.       За стеклом Широяма выглядел бледной тенью того веселого парня. Казалось, что Юу даже постарел на несколько лет. Кою вздохнул, а Таканори внимательно посмотрел на следователя.       - Все будет хорошо. Он очень сильный человек, поэтому сможет со всем справиться, - подбодрил врач Шиму и мягко коснулся его ладони теплыми пальцами. Кою вздрогнул от прикосновения, но руку не убрал. Приятное тепло от прикосновения стало разливаться по коже, и Такашима прикрыл глаза.       - Интересно, что ему сейчас снится? – прошептал он.       - Я всегда предпочитаю думать, что они в таких случаях видят зеленый теплый лес и мягкую траву, а рядом чистый ручей с почти прозрачной водой,- проговорил Таканори, и Кою почти представил эту картину, когда перед глазами возник маленький деревянный мостик и серая безжизненная река.       - А может, серые холодные воды реки и молочный туман, делающий ее бесконечной, - прошептал Шима.       - Почему именно эта картина? - удивился врач.       - Просто я видел ее во сне и Юу на мосту. Он задумчиво смотрел вдаль и был очень грустным. Мне показалось, что он чего-то ждет.       - Чего же?       - Не знаю, может, лодку, - пожал плечами Кою, вспомнив слова напарника.       - Если она придет, то он исчезнет? – спросил Таканори также тихо. Вообще весь их странный разговор был каким-то тихим и со стороны похожим на бред, но врач понимал Кою как никто другой, и это заставляло Шиму говорить дальше, рассказывая о своих странных снах. Пожалуй, Таканори был первым человеком, которому Кою доверился и рассказал о мучавших снах.       - Скорее всего, да.       - Тогда нельзя позволить ему в нее сесть.       - А как это сделать? – хмыкнул Такашима. – Это всего лишь бредовые сны, и не больше.       - Знаете, говорят, что во сне наши души покидают тело и блуждают по разным мирам. Они оказываются там, где тело никогда не побывает. Обычно, после таких снов нас еще долго не покидают странные ощущения. Звучит как бред, но я почему-то верю.       - Верите в то, что мы блуждаем в пространстве? - удивился Кою, переведя взгляд на врача.       - Да. Хотя это не обоснованный факт, и все же, я доверяю своим снам.       - А разве это не картины, подкинутые нашим подсознанием?       - Возможно, но мне больше нравится думать, что по ночам я путешествую, а не сплю звездой на кровати, - улыбнулся Мацумото. Такашима улыбнулся в ответ.       - Я думал, что Вы спите, свернувшись клубочком, - зачем-то произнес Шима.       - Почему? - удивился врач и с интересом посмотрел на следователя.       - Не знаю, - пожал плечами Шима. Таканори улыбнулся и отвел взгляд в сторону.       - Все же в наших снах есть смысл. Стоит только подумать, и ответ на самые сложные вопросы можно найти именно в них. Нужно лишь правильно взглянуть на это.       Кою пожал плечами. Интересно, а какой ответ он может найти из своих странных снов? Что может дать ему этот бред, который Кою видит каждую ночь.       - А Вы нашли хотя бы один ответ на свой вопрос?       - Мне ничего не снится.       - Совсем?       - Абсолютно.       - Это странно.       - Возможно. Я с детства боюсь воды. Мне кажется, что стоит только коснуться ее поверхности, как тысяча невидимых рук утянет тебя под воду. Но даже она мне никогда не снится, - тихо произнес врач, а Кою поежился, вновь вспомнив слова напарника. Почему-то именно эти сны он помнил с точностью до каждой детали.       Шима вернулся домой и прошел на кухню, отмечая чистоту в ней. Все-таки Ютака просто мечта. И почему мужчина так зациклен на Руки? В кармане зазвонил телефон, и Кою ответил на звонок.       - Алло.       - Эта Юта. Я узнал про Мацумото, если ты дома, я подъеду.       - Да, только вернулся.       - Через полчаса буду.       Юта приехал через полчаса, как и обещал. Он разулся и прошел в квартиру.       - Вот все, что удалось о нем найти, - парень выложил на стол документы, и Кою тут же принялся их листать.       Оказалось, что Мацумото довольно преуспевающий молодой врач. Не раз был награжден за вклад в развитие медицины. Окончил медицинский университет с отличием, принимал активное участие в конференциях, к судимости не привлекался, за ним не числилось даже ни одного нарушения правил дорожного движения. Из всех материалов следовало, что Мацумото довольно яркая личность в кругах врачей и законопослушный гражданин своей страны. Кою хмыкнул.       - Странно как-то, на него совсем ничего нет.       - А что ты хотел увидеть? – удивился Юта.       - Ну, не знаю, я редко встречаю таких белых и пушистых.       Ютака улыбнулся. Он и сам не заметил, как перешел на «Ты», и ему это нравилось. Он как будто стал к Такашиме ближе, да и Кою не возражал против этого.       - Я на секунду подумал, что он пастырь. Ужас, - выдохнул Шима.       - Поэтому ты испугался за Юу?       - И поэтому тоже. Просто что-то во всей этой истории не складывалось, словно смотрю склеенную пленку, из которой вырезано пару важных кадров, - задумчиво произнес следователь. С души как будто камень свалился, когда он посмотрел дело врача. Все опасения Шимы оказались пустыми, да и, признаться честно, не хотелось, чтобы Таканори оказался пастырем или хоть как-то замешан в этом деле.       - Он обычный гражданин своей страны, - улыбнулся Ютака.       - Юта, а тебе не показалось, что этот врач похож на Руки, - задумчиво произнес Кою, смотря на фотографию врача, приложенную к делу.       Ютака поднялся с дивана, на котором сидел до этого, и подошел к напарнику ближе, также вглядываясь в фото.       - Да нет, они совсем разные. Хотя, оба довольно миловидные и миниатюрные, - заключил тот.       - Думаешь? – удивился Шима. Он явно видел одно и то же лицо, и сходство было поразительным.       - Ну, ты сам посмотри. У этого врача светлые волосы, карие глаза и пухлые губы, а у Руки черные волосы и тонкие губы.       - Тонкие губы? – не переставал удивляться он. Да у Руки очень даже пухлые и аппетитные губы!       - Ну да, и черты лица у него немного грубее, чем у врача. Да нет, Кою, они совершенно разные.       - А разве волосы у него черные? - не переставал удивляться Шима. Создавалось такое впечатление, что они видели совершенно разных людей. Кою видел Руки совсем другим, не таким, каким его описал напарник, и это было довольно неожиданно.       - Странно, - произнес Такашима.       - Что именно?       - Да все странно, чего не коснись в этом деле. Что о пастыре слышно?       - Пока тишина. Слежку установили, агенты работают, но пока ничего.       - А Руки что? – спросил Шима, пытаясь показать напарнику, насколько этот субъект его не интересует.       - Да тоже ничего. К нему теперь никого не пускают. Я пытался с ним побеседовать, но он напуган и боится оставаться наедине с агентами. На вопросы не отвечает. Мне сказали, что ты повредил ему голосовые связки, когда пытался задушить, - осторожно произнес Юта, следя за реакцией Шимы. Кою усмехнулся.       Вот манипулятор! Ничего он не боится, и все с ним в порядке, просто играет на публику. Вот только для чего?       - Прям сделали из меня деспота, словно я надругался над бедным ребенком. Почему-то все очень быстро забыли о его преступлениях.       - Не думаю, что он врет. На шее действительно видны синяки от пальцев.       - Нужно было все-таки сломать его утиную шейку, - выплюнул Шима, хотя в действительности он уже давно не злился на мужчину. Он просто тосковал по нему, хотя не хотелось признаваться себе в этом. Он хотел вновь увидеть заключенного, поговорить с ним, хотя бы просто оказаться рядом. Мужчина сам запутался во всей этой ситуации, но ответов пока не находил.       Юта ушел два часа назад, а Кою все продолжал сидеть на диване в гостиной и разглядывать дело Таканори, перечитывая вновь и вновь и пытаясь зацепиться хотя бы за что-нибудь из его биографии, но все было бесполезно. Мацумото Таканори был чист как стекло. На столе завибрировал телефон, и Шима ответил, не взглянув на дисплей.       - Кою, это Судзуки.       - Привет, Акира, что-то случилось?       - Да.       - Только не говори мне, что я уволен, - хмыкнул Такашима.       - Руки сбежал из тюрьмы, мне только что сообщили, - произнес взволнованно он.       Кою на секунду прикрыл глаза, собираясь с мыслями.       - Как такое получилось?       - Они пока сами не знают. Просто вошли в камеру, а она оказалась пуста. Никаких следов взлома или побега. Он просто исчез, словно сквозь землю провалился.       - Прям фокусник, - усмехнулся Кою, уже зная, кого посетит заключенный первым.       - Кою, будь осторожен, пожалуйста. Запри все двери и, если что, сразу звони мне.       - Хорошо, Акира, спасибо.       Кою сбросил вызов и тяжело вздохнул. Он уже точно знал, что Руки явится к нему, и, к своему удивлению, отметил, что где-то в глубине души рад этому.