Столбы Беркана

Илмари проснулся от странного жгущего ощущения. Сознание все еще было, как в тумане, но потихоньку память возвращалась. Они с Брэном, лес, снег и жар, плавящий тело. Жар, от которого не спасал даже холодный снег и ледяная земля. И понимание того, что сердце отсчитывает последние секунды. И единственная мысль, бившаяся в угасающем сознании. Брэн... Сказать, успеть. «Я люблю тебя... прости». И страх, что он не поймет. А потом темнота и секундное удивление - последняя эмоция - неужели все? И ответ часы спустя - нет, не все. Он все еще чувствует, все еще дышит, все еще думает. Где он, что с ним? Как он здесь оказался - под теплым одеялом и на мягкой постели? И почему он до сих пор жив? Илмари прислушался к себе. Странные ощущения. Того жара, от которого он сходил с ума, больше нет. Но он не ушел, он спрятался где-то в его груди. Тихий разговор и знакомый голос заставили его открыть глаза. Но все, что он увидел - это высокий потолок и часть стены. Для того, чтобы увидеть больше, надо было повернуть голову, но дикая слабость словно парализовала его. Тогда он снова закрыл глаза и напряг слух. Брэн... Это его голос. Слабый и слегка дрожащий. И другой. Нежный, но сильный. И имя, долетевшее словно с другого конца вселенной. Кай. Как странно... Но оно подходит к этому голосу. Разговор смолк и Илмари погрузился в тишину. Но это была тишина не мертвая, а живая. Она не напрягала - она убаюкивала. Как же хочется спать... **** Брэн проснулся только следующим утром. Отдохнувший, выспавшийся, он снова был готов к битве со всем миром. Вот только весь мир для него сосредоточился в двух людях - Илмари, все еще спящего глубоким сном и Кая, чье вмешательство спасло им жизнь. Осторожно укрыв Илмари одеялом, Брэн тихо выскользнул из комнаты. Ему надо было умыться, раздобыть чего-нибудь поесть, и хорошенько расспросить Кая. Но вначале ему нужно было найти что-нибудь, напоминающее туалет. К удивлению Брэна и вопреки его опасениям, сия комната оказалась не на улице, а в самом доме. Там же, за соседней дверью было нечто, похожее на ванную. И даже горячая вода имелась. Вознеся краткую молитву благодарности за вновь обретенные блага, Брэн с наслаждением погрузил руки в теплую воду. После водных процедур Брэн решил поприветствовать их спасителя и хозяина. Звать его он не стал: боялся разбудить своим криком Илмари. Вместо этого он решил обойти дом и заодно осмотреть, куда же их занесла судьба. Дом оказался большим, просторным и светлым. Вот только половина комнат была заперта на ключ. Брэн из чистого упрямства подергал очередную запертую дверь, а потом нахмурился. Странно все это. От кого можно запираться в лесу? Зачем вообще были сделаны замки во внутренних дверях? На это вопросы мог ответить только хозяин. Кай был на кухне. И он спал, положив голову на сложенные на стол руки. Во сне он казался совсем ребенком. Брэн застыл на пороге, боясь пошевелиться и не отрывая от него глаз. А потом, немного поколебавшись, сделал шаг вперед: Кай притягивал его, как магнитом. В памяти вдруг вспыли его глаза - горькие и чуть пряные. Как темный шоколад, который Брэн никогда не любил. Он протянул руку и осторожно коснулся растрепанных каштановых волос. Прямые пряди мягко пружинили под пальцами. Странное ощущение... Кай тихо вздохнул, и Брэн отшатнулся. Застыл, ругая себя последними словами. Кай наверняка жутко устал, а он и здесь дурью мается. Брэн тихо повернулся и сделал шаг к двери. - Брэн... - голос Кая был чуть хрипловатым со сна, но очень мелодичным. Брэн развернулся: - Я разбудил тебя. Прости... Кай тихо рассмеялся и встал. Брэн поднял на него виноватый взгляд, и его сердце сжалось. Кай смотрел на него ласково и чуть устало. Так смотрит мать на своего расшалившегося ребенка. И Брэна вдруг неудержимо потянуло домой. К родителям. К маме. Ему вдруг захотелось вновь заглянуть в ее глаза, услышать ее голос. Она, наверное, жутко волнуется. Она всегда волнуется за него. Брэн с силой закусил губу. Черт, ну надо же... пройти через все это и расклеиться из-за одного мальчишеского взгляда… ** Вечером Брэн лежал в постели и никак не мог заснуть. Этот день никак не выходил у него из головы. Сегодня он разговаривал столько, сколько и за неделю не болтал. Кай задавал вопросы. Их было десятки, сотни. Казалось, его интересовало все - от того, что происходит в мире до жертв последнего стихийного бедствия. Единственное, о чем не интересовался Кай, это были Илмари и сам Брэн. Он не спросил, как они здесь оказались, кто они такие. Казалось, что их имена - это единственное, что интересовало Кая. Это сбивало с толку и почему-то мешало сосредоточиться и задать, наконец, свои вопросы, которых у него было не меньше. Например, как Кай оказался здесь, как живет? У него нет телевизора и телефона, но есть горячая вода. Здесь нет магазинов, но ужину, которым он накормил Брэна, мог бы позавидовать любой ресторан. Откуда он берет продукты? Ходит в лес? Охотиться? Но Брэн никак не мог представить его себе с ружьем в руке, да и ружья он нигде не заметил. Десятки, сотни вопросов, которые неизменно застывали на губах под завораживающим взглядом. Странно, но Брэн почему то не мог допустить, чтобы эти глаза ангела затуманились от боли. А то, что это будет именно боль... Брэн не мог объяснить сам себе, откуда появилось в нем эта уверенность. Но она была, заставляя считаться с собой. И ни один вопрос за весь вечер так и не слетел с языка. И вот теперь он лежит и вертится с боку на бок, вместо того, чтобы спать и видеть десятый сон. Присутствие Кая невообразимым образом волновало его. Чем-то странным веяло от него. Хотя чем еще может веять от человека, живущего ТАК? Брэн вздохнул и закутался в одеяло. Тишина дома почти действовала на нервы. Он напряг слух и услышал тихое дыхание Илмари. Несмотря на то, что оно еще было тяжелым, оно не вырывалось из его легких так, словно каждый вздох разрывал ему грудную клетку, и Брэн незаметно для самого себя уснул, убаюканный им. * Брэну что-то не нравилось. Что-то тревожило его до дрожи, почти до истерики. Казалось бы, что сейчас, когда дела начали налаживаться и у них есть крыша над головой, да и голодная смерть им не грозит, надо успокоиться и расслабиться. Но Брэн метался по комнате от окна к окну, нигде не находя себе места. Если бы не Илмари, он бы давно сбежал отсюда. Лес казался ему сейчас самым безопасным местом на земле. Но Илмари еще болел. Он приходил в себя минуты на две-три, а потом снова погружался в сон, который был больше похож на обморок. Его белое, без кровинки, лицо казалось постаревшим и таким изможденным, словно он не спал в мягкой постели, а таскал камни. Но Брэн был согласен даже на это, лишь бы никогда больше не чувствовать того жара, от которого таял снег и от которого Илмари, как казалось, сгорает заживо. Пока согласен... Брэн поморщился и снова подошел к окну, обхватив себя за плечи. Он теряет контроль над собой. С каждой секундой его чувство опасности все больше давало о себе знать. Самое ужасное, что Брэн никак не мог понять, ЧТО его тревожит. Может, все дело в этом доме и его хозяине? Из коротких разговоров, в которых Кай умудрился рассказать все, не сказав толком ничего, Брэн выяснил, что он живет здесь один. Абсолютно один на ближайшие километров сто. Здесь только он и лес. Как он живет, чем он живет? Это осталось тайной за семью печатями. А этот дом? Большое деревянное строение, половина комнат которого закрыта на ключ. А еще отсутствие забора и вообще каких-либо намеков на ограждение. Если, конечно, не считать ограждением частокол деревьев, плотным кольцом окруживших дом со всех сторон. Брэн закрыл глаза. Да, странностей хватает. Вот только кому говорить про странности, но только не ему. Он сам - одна большая странность. Брэн поднял веки и заметил тень, исчезнувшую за углом. Кай отправился за дровами. Вот еще и одна странность. Вернее, две. Первая - это, конечно, сам Кай. Похожий на юного ангела, он вызывал дрожь у Брэна, заставляя мурашки бегать по коже. Чистый, незамутненный взгляд карих глаз леденил и будоражил кровь. Кай всегда был неизменно вежлив и приветлив, искренне обижался на неразговорчивость Брэна, но тот не доверял ему. И не доверял себе. Он не хотел себе в этом признаваться, но где-то там, в глубине души, он боялся Кая до дрожи в пальцах. Странное, ничем не обоснованное ощущение, но Брэн привык доверять своей интуиции. Она столько раз спасала ему жизнь... Брэна вдруг потянуло на улицу. Выйти, почувствовать, как мороз касается щек, вдохнуть чистый воздух. Он не выходил из дома еще ни разу с того дня, как оказался здесь. Страх оставить Илмари одного, и почти паническая мысль, что на самом деле он все еще сидит у потухшего костра, и это все ему просто кажется. Своеобразный подарок напоследок. Брэн оглянулся на Илмари. Тот спал глубоким обморочным сном. Если бы не размеренно вздымающаяся грудь, можно было бы поверить, что... НЕТ!! Брэн зло мотнул головой и, сорвав с вешалки свой пуховик, вышел. Постоял на крыльце, вновь привыкая к морозу. Воздух казался почти хрустальным - настолько чистым и свежим он был. Казалось - сделай рукой неосторожное движение, и он зазвенит. Зазвенит, запоет, а потом разобьется. Лес, плотным кольцом окруживший дом, звал и манил. Где-то там осталась тайна. Именно сейчас, когда проблема выживания больше не стоит перед ним, он смог оглянуться назад. Оглянуться, чтобы встретиться лицом к лицу с возникшими вопросами. Их оказалось так много, что Брэн растерялся. Он не знал ответа ни на один из них. Что из того, что он видел и слышал в лесу, было правдой, а что - плодом его перегруженного мозга и натянутых нервов? И это эхо... «я люблю тебя…»... По правде говоря, больше всего его мучило именно это. Если эти слова и были результатом бреда, то чьего? Его и Илмари? Хотя... какая разница, если это все равно бред. Брэн вздохнул и сошел с крыльца. Прогулка на свежем воздухе для него сейчас - самое то. Может, в голове чуть прояснится и он поймет, что делать дальше. Брэн глубоко засунул руки в карманы и вступил под сень леса, не заметив, как из-за угла дома за ним наблюдают карие глаза. *** Кай, закусив губу, провожал взглядом чуть сгорбленную фигуру Брэна. Когда его силуэт полностью растворился среди деревьев, он взглянул на солнце. Через несколько часов начнет темнеть. Если к этому времени Брэн не вернется, придется идти за ним. Но это хорошо, что он ушел. Прогулка пойдет Брэну на пользу. А вот ему надо кое-что сделать, пока его гостя нет дома. Кай тяжело вздохнул и зашел в дом, наглухо заперев за собой дверь. Зайдя в комнату, которую он отдал своим гостям, Кай подошел к постели Илмари. Тот лежал, раскинувшись на простыни и сбросив одеяло. У него снова начала подниматься температура. Кай нахмурился. Тот жар, от которого Илмари чуть не умер там, в лесу... Сейчас это было что-то другое. Да и вообще он давно должен был прийти в себя. Его сон... Кай осторожно коснулся пылающего лба. Илмари чуть слышно застонал, но не пошевелился. Кай нахмурился еще больше - трогать Илмари сейчас было бы крайне не желательно, но как это объяснить Ему, если Он не хочет ничего слушать? Кай обреченно вздохнул и отошел. Если он не выполнит Его приказ... Маленький изящный ключик всегда висел на шее. Незаметная дверь в самой дальней части дома бесшумно провернулась в петлях, и Кай окунулся в терпкий аромат сухих трав. Эта комната без окон была его святилищем. Здесь хранились все его запасы. Пучки засушенных трав, настойки и отвары. Некоторым из них было не меньше сотни лет. И то, что он искал сейчас, было из их числа. Изящная бутылочка из черного стекла тускло блеснула в свете свечи, и Кай улыбнулся ей, как старой знакомой. За всю свою жизнь он брал ее в руки не больше трех раз, но до сих пор помнил ощущение, которое наполняло его. Вот и сейчас, стоило ему только взять ее в руки, как невиданное по своей силе чувство защищенности наполнило каждую клеточку. Он ласково прижал бутылочку к груди и вышел, оставив огарок свечи в комнате на полке у двери. Тончайший и очень острый нож ждал своего часа в специальном ящичке. Бинт и вата - тоже. Вернувшись к Илмари со всем этим хозяйством, он застыл в нерешительности перед постелью. Делать этого не хотелось ужасно. Илмари надо было просто дать время, но... «…- Отал, он нужен мне, - спокойный холодный голос не выдавал ни одной эмоции. - Боюсь, это невозможно. Он еще слишком слаб. - Так помоги ему. - Ты запретил мне к нему прикасаться, помнишь? - Тогда так было нужно. Фрейр должен был справиться сам. Теперь, когда все закончилось... Я не могу больше ждать, Отал. - Вейрд, ты даже не знаешь его. - Я чувствую - этого достаточно. - Он - не тот, кем ты его считаешь, - упрямо нахмуренный лоб говорил лучше всяких слов. - Почему? - насмешливый голос осыпался льдинками. - Лес принял его. И теперь он везде. Я чувствую его в каждой ветке и в каждой снежинке. - Вейрд... - Хватит, - резкий голос вызвал дрожь. - Я и так слушал тебя достаточно долго. Помоги ему и приведи ко мне. - А… - Мне все равно...» При этом воспоминании красивое лицо Кая исказила усмешка, из его груди вырвался полувздох-полушепот: - Ты даже не знаешь и половины его силы. Он присел на краешек постели, не отрывая взгляда от Илмари. Когда-то, два, три дня тому назад, неделю, этот человек был очень красивым. А теперь... лицо белее снега с черными кругами под глазами, обметанные губы искусаны до крови. А на худое до невозможности тело просто страшно смотреть. Но где-то там, под этой тонкой кожей и выступающими ребрами билось сердце, наполненное горящей силой. И то, что не давало ему проснуться, тот страшный подарок, чуть не погубивший его, но в итоге спасший. Кай осторожно взял Илмари за руку и сделал тонкий разрез на запястье, перерезая синюю жилку. Необычно яркая кровь пульсировала и была слишком горячей. Быстро надавив на вену по обеим сторонам разреза, Кай отложил нож и потянулся к уже открытой бутылочке. Нагнулся над красной от крови рукой и, почти не дыша, капнул в ранку. Кровь зашипела, запузырилась, а потом вдруг все капельки и ручейки, растекшиеся по белой коже, втянулись обратно, и не осталось даже следа того, что к девственно чистой коже кто-то прикасался. Кай вздохнул и вытер пот со лба - если бы вместо одной капли в вену попало две... Он даже не хотел об этом думать. Но все обошлось и совсем скоро Кай увидит, какого цвета глаза у его гостя. Гостя, которого он почти возненавидел. Возненавидел потому, что он владел всеми мыслями человека, которого Кай любил всем своим сердцем. *** Брэн шел по лесу, не глядя под ноги. Все мысли его были заняты поиском выхода. Если Кай не врет, а он не врет, то помощи им не найти. А идти за сто километров в поисках хотя бы телефона... Он не настолько силен. Да и оставлять Илмари здесь одного было нельзя. Брэн сам не знал почему, но нельзя. И дело тут было уже не в Кае. Здесь было что-то другое. Но откуда исходила опасность, Брэн не мог понять. Причем эта опасность относилась к Илмари и только к нему. Брэн поднял голову и еле успел увернуться от ветки, норовящей ткнуть ему прямо в глаз. Брэн тихо, сквозь зубы выругался, а потом огляделся и замер. Не может быть... Брэн помотал головой, но мираж не исчезал. Более того, он приобрел четкость. Там, впереди и чуть сбоку, стоял столб. Брэн нахмурился, а потом сделал к нему шаг и еще один, и еще. А когда подошел к нему вплотную, то понял, что это был другой столб. Похожий на тот, который он видел в первый день, но не более того. Этот был черным, будто покрашенным чем-то. А еще он был очень старым. Да и картинка была другой. Брэн присмотрелся. Человек, стоящий на коленях перед волком. Интересно. Брэн обошел его со всех сторон, но снова, как в первый раз больше не мог рассмотреть ничего. Жаль, что он забыл о собрате этого столба и не спросил о нем Кая. Тот наверняка должен был что-то знать об этом. Хотя еще не все потеряно. Он может расспросить обо всем сегодня. Наверняка за этими изделиями рук человеческих стоит какая-нибудь легенда или миф. Кай должен знать об этом. Брэн решительно развернулся и вдруг столкнулся нос к носу с Каем. Его красивое лицо было серьезно, а в глазах стояло непонятное волнение и еще более непонятный страх. - Что ты здесь делаешь? - внезапно в голосе Кая послышался металл. - Я гулял и вдруг набрел на это, - Брэн кивнул за спину, недоумевая. Какая муха укусила Кая? Или в лесу он всегда такой? Кай с секунду смотрел на него, а потом просто развернулся и, уже сделав шаг вперед, взглянул на него из-за плеча: - Я пришел за тобой. Твой друг проснулся. Сказал и уже почти исчез в тени леса, как Брэн, до которого только дошел весь смысл слов Кая, бросился за ним: - Подожди! Кай остановился: - Возвращайся один. Мне в другую сторону. Брэн резко остановился: - Но… - Я скоро вернусь. Кай странно и как-то криво улыбнулся, пряча боль в глубине глаз, а потом окончательно растворился среди деревьев. Брэн недоуменно пожал плечами, а потом понесся в сторону дома. Илмари... Илмари проснулся! *** Кай шел быстро и стремительно. В лес, в горы, куда угодно, но только подальше от дома. Находиться там сейчас было бы просто невозможно. ...Когда Илмари открыл глаза, Кай был рядом с ним. И теперь он понимал, что нашли в нем и Вейрд и Брэн. Илмари был физически почти уничтожен, его мозг находился еще в тумане и не мог понять, где он и что с ним, но его сила, его желание жить просто подавляли. Безумно красивые глаза, которые оказались зелеными, были затуманены. Илмари молча смотрел на Кая, а потом опустил веки. А когда его ресницы снова поднялись, на мир смотрели уже ясные и яростные глаза. Бледные губы шевельнулись: - Ты - Кай? Рот Кая тронула кривая улыбка. А он даром время не теряет. - Да. Глаза Илмари сузились: - Почему я все еще жив? - его голос был сухим и тихим, но с каждым словом он обретал силу и глубину. - Видимо потому, что умирать тебе еще рано. Почему... - Кай замолчал в нерешительности, а потом произнес на одном дыхании. - Почему ты не сказал Брэну, что у тебя рак? Илмари вскинулся, но, встретив всезнающий взгляд Кая, отвел глаза. - Я не хотел его пугать. К тому же в лесу я чуть не умер не из-за него. - О, нет, ошибаешься. Именно из-за него. Илмари удивленно взглянул на него: - О чем ты? Кай про себя улыбнулся - его удивление было так приятно... - Неважно, - он встал с кровати и подошел к окну. - В любом случае, у тебя его уже нет. Тебе дали второй шанс, - острый взгляд из-под ресниц. - Воспользуйся этим. - Что значит «нет»? Илмари сделал попытку приподняться, и Кай поймал себя на том, что невольно восхищается им. С каждой секундой сила возвращалась в это изможденное тело, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Румянец возвращался на щеки, а черные круги исчезали. И на секунду мелькнула мысль, что, может, Вейрд прав? - Только то, что я сказал и ничего больше. Твой жар выжег раковые клетки. Но восстановление потребовало больше времени, чем предполагалось, потому что поражение было слишком велико, а рождение и рост новых клеток взамен слишком долгое занятие. Кай замолчал, переводя дыхание. Зачем вообще он сказал это? Хотя... Илмари все равно предстояло об этом узнать. А, может, все дело в другом? Может, ему хотелось просто проверить его на прочность? Да, но что, делать, если... - И кому я должен сказать за это спасибо? ...он спросит его. Кай кинул на него острый взгляд. Забавно. Илмари страшно, потому что он верит Каю, потому что знает, что тот говорит правду. Ему страшно и все равно. Похоже, Илмари перешел свою грань. Что ж, Вейрду повезло. Кай подошел к постели и, присев на корточки перед сидящим Илмари, снизу заглянул в его глаза: - Ты действительно хочешь знать? - мягкие интонации, неожиданно появившиеся в его голосе, удивили Илмари. - Ты мне не скажешь, да? - почти шепотом спросил тот. - Ты сам ответил на свой вопрос. - Почему ты подобрал нас? - А ты бы прошел мимо? Уголок губ Илмари дернулся вверх, он молча протянул руку вперед и запустил пальцы в мягкие слегка растрепавшиеся волосы: - А ты красивый... Кай с секунду смотрел на него ошарашено, а потом отшатнулся. - Ты... - начал, было, он, но замолчал, услышав, как Илмари тихо смеется. - Расслабься, я не кусаюсь. Кай вздрогнул, и это не укрылось от зеленых глаз. - Где Брэн? Кай выдохнул с облегчением. Эта тема разговора нравилась ему больше. - Он прошел прогуляться. Все эти дни он не отходил от тебя. Губы Илмари тронула теплая и какая-то беззащитная улыбка, от которой у Кая защемило сердце. - Я знаю, я чувствовал. Внезапно Кай разозлился. Разозлился настолько, что желание убить Илмари на секунду затмило все остальное. Этот человек... Он имел все, что хотел. Ради него... Эту картину, которую он застал, когда нашел их, он не забудет никогда. Отчаяние, смирение, обреченность и тоска. Смертная, леденящая тоска, которая смотрела на него из голубых глаз человека, нежно прижимающего к себе другого, из которого почти уже ушла жизнь. Эта связь, которая заставляла Брэна чувствовать приближающийся конец Илмари, как свой собственный и невозможность ничего сделать, навсегда наложила свой отпечаток на них обоих. И эта связь до невозможности злила Кая. - Я найду его... Кай резко развернулся и, не глядя на Илмари, вышел вон. Он шел по следам Брэна, даже не видя, куда идет. От пульсирующих вспышек ярости перед глазами иногда темнело, а пальцы непроизвольно сжимались в кулаки. Почему? Ну, почему так? Защита, окружающая Илмари и не давшая ему умереть там, на поляне - это Брэн. Сила, которая поддерживала его в момент восстановления - это Брэн. Одно сердце, полностью отдавшее себя другому - это Брэн. Его любовь была безграничной и крепкой. И она полностью принадлежала человеку, чьи зеленые глаза навсегда останутся для Кая символом беспомощности. Эти люди, так нежданно вошедшие в его жизнь, пришли за своей судьбой. И не его, Кая, вина, что он сыграл ту роль, которую ему предназначили. Он сделал свой ход и теперь от него ничего не зависело. Черт, как же больно. Видеть, как загораются радостью и счастьем голубые глаза и знать, что никто никогда не будет так радоваться одному факту ЕГО, Кая, существования. Кай глубоко вздохнул и сел на нагретый солнцем камень, торчащий в самой середине поляны. Дома еще куча дел, но идти сейчас туда, видеть улыбающиеся лица... Нет. В шею ткнулось что-то мокрое, а спустя долю секунды перед ним выросла фигура зверя. Большой, сильный и красивый волк, смотрящий ему прямо в глаза, вызвал у Кая искреннюю улыбку. Он молча протянул ему раскрытую ладонь, и горячий шершавый язык провел по ней, вызвав волну мурашек. Кай тихо засмеялся и, притянув волка к себе, крепко обнял его, зарывшись лицом в жесткую, пахнущую лесом и дымом, шерсть. Волк только тихо фыркнул и снова лизнул Кая. На сей раз в ухо. Тот вздрогнул и рассмеялся. А секунду спустя по снегу катались два сплетенных тела. Смеясь и уворачиваясь от мокрого языка, Кай пытался сбросить с себя зверя. Но, как всегда, проиграл и сдался на милость победителя. Поднялся на ноги он только минут через десять - мокрый и улыбающийся. Волк, внимательно наблюдавший за ним, лениво дернул ухом, на что Кай заметил: - Знаю, все знаю. Тебе не нравится, когда я прихожу сюда в плохом настроении. Но эти ребятки задели меня сильнее, чем я думал. Ладно, тебе это все равно не интересно, а мне пора. Он отряхнулся, пригладил растрепавшиеся волосы рукой и кинул лукавый взгляд на волка: - Проводишь? Тот встал и замер в ожидании. Кай прошел мимо него, потрепав за ухом, и двинулся вперед, даже не оглядываясь. Только когда они были в нескольких метрах от границы, он обернулся. Волк сидел на снегу и внимательно смотрел на него. Кай улыбнулся: - Спасибо. Ты - лучшее лекарство для меня. Волк мотнул головой и потрусил обратно. Кай проводил его долгим взглядом и развернулся в сторону дома. Теперь, пожалуй, он готов встретиться со своими гостями без особых последствий для себя и для них. *** Когда Кай ушел, Илмари остался один, и тишина дома вдруг разом навалилась на него, почти оглушив. Он поднял руки к глазам. Так странно... Вновь видеть свои ладони, вновь чувствовать себя живым. Все эти дни были наполнены темнотой, только изредка прерываемой всполохами яркого и непонятного огня. И голосом Брэна, его дыханием. Все эти дни Илмари жил только благодаря тому, что постоянно чувствовал рядом с собой присутствие друга. Друга, которого он обманул... «Почему ты не сказал Брэну, что у тебя рак?» Голос Кая прошелся эхом по комнате, и Илмари криво улыбнулся. Если бы это было так просто. Смириться самому было гораздо проще. Когда знаешь, сколько тебе осталось, жить легче. В конце концов, он привык к этой мысли и даже смеялся над этим. Он просто наслаждался тем временем, что у него осталось. Но сказать Брэну... Илмари закрыл глаза, и его лицо исказилось от боли. Он и на эту прогулку согласился лишь потому, что хотел побыть с Брэном. В последний раз. Вот только он не думал, что смерть почти настигнет его здесь, в лесу. И что ему придется прощаться с Брэном. Прости, Брэн. Если сможешь - прости. Но видеть, как голубые глаза наполняет боль... Илмари осторожно встал на ноги. Слабость все еще была в его теле, но силы возвращались поразительно быстро. Каждая секунда несла с собой частичку чего-то, от чего ему становилось лучше. Немного постояв, заново привыкая к тому, что тело снова слушается его, он сделал маленький шаг к окну. Странное место и странный хозяин. Откуда он узнал про рак? И что вообще значили его слова? ... Скоро узнаешь… Илмари вздрогнул и оглянулся. Что это было? Но ответом ему была тишина. Илмари помотал головой - показалось. Но все же... Илмари прислушался к себе. Он настолько сжился со своим недугом, что, казалось, он чувствует, как развивается эта хрень, захватывая его все больше и больше. А теперь... Илмари удивленно приподнял бровь. Теперь он не чувствует ничего. Только пустоту. Он задохнулся. Так… так… это правда?! От потрясения голова закружилась и, чтобы не упасть, он схватился за подоконник. А потом, когда мельтешение перед глазами улеглось, пришел страх. Он шарахнулся от окна и, как в детстве, нырнул под одеяло. И там, когда сердце перестало бешено стучать, а пальцы - дрожать мелкой противной дрожью, он смог чуть-чуть расслабиться. Как это возможно? Врачи были единодушны в своем диагнозе. Да и сроки, которые они ему давали, отличались друг от друга не больше, чем на неделю. Он привык жить с мыслью, что умрет молодым. Он привык к тому, что каждый день может стать последним, и даже перестал вычеркивать клетки календаря. А теперь... Как это произошло? Как это вообще возможно? Илмари вспомнил тот жар, заливающий тело и разрывающий его на части. «Твой жар выжег раковые клетки». Кай... Но как? Откуда он знает все это? И откуда взялся этот огонь? Илмари сжал голову руками. Черт... Откуда у него ощущение, что он знает ответ на этот вопрос? Та ночь в лесу, после которой он проснулся черт знает где… Что-то было там, что-то случилось. Ведь именно после этого происшествия ему стало плохо. Илмари зажмурился сильнее, напрягая память. Вот он почти настиг, ухватил за хвост воспоминание, но резкая боль фейерверком взорвалась у него в голове. Но в этот раз он не собирался отступать. Тихо застонав сквозь зубы, он ринулся в омут памяти, стараясь не обращать внимания на сотрясавшую его дрожь и бьющуюся в стенках черепа боль. Образы мелькали перед глазами, сливаясь в дикий калейдоскоп. Ночь, спящий Брэн, след... След! Мельтешение резко затормозило, и вот уже вся картина высветилась перед глазами. Но лучше бы он этого не вспоминал. ...Серая тень, мелькнувшая где-то сбоку, и вот уже перед ним стоит волк. В темноте его силуэт казался смутной тенью. Но его глаза... Горящие и парализующие. Илмари смотрел в них, не в силах оторваться. А потом чье-то дыхание обожгло его лицо, а на плечи легли теплые и тяжелые руки. И теперь, вместо горящих желтых глаз волка Илмари видел перед собой другие глаза. В темноте они казались черными. Илмари отшатнулся, но его удержали. Человек наклонился над ним, и его посеребренные светом луны волосы легли на плечи Илмари. К губам, глуша крик, прижались чужие, требовательные и обжигающие. Илмари дернулся, но жар уже прокатился по горлу и, спустившись вниз, устроился комочком где-то в районе груди. И его отпустили, и дав возможность глотнуть воздуха. Но, как только живительная прохлада коснулась легких, грудная клетка будто взорвалась изнутри. От искр, появившихся перед глазами от боли, он тихо застонал. Ноги задрожали, и он бы упал, если бы его не подхватили сильные руки. Человек осторожно и нежно привлек его к себе, прижав к груди. Пальцы зарылись в волосы, в беспорядке рассыпавшиеся по плечам. - Тише, маленький, тише. Ты должен это вытерпеть, если хочешь жить. Твоя болезнь слишком запущена, а это значит, что тебе будет очень плохо. Но ты сильный и ты справишься. А потом, когда все закончится, ты придешь ко мне. Я буду тебя ждать. Но тогда Илмари не воспринимал эти звуки, как слова, к которым надо прислушаться. Он был поглощен своей болью. А когда она достигла своей крайней точки, он просто потерял сознание. И пришел в себя только тогда, когда его нашел Брэн... Илмари выдохнул сквозь стиснутые зубы и заставил себя расслабиться. Осторожно и аккуратно он разгибал затекшие от напряжения пальцы. И запрещал себе вообще думать о том, что вспомнил. Потому как если будет думать об этом сейчас, то просто свихнется. Потихоньку расслабив и выпрямив свернувшееся в тугой комочек тело, он вытянулся под одеялом. Сил не было вообще ни на что. Эта борьба с собственной памятью далась ему слишком тяжело. Казалось, что даже дыхание сейчас для него - почти непосильная задача. Он закрыл глаза и уже почти заснул, как громкий стук двери заставил его вздрогнуть. Так ходить мог только Брэн. Против воли на губах Илмари появилась улыбка. Брэн всегда приносил с собой беспорядок и чуточку безумия. Что ж, это ему сейчас как раз кстати. Может, заразившись бредом Брэна, он забудет про свой собственный? Дверь в комнату резко распахнулась, и на пороге возник красный и взъерошенный, как воробей после хорошей драки, Брэн. Он с секунду смотрел расширившимися глазами на друга, словно не веря, а потом бросился вперед: - Иль! Илмари... Налетев вихрем на Илмари, Брэн сжал его в своих объятиях так сильно, что тот тихо вскрикнул. - Прости... - Брэн чуть отстранился, но выпускать его из своих рук не торопился. Он жадно смотрел на еще очень бледное, но уже живое лицо и никак не мог насмотреться. - Я уже почти потерял надежду снова увидеть твои глаза. В ответ Илмари слабо улыбнулся: - Размечтался. Так легко ты от меня не отделаешься. Брэн тихо и как-то застенчиво улыбнулся. Только глаза говорили. Илмари смотрел в его голубые озера и видел в них все, как в волшебном зеркале. Страх Брэна, его тоску и безнадежное отчаяние. А еще там была надежда. Безумная надежда. Она горела огнем где-то в глубине его души, как совсем недавно горел сам Илмари. При воспоминании об этом, он вздрогнул и нахмурился. - Что сказал тебе Кай? Что было со мной? Брэн почему-то отвел глаза: - Ничего. Только то, что ты был уже на самом краю, но теперь все будет в порядке. - Он не рассказал тебе о причине? - затаенная надежда, прозвучавшая в голосе Илмари, была непонятна Брэну, но ему было не до того. - Нет, ничего. Илмари с тихим вздохом откинулся на подушку и закрыл глаза. Брэн ничего не знает про его болезнь - Кай не сказал ему. Хорошая новость. Невесомое прикосновение к щеке вызвало улыбку: - Все еще не можешь поверить? Брэн резко убрал руку и сжал пальцы в кулак. - Я... Я уже попрощался с тобой там, в лесу. Когда очнулся здесь и увидел тебя, я чуть не умер от облегчения. А потом все время ждал, когда же ты проснешься и откроешь глаза. Но ты не просыпался. А когда твой сон делался настолько глубоким, что ты почти переставал дышать, мне казалось, что я все еще сижу там, у потухшего костра, - Брэн вздрогнул от страшных воспоминаний и сжался в комочек. - И сейчас я боюсь, что это - всего лишь мой бред. Илмари нахмурился. Похоже, бред Брэна ничуть не лучше его собственного. Сидеть здесь и прислушиваться к чужому дыханию, вздрагивая от страха... Брэн, малыш, как помочь тебе? - Брэн, - тихо позвал его Илмари. Тот чуть поднял голову, давая понять, что слушает. Но Илмари нужно было видеть его глаза. - Брэн, иди сюда. Брэн вздрогнул от мягкого голоса и, как загипнотизированный, придвинулся к Илмари. Тот привстал и оказался всего в нескольких сантиметрах от лица Брэна. С секунду он просто смотрел в голубые глаза с чуть расширившимися зрачками, а потом взял его за подбородок и прикоснулся к его губам в нежном, еле ощутимом поцелуе. Отстранился и, глядя в ошарашенное лицо, прошептал прямо в губы: - Я здесь, Брэн. И теперь я никуда не уйду. Ты не спишь, Брэн. Брэн молча смотрел на него, а потом в его глазах что-то дрогнуло и осыпалось. - Обещай мне, - его голос пресекся, и он замолчал. А потом попытался снова. - Обещай мне, что больше никуда не уйдешь. Илмари улыбнулся, а потом, повинуясь внезапному порыву, притянул его к себе, прижав темноволосую голову к своей груди. - Обещаю, - пальцы запутались в отросших прядях. - Обещаю, Брэн, обещаю. Илмари держал его в объятиях, и что-то странное поднималось внутри него - теплое, мягкое и нежное. Брэн принес с собой свежесть и прохладу зимнего леса. И Илмари вдруг неудержимо потянуло туда, где на еловых ветках лежит снег, а воздух звенит от первозданной тишины. …Туда, где его ждут... Он вздрогнул и отстранился, стараясь не обращать внимания на то, как потемнели глаза Брэна, каким-то шестым чувством понявшего, что что-то не так. - Илмари? - Что это за место? И этот дом? Брэн отстранился, а потом вообще отошел к окну. Что-то было не так. Илмари... Он как-то изменился. Что-то в нем изменилось. Брэн лучше стал чувствовать его настроение, но почти не мог понять его мыслей и страхов. А ведь страх был. Он плескался в зеленых глазах. Особенно сейчас. Брэн покосился на Илмари, который смотрел на него с еле теплившимся интересом. Казалось, что на самом деле ему все равно, где они. Хотя, может, так оно и было. - Мы все еще в лесу. Кай - единственный человек в этой местности. У него нет средств связи, и когда мы попадем домой - неизвестно. Но главное то, что ты жив. Как только ты окончательно поправишься, мы что-нибудь придумаем. Илмари криво улыбнулся. Сейчас ему было все равно, когда они попадут домой. Для него все это казалось сейчас таким далеким. Как будто его прошлая жизнь была лишь сном, а теперь он проснулся. Илмари помотал головой. Что за бред лезет ему в голову? Похоже, долгое пребывание во сне не пошло ему на пользу. Он поймал обеспокоенный взгляд Брэна и виновато улыбнулся. - Прости меня, малыш. Похоже, я еще не до конца проснулся. Брэн улыбнулся в ответ, пряча сомнение в уголках глаз. - Все в порядке, я понимаю. - Расскажи мне о Кае, - попросил Илмари. Брэн внезапно покраснел и отвернулся к окну, тихо бормоча себе под нос: - Мне не о чем рассказывать. Парень, как парень. Илмари удивленно вскинул глаза: - Что значит «нечего рассказывать»? Человек, живущий один в лесу, не может быть «парень как парень», - смеясь, передразнил его Илмари. А потом вдруг замолчал и внимательно посмотрел на Брэна. Вернее, на его спину. - Брэн, повернись ко мне. Тот только тихо фыркнул, но поворачиваться не спешил. - Отстань, ладно? - Ого! - брови Илмари взлетели вверх. - Брэн, ты ничего не хочешь мне рассказать? Что тут было, пока я спал? - Ничего, - Брэн безразлично пожал плечами. Щеки перестали гореть, и он смог, наконец, обернуться. - Я с ним даже почти не разговаривал. Глаза Илмари сузились: - Допустим. Но то, что этот парень просто красавчик, ты не мог не заметить. Ты ведь заметил? - Заметил, - Брэн упорно отводил глаза, стараясь не встречаться взглядом с другом. - Ну, и что с того? - Брэн... - голос Илмари упал почти до шепота. - Он ведь тебе нравится? - Что? Нет!! - Брэн с возмущением вскинул голову и встретил смеющийся и какой-то печальный взгляд Илмари. - Ты специально?! - Есть немного, - зеленые глаза потеплели. - Брэн, в этом нет ничего странного. От нашего хозяина можно потерять голову. Я удивлен только, что у тебя она до сих пор на месте. - Ошибаешься, - тихо проворчал Брэн. - Я давно потерял голову. Так давно, что уже почти не помню. Сказал, и испуганно замолчал. Этот их последний разговор в лесу... Брэн так и не решил для себя, приснился он ему или это было действительно на самом деле. А что, если приснился? Он осторожно поднял взгляд на Илмари. Тот смотрел на него, закусив губу с таким выражением, словно решал для себя сейчас что-то очень важное. А потом его взгляд как-то неуловимо изменился. Илмари не мог понять, что с ним творится. Он чувствовал, что Брэн о чем-то не договаривает. Хотя о чем мог умолчать Брэн? О том, что Кай смог заинтересовать его чем-то? Так это очевидно. Смущение Брэна говорило лучше всяких слов. Вряд ли между ними что-то было или что-то есть, но Брэна явно влечет к этому «снежному мальчику». И это, похоже, его беспокоит. А еще он боится того, что может сказать он, Илмари. Но ведь ему все равно. Или нет? Илмари прикусил губу, пытаясь разобраться в том, что же он чувствует. Одной его половине было явно на все плевать, а вот вторая... Илмари вспомнил ту теплоту и заботу, которой Брэн неизменно окружал его, где бы они ни находились. Его дыхание рядом, его нежность. Его любовь... Бескорыстную и глубокую. Ни один человек в мире не любил его так, как Брэн. И он сам... А Кай... К черту Кая! - Иди сюда, Брэн, - Илмари привстал с постели и протянул ему руку. Брэн, не раздумывая, шагнул вперед и вложил свои тонкие, но сильные пальцы в его ладонь. Илмари потянул его к себе и мгновение спустя Брэн оказался в его объятиях. На секунду он замер, а потом вдруг тихо всхлипнул и прижался к Илмари еще сильнее. - Илмари, я... Илмари прикоснулся губами к его виску: - Я знаю. Я все помню. И не буду отказываться от своих слов. Брэн поднял на него сияющие глаза и выдохнул: - Илмари... Финн склонился над Брэном, и через секунду они уже жарко целовались. Пальцы путались в волосах, воздуха катастрофически не хватало, но оторваться друг от друга они просто не могли. Пережитый страх, страх перед страшной потерей жег изнутри, заставляя их прижиматься все ближе и ближе друг к другу. И когда показалось, что ближе уже просто невозможно, скрип открывающейся входной двери отбросил их по разные стороны кровати. Задыхающиеся, растрепанные, они смотрели друг на друга с сожалением и какой-то безумной тоской. Брэн, которому вдруг стало все равно, потянулся к Илмари, но тот только поднял руку, останавливая его, губы дрогнули в нежной улыбке и шепнули: «Позже». Брэн грустно кивнул и встал. Он успел подойти к окну, когда открылась дверь их комнаты, и на пороге возник улыбающийся, слегка взъерошенный Кай. Брэн бросил на него косой и жутко недовольный взгляд, и замер с широко раскрытыми глазами, глядя на него. Нежный румянец и сияющие глаза... Сейчас он был красив, как бывает красив первый весенний цветок, и Брэн с замер перед Каем, не в силах оторвать от него взгляда. Это было так странно. Он чувствовал его красоту всем своим существом. И любовь к Илмари ничуть не мешала ему тихо восхищаться Каем. А Каю хватило одного взгляда, чтобы понять, что здесь происходило несколько секунд назад. Сбившееся дыхание друзей, нечеткий контур губ и шало горящие глаза. Боль полоснула по сердцу внезапно и сильно. И почему-то он не смог выдавить из себя ни слова. Он молча подошел к постели Илмари и, взяв его за руку, проверил пульс. Срывающийся и рваный. Кто бы сомневался... Кай скользнул безразличным взглядом по его лицу. Черные круги под глазами исчезли, бледность его кожи уже не была такой болезненной. Вот и вернулась на свое место его красота. Неудивительно, что Брэн смотрит на него волком. Кай осторожно, из-под ресниц, взглянул на него и встретил полный восхищения взгляд голубых глаз. Он удивленно замер, а потом сердце вдруг застучало часто-часто. Он резко отвернулся и тут же встретился глазами с Илмари. И сердце, только что стучавшее, как бешеное, вдруг замерло, а потом ухнуло куда-то вниз. Его глаза... Казалось, что они видят все. И то, что Кай отчаянно пытался скрыть. В голове будто расстелился туман. Как во сне, он распрямил плечи и, пробормотав что-то об ужине, поспешно вышел вон. Сбежал. Почти сорвав дверь с петель, он залетел в свою комнату, на ходу сдирая с себя одежду, которая вдруг стала душить его. Закинув все это барахло в угол, он кинулся на кровать и, зарывшись лицом в подушку, замер. Мысли скакали, как белки. Почему, почему он? Почему ему было суждено влюбиться в человека, чье сердце ему никогда не будет принадлежать? В человека, который никогда не отступится, а, значит, погибнет в неравной схватке. И почему его взгляд, полный восхищения и какой-то тоски приносит ему такую боль? Потому что он знает, что больше этого ничего никогда не будет? Или здесь что-то другое? И Илмари... Кай не мог ТАК обмануться, а, значит, Илмари теперь знает все. Знает о том, что Кай положил глаз на его друга. И не просто положил, а умудрился за те несколько дней, что тот провел под его крышей, влюбиться почти до потери рассудка. Перед глазами всплыла недавняя картина: сбившееся дыхание и ярко красные от прилива крови губы. Совсем недавно эти двое... Кай сдавленно застонал и прикусил кончик подушки. Черт... И самое ужасное, что Кай как никто, знал и видел, к чему все это приведет. Но оставить все как есть, положившись на судьбу? Однажды он пошел против ее решения. Последствия этого до сих пор заставляют его кричать по ночам. Но смотреть на все это со стороны? Кай, всхлипнув, вздохнул и, полежав еще немного, встал. Надо было готовить ужин. Может, рутинная работа его немного успокоит? Илмари лежал на подушке и сам не знал, что ему делать - то ли плакать, то ли смеяться. В такой ситуации он еще не был. Когда зашел Кай, глаза Брэна наполнились восхищением и чем-то еще, какой-то теплотой и странной обреченностью. Хотя, если говорить честно, он отлично понимал Брэна. Кай в те минуты выглядел так, что сердце заходилось, и влечение Брэна к этому человеку чувствовалось почти физически. Но… другое влечение. Хотя сам Брэн вряд ли осознавал это, его привлекли та кажущаяся уязвимость и какая-то надломленность в Кае. То, что всегда недоставало самому Брэну. Кай и Брэн были настолько не похожи друг на друга... И эта непохожесть притягивала их, как магнитом. Но для Брэна это была не любовь. Илмари и сам не знал, как это назвать. Увлечение? Слишком серо и не отражает реальную действительность. Тогда что? Хотя для Кая это была именно любовь. Перед внутренним взором встали его глаза - расплавленный горький шоколад, в котором тонула Боль. Илмари содрогнулся. Видеть такое в этих глазах... Странно, но это было даже больнее, чем видеть мрак в голубых озерах Брэна. Когда Кай успел влюбиться в него ТАК? И почему он видит в его глазах еще и страх? Чего боится Кай? Хотя если вспомнить недавние воспоминания самого Илмари... НЕТ!! Никаких воспоминаний! Он яростно дернул головой и со всего маху ударился ею о спинку кровати. - Черт! - прошипел он сквозь зубы и схватился за ушибленный затылок. Брэн, стоявший у окна и погруженный в свои мысли, обернулся. Ему хватило доли секунды, чтобы понять, что произошло. - Я принесу что-нибудь холодное, - последнее слово доносилось уже из коридора, в недрах которого растворился его стремительно исчезающий силуэт. Брэн залетел на кухню и тут же наткнулся на стоящего возле двери Кая. От резкого и неожиданного толчка тот пошатнулся и, вероятно, крепко приложился бы головой об угол шкафа, если бы Брэн, который всегда славился отменной реакцией, не подхватил его. Тонкое и хрупкое тело Кая, оказавшееся в его руках, было под рубашкой таким жарким, что Брэна самого бросило в жар. И карие глаза смотрели так странно. - Прости, - голос почему-то сорвался на шепот. - Все в порядке, ты же не дал мне упасть. Кай мягко и осторожно высвободился из чересчур волнующих объятий и отошел подальше. - Так куда ты так торопился? Ужин еще не готов. Брэн на мгновение задумался, вспоминая: - У тебя нет льда? Илмари здорово приложился головой. Кай тут же нахмурился. Молча достал из нижнего ящика шкафа широкий чистый бинт. - Иди к нему, я сейчас все принесу. Поколебавшись пару мгновений, Брэн счел за лучшее вернуться к другу. - Ну, и где твое «холодненькое»? - поинтересовался Илмари, морщась от боли. - Здесь, - Кай одним легким движением отодвинул стоящего на пороге Брэна и стремительно подошел к Илмари. Убрал его руку и приложил компресс к голове. Илмари зашипел сквозь зубы. - Терпи, это не так больно, как кажется, - недовольным голосом произнес Кай. - Зато так холодно, - проворчал Илмари. - Будешь знать, как биться обо что попало. Как ребенок маленький, ни на минуту одного оставить нельзя. Илмари помолчал, а потом заглянул ему прямо в глаза: - Спасибо. «Я ничего ему не скажу», - колыхнулась гладь его зеленой трясины. - Если ты больше не будешь пытаться покончить жизнь самоубийством, это будет для меня лучшая благодарность. «Спасибо», - рассыпались кусочки шоколада. Еще секунду они смотрели друг другу в глаза, а потом Кай тяжело вздохнул, разрушая странное очарование момента. - Постараюсь, но ничего не обещаю, - Илмари вдруг стало так легко и свободно. Брэн засмеялся, а Кай только фыркнул в ответ. Странные они все-таки люди - его гости.