Альтернативный исход.

Кофе — мой друг, Музыка — мой драг, И всё что вокруг — я могу сыграть, Дорога — мой дом, Небо — моя тетрадь, Пока мы вдвоём, мы точно не будем спать

Они идут какими-то тайными путями. Шинобу не знает, куда. Доума сам не знает. Они просто делают шаг в бесконечность. — Война между людьми и демонами никогда не закончится, — тихо говорит девушка, пряча взгляд, — нам будет опасно вливаться в людское общество. — Может, она и закончится, но мы ведь не будем с тобой рисковать. — Да. Они идут молча, перекидываясь двумя-тремя фразами по делу. Обдумывают будущее, то, что будут теперь делать. Потому что война между демонами и людьми не закончится никогда, а им придётся вливаться в общество, где их никто не знает. И снова, снова притворяться кем-то. Честно, Шинобу это притворство уже бесит. — Мы должны будем снова притворяться кем-то, — тихо говорит она, не желая, чтобы Доума отвечал. Она просто говорит сама с собой, — вся жизнь сплошное притворство. — Да, ты права. Но если жизнь — игра, мы не обязаны быть актёрами. — А кем же тогда быть? — Зрителями, что безмолвно наблюдают со стороны и могут уйти в любой момент. Ей нравится эта его философия, потому что до этого дня Шинобу жила только по своей. Даже не по своей — по сестры. И жить по-другому не была научена. — Не обязательно быть в центре всех событий. Достаточно знать, что происходит, чтобы при возможности уйти от проблем. — Ты всегда так и поступал, — утвердительным тоном произносит Шинобу. — Именно. Я всегда так и поступал, поэтому и жив. Шинобу улыбается, потому что уже не первый раз подтверждает, что знает Доуму очень даже слишком хорошо. — Шинобу-тян, скажи, чувствуешь ли ты что-нибудь по отношению ко мне? — хитро прищурив глаза, спрашивает демон. Девушка озадаченно смотрит на него, не зная, что ответить. Она не задавалась этим вопросом. Ей было как-то не важно, чувствует она что-то, или нет. Может, и чувствовала, но не осознавала этого, потому что ранее подобных чувств не испытывала. Может, какая-то романтическая искра и была между ними, но всё равно Шинобу не могла утверждать точно. — Отойди, — резко сказал он, отталкивая девушку в сторону. Шинобу не успела спросить, что случилось. Она увидела каких-то демонов впереди. — Ты что, думал, что мы тебя не найдем? — скрипучем голосом спросил один из них. Шинобу схватилась за свой клинок, готовая в любой момент начать сражение. — Будь добр, дай мне уйти, — преувеличенно-вежливым тоном попросил Доума. — С какой стати? — оскалился демон. Доума дал знак девушке, чтобы та не вмешивалась. Шинобу кивнула, оставаясь незамеченной. В случае опасности она защитит своего спутника хотя бы по той простой причине, что он несколько раз её спасал, и пришло время отплатить. За деревом она плохо видела, что происходит, но всё равно старалась уловить суть. Вроде этот демон не такой уж и сильный. Доума, скорее всего, справится без её помощи. «Я что, правда готова вступиться за демона? Ах да. Я же теперь сама такой являюсь.» — невесело подумала она. Краем глаза она заметила ещё одного. Чёрт. Он стоял рядом с ней, глядя в одну точку и резко сорвался с места. Шинобу едва успела вонзить свой клинок в его грудь. — Ну так как обезглавливать демонов я так и не научилась, тебе придётся пострадать, — садистически улыбаясь, прошептала она, вводя ему под кожу яд. У неё был с собой ещё один кроме того, который ей дала Канао. Так, на всякий случай. Лицо врага исказила судорога, и пока он бился в предсмертной агонии, Шинобу отошла от него, подходя к Доуме. — Мне нужно будет пополнить запасы яда. Этого осталось совсем мало, — сказала она. — Твой яд убивает медленно и мучительно? Все ли они такие? — Почти все, кроме того, который я попросила у Канао.

Ночь меня ждёт, За мокрым стеклом, Она всё поймёт В молчании слов. По струнам мой ток, Доводит до слёз. Ты плачешь, ну что, Всё снова всерьёз

? — Такое странное чувство. Ты и правда была готова помочь мне сражаться, Шинобу-тян? — с искренним удивлением спросил Доума. — Наверное. Мы же в одной лодке, верно? — улыбнулась Шинобу, — значит, я думаю, мы должны помогать друг другу выжить. И жить счастливо. — Зачем ты согласилась пойти со мной? — Чтобы обезопасить остальных хотя бы от тебя. На её лице всё та же наигранная улыбка. Доуму раздражает это. И манера речи ничуть не меняется. Время идёт, а Шинобу всегда останется такой же. — Я рад, что тебя не сломало то, что выпало на твою долю. — Не сломало? Кажется, сломало. Прежняя Шинобу Кочо лучше бы умерла, а я почему-то…хочу жить. Он наклоняется, чтобы их лица находились на одинаковом уровне. Проводит рукой по расплетенным волосам и шепчет буквально ей на ухо: — У тебя просто появился смысл жизни, Шинобу-тян.