Я докажу тебе...

      До весенних каникул оставалась всего неделя, но для школьника эта неделя была вечностью, разделявшая его и отдых. Хоть Ди и мог спокойно прогуливать уроки или же ничего на них не делать, идти в ненавистное место каждый божий день ему приходилось. Казалось, что в старом здании бесило всё: и учителя, которым было вообще наплевать на учеников; и тупые одноклассники с одноклассницами.       Друзей в школе у Ди не было. Было пару парней, которые считали его своим другом, но Ди их таковыми не считал. ВИП-клиенты. Те, кому он помогал по цене, которая была ненамного ниже, и гораздо чаще, чем другим. Сначала возмущались, почему им вообще нужно платить, если они друзья. В такие моменты блондин просто молчал и ничего не отрицал. А потом оплата за помощь стала обычным делом. Но, благодаря таким «друзьям», капитал Ди пополнялся почти каждый день. То возникнет на горизонте самостоятельная или контрольная, то домашку забудут сделать. У Ди всегда есть пару листков с сегодняшней домашней работой. Ну, а если домашка сделана, то можно и с кем-нибудь другим поторговаться.       Как всегда чуть не опоздав на урок самой сварливой учительницы (не специально, честно), Ди вошёл в класс и сел на свое место. Она, естественно, пробурчала что-то насчёт нынешней молодежи, но лучшему ученику школы прямо ничего не сказала. Зато отыгралась на бедолаге, которому не повезло прийти в класс прямо перед звонком. И, конечно, в самом конце четверти она объявила о самостоятельной. Самостоятельная оказалась лёгкой. Как всегда. Но остальных, если не считать тех, кто попросил помощи у Ди, она заставила попотеть. И уже под конец урока, пытаясь выудить хоть что-то из своих пустых голов, они просто вырывали листки с заданиями из костлявых рук учительницы. Ну, а кто был послабее и не мог пересилить её мертвую хватку, развивали скорость пишущей машинки и писали прямо в воздухе.       Взяв портфель, парень вышел из класса и пошёл на другой урок. Так пролетел весь день. На последнем уроке он решил выйти «в туалет» и, незаметно прихватив телефон, покинул кабинет. Хотя в туалет идти всё же пришлось, так как по школе ходила завуч, а проблемы ему были не нужны. Слава богу, в мужские туалеты она не заходила, но только в них. Однажды ей попались две девушки, которые, как и он, просиживали урок в туалете. Но, услышав негромкую музыку, завуч моментально среагировала. Девушек наказали несильно, но запомнили они это надолго.       А сам Ди сейчас решил проверить выставленные на продажу фигурки персонажей из игр. Раньше он увлекался различными играми, но потом всё приелось, а фигурки остались. Сейчас они стоят на столе и очень мешают. Другого места для них не нашлось, и Ди решил их продать. К счастью, покупатель нашёлся быстро — это был один из немного чокнутых фанатов, которые скупают всё, что связано с их любимой игрой или фильмом. Договорившись о месте и времени встречи, Ди вышел из интернет-магазина и решил проверить социальные сети. Вдруг парень услышал тяжёлую поступь завуча — она шла по коридору и повсюду раздавался стук её каблуков. Блондин притих. Вскоре цокот удалился, а потом и вовсе стих. Ди решил всё же не задерживаться надолго и вернулся в класс.       Вернувшись домой, Ди скинул вещи в угол комнаты и, достав прибыль, положил её в тайник. Суммы внутри уже хватало на дорогостоящую программу, и даже на две, но покупать её Ди не спешил. Просто копил деньги. Посмотрев на часы и убедившись, что время ещё есть, парень собрал фигурки и поставил их в картонную коробку. Коробки из-под фигурок Ди давно выкинул. Из-за них, кстати, пришлось скинуть цену. И, снова проверив время, блондин вышел из дома и направился к месту встречи. Покупатель уже ждал на месте. Это был не худой парень лет восемнадцати. Он расплатился и, забрав коробку, ушёл. Ни ответа, ни привета. Проводив коллекционера взглядом, Ди отправился домой.       На следующее утро Ди встал чуть раньше обычного и спустился вниз. На кухне отец уже готовил завтрак. — Доброе утро, Ди. — …       После того случая с гитарой парню ещё сложнее стало даваться общение с отцом. Его слова до сих пор крутятся в голове Ди перед сном. Даже редкие перепалки прекратились. Ди старался незаметно избегать отца, а сам отец или не замечал возникшей неловкости, или просто его всё устраивало. Взяв из холодильника яблоко, парень вернулся обратно в свою комнату. Солнце ещё не взошло, и комнату освещал жёлтый свет лампочки. В углу комнаты стоял кофр, тот самый, в котором Ди нашёл гитару. Сейчас он был более аккуратным, было видно, что блондин протёр его от пыли, а самые большие и уродливые царапины заклеил. Гитара лежала внутри. Иногда Ди брал её и пытался выучить пару аккордов, что всегда заканчивалось стёртыми в кровь пальцами. Играть он старался тихо, чтобы никто не услышал. И больше всего он не хотел, чтобы об этом узнали его младший брат и отец. Особенно отец.       У письменного стола стоял уже собранный рюкзак. А на самом столе царил «творческий беспорядок», то есть полный бардак. Хотя, после того, как Ди продал фигурки, стол казался ему пустоватым. За столом тоже лежал рюкзак, очень старый. Парень откусил яблоко и сел на незаправленную кровать, заранее прихватив одну из своих книг. До школы оставалось ещё три часа и Ди решил провести это время за книгой. После завтрака Ди с братом пошли в школу.       Так пролетело ещё пару дней. Пришла долгожданная пятница. Учителя пытались расшевелить учеников в последний день четверти, но вскоре сдались. А под конец дня какие-то совсем обнаглевшие парни даже достали карты и начали играть в дурака. За что завуч, появившаяся, как всегда, не вовремя, отвела их к директору. А Ди, как всегда, досидев до конца уроков, быстро ушёл домой. Сегодня парень был серьёзней обычного и всю дорогу шёл со стеклянными глазами, о чём-то напряженно думая.       Дома было тихо, значит опять он пришёл раньше всех. Но оказалось, что, кроме Ди, дома ещё и отец. Он встретил его на лестнице наверх. По спине парня пробежал холодок — в руках у отца был кофр с гитарой. Заметив, куда направлен взгляд сына, Глэм первым начал разговор: — Я услышал грохот в твоей комнате. По правде, я думал, ты уже выкинул этот хлам, — Ди нахмурился. — Я думал, ты уже понял, что музыкант из тебя никчемный.       Ди не стал дослушивать отца. Он выхватил гитару и направился к себе в комнату. Его лицо уже ничего не выражало, только в глазах снова загорелся огонёк, и, казалось, превращался в пожар.       Ди направился к кровати и выудил из-под неё свой старый рюкзак, почти собранный. Достав из шкафа ещё пару вещей, парень запихнул их внутрь. Его ждало ещё много дел, которые надо было закончить…       Когда Ди закончил, было уже поздно. На часах почти одиннадцать вечера. Но рюкзак был собран. Блондин переоделся в чёрную байку и джинсы и, достав деньги из тайника, положил их в кошелёк.       Ди аккуратно открыл дверь и, стараясь не шуметь, вышел из дома. Пока он шёл по дорожке к калитке, к нему подкрались сомнения. Это был дом, где он жил всю свою жизнь, семья, которая его любила, и человек, которому он хочет доказать, что он тоже может достичь чего-то. Глубоко вздохнув, Ди вышел за калитку. Посмотрев на карту на телефоне, он направился по тёмной улице. Казалось, что с каждым шагом тьма всё сильнее окутывала парня, и через минуту он полностью растворился в темноте ночи.