Я докажу тебе...

      Ди шёл по городу, лучи восходящего солнца постепенно окрашивали тёмное небо в розовато-алый. Ощущалась некая тоска, но спустя время она сменилась гнетущей пустотой. Когда он выходил из дома, его ещё одолевали сомнения. Но теперь он просто следовал своему маршруту. Он уже преодолел точку невозврата.       Рюкзак был не очень тяжёлым, и парень шёл легко. Там были только одежда, зарядка, кошелёк, телефон и ещё несколько нужных вещичек. В руках Ди нёс чехол с гитарой. На днях он купил чехол на барахолке, где какой-то пацан отдавал его почти даром. Смотрелся он гораздо лучше старого кофра, да и был гораздо легче. Блондин зашёл в круглосуточный магазин и купил краску для волос. Тёмную. Ди планировал перекраситься ещё дома, но тогда это заметил бы отец и заподозрил бы что-то. А так у Ди есть день перед тем, как семья заметит его исчезновение. Целый месяц на каждые выходные Ди уходил и возвращался поздно вечером, оправдываясь тем, что «гулял с друзьями». Конечно, отец знал, что у его сына нет друзей в школе, но в дела парня влезать не стал. А Ди в это время подрабатывал — чинил компьютеры на дому. Это работа была не тяжёлой и очень прибыльной для Ди. На домашке и шпорах столько не заработаешь. Возможно, только благодаря подработке блондин накопил достаточно средств для осуществления своего плана. Теперь, когда родители обнаружат, что его нет дома, они подумают, что он опять пошёл «гулять с друзьями».       Сейчас Ди направлялся к дяде Чесу. Пока что это единственный знакомый ему человек, который не сдаст его родителям. Хотя, от дяди Чеса можно было ожидать всего. Даже отец не всегда мог предугадать его действия. Но в такой ситуации парень мог доверять только ему. Так как Чес часто переезжал, в прямом смысле этого слова — он жил в небольшом автобусе, легче было найти место его работы, чем проживания. Поэтому блондин в первую очередь направился туда. Пройдя пару дворов и свернув на главную улицу, парень прошёл несколько закрытых магазинов и свернул в переулок, где нашёл круглосуточный магазин с дисками. Чес сидел за прилавком, закинув ноги на стол и слушая что-то в наушниках. Он был и работником, и владельцем этого магазина. Продавал диски с музыкой, пару старых проигрывателей и даже несколько виниловых пластинок. Но помимо этого в его магазине можно было купить фильмы. Как новые, так и давно всеми забытые, которые могут купить только пенсионеры, решившие вспомнить о старых деньках.       Заметив парня, Чес снял наушники.  — Какие люди! По какому поводу? — было видно, что мужчина рад нежданному визиту. Парень замялся. Заметив это, Чес расслабленным голосом спросил:  — Из дома сбежал?  — Ч-что? Но как ты… — удивлению парня не было предела.  — Ну-у, полный рюкзак, сейчас только четыре утра, ну и видок у тебя кислый, — спокойным голосом ответил Чес.  — Чёрт, — парень ещё больше напрягся, теперь он не был уверен, что Чес не сдаст его отцу.  — Не парься, я не сдам тебя, — как будто читал мысли друг его отца. — Ты, наверное, хочешь перекантоваться у меня? Парень, ничего не ответив, устало кивнул. Чес предупредил, что места у него немного, и кинул парню ключи от автобуса.       Чес рассказал Ди, как найти его автобус: он был припаркован в одном из переулков. Это был потрёпанный жизнью фольксваген, в таких обычно живут и путешествуют хиппи. Только без цветочков и радуги — обычный оранжевый автобус. Открыв уже начинавшую покрываться ржавчиной дверь, блондин вошёл. Как и сказал Чес, места было немного, но это всё равно лучше, чем быть на улице. Снять номер в каком-нибудь хостеле Ди не мог, так как, во-первых, он несовершеннолетний, что, конечно, вызовет подозрения. Во-вторых, в хостел, который он присмотрел, нельзя было заселиться ночью. Поэтому и пришлось парню бродить по городу, постоянно избегая полиции. А уйти рано утром не получилось бы — отец встаёт рано и он мог заметить Ди. Ну, а когда его уход заметят, то первое, что они будут делать — это проверять недорогие хостелы и съёмные квартиры подальше от дома. Поэтому Ди решил на какое-то время перекантоваться у дяди Чеса, что было очень рискованным шагом.       Ди осмотрел временное место жительства. Сиденья были только спереди, сзади же их или не было, или их сняли. Вместо них стоял небольшой диван и кресло, всё остальное было горой коробок, одежды и различных вещей. Только на стене, где висели гитары, был порядок. Комнату застилал небольшой дымок. После вдоха в нос Ди ударил удушливый запах благовоний и сигарет. Ди откашлялся и открыл окно. Спустя десять минут дымок потянулся на улицу, а через полчаса и вовсе вышел наружу. Воздух в комнате постепенно стал более-менее пригодным для дыхания, но полностью, конечно, запах не выветрился.       Сев на старое кресло, парень достал гитару. Он сам не понимал, зачем он в последний момент взял её. Он легонько прошёлся по струнам и сыграл несколько с трудом выученных аккордов. Так он просидел несколько часов до тех пор, пока не пришёл Чес. Услышав звук открывающейся двери, попытался быстро спрятать гитару, но Чес увидел её раньше.  — Э-эй, постой, — остановил он парня. — Давай, сыграй.  — Я не умею играть, — нахмурился Ди.  — Да ладно тебе, попробуй.       Парень вздохнул и вытащил гитару обратно. Он снова сыграл эти несколько жалких аккордов. Ди думал, что сейчас друг его отца спросит, не умеет ли он ещё что-нибудь, что, к удивлению парня, он не сделал.  — Вау, как долго гитару держишь? —спросил мужчина. — Месяц, — тихо ответил Ди, стыдясь, что за такой длинный срок ничему не научился.  — Кру-уто, а я только за два месяца пару выучил, — как всегда спокойно ответил Чес. Ди было сложно в это поверить. У Чеса, который в игре на гитаре не уступает его отцу, были сложности с… гитарой?!  — Да, — протянул Чес, улыбнувшись. — Были деньки.  — Но… как ты тогда научился хорошо играть? — в сердце парня закралась надежда.  — …Просто захотел, — пожал он плечами. — Нужно относиться к этому проще. Ди вздохнул. — Э-э-эй, парень, если у меня получилось, то и у тебя получится! — Ага… — Ди посмотрел в окно.       На улице уже настало позднее утро, и яркое солнце проникало через окно автобуса. Родители и Хэви уже встали, не заметив его отсутствия или, уже привыкнув к его «прогулкам», не придали этому особого значения. Конечно, когда они войдут в его комнату, то на столе сразу увидят записку. И Ди не хотел думать, что будет, когда они узнают, что он сбежал. Всё же он любил свою семью. Маму и Хеви, даже отца. Но… он считал себя никем. Белой вороной. Он был похож на родителей, но всё же отличался. От отца никогда нельзя было услышать похвалы или то, что он был неправ. И теперь Ди хотел доказать отцу, что он стоит чего-то, что он не ничтожество, которое не может сыграть одну проклятую ноту, что отец ошибается… Сколько раз парень прокручивал слова отца и Хэви в тот день. «Это легкотня, а говорят, что там учиться надо», «Ты ведь не злишься на меня, Ди?».       Блондин сжал бедный гриф гитары, но сразу же отпустил, опасаясь, что струны не выдержат и порвутся. Он отложил инструмент и, сказав Чесу, что хочет пройтись, вышел из автобуса. Ему нужно было как-то уйти от неприятного разговора. Конечно, Чес не тот человек, который начнет задавать много лишних вопросов, но и оставаться в гнетущей атмосфере парню не хотелось. Тем более эта часть города была ему незнакома и, на всякий случай, парень решил её исследовать.       Когда он закончил с осмотром местности, уже наступил вечер, и Ди вернулся к автобусу. Пока его не было, Чес неизвестно откуда достал раскладушку, немного ржавую и скрипящую. Ди думал, что из-за сегодняшних событий не сможет уснуть, но, как только его голова коснулась подушки, парень провалился в глубокий сон. Сегодня Ди Металл не вернулся домой.       Утро началось неважно. Ещё полусонный, парень встал с кровати и ударился пальцем об ножку дивана. Это были мгновения боли и обиды. Когда боль прошла, Ди заметил, что Чес уже ушёл в свой магазин. И, ещё раз глянув на диван, предавший его доверие, парень начал приводить себя в порядок. Вечно вьющиеся волосы с трудом были расчёсаны и убраны в хвост. Раньше он постоянно пытался их выпрямить, даже утюжок для волос купил, но эффект был недолгим. Через час волосы опять становились волнистыми. Поэтому теперь блондин обходился только расчёской. Достав из рюкзака тушь, Ди положил её обратно. Подводить глаза настроения не было.       Ди посмотрел в окно и заметил, что автобус стоит уже в другом месте. Наверное, ночью дядя Чес перегнал его на другое место. Парень оделся и вышел на улицу. Оказалось, что они находились не так уж и далеко от прежнего места, и, быстро сориентировавшись, Ди вышел на главную улицу. Но вдруг он услышал шум моторов на дороге. Шум, который был с детства ему знаком. Блондин быстро заскочил в подворотню. В это же время мимо пронеслось несколько байкеров. На мгновение он заметил ярко-голубой с белыми полосами — мотоцикл тёти Анны. Этот факт забеспокоил Ди. С одной стороны, они могли просто кататься, с другой — искать его. Ди повернул назад к автобусу, опасаясь новой встречи с байкерами. Он решил, что, как только выдастся возможность, перекрасится. Всё-таки тёмные волосы выделяются не так сильно, как светлые.       Ди почти дошёл до места, где стоял автобус, как он снова услышал шум моторов. И, опять спрятавшись, он посмотрел на дорогу. На этот раз это был всего лишь какой-то парень (или девушка) на Хонде. Ди шумно выдохнул: Он что, теперь будет каждого левого мотоциклиста бояться? Остальной путь он прошёл без приключений и лишних остановок сердца.       Уже в автобусе блондин взялся за гитару. Небольшое помещение наполнилось её одинокими звуками, изредка прерывающимися шелестом тетрадки с записями. Её парень начал вести ещё неделю назад, и она сильно облегчала жизнь. Не надо было каждый раз, когда он что-то забывал, искать видео или сайт с информацией, да и Хеви в последнее время стал часто пользоваться его компьютером. Ну, а если узнает братец, то скоро узнает и отец. Нет, Хеви не докладывает обо всем отцу, он просто не умеет хранить секреты, вот и всё.       Спустя некоторое время Ди почувствовал голод. Последний раз, когда он нормально ел, был позавчера. Всё остальное нормальной едой назвать было нельзя. Так как у Чеса в доме еды не было, парень питался тем, что покупал в магазине. Но одними чипсами и печеньем молодой растущий организм сыт не будет. Поэтому, хоть для какого-то разнообразия, Ди купил лапшу быстрого приготовления. Вчера, осматривая комнату, он заметил чайник. Также здесь нашлась и туристическая плита, на которой он закипятил воду. Кстати, её пришлось купить в магазине вместе с лапшой.       Поев, блондин достал книгу Стивена Кинга «Страна радости». Ему нравилось читать. В особенности мистику и детективы. Они заставляли тебя забыть о неприятных сторонах реальности, ведь единственное, о чём ты можешь думать в данный момент, это сюжет. Поэтому сейчас парень позволил книге захватить свой разум и забыться.       Через пару часов пришёл Чес. А вместе с ним и новости. Он рассказал, что родители его ищут, даже друзей байкеров припрягли. Значит, опасения Ди были тогда не напрасны. Те байкеры вполне могли искать его. Чеса прервал стук в дверь. Удивившись, Чес пошёл её открывать. Самое ужасное было то, что за дверью Ди услышал голос отца. Сердце пропустило пару ударов и забилось с бешенной скоростью. Надо было бежать. Быстро взяв рюкзак с вещами и чехол с гитарой, парень открыл окно, и, сначала выкинув на улицу вещи, выпрыгнул из окна. Сделал он это как можно тише и незаметно. И, подобрав все, побежал за поворот, подальше от этого места. Ди сам не понимал, почему он так боится, что его найдут. Но теперь только мысль о возвращении домой сейчас казалась ему неправильной. Слишком много уже сделано.       Около автобуса. Было видно, что Глэм раздражён.  — Я ведь знаю, что он у тебя, — холодным голосом сказал Глэм. — Ему больше некуда идти.  — Кто знает… — пожал плечами Чес.  — Да будь ты хоть раз серьёзным! — сорвался отец Ди. Было понятно, что он волнуется за сына. — Прости… Я просто хочу, чтобы мой сын вернулся домой.       Последние слова он сказал уже тише. Он не спал целую ночь, и это не лучшим образом сказалось на нём. Он действительно волновался за сына и сожалел о своих словах. Даже не понимая этого, он стал воплощением своего отца. Даже делая все наоборот. Он не ограничивал сына в действиях и передвижении, он был вправе сам выбирать то, чего он хочет. Но в итоге это вылилось в равнодушие. Он не принуждал его быть лучшим во всём, иногда говоря, что тот может и лучше. Хотя он и сам понимал, как это звучит из его уст, Глэм продолжал так говорить. Он не умел по-другому.       Глэм вздохнул.  — Понятно, скорее всего его уже нет там, — он взглянул на дверь так, будто мог проверить, есть ли Ди внутри. — Если встретишь его, пожалуйста, передай ему это, — в руках старшего Металла появился конверт.  — Ну, а если он его порвёт, то передай ему это: «Прости».