Я докажу тебе...

      — Наконец готово, — вздохнул парень, отложив телефон.       Он устало закрыл красные глаза. У Ди жутко болела голова, но это того стоило. Теперь у него есть новая личность, новые родители и родственники, место жительства и даже работа. За эту ночь он придумал биографию не только себе, но и всем своим «родственникам». Также он покопался в базе данных одной компании и теперь работает там курьером. А чтобы не возникали вопросы, куда делся прошлый паспорт, пришлось залезть в архивы МЧС. Как раз недавно был пожар в одном из домов на окраине города. Тогда всё случилось из-за одного старичка, который не выключил газ. Именно этот старичок, земля ему пухом, и стал его «дедушкой».       В итоге история получилась такая: Уже шесть лет он жил со своим дедушкой. Отец бросил мать ещё когда она была беременна, из-за чего она начала пить и скончалась от инсульта 3 года назад. В итоге у него из семьи остался только дедушка. В тот день он задержался на работе, а когда вернулся, от квартиры остались одни угли. Несколько дней он жил у друзей, кочуя от одного к другому, попутно с этим обзванивая все больницы. Он не решался позвонить в морг, надеясь, что единственный родственник жив. Поэтому, не узнав о смерти дедушки, он пропустил его похороны. Так как его телефон тогда остался дома и сгорел, а в больницы он звонил с телефонов друзей, его не могли найти следователи.       Вполне правдоподобно. Но использовать он её будет, только если что-то пойдёт не по плану. Кстати, теперь его зовут Дима Самойлов. На данный момент ему 18 лет, хоть он на них и не выглядит. Ди думает накраситься так, чтобы казаться старше. Тому, кто давно имеет дело с косметикой, это не составит труда. Осталось только распечатать свидетельство о рождении, которое он якобы восстановил в одном из ЗАГсов. Фух, короче, работы было много. Зато теперь он может сделать себе новый паспорт, за который, конечно, надо заплатить. Вот тут и пойдут в ход сбережения Ди. Он скопил достаточно и для создания паспорта, и для визы, и для покупки билета в один конец. Но всё утром. Теперь спать.       Глаза предательски слипались, а мозг работал с перебоями, время от времени проваливаясь в сон. Ему нужен был отдых. Поэтому, как можно удобней разместившись на кресле, он заснул.       Солнце, пробившись сквозь старые полупрозрачные шторы, заливало светом небольшую комнатку. С кресла свисал край пледа, который парень нашёл в старом дубовом шкафу. Сам же парень, завернутый в плед и лежащий клубочком, с неохотой открыл глаза. Понадобилось пару секунд, чтобы привыкнуть к яркому, бившему прямо в глаза свету. Он хотел перевернуться и неосторожным движением задел до сих пор стоящую у кресла гитару. Инструмент колыхнулся и начал падать набок. Парень быстрым движением едва успел поймать его, но, не удержав равновесия, свалился сам. Снова утренняя боль. Так он и остался лежать: ноги на кресле, остальное на полу, а в руке гитара.       Он посмотрел на старую советскую гитару. Ну и из-за чего он так страдает? Из-за какого-то куска дерева со струнами, которое даже не поцарапается от небольшого удара об пол?! Ди страдальчески вздохнул. Пол оказался приятно прохладным, и Ди решил полежать так ещё пару минут. Да и больше он бы не выдержал. Хоть на дворе был конец марта, на улице заметно подмораживало, и пол был довольно холодным.       Парень встал, потянулся, надел байку и спустился вниз. Там он увидел ещё одного жильца, которого он раньше не видел. Бледный парень сидел в самом конце зала, тёмные, как воронье крыло, волосы длинными прядями спадали на глаза. Ди мельком посмотрел на него и подошел к прилавку, где стояла Любовь Петровна. Вчера он съел только два пирожка, купленных здесь же, и немудрено, что самого утра в животе Ди медленно и мучительно умирал кит.       Набравшись смелости, он попросил у Любови Петровны суп. Когда вчера парень его увидел, то сразу понял, почему тот неприхотливый громила так не хотел его брать. Даже у его мамы, чью готовку и врагу не захочешь отдать, получалось приготовить что-то более похожее на суп, чем эта жижа. Но есть что-то надо было, а выпечку боевая старушка сегодня не делала. Взяв свою тарелку, он сел за первый попавшийся стол. Сегодня было очень тихо, возможно из-за того, что рядом не было болтливого Олега. Ди снова посмотрел на темноволосого парня в конце. Он ел, низко согнувшись, и поэтому его лица не было видно. Зато сильно выделялись худые ладони на фоне чёрной майки. Бледная кожа казалась зеленоватой, и самого паренька сильно подтрясывало, что было не самым лучшим знаком.       Парень вспомнил, почему этот район считается неблагополучным — воры, пьяницы и наркоманы. И, скорее всего, пацан был одним из них. Про себя Ди пожалел его, ведь, если судить по росту, то он даже младше его, но так устроена жизнь. Если он не возьмёт себя в руки, пацан не доживёт и до совершеннолетия. Хотя Ди несколько раз видел таких, как он, и, стоит признать, он выглядит гораздо лучше них. Значит, у него ещё не всё потеряно, и это радует. Теперь даже суп не казался таким противным, просто недоваренным.       Сегодня он впервые за эти несколько дней выйдет на улицу. Он не знал, подключилась к его поиску полиция или нет, поэтому сильно рисковал. Каждое утро он прочёсывал интернет, надеясь, что не наткнётся на своё фото с надписью «Пропал без вести». Пока что ничего подобного он не находил, но всё же… Всё самое сложное было только впереди, но он уже положил начало. Паспорт делается пятнадцать дней, и это если повезёт. А ещё и виза. В итоге получается чуть меньше трёх недель. Но у Ди столько времени не было.       С трудом покопавшись, где надо, он добился того, чтобы его паспорт сделали за два дня. Теперь ему нужно было только найти попутчика в какую-нибудь страну. Зачем ему попутчик? Всё просто. Во-первых, если его всё же начнут искать не только родители, то будут смотреть на одиночек. Конечно, если они станут искать его среди тех, кто будет выезжать из страны. Наверное, они будут думать, что он обычный подросток, который скопил немного денег и шляется по друзьям или подъездам. Хах, какие они наивные. А во-вторых, ехать вдвоём дешевле, чем в одиночку. Правда, готового с ним поехать человека он пока не нашёл, но Ди был уверен, что это не составит труда. На просторах интернета полно сайтов с теми, кто ищет спутника для поездки.       Наконец жижа в тарелке закончилась, и он сдал посуду обратно хозяйке. Во рту ещё ощущался неприятный привкус, но зато он был сыт. Перед получением паспорта ему надо было привести себя в порядок. Фотография, которую он взял, была чуть обработана в фотошопе, чтобы он был на ней старше, и, стоило думать, у кого-нибудь могут возникнуть вопросы насчёт того, что он резко скинул пару годков. В косметичке (Да, у него есть косметичка. И что с того?) лежали несколько карандашей, тени и тушь. Последняя ему вряд ли пригодится, а вот всё остальное он мог использовать. Ди просидел перед зеркалом около получаса и, когда закончил, результат его удовлетворил. Теперь он казался, если не на восемнадцать, то точно чуть младше семнадцати. То, что он использовал косметику, почти не было видно. Возможно, только самую малость, и только если сильно вглядываться. Конечно, без помощи интернета не обошлось. Даже странно, что там было достаточно много видео о том, как с помощью косметики стать старше.       На улице было холодно. Ветер как будто проходил через плоть и продувал до самых костей. «Шикарная нынче весна» — подумал про себя Ди. Он уже пожалел, что вышел на улицу, но сидеть в четырёх стенах уже не было сил. На улице почти не было людей из-за того, что был разгар рабочего дня, да и какой идиот попрётся в такую погоду наружу. За всё время он увидел только пару человек. Парень зашёл в небольшой магазин. Там людей было больше, но в основном это были бабушки. Из категории «младше шестидесяти» были только два школьника младших классов. Причём школьники были одеты только в короткие шорты и куртку, которая, к тому же, была расстёгнута. От одного взгляда на них становилось холодно. Ди никогда не понимал малолеток, и, наверное, не поймёт.       Когда, в прямом смысле этого слова, отморозки вышли, он обратил внимание на прилавок магазина. Парень хотел купить какой-нибудь еды на вечер, а-то снова есть суп Любови Петровны как-то не очень хотелось. Можно было снова купить доширак, но он не был уверен, что хозяйка разрешит вскипятить воду для «этой химии», а обижать старушку, нелестно отзываясь о её стряпне, как-то нехорошо. Как-никак она пожилой человек, да и женщина к тому же. Хотя, женщину в их семье обидеть сложновато, а если и обидишь, то можешь сразу скорую вызывать. Скорую — это если вы в людном месте или милиция рядом. Ну, а если, не дай боже, никого рядом нет, то земля тебе пухом, дорогой друг, мы будем помнить тебя как самого смелого и быстрого человека на этом свете. Короче, его маму лучше не злить. Ди хмыкнул. Интересно, как они?       Ещё немного подумав, он остановил свой выбор на пачке чипсов. Он подошёл к кассе, где кассирша встретила его осуждающим взглядом.       — Чему тебя вообще родители учили? — спросила она тоном его учительницы.       Ди просто проигнорировал её и, заплатив за покупку, ушёл, подумав, что кассиршу возмутили его подведённые чёрным карандашом глаза. Но на самом деле причин для осуждения парня со стороны недовольной женщины было гораздо больше, чем просто небольшое количество косметики. Чего стоил только чокер с шипами на шее парня, а о многочисленных серьгах и покрашенных волосах можно даже не говорить. А вот при чём тут вопрос о том, чему его родители учили, он так и не понял. Хотя, ему было как-то наплевать, что о нём подумает неизвестная ему тётка.       Парень вышел из магазина и решил пройтись по округе. Из своего окна он мог увидеть только стену соседнего дома, дорогу и магазин на другой её стороне. Иногда проезжали машины, и пробегали редкие прохожие, но Ди не интересовался ни теми, ни другими, поэтому для него это было довольно скучное зрелище. Телевизора в старой общаге не было, только радио с вечно играющим из него шансоном стояло в столовой. Но желание слушать стариковские песни у Ди, слава богу, пока не возникло. А от телефона, после нескольких бессонных ночей, глаза просто горели. Поэтому прогулка была лучшим решением.       За домом, чью стену было видно из его окна, находилась пустая детская площадка. Парень подошёл к ней и сел на качели. Они тихонько скрипели. Это был не противный и громкий скрип, от которого хотелось скорее слезть с качелей, а тихий и немного приятный звук, способный окунуть в безмятежное детство даже нервного подростка. Стало спокойно, а спустя пару минут Ди стал понемногу раскачиваться. Но спустя время он всё же вспомнил, что ему уже не пять лет, и слез с качелей. Парень погулял бы ещё, если бы не отмороженные руки и ноги, поэтому он направился обратно в сторону хостела.       В здании было ненамного теплее, чем на улице. Он снова завернулся в плед и сел на кресло так, чтобы ноги тоже оказались под пледом. Через пару минут он согрелся и открыл пачку чипсов. Чёрт. Спохватился парень, когда пачка была уже открыта — он ведь хотел оставить её на вечер. Ну ладно, он ещё сходит. К тому же запах из пачки уже достиг его носа, вызывая небольшой голод. В школе им как-то рассказывали, как с помощью ароматизаторов производители такой продукции «заставляют» её покупать. Но эта информация вообще никак не повлияла на учеников, и они всё так же хрустели чипсами на задней парте во время уроков.       Ди взял телефон. Завтра он заберёт паспорт и ему как можно быстрее надо было сделать визу и найти попутчика. На просторах интернета было достаточно сайтов, на которых люди ищут человека, который согласится на путешествие с ними. И Ди просто тыкнул на первую выскочившую ссылку. Первой в списке была женщина, которая отправляется во Францию. Дальше шёл немолодой мужчина, направляющийся в Египет. Опять Франция, Америка, Беларусь. Последняя была неплохим вариантом, так как туда легче всего поехать. К тому же преобладающее большинство населения говорит на русском, что определённо было плюсом. Но одновременно это было и минусом. Можно сказать, что у них «общие» социальные сети и его могли узнать по фотографиям оттуда. Да и совместное путешествие предлагала женщина лет тридцати пяти или больше, а ему скорее нужен молодой парень или девушка. Они обычно стараются найти кого-нибудь как можно быстрее и в самый последний момент, поэтому они не будут тщательно выбирать попутчика и возьмут первого, кто откликнется. Пролистав ещё, Ди нашёл довольно интересное объявление и, перечитав его несколько раз, он нажал на кнопку «Написать».       Высокий парень в красной куртке стоял у небольшого кафе, уткнувшись в телефон и прислонившись к перилам. Вчера вечером ему написал парень, желающий отправиться с ним в Англию на две недели. Он очень долго искал попутчика и очень нервничал из-за приближающейся даты вылета. Его бро променял его на какую-то деваху, с которой он знаком всего пару дней. А когда он спросил, что ему делать с оплаченным «другом» билетом, он безразличным тоном ответил: «Делай, что хочешь». Мажор, блин. Можно сказать, что тот парень его спас, точнее билет. Было бы обидно, если бы билет пропал зря. Но попутчик опаздывал, и он снова начинал нервничать. Тут в поле его зрения попался парень. Знаете то чувство, когда вы ждёте кого-то, с кем вы до этого не были знакомы, и когда вы увидите кого-то в толпе, вас посещает предчувствие, что это нужный вам человек. Парень тоже его заметил и направился к нему. Неужели угадал?       Он начал рассматривать парня. Бледная кожа выделялась на фоне тёмной одежды и каштановой копны волос. На ушах едва виднелись мелкие дырочки от пирсинга, самого же пирсинга не было. Паренёк по сравнению с ним был небольшого роста, и на него снизу-вверх смотрели подведённые чёрным карандашом ярко-голубые глаза. Пока он рассматривал голубоглазого, тот подошёл к нему и спросил:       — Это Вы Валерий?       — Да, для знакомых просто Валера, — парень протянул свою руку. — А Вы, наверное, Дмитрий.       «Дмитрий» молча пожал руку, он ещё не привык к своему новому имени, и было немного непривычно. Он только сегодня утром забрал новый паспорт, из-за чего немного опоздал. Пока он ехал на место встречи, он разузнал обо всём, что касается виз в Англию. А информации там было достаточно. Но визой он заниматься будет завтра, сегодня надо было разобраться с паспортом и билетами на самолет. В объявлении Валера написал, что второй билет у него на руках и единственное, о чём нужно будет позаботиться — это виза. Похоже, его новый знакомый был не так прост, как кажется, если бесплатно отдаёт билет. Или он просто идиот. Но, в любом случае, Ди ничего не теряет.       Они зашли в кафе и просидели там где-то минут двадцать, обсуждая все нюансы их поездки. Валера оказался приятным человеком, он не был надоедливым, но умел хорошо поддержать разговор. За разговором он узнал про историю с билетом и дружком, бросившим его. А Ди просто слушал, потихоньку отпивая кофе из бумажного стакана. Когда кофе был выпит и все вопросы насчёт поездки были оговорены, парень, попрощавшись с новым знакомым, направился к хостелу. Ему нужно было хорошо выспаться, ведь завтра его ждала возможная нервотрёпка с получением визы.       Глэм стоял в своей комнате и смотрел на стену. Там висела огромная карта города, на которой были выделены или зачёркнуты какие-то места. Хостелы и мотели. Большинство было на окраине и ещё несколько недалеко от центра. Под глазами мужчины виднелись тёмные круги. Он не спал несколько ночей, а днём они с Викторией проверяли все возможные места. По карте, один за другим, они проверяли места, в которых мог бывать их сын. Когда они снова возвращались ни с чем, Вики пыталась подбодрить его и клялась, что задаст Ди трёпки, когда они его найдут. Она как никто другой знала, как побег старшего сына ударил по Глэму, и даже знала, с чем это связано. Однажды она заметила, что он избегает разговоров о своём отце, да и семье в целом. А так как Виктория ходить вокруг да около не любила и не умела, она просто в один прекрасный день прижала его к стенке и заставила всё выложить. Это был долгий разговор и нельзя сказать, что он дался Глэму легко. Она узнала обо всём. Об отце, матери, сестре, даже о тайнике, спрятанном под одной из половиц. Очень много старых ран было затронуто, но после разговора ему стало гораздо легче. Они решили больше не возвращаться к этой теме.       Глэм отошёл от карты, сел за стол и снял очки. Ему было необходимо поспать, хотя бы пару часиков. Он снова посмотрел на карту. Количество крестиков было велико, но они терялись в количестве кружочков, заполонивших всю карту. «Боже, Ди, где же ты?».       Ди разбудил звук будильника, поставленного им вчера на семь утра. Сегодня солнце не освещало комнату парня светом своих лучей и, закутавшись в светло-серые облака, словно в одеяло, спряталось от всех. Первые пару минут парень тоже не хотел просыпаться, но, вспомнив о всех навалившихся делах, заставил себя подняться. Попробовав пригладить растрепавшиеся за ночь волосы, он понял, что он выдернет себе половину волос или его расчёска не выдержит и сломается. Но всё обошлось только десятком вырванных волосков. Он быстро нанёс «старящий» макияж, оделся в более-менее приличную одежду и вышел из комнаты.       На улице было холодно, а с неба падал мелкий мокрый снег. Белые крупицы падали на чёрную куртку и волосы парня. Он направился к метро. Для получения визы нужно было подать заявку в посольство, находившееся в центре города, но перед этим ему необходимо зайти в ещё парочку мест. Ди зашёл в метро и сел на нужную ему ветку, поезд тронулся и свистящий гул заполнил вагон. Не прошло и пятнадцати минут, как он был уже в центре, а пока он ехал, небольшой снегопад закончился и снежинки уже успели затоптать прохожие. Парень вышел, его тут же подхватила волна людей, вышедших из метро, и он скрылся из виду.       Через пару минут по дороге проехала пара мотоциклистов. Они ехали на другой конец города проверять очередной мотель. Загорелся зелёный свет и красный мотоцикл рванул с места, исчезая за поворотом. Вернулся обратно Ди уже к вечеру, когда на улочках зажглись фонари и почти не осталось прохожих. Выходя из метро, он вспомнил, как несколько дней назад он приехал сюда. Странно, кажется, что это было так давно. Интересно, он ещё когда-нибудь приедет на эту станцию и встретит Любовь Петровну с Олегом? В любом случае, он хотел бы ещё раз сюда вернуться. Но будет это точно нескоро.       Он подал заявку на получение студенческой визы и теперь оставалось только ждать. Вскоре он уедет из страны, а с его знаниями он с лёгкостью поступит в любое учебное заведение. Но что-то не давало ему покоя. Это что-то сжимало его сердце и сворачивалось холодным комком внутри при мысли, что он оставит здесь всё. Ему казалось, что он уже преодолел это, но, если быть честным с самим собой, то он часто задумывался об этом. Оставить семью и дом. А может ли он? Ди в который раз вернулся к этому вопросу, ответа на который у него не было. Да, он ушёл из дома, но они всё ещё где-то здесь, рядом. Он ещё может вернуться обратно, домой, зайти к себе в комнату, завернуться в одеяло, выслушать тираду от мамы, разбавленную нецензурной лексикой и подзатыльниками. Возможно, даже выстоять суровый взгляд отца, снова победившего в этой негласной дуэли. В душу Ди снова начали закрадываться сомнения, они кошками скребли изнутри и скрежет от их когтей перерастал в головную боль. Но, как бы он не хотел, чтобы эти фантазии хотя бы на четверть были похожи на правду, это всего лишь фантазии. Он уже не мог вернуться. Он уже слишком много сделал для того, чтобы просто взять и вернуться, слишком много границ и запретов перешёл. Это уже не игра, не очередная партия с отцом в шахматы. Теперь это ЕГО жизнь, ЕГО выбор и ЕГО ошибки. Его способ доказать не только отцу, всем, что он способен на что-то, что он не ничтожество. По-детски и так не похоже на того расчётливого и холодного Ди? Да. Ну и пусть.       Под такие невесёлые мысли он вернулся обратно в старое здание с давно не клеенными окнами и неубранными комнатами. От избытка мозговой деятельности за сегодняшний день у него сильно болела голова. Он больше не хотел спать на жёстком кресле и, скинув с кровати грязные простыни и одеяло, оставив только матрас, он завернулся в плед и впервые за несколько дней заснул лежа. Ему уже было наплевать на то, что жидкость, оставившая след на постельном белье, могла впитаться в жутко скрипящий матрас. По крайней мере утром у него не будут болеть конечности. В уже ставшей родной комнате, которую он успел осмотреть вдоль и поперёк, не обращая внимания на посторонние звуки, Ди заснул.       Такими же спокойными, как и его сон в ту ночь, были эти несколько дней перед отправлением. Все дни он проводил в своей комнате, играя на гитаре или сидя в интернете, ежедневно проверяя списки пропавших без вести. Нет, он, конечно, выходил на улицу, но это были небольшие вылазки в магазин или просто размять ноги. Спустя пять дней он получил визу. Конечно, он был твёрдо уверен, что получит её, но это не помешало нервишкам начать пошаливать к четвёртому дню ожидания.       За это время он ещё несколько раз списывался с Валерой. Он и сам нервничал, опасаясь, что Ди откажется в самый последний момент. Но вот до вылета остался всего день. Сумка уже давно была сложена и стояла у кресла, да и сам парень успел подготовиться морально, хотя в глубине понимал, что к такому невозможно быть готовым. Он решительно отгонял любые мысли о возвращении, которые в последние дни стали посещать его всё чаще. Завтра он сядет в самолет и улетит очень далеко отсюда. Завтра. Невольно парень ухмыльнулся. Даже абсурдно, как далеко зашёл обычный побег подростка из дома, хоть книгу пиши. И, наверное, если бы он прочитал такую историю в интернете, то подумал бы, что это самое нелепое, что он когда-либо читал.       Ди посмотрел туда, где плотная тьма окутала узкую улицу. В здании напротив в некоторых квартирах ещё горел свет, но вскоре погасли и они. Сегодня он вряд ли уснёт. Он мог попробовать и утром чувствовать себя невыспавшимся и разбитым, поэтому он выбрал не спать вообще. Так он просидел всю ночь и, дождавшись первых лучей солнца, взглянул на часы. Большая стрелка показывала пять утра. Пора. Ди встал с кресла, надел куртку и подхватил сумку. Чехол с гитарой он взял в другую руку. Но, как только он хотел выйти из комнаты, он вспомнил об ещё одной вещи и, быстро закинув её в сумку, закрыл за собой дверь.       Он вошёл в старую комнату. Она встретила незваного гостя холодной тишиной, которая могла быть только там, где давно никто не появлялся. За эти пару дней он был первым. Мужчина зашёл глубже в комнату, разгоняя этим летавшую в воздухе пыль. Глэм огляделся в поисках хоть каких-то признаков пребывания Ди. Но парня не осталось и следа, даже мусорная корзина была пуста. Только недавно они с Вики подобрались к этому району и наконец нашли убежище их сына, но они опоздали. Его уже не было здесь. Тут Глэм увидел небольшой листок на пыльном столе. Записка. Он взял её и начал читать. А потом ещё раз, и ещё раз, он читал до тех пор, пока написанное не выжглось у него в памяти. И только потом он опустил листок. На его лице, до этого не выражающем никаких эмоций, появилась улыбка. Но какая-то не такая, с примесью печали, горечи и… ещё чего-то. Может, понимания того, почему он сделал такой шаг, может, даже гордости за то, что Ди смог сделать, то, что он не осмелился, когда был таким же как он, а может, всё вместе. Он развернулся и пошёл обратно, внизу его ждала Виктория. Он должен ей всё рассказать, потом они поедут домой, а потом… потом будет потом. Дверь закрылась, и через пару минут с улицы послышался рёв удаляющегося мотоцикла. Комната была снова пуста.