Молодая Дракона
После короткого отдыха, исправившего почти все симптомы отката, Мэл нашла Балиана, деловито точившего свой кинжал. Она поздоровалась и спросила:
— Сколько конструктов ты сможешь спрятать на корабле, где будет проходить бал?
Мэл не спрашивала, сможет ли он это вообще, потому что знала, что этот параноик наверняка всё просчитал. Балиан ответил быстро:
— Десять, если не рисковать обнаружением.
Её личный страж находился в звании сержанта гвардии — под его командованием было десять конструктов, так что скорее всего, он планировал спрятать свой десяток. Мэл велела:
— Спрячь их. И сделай так, чтобы остальные были готовы к телепортации на корабль в случае необходимости.
Гвардеец приподнял бровь:
— Есть чего опасаться?
Она честно ответила:
— Не совсем подозрения или опасения, скорее предчувствие и желание перестраховаться.
Балиан кивнул:
— Всё будет готово к началу. Кстати, твой дедушка связывался со мной. Ему сообщили про твою эскападу. Он хочет поговорить как можно скорее.
Мэл глубоко вздохнула:
— Я отправлюсь туда, как только переоденусь.
Она отлично понимала, что взбучка неизбежна, но всё-таки надеялась её миновать.
Вернувшись в свою комнату, Мэл в первую очередь вытащила все вещи из карманов. Много ножей, бинты, пластыри и спиртовые салфетки. В одном большом кармане, где когда-то была напечатанная копия книги заклинаний, теперь была пустота. Чёрт, видимо, во время создания вихря потеряла. Ладно, всё равно таких ещё девять штук дома валяется.
***
Приняв душ и сменив одежду, Мэл телепортировалась в Огненный Чертог, морально готовая к серьёзной головомойке. Дедушка ждал её в кабинете, хмурый и недовольный. Он крутил в руке бокал вина, изредка отпивая его небольшими глотками. Алкоголь — дурной знак.
Он встретил её молчанием и указал на стул напротив себя. Как только Мэл села, он негромко сказал:
— Нам надо обсудить твою самоубийственную эскападу.
Мэл сказала, объясняя причины всего произошедшего бардака:
— Я пыталась тщательно спланировать дело, но всё полетело в Тартарары из-за одной мелочи.
Если бы не Бен и его мочевой пузырь, то всё было бы нормально. Венфитар слегка приподнял брови:
— Это хорошо, что ты планировала, но ругать тебя пока не собираюсь. У меня только один вопрос. Почему ты мне не сказала? Или гвардейцев с собой не взяла?
Мэл призналась, опустив голову:
— Я думала, что ты запретишь мне ехать.
Дедушка протянул пустой бокал ей, налил туда и сказал:
— Мэл, я понимаю, что такое скучать по родителям. Я не стал бы запрещать тебе навещать их. Езди на Остров сколько влезет, только предупреждай меня заранее, про амулеты не забывай и гвардейцев с собой бери.
Мэл обошла стол и обняла деда. Тот негромко пробурчал, хотя и обнял её в ответ:
— Я тебе ещё устрою разбор полётов. А пока иди веселись.
Она рассказала:
— Есть ещё кое-что, что тебе нужно знать. Мамы на Острове больше нет.
Он удивлённо приподнял брови, а Мэл попрощалась и буквально вылетела из комнаты, телепортируясь обратно в Аурадон на лету. До праздника осталось всего несколько часов.
Если мама за пределами Острова, то едва ли кто-то сумеет с ней справиться.
-------------------------------------
Вожак Стаи
Как только Мэл покинула его кабинет, Венфитар вновь задумался. Стоило, конечно, отругать её, чтоб неповадно было убегать чёрт знает куда, к тому же без гвардейцев. Однако, прежде надо разузнать об этой поездке всё: цели участников, организацию, причину срыва и многое другое.
Главная проблема была не в самом факте посещения Острова, а в том, что Мэл там рисковала собственной жизнью, что абсолютно недопустимо.
Он отставил бокал в сторону. Вино вредно в его возрасте. Венфитар пытался убедить весь мир в своей вечности и непоколебимости, но врать самому себе было глупой затеей. А правда была такова, что он умирал. Медленно, но верно, без мучений, но и это хорошо. Конечно, превращаться из сильнейшего боевого мага эпохи в стремительно дряхлеющую развалину было неприятно, но время неумолимо.
Драконы редко доживали до ста лет, но люди, видя их нестареющие человеческие оболочки, предпочитали думать иначе. Ну вот и пусть верят в это дальше. Уже после срока в восемьдесят начинались проблемы с выносливостью. А ему несколько месяцев назад стукнуло девяносто. Его выносливости не хватает на серьёзные нагрузки.
Он был не один такой, будущий мертвец. Гаррундар и Хоэнгрот тоже медленно приближались к границе в сто лет, незадолго до которой их всех ждала смерть. Сам Венфитар мечтал, что перед своей смертью успеет увидеть правнуков, и знал, что старые друзья имеют такие же надежды.
Однако, Тим уже был взрослым и даже, вроде бы, имел постоянную подружку, что обнадёживало. Мэл же только восемнадцать, хотя до Вирка и церемонии перехода во взрослое состояние было ещё довольно недолго. Из-за превратностей Судьбы ей будет почти девятнадцать, когда она поедет.
Отношения его внучки с принцессой Аурадона, однако, крепли день ото дня. С точки зрения политики (на этой мысли Венфитар по старой привычке сплюнул в камин) это было не особо выгодно. Аурадон очень слаб в плане внешней политики, а все их малые достоинства в виде сильной и стабильной экономики нивелировала грызня родов, о которой ему сообщила Рогрота и которую молодой король то ли не замечал, то ли игнорировал. Оба варианта хуже некуда.
В итоге, союзник из Аурадона был никакой. Если бы предстояло делать выбор на основании только холодного расчёта, то оптимальным вариантом была Аяра. Омеги подходят альфам просто идеально, а их особенности, как правило, приводят к богатому потомству, что хорошо повлияет на оба клана и на Стаю в целом.
Однако, счастье из таких союзов получается редко. Оба родителя, несомненно, полюбят детей, но друг к другу будут относиться с заметным для малышей холодком. Иви, с другой стороны, была обещанием покоя и гармонии.
Венфитар как-то раз проследил за ними, спрятавшись под несколькими пологами. Увиденное успокоило его. Они были такими открытыми друг с другом, такими лёгкими и счастливыми, что он не мог за них не порадоваться. В тот момент Вожак принял единственно верное решение.
Слабый союзник? Ничего, подтянем. Проблемы в армии? Поможем. Тайные интриги внутри страны? Пнём там, кого надо и королька заодно. А то что это такое: не видеть интриг своих же вассалов? Непорядок. Смешило то, что пытаясь убраться от политики подальше, он залезает в неё по самые рога.
Беда была ещё и в том, что Венфитар не один такой умный. Рогрота в этом политическом кавардаке вертится уже лет сорок, а он всё бегал от этого, как маленький ребёнок от злой няни, пытающейся противной кашей накормить. Королева Золотых Змей тоже скоро почует запах новой альфы и быстро сообразит, что к чему и откуда дует ветер. Её надо будет осадить сразу же, как только начнёт лезть, куда не надо. Своими живыми фигурками пусть играет, сколько хочет, а здесь политика не работает. Здесь балом правит Её Величество Любовь.
С потенциальным сватовством внучки всё было более-менее понятно. Ещё Мэл надо было как можно скорее и как можно лучше натаскать на управлении замком и островом, а также вдолбить в голову основы политики. От неё можно удрать, конечно, только альтернатива была гораздо хуже.
Всегда, когда драконы удалялись от людей, чтобы заняться своими делами, последние начинали науськивать друг друга и стремительно наглели. Происходило это, как правило, лет за двадцать, когда вырастало новое поколение. С Аурадоном сейчас примерно та же ерунда. Лишь единицы понимали, чем для страны грозит драконий гнев. Остальные либо забыли, либо никогда не знали.
Со временем люди возмущались «незаслуженным» богатством и властью, которыми распоряжались драконы, либо объявляли их слугами нечистых сил. Повод роли не играл, потому что исход был один — люди шли на них войной. Приходилось бить по наглым головам огнём и конструктами. Венфитару такая жестокость была не по нутру, но выхода не было, приходилось защищаться. В итоге нужно было всегда мелькать рядом с ними, не отходя дольше, чем на месяц. И это порой так выматывало.
