Дракон-Воин
Тургар ждал этого поединка с самого начала войны. Бой с самим Богом Войны начнётся прямо сейчас. Арес вылетел навстречу атакующим, а Тургар вёл тех в битву. Дракон разогнал своего конструкта и крикнул:
— Вперёд! Атакуем с небес! Слепим солнцем! Вместе сильнее! Пламя ревёт! Проливаем кровь!
Кавалеристы вокруг него кричали, ревели и рычали, подбадривая себя и товарищей, погружаясь в кровожадный транс. В этом состоянии они были сильнее, быстрее и опаснее, чем кто-либо. А конструктам и вовсе не надо никаких воодушевлений.
Тургар вытащил из-за спины топор, прицелился и бросил его в колесницу. Мишень была поражена, а бог свалился на землю. Дракон выхватил из чехла, прикреплённого к седлу, свой молот и рванул в бой.
Арес явно собирался использовать копьё, как Тургар и ожидал. Дракон успел подготовиться к этому бою. Он пробовал сражаться с копейщиками и наметил их слабые стороны. У них только один вид ударов — колющий тычок. Это быстро и довольно опасно, но при должной подготовке легко нейтрализуется.
Поэтому Тургар взял себе толстый деревянный щит, окованный изнутри металлом, позаботился о крепких доспехах и велел своим рыцарям разойтись в стороны, как только начнётся поединок. Молоту нужен простор для размаха. А для его молота, представляющего собой гибрид кувалды и булавы (из-за шипов), нужно было много места.
Дракон спрыгнул с транспорта на землю и кругом обошёл уже вскочившего бога, державшего копьё двумя руками. Это хороший хват, потому что позволяет пользоваться всей скоростью, доступной этому оружию.
Тургар широким замахом попытался решить исход боя за один удар, но Арес ответил выпадом в сторону шеи. Дракон перехватил эту атаку на щит и ухмыльнулся — копьё ожидаемо застряло в мягком дереве.
Попытка схватить копьё, быстрое движение рукой, на которой был закреплён щит, не удалась. Арес сделал резкий рывок и всё-таки вернул себе копьё, после чего предпринял ещё одну атаку, только на этот раз по голени. Толстая пластина стали защитила ногу, но удар всё равно был ощутим.
Тургар воспользовался секундным замешательством противника и ударил молотом по копью. Выбить его из рук бога не удалось, как и сломать, но отвести в сторону получилось. Это дало дополнительное время.
Шаг вперёд. Арес отскочил, чтобы вернуть дистанцию, но дракон продолжил наступление, пользуясь отведённым копьём. Удар по правой руке — древко не выдержало и сломалось. Даже божественный металл ныне имеет предел прочности.
Бог попытался поймать обрубок с наконечником, но правая, сильно раненая рука перестала его слушаться, а левая, хотя и успела поймать кусок оружия, не смогла бы сравниться по ловкости с правой ни при каких условиях. К тому же, Арес потерял половину длины копья, и эта потеря сыграла главнейшую роль в его начинающемся поражении. Тургар снова усмехнулся, уже чувствуя вкус победы.
Попытка ткнуть дракона копьём в глаз провалилась благодаря вовремя подставленному щиту, и позволила Тургару подойти на достаточное для удара расстояние и нанести свой удар в грудину врага.
Доспехи бога, лёгкие и явно тонкие, но очень красивые и дорогие, не выдержали натиск молота и проломились. Арес упал, а из его тела начала сочиться кровь. Тургар устало опёрся на своё оружие и ухмыльнулся. Вот он и убил бога войны.
К нему подъехал командир его личной охраны и передал коня-конструкта:
— Это было просто потрясающе, милорд!
Дракон отправил молот в чехол, предварительно обтерев его какой-то тряпкой с трупа, сходил за топором, закинул его в ножны за спиной и уселся в седле. Расположившись поудобнее, Тургар обратился к подчинённому:
— Проследи, чтобы тело было сохранено. Нужно будет доказать его смерть.
Тот кивнул и отдал соответствующий приказ парочке рыцарей. Те увезли труп бога в их лагерь, а Тургар задумался вслух:
— Интересно, а где Зевс? Мы уже убили двух богов, а его почти не видно.
Солдат пожал плечами, но тут, будто бы в ответ словам дракона, небо озарилось молниями, и загрохотал гром. До этого оно было занавешено густыми и толстыми тучами, а сейчас набирала силу гроза.
До ушей Тургара донесся тихий шёпот:
— Зевс, Зевс, Зевс…
Он не прекращался и не останавливался. Дракон обернулся на звук и увидел уже умирающего солдата. Фанатик даже перед смертью не мог отказаться от своих убеждений. Тургар уважал способность стоять до конца, но сейчас это казалось ему глупым и бессмысленным.
Дракон просто спустился с транспорта, присел рядом с человеком, который, казалось, даже не заметил его, после чего свернул несчастному шею. Пусть умрёт тихо и без мучений.
Но голоса не прекращались. Наоборот, таких шёпотов, голосов и даже криков становилось больше. Сначала Тургар не понимал, что происходит, пока не увидел, как Зевс засверкал искрами и молниями ещё сильнее. Догадка пронзила его мозг, словно пуля, и дракон закричал:
— Убивать всех, кто называет имя бога!
Его приказ начали выполнять почти сразу, а Тургар погнал своего металлического коня, разя молотом направо и налево. Главное сосредоточение фанатиков обнаружилось возле скопления машин, называемых также домами на колёсах. Туда срочно подогнали нескольких танкауков с пулемётами, которые оперативно сократили количество чокнутых до приемлемого нуля.
Машины оказались пусты, что заставило дракона выругаться, но дворян Аурадона вскоре привели. Тёмные эльфы едва ли не приволокли их, закованных в цепи. Высокий офицер в серых доспехах, возглавляющий армию тёмных эльфов, подошёл к нему:
— Приветствую, лорд Тургар. Должен сказать, что пленных мы вам отдаём не в полном составе.
Дракон отмахнулся:
— Давайте обсудим их немного позже, почтенный Джалвар. Сейчас надо бы заняться Зевсом.
Бог тем временем поливал их молниями. Щиты над солдатами пока держались, но это было лишь временное решение, а постоянное, Мэл со своими Смертельными Лучами, почему-то запаздывала.
Не успел Тургар даже отдать приказ обстрелять Зевса из пушек, как на громовержца вылился просто дождь из зелёных файерболов, а мимо него вверх пролетела фигура, объятая пламенем этого же цвета. Кадавар уже начал думать, что Малефисента рехнулась неизвестно с чего, как фигура выпустила с полдюжины синих сгустков по той же мишени.
Тургар низко прорычал:
— Мэл.
Вот уж кто явно с ума сошёл. Нападать на бога, только что напитавшегося веры нескольких тысяч фанатиков! Да это просто безумие! Какого чёрта она вообще пошла не по плану?! Надо было просто выстрелить.
Джалвар подошёл поближе и тихо сказал:
— Видимо, правду говорят про Коркоранов: они иногда теряют связь с разумом.
Может, сказано и довольно жёстко, но некоторая истина в этом высказывании всё же была.
-------------------------------------
Молодая Дракона
Мэл отлично знала, что рискует. Нет, бой с самим Зевсом был больше, чем риском. Это было форменное безумие. Нет никакой гарантии на выживание при попадании хоть одной молнии. А их у её «дяди» немало. К тому же, вокруг гремела гроза, что было очень и очень опасно.
Но, когда Зевс ударил молниями по щиту, Мэл поняла, что экран не выдержит ещё и удара Смертельным Светом. Поэтому его надо было отвести подальше от людей. Это была единственная возможность закончить эту войну прямо сейчас.
Зевс не успокоится, пока не уничтожит её. А если ему это удастся, то он вполне может приняться за её ещё не рожденного ребёнка. И Мэл была готова снова нарушить главный закон Стаи и вновь убить родственника, лишь бы не допустить этого.
Сейчас ей казалось, что она давно готовилась к этому. Изучая теорию боя на магии и всю теорию магии, Мэл хорошо заучила, как сражаться с противником более сильным и опытным. Три совета. Беречь силы, уходить от атак и пользоваться всеми преимуществами, которые только можно найти и обратить в свою пользу. А их было немного. Тоже три, кстати.
Во-первых, она немного знала о тактике Зевса из рассказов отца. Он опирается на точные и мощные атаки, стараясь уничтожить противника с первого удара. Её тактика богу неизвестна. Во-вторых, Громовержец уже зол, а Мэл постарается разозлить его ещё сильнее, взбесить до состояния, близкого к потере контроля. Риск немал, но потеря врага над собой стоила этого.
В-третьих, и это самое главное — Смертельный Свет. Молнии Зевса базировались на магической энергии. Одна су драконьей — и всё взорвётся. Тактика проста — отлететь как можно дальше от места боя и взорвать этот ящик динамита.
Поэтому дракона сделала глубокий вздох и взлетела, ускорив себя огнём из ног и сбросив полог невидимости, под которым пряталась и ждала Зевса до этого. Она выпустила на бога пару десятков файерболов, что ему особо не повредило, а потом добавила синего огня, добившись, впрочем, того же результата.
Зевс ответил, метнув в её сторону молнию. Мэл ушла от неё буквально чудом, ускорив себя огнём из ног. Даже волосы немного встали дыбом от электричества. Бог гневно посмотрел в её сторону, а окружающая гроза усилилась, будто почувствовав ярость. Загрохотал гром, а небо заискрилось молниями.
Удостоверившись в том, что её заметили, она разогнала себя огнём ещё сильнее и полетела вертикально вверх, улетая подальше.
Мэл покрыла своё тело несколькими слоями щитов и приготовилась к атаке. Зевс что-то невнятно прорычал и швырнул в неё новую молнию. Дракона сложила крылья и пропустила её над собой, после чего накрылась пологом невидимости, зашла со спины и швырнула в бога небольшой зеленый файербол. Зевс с рыком обернулся, а Мэл телепортом ушла за пределы видимости, спрятавшись в облаках.
Бог гневно закричал. Гроза ответила на его призыв и сделала, казалось бы, нечто абсолютно невозможное, разогнавшись ещё сильнее. Дракона выскочила из туч, пока её там не зажарило молниями, и тут же рванула вверх, чудом уходя от удара молнии. Пришлось прижать руки и крылья к туловищу и придать ускорения своему телу при помощи огня, потому что Зевс не скупился на молнии, щедро швыряясь ими в её сторону.
Надо сказать, что она несколько переоценила свои возможности. Приходилось бешено крутиться, летать и телепортироваться, постоянно стремясь вверх, чтобы не превратиться в стейк. А хоть какой-то секунды для применения Смертельного Света не находилось всё дольше. В неё запускались всё новые и новые молнии, а сил, особенно учитывая все её ухищрения с щитами и энергией для них, оставалось всё меньше.
Мэл ветром отогнала от себя подкрадывающиеся тучи, пустила ещё полдюжины файерболов и пару огненных лент и воспользовалась секундной задержкой, чтобы немного перевести дух. Зевс отбил атаку, окружив себя молниями, и вытащил из поясного «колчана» последнюю.
Они оба заметили тот факт, что молния только одна. Дракона устремилась вверх, чувствуя возможность осуществления своего плана, и усмехнулась, когда Зевс последовал за ней. Поднявшись высоко над облаками, они застыли друг напротив друга.
Бог взял перерыв, прицелился для более точного броска, окружил свой снаряд искрами, усиливая. Мэл подготовила серьёзную порцию Смертельного Света с перевесом драконьей энергии в смеси. Это сильно повлияло на неё. Откат будет ужасен.
Они ударили одновременно. Яркая вспышка ослепила, а взрыв раскидал их по разные стороны. Какие-то секунды дракона боролась с откатом, изо всех сил стараясь остаться в сознании, но в итоге сдалась, ощутив подхватывающие её большие чешуйчатые лапы, судя по цвету чешуи, явно принадлежащие матери.
Всё будет хорошо.
-------------------------------------
Бог Смерти
Аид подошёл к упавшему брату. Зевс прорыл собственным телом серьёзную воронку, грохнувшись с неба, как метеор. Смертельный Свет — мощное оружие. Если бы им обладал кто-то, кроме Мэл, то лорд Подземелья давно убил бы этого уникума.
Ловить дочь полетела Малефисента, что серьёзно успокоило Аида, который решил заняться Зевсом. Последний, кстати, уже начал выкарабкиваться из ямы, но свалился на землю рядом.
Оглядев обожжённое и побитое подобие гуманоида, Аид сел на удобном расстоянии от брата и спросил:
— Доволен?
Зевс раздражённо посмотрел на него, но явно был неспособен сделать хоть что-то, так что только прохрипел:
— Я хотел, чтобы ты почувствовал то, что я когда-то. Чтобы ты страдал, не имея возможности быть рядом со своим ребёнком.
Аид усмехнулся:
— Ты ведь мог хоть сутками быть с мальчишкой. Как будто кто-то подверг бы сомнению регулярные визиты вниз, учитывая историю.
Зевс отвернулся, а Бог Смерти сменил тему:
— Ты разжёг войну, в которой сгорели тысячи людей, из-за которой мир перестанет быть прежним. Двое богов умерли, что было раньше неслыханным. Ты и сам скоро умрёшь — это я знаю точно. Так стоила ли твоя ущемлённая гордость и желание мести мне всего этого?
Громовержец ответил:
— Дело не только в гордости и мести. Эта девчонка рано или поздно обратится против тебя. Твой ублюдок непредска…
Закончить фразу ему помешал метательный нож, вонзившийся в глаз до самой рукояти и мгновенно убивший Зевса. Аид повернулся к Малефисенте, метнувшей кинжал, и сказал:
— Я хотел поговорить с ним, а потом бросить умирать.
Дракона скосила на него раздражённый взгляд:
— Никто не смеет назвать так мою дочь и оставаться в живых после такого. К тому же, это не самая лучшая идея. Добить следовало, чтобы он потом не вылез снова.
Она быстро велела двум солдатам отнести тело в лагерь, а сама направилась в сторону порталов. Аид проводил тело брата взглядом и направился следом:
— Судя по тому, что Зевс не умер в жутких мучениях, Мэл в относительной норме.
Малефисента слабо поморщилась, но ответила:
— Да. Несколько мелких ожогов от электричества и сильнейший откат, но она поправится и снова примется доводить меня до сердечного приступа.
Аид усмехнулся, чем заработал недовольный взгляд. Дракона вдруг спросила:
— А почему ты не убил его?
Бог несколько секунд думал, но рассказал:
— После того как я, Посейдон и Зевс победили нашего отца Кроноса, мы решили поделить между собой мир и поклялись на реке Стикс, что никогда не нападём друг на друга. Это нечто вроде ваших клятв на крови. Невозможно нарушить.
Малефисента слабо кивнула ему и задала новый вопрос:
— Как думаешь, что сейчас начнётся на Олимпе? Зевс, Арес и Гермес мертвы. Кто займёт место царя? Решатся ли остальные боги мстить?
Аид пожал плечами:
— Скорее всего, Посейдон захочет сесть на трон, а Гера будет настаивать на кандидатуре Геркулеса. Даже если они после этого договорятся и решат отомстить, то вряд ли это будет чем-то серьёзным.
— А ты не станешь бороться за власть?
Бог покачал головой:
— Нет. У меня несколько другие планы на будущее. Если всё пойдёт так, как я предполагаю, то я последую им.
— Не расскажешь?
Аид снова покачал головой:
— Пока нет.
Малефисента слабо усмехнулась и пожала плечами:
— Ну ладно.
