Наемница, или сделай выбор, мой король.

Варги подвывали где-то сзади, неплохо справляясь с функцией мотивирования. Ибо, как я уже говорила, слово и действие «бегать» я возненавидела навсегда! Гора шла под откос, посему приходилось еще не так плачевно, как, например, на том же горном перевале. Однако все равно – мало приятного. Бежали долго, и силы стали покидать, причем, как я заметила, не только меня… Очень близко раздался вой. Я бежала впереди хоббита, почти последняя из-за этого. Поэтому приближение вражины заставило меня обернуться. И очень вовремя… - Бильбо! Я рванула обратно с четким намереньем оттолкнуть Бэггинса назад и самолично зарезать тварь. Однако наш хоббит повзрослел и возмужал, поэтому справился сам, воткнув меч прямо в лоб варга. И, встав, тут же припустил вперед. - Меч, дубина! – зарычала я. Возвращаться все-таки пришлось. Я резко дернула меч. Он дернулся в ответ, но не поддался. Зарычав громче, я, наплевав на крутой статус наемницы и вообще воительницы, уперлась ногой и с хрустом вытянула сверкающую сталь. Бросила Бильбо, заметив, что народу на скале почему-то резко поубавилось. - Лезь на дерево! – откуда-то сверху заорал Фили. Мысленно простонав, я уцепилась за ближайший сук и, подтянувшись, все же взгромоздилась на ветку. Варги выскочили на выступ скалы и тут же бросились к нам, подпрыгивая и обкусывая нижние ветки. Это заставило меня резво лезть наверх. Стоило мне убрать ногу, как ветка, на которой секунду назад лежала моя тушка, пала жертвой зубов мерзкой псины. Кили протянул руку, и я с благодарностью в виде улыбки и облегченного вздоха ее приняла. Выдалась свободная минутка, и я быстро огляделась. Всего сосен было шесть или семь и на каждой висело-сидело по три-четыре гнома. На самой крайней в величественном одиночестве куковал Гендальф. Но тут наша сосенка пошатнулась. Твари оказались неожиданно умными, и теперь скреблись и налегали на стволы сосен, валя те на землю. Наша сосна была третьей в ряду, поэтому, когда на нас приземлилось еще две, это не добавило ей устойчивости. - Прыгаем, парни! – возвестила я и, выдохнув и мысленно молясь всем богам – хотя до этого сомневалась в существовании даже одного – сиганула на соседнее дерево. Печально, но оно продержалось не намного дольше, поэтому подвиг – и молитву – пришлось повторить, подхватив за руку и покачнувшегося Нори. Теперь мы всем нашим шестнадцатиголовым составом восседали на одной сосне. В среднем по пять человек на ветке. Оптимизма это никому не добавляло, но наши мысли потекли в другое русло. Ибо на уступе, как раз перед деревом, появились остальные орки, которых возглавлял… Да-да, вы не ошиблись. Именно он, Азог Осквернитель. Жуткая тварь, скажу я вам. А уж лицо Дубощита в этот момент мне вообще не понравилось. Бледная поганка начала что-то там шипеть-рычать на своем родном. Мне удалось разобрать только «Торин, сын Траина». По сути, безобидное словосочетание. А если без сути… То я, в общем-то, понимала чувства Торина. Месть и ярость так явственно отражались на лице командира, что у меня появилось серьезное желание привязать его к этой самой сосне, дабы никуда не дергался. И привязала бы, если бы смогла хоть руку оторвать и сохранить равновесие. Зато команда «Один мой, остальных убить!» понятна на всех языках. Варги с тройным упорством стали прыгать на сосну… Фили охнул, я дернулась в его сторону, когда увидела внизу огненный проблеск. А, Гендальф вспомнил, что волшебникам вообще-то положено колдовать. Это хорошо. - Фили! – К гному в руки упала горящая шишка. Мы с хоббитом, который также устроился неподалеку, похватали свежие метательные орудия, раздувая огонь и зажигая их от шишки Фили. С таким упоением я последний раз метала только снежки в глаз Дару, честное слово! Псины визжали и рычали на нас, но огненные проплешины обходили стороной. Кто-то убегал, зализывая раны. Но все были одинаково настроены на наше убиение. Мы же, видя, как враг отступает, начали ликовать. Впрочем, и это очень быстро закончилось. Наша сосенка покачнулась и самым премерзким образом завалилась на бок. Из моего горла вылетел позорный девчачий визг, потому что меня мотнуло очень качественно. Настолько, что ухватиться я успела лишь одной рукой. - Держись! – крикнул Фили и начал осторожно подползать ко мне. Пока он полз, на соседней ветке, с другой стороны ствола, повис Дори, к нему вскорости присоединился Ори, повиснув на ноге гнома. - Давай руку! Я послушно вытянула востребованную конечность, но между кончиками наших пальцев оставалось около локтя. Ругнувшись, я на пределе сил напряглась, чтобы подтянуть вес тела на одной руке. Затея удалась лишь на половину, но теперь я хотя бы держалась двумя руками. - Что ты делаешь?! – заорал сверху Кили, наблюдая за нашими действиями. Я же раскачивалась, нарабатывая силу для подтягивания. По шершавой ветке это было делать крайне неудобно и вообще больно, но жить захочешь, как известно, не так голосить начнешь. Идея удалась опять же наполовину. Сил на подтягивание почти не осталось, но кто-то тряхнул всю сосну, и меня по инерции подбросило вверх. Кисть тут же обожгла жгучая боль, но я была ей только рада. Это Фили успел схватить меня и теперь активно кряхтел, втаскивая на ветку. У Фили все дела либо получались с блеском, либо не получались вообще. Мне сильно повезло, и на этот раз дело рук этого гнома блестело. А именно: я теперь могла перевести дух, ибо благополучно сидела на ветке. - Спасибо, малыш! – от души поблагодарила я, чувствуя, что на радостях готова его расцеловать. - Отработаешь! – усмехнулся гном с пшеничной шевелюрой. Кивнув, я бегло оглядывала других участников похода. Все были на месте – кто висел, кто сидел, ухватившись за ветки и ствол – кроме… - Идиот! – заорала я, глядя, как Торин бежит на встречу мести. Пока я перебиралась на ствол, то упустила один очень важный момент. А когда обернулась, зафиксировавшись в стоячем положении, короля уже сжимали огромные челюсти. Рубанув мечом по голове варга, Торин все-таки выбрался, но подняться уже не смог. Рядом со мной горел жаждой деятельности Бильбо. По-хорошему бы, конечно, еще Двалина да его племянничков прихватить, но первый как раз повторял мой трюк с раскачиванием, а племянники поднимали падающего Бомбура. - Давай! – крикнула полурослику. – Ты к нему, я к этому уроду! – Искренне надеюсь, что он меня правильно понял. И мы снова побежали. Я бегала не в пример резвее хоббита, поэтому успела как раз в тот момент, когда Торин дергал рукой в поисках меча. Орк занес меч и… Отлетел в сторону, подминая меня под себя. Ятаган свистнул рядом с ухом, я уклонилась в сторону, чтобы пырнуть его уже своим клинком. Перевернувшись, оказалась сверху, нанося удар за ударом. Почему-то в тот момент я не сообразила отрубить голову твари. Поднявшись, я встретилась взглядом с холодным взором главного орка. Он раззявил пасть, обнажая клыки. Я зарычала, по-волчьи выщерив свои и медленно двигаясь в сторону Бильбо, который размахивал клинком, словно палкой. Простой приказ «Убить их!» Я здраво оценивала свои шансы. Против трех орков и их варгов мне не выстоять, Бэггинс – не боец, его перекусят пополам одним махом. В голове мелькнула мысль выстоять, защитить короля во что бы то ни стало, ведь даже если я умру, он все равно отомстит Смаугу. Да и роль у него в этом походе куда более значимая, чем моя… Я крутанула меч, попутно доставая второй и заходя вперед перед хоббитом. Он что-то вякнул, но тут ближайший ко мне орк прыгнул, варг разинул пасть и… Его снесло вихрем по имени "Фили и меч". К нему подключились Кили и Двалин, рубя варгов без пощады. Я вздохнула с облегчением. Но рано. Бледный орк двинулся ко мне, и когда мне уже некуда было отступать, рядом с нами взметнулось пламя. Огромный орел взмахами крыльев гнал пламя на наших врагов. Варг и его наездник отступали, а я увидела, как собратья нашего спасителя забирают остальных гномов и выкидывают врагов в пропасть. Обернувшись, наткнулась взглядом на птицу, которая неслась ко мне. Я даже вскрикнуть не успела, когда меня зажала когтистая лапа и оторвала от земли. Я дернула головой, но на том месте, где лежал Торин, было уже пусто. И тут подлая птица выпустила меня. На этот раз я успела-таки взвизгнуть. И очень скоро приземлилась на жесткую спину другой птицы. Завертела головой. На том уступе не осталось никого из наших, все расселись по своим птицам. Ближайшая ко мне несла в лапах нашего предводителя. Признаков жизни он не подавал, тряпичной куклой обвиснув в когтях орла.