Хочешь жить — умей скрываться

Первый раз в своей напряженной и изуродованной различными обстоятельствами жизни Альберт спал спокойно. Нервозность уходила, на смену постоянному стрессу пришло спокойствие и умиротворенность. В кои-то веки мужчина расслабился и поддался мимолетному порыву. И этот порыв разбудил в нем еще больше ощущений, которые он так тщательно скрывал в глубине своей промерзшей насквозь души, считая их ненужными. Однако он нуждался в новых ощущениях, новых эмоциях и чувствах. Все это как долгожданный глоток свежего воздуха. Когда плывешь в глубине, от нехватки кислорода легкие начинают сжиматься, требуя "зарядки". Ты спешишь вынырнуть на поверхность воды, чтобы выполнить желание мозга. Чтобы не задохнуться. Чтобы выжить. Сейчас Блитцвинг ощущал себя точно так же. Ему удалось вынырнуть, найти лунку среди толщи льда и выбраться на поверхность, вдыхая морозный воздух. И почему он проводил именно такие сравнения? Немного подумав, он нашел ответ. Тепло. Ответные движения. Положительные эмоции. Ответные чувства. Именно они и вывели мужчину на поверхность. Он не ошибся. Вообще никогда не ошибался. Мужчина уже не спал. Он просто думал, не открывая глаз. Думал о многом. Надо использовать все шансы. Разве он не заслужил чего-то большего, чем вечное скитание и побеги от других маньяков? Да, Блитцвинг не знал жалости, был беспощаден к своим жертвам, мог легко спустить курок и отправить человека в вечный нокаут, при этом не заботясь о последствиях. Он не привязывал к себе души, иначе бы его постоянно доканывала мучительная совесть. Мужчина бился бы в истерике, расцарапывая руки в кровь и рвя на себе волосы от отчаяния. Он легко забывал, кого убивал. Так было проще. Но что, если... Если бы им удалось выполнить последний приказ Мегатрона? Поимка и ликвидация сестер в ту пору могла снять груз конкуренции и обеспечить братьям будущее. Но светлое ли? Нет. Их бы постепенно окружала тьма, такая, что сквозь нее невозможно было пробраться. Внутренний взор блондина мгновенно нарисовал страшную картинку, отчего тот вздрогнул, а в душу закрался страх. Шорох, раздавшийся рядом, усыпил отвратительное чувство. Его женщина спала. Айс ощущал ее тепло своим телом. Она прижималась к нему настолько сильно, словно боялась... потерять? Блитцвинг снова задумался. Его рука обняла спящую женщину, прижимая к себе еще крепче. Он побаивался чувств, возникших между ними. Мужчина был счастлив и одновременно удручен. Возникала еще большая ответственность, еще большая опасность. Что будет, если с Лерой что-нибудь случится? Альберт даже боялся допустить такого. В скором времени они должны будут пойти против бывшего заказчика и в полной мере отомстить. Конечно, весь план будет продуман до мельчайших подробностей, но не стоит исключать побочный эффект, иное развитие операции. Планы не всегда бывают идеальными, и в каждой броне есть брешь. Блитцвинг нахмурился. Мысли материальны, не стоит привязывать к себе негатив. Лучше позволить себе оттолкнуться от быта реальности и погрузиться в другой мир, где существовали только двое — он и она. Лера не играла в игры, мужчина чувствовал это. Ее отдача была искренней, настоящей. Айс больше не сомневался в том, что полюбил, на этот раз окончательно и бесповоротно. Также он был уверен в том, что и она полюбила его. А как же иначе? Чувства невозможно подделать, равно как и натурально играть в любовь. Блондин слегка удивился такой мысли. Он нуждался в искренности, нуждался в понимании, в поддержке... Валерия перевернулась на другой бок. Айс разлепил веки, потер их свободной рукой. Женщина уткнулась носом в его грудь, продолжая спать. Иногда на ее губах проскальзывала легкая улыбка. Выглядела Колесникова расслабленно, дыхание ее было глубоким и спокойным. Наконец и она смогла разбить оковы, сдерживающие ее. Альберт провел рукой по спутавшимся волосам Леры. Она принадлежала ему. Этой ночью она отдавалась ему, просила о чем-то, и он исполнял все, что та желала, посему угомонилась парочка только под утро. Женщина приоткрыла глаза, чуть улыбнулась. — Доброе утро, — шепотом произнесла она, потянувшись. Айс улыбнулся в ответ. Душа затрепетала. Он провел пальцами по лицу женщины. — Единственное утро, которое не начинается с погони, стрельбы и убийств. Что-то новенькое, не правда ли? — мужчина подпер рукой голову, продолжая ласкать Леру. Та вновь закрыла глаза. — Точно... Действительно, доброе утро во всех смыслах. Так не хочется обрывать этот момент... — выдохнула Колесникова. Довольно хмыкнув, Альберт наклонился к ней, чуть не касаясь ее носом. — Хочешь немного продлить возвращение в суровую реальность? С легкостью могу это устроить. Только скажи, я все сделаю, — с этими словами Айс поцеловал Леру, сначала как бы спрашивая разрешения, затем проявил настойчивость. Ни секунды не сомневаясь, та с жаром ответила. Обоим сразу же стало слишком тесно на односпальной койке. Блитцвинг аккуратно навалился на Валерию, перейдя от ее губ к шее и груди. Женщина тихо застонала. Довольный и возбужденный звуками, мужчина сбросил одеяло на пол. Желание обладать ею вновь захлестнуло с новой силой. Разум тут же помутнел, уступая место инстинктам. Его движения приобрели резкость. Низко рыча, Альберт постепенно спускался ниже. Неожиданно Колесникова вздрогнула и резко села, Айс даже немного обалдел. Похоть и страсть тут же отступили в самый дальний угол подсознания, восстанавливая здравый ум и способность четко оценивать ситуацию. — Я что-то сделал не так? — мужчина сел, убрав под себя ноги. Валерия бросила на него грозный взгляд. Он слегка приподнял брови, с трудом сдерживаясь, чтобы не опустить глаза вниз. Очень уж хотелось заново исследовать обнаженное тело женщины. Колесникова соскочила с кровати, схватила с пола одеяло и закуталась в него. — Все не так! Реальность! Меня здесь вообще не должно быть! Надо было просто отдать тебе подарок и с чувством выполненного долга покинуть помещение! — она швырнула его вещи на кровать. — Одевайся, живо! Никто не должен видеть нас в таком виде! Боже, за что мне все это? — Лера принялась заламывать руки. Блитцвинг совсем растерялся. Он ничего не понимал. Все же было в порядке. Тут в голове словно вспыхнул свет. Айс повесил шорты на спинку кровати. Одеваться тот не спешил. — Кажется, я начинаю понимать... Боишься, что нас раскроют? Разве это важно? — осторожно спросил Леру Альберт, проведя рукой по волосам. Он боялся ее спугнуть. Валерия прекратила поднимать свои вещи с пола. — Боюсь ли я? Ты понимаешь, что мы сделали? — встретившись с полным непониманием, Колесникова раздраженно вздохнула, затем продолжила: — Мы нарушили Кодекс! А он гласит, что ни в коем случае нельзя заводить никаких отношений! Ведь все это приведет к плохому! Таким макаром оба погибнем! К тому же, я нарушила слово, данное Анжелике... Бог мой! Что же мы наделали... — Лера обессилено уселась на кровать и закрыла лицо руками. Айс подвинулся ближе. Он все прекрасно понимал. Понимал, что оба переступили своеобразную черту, причем сделали это добровольно, повинуясь порывам. Понимал, что пути назад уже нет. Понимал, что придется жить по новому, и сейчас осознание этого его ни капельки не пугало. — Не вижу в этом ничего страшного. Знаешь что? Наплевать на Кодекс, разорвать его и сжечь. Правила существуют для того, чтобы их нарушать, так ведь? Но по сути, мы помогли друг другу. Неужели ты так не считаешь? — Айс остановился, ожидая ответа, но его не последовало. Лера осталась сидеть все в той же позе, только лишь замерла, прислушиваясь. Блитцвинг коснулся ее плеча. Та вздрогнула, но не отпрянула. — А насчет того, что ты дала слово сестре... Можно узнать подробности? Лера отняла руки от лица. Альберт тут же воспользовался моментом: прижался сзади и вложил ее ладони в свои, уткнулся носом в шею. На какое-то мгновение мужчина испугался, что любимая вскочит с места и убежит, но ничего не произошло. Наоборот, Валерия сильно сжала пальцы Айса. — Я обещала ей не связываться с тобой. Чисто рабочие отношения. Понимаешь... Я всегда была рядом с ней и думаю, что она воспримет наши отношения как попытку разорвать старый устой. Не хочу ее терять. Вот что она сейчас мне скажет? Я же ночевала не в своей комнате, — женщина прислонилась к мужчине спиной, словно ища поддержки. Айс задумался. Его взгляд упал на стол, на котором лежали различные записки и бумаги. — Скажешь, что помогала мне составлять план набега на бывшего заказчика, — мужчина указал пальцем на стол. — Отмазка того стоит, тем более если есть, что показать. Не паникуй. Колесникова повернула голову в его сторону. В ее глазах ясно читалось облегчение. Альберт улыбнулся. — Может, закончим начатое? — спросил он и получил утвердительный ответ в виде поцелуя. Спустя некоторое время парочка все же решилась сунуться в реальный мир, который ждал их на первом этаже в виде Анжелики и Ричарда. Альберт был слегка удивлен тем, что младший брат даже не предпринял попытку сунуть нос в их общую комнату, что наводило на странные мысли. Одевшись, мужчина почувствовал себя не в своей тарелке. Черные шорты и полосатая футболка со стоячим воротником — явно непривычный для него стиль. Плюс черная кофта на "молнии", небрежно накинутая на плечи. Айс поправил ее. Лера тоже смотрела на него с небольшим удивлением, но затем показала большой палец. Выйдя за пределы комнаты, женщина поспешила проверить их совместные метры. Открыв дверь, она немного постояла, затем повернулась к Альберту и пожала плечами. Значит, Лики там не было. Блитцвинг заметил, как окаменело лицо возлюбленной. Оба поспешили спуститься вниз. В гостиной никого не было, а с кухни слышалась какая-то возня и звон посуды. Переглянувшись и скрепя сердца, парочка переступила порог. Там оказалась Анжела. Надев на себя цветастый фартук, девушка что-то грела в микроволновке. Увидев компаньонов, лучезарно улыбнулась. — Доброе утро! — она покосилась на часы. — Ой, нет. Уже день! Ладно, это неважно. Вы, наверное, голодны? Могу предложить хлопья с молоком, оно как раз сейчас греется. Потерпите немного! Блитцвингу на какое-то мгновение показалось, что Колесникова-младшая слегка переигрывает, даже фальшивит кое-где. В душу закрались подозрения. Пока Лика стояла к ним спиной, колдуя над завтраком, Лера на несколько секунд сжала ладонь Айса, показав этим, насколько взволнована. Мужчина взглядом попытался ее успокоить, но это не помогло. — Приятного аппетита всем нам! Я сама еще не завтракала толком, одной есть скучно, — Анжелика подвинула стул, уселась на него и запихнула ложку с едой в рот, зажмурилась. Желудок мужчины сжался и заурчал. Необходимо было восстановить положенные силы. Альберт накинулся на еду. Проглотив хлопья, Колесникова-младшая сначала посмотрела на свою сестру, затем на блондина. Тот мысленно приготовился отвечать на атакующие вопросы. — Лер, а где ты пропадала всю ночь? Я тебя ждала, ждала, так и не дождалась, — сказала Лика, окуная ложку в молоко. Айс перехватил встревоженный взгляд Леры, посему поспешил прочистить горло. — Мы составляли план. Наверное, ты уже успела забыть, почему мы решили объединить свои силы. Твоя сестра застала меня за разработкой плана по атаке на Мегатрона и любезно согласилась помочь. Верно? — он слегка повысил голос, зыркнув в сторону женщины. Та поспешила кивнуть. — Вы с Ричардом совсем об этом забыли, ведь так? А мы нет. Знаешь, там все так сложно, с этим планом... — произнесла Валерия, состроив серьезное лицо. Лика повернулась к ней. Та продолжила: — Нам не хватает некоторых деталей. Каких именно, Альберт? — Многих. В основном, фотографий. Я смог вычислить, где он часто находится. Не перебивать! — Айс хмыкнул, заметив, что Лика собиралась открыть рот. — Я посещал здешнее интернет-кафе. Там не следят за тем, куда ты лезешь и зачем, просто суешь им деньги, они и этому рады. Сегодня как раз нужно посетить это заведение. Пойдем все, заодно и вам всё расскажем и покажем. Колесникова-младшая кивнула. Не успел Блитцвинг придумать, что бы еще сказать, как услышал грохот в коридоре. Троица дружно вздрогнула, соскочила с насиженных мест. В первый раз Айс пожалел, что не взял с собой один из пистолетов. В прихожей раздался мужской голос. — Ребята! Я пришел! — Рэндом вполз в кухню в буквальном смысле этого слова. Девочки в изумлении уставились на юношу. Анжелика ахнула, а Валерия прижала руку ко рту. Блитцвинг-старший не на шутку разозлился. Ричард был пьян. Он пополз бы дальше, если не старший брат, преградивший ему путь. — О, какие клевые у тебя кроссовки, братишка! Одолжишь на свидание, мне мои не нравятся! — младший громко икнул, затем засмеялся. Колесниковы отступили на шаг, тем самым привлекая к себе внимание. Рэндом чуть приподнялся на руках и прищурился. Его затуманенный алкоголем взгляд остановился на Лике. Громко хохотнув, он пополз к ней. Не выдержав, блондин схватил того за воротник белой футболки и поднял в воздух. — Тебе нельзя столько много! — он хорошенько встряхнул Блитцвинга-младшего, но какого-либо результата не последовало. Рэндом продолжал хихикать и болтать ногами в воздухе. Айс оскалился. Гневные слова быстро пришли в голову: — Как тебе не стыдно, Рэндом! Это уже перебор! Забыл, что было в прошлый раз? Парень перестал дергаться. Альберт поставил того на ноги. Брюнет пошатнулся, снова громко икнул. Зажмурившись, он повернул голову в сторону старшего, потряс перед его носом пальцем. — Подожди. Сейчас скажу... Как там... Ты меня совсем не понимаешь. Почему я выпил? Потому что больше не могу ждать. Я должен... — Ричард указал на Анжелику. Та, естественно, ничего не понимала по-немецки, и Айс был благодарен небесам за это. — А что я? Я ни в чем не виновата! — заверещала девушка, мотая головой из стороны в сторону. Попятившись, уперлась задом в подоконник. — То, что я упала с лестницы, еще не означает, что надо напиваться! Я же жива-здорова, видишь? — Когда это ты грохнулась? Что я еще не знаю? — подала голос Лера. Младшая сестра принялась что-то объяснять, но ее заглушил крик Блитцвинга-младшего. — Я хочу признаться! — Ричард сделал было шаг навстречу Колесниковой-младшей, но мужчина вновь схватил его за воротник и, громко рыча, выпихнул того в гостиную, оставив девочек наедине. Младший брат шлепнулся на диван, разъяренный Айс навис над ним. Он был готов наброситься на Рэндома, хотел наказать за оплошность. Брюнет, перебрав, окончательно сходил с ума. Один раз братьям крупно от него досталось. Блондин предпочитал не вспоминать этот случай. Ричард закрыл лицо руками. — Не бей меня! Не надо! Я больше не буду! — выкрикнул тот, испуганно глядя на старшего брата сквозь пальцы. Блитцвинг-старший замахнулся, но опустил руку. Ярость постепенно уходила. В принципе, на Рэндома не за что было злиться. Глубоко вздохнув, Альберт уселся рядом с трясущимся братом. — Объясни, почему ты пришел в таком виде. Живо! — приказал он на немецком. — Прости, прости! Я... поспорил с парнями, что... смогу выпить больше, чем они... Вот так... А еще я кое в чем хочу признаться! — не преминул ответить Рэндом. — В чем же? — Это не тебе полагается слышать, — Ричард скрестил руки на груди. Альберт слегка приподнял светлые брови. У брата появились секреты от него? Конечно, можно было вытащить признание. Надавить бы на больное место. — А что будет, если я расскажу девушкам, чем ты занимался в тот раз? — блондин специально сделал ставку на последних словах, надеясь, что это спугнет брата, но тот даже бровью не повел. Хитро улыбнувшись, закинул ноги на спинку дивана. — Знаешь, что я сделаю? Наклонись... — Ричард поманил брата пальцем. Состроив недовольную мину, тот все же наклонился. Парень что-то быстро зашептал ему на ухо, периодически хихикая. В одно мгновение Блитцвинг-старший поменялся в лице. Он отпрянул от юноши словно кипятком ошпаренный. — Ты... видел? — слова с трудом выходили наружу. Младший брат утвердительно кивнул, снова икнув. — Мне понравилось, брат... Если расскажешь о том случае, то я расскажу Лере, что все видел. А теперь извини, я хочу спать, — Рэндом закрыл глаза рукой. Через минуту он уже сопел. Айс с ошалелым видом смотрел на него. Брат все видел. Видел, как старший занимался любовью с русской женщиной. Альберт не хотел, чтобы об этом знал кто-нибудь еще, но больше всего не хотел, чтобы о их связи узнала сестра Леры. Блондин вспомнил, что говорила о ней Колесникова-старшая. У него засосало под ложечкой. Мужчина зарылся пальцами в волосы, думая. Кто-то дотронулся до его плеча. Вздрогнув, он выпрямился. То оказались сестры Колесниковы. Альберт попросил подождать, пока Рэндом выспится, затем уже двинуть в кафе. Блитцвинг-старший быстро щелкал мышкой, копируя нужную информацию, остальные расположились вокруг. Анжела не сводила внимательного взгляда с монитора, где мелькали тексты вперемешку с картинками, Лера, получив отдельное задание от Айса, усердно работала за другим компьютером, Рэндом же вертел в руках бутылку воды, иногда делая глотки. Он еще не совсем пришел в себя. Альберт заметил, что он старается не встречаться взглядом с девушками, посему сделал вывод: парню стыдно за свое недозволенное поведение. — Вы долго еще будете пялиться в мониторы? Мне здесь не нравится, — заныл Ричард. Айс откинулся на спинку стула, повернул голову в его сторону. — У нас еще есть куча времени, братец. Знаю я, где тебе нравится. В баре, — весело сказал Альберт. Юноша недовольно зашипел. — Так, я вроде все поняла. Думаешь, нам будет достаточно фоток этого здания? — Лика подвинулась чуть ближе к блондину. Тот кивнул. Девушка указала на неприметный снимок, что-то сказала. Блитцвинг-старший открыл файл. Довольная Колесникова-младшая указала на охранников и принялась увлеченно черкать в тетради, затем передала ее Рэндому. Тот прищурился, пытаясь разобрать почерк. Валерия встала из-за стола и двинулась к принтеру, за который они вчетвером заплатили. Через пять минут женщина вернулась обратно, держа в руках теплые листы бумаги. — Вот, что я нашла, — Колесникова-старшая положила листы на стол. Айс взял их в руки, погрузился в изучение. Тем временем Лера колдовала над его файлами, сохраняя их. — Блин, что ты тут наделал, Айс? — недовольно буркнула та. Альберт передал бумаги Рэндому, затем уставился в экран. — Смотри, все зависло. — Сейчас отвиснет, — мужчина схватился за мышку. Курсор не переставал крутиться. Это начинало его раздражать. — Погоди-ка... — Валерия положила ладонь на его пальцы. Блитцвинг-старший непроизвольно вздрогнул, почувствовав тепло. Женщина повела его руку, руководя мышкой. Клик, и текст уже принял принтер. Анжелика поспешила собрать листы, Ричард бросился ей помогать. Заметив, что ребята заняты делом, Айс позволил себе немного расслабиться. — Что у тебя запланировано на вечер? — ласково прошептал женский голос тому в ухо. — Я наткнулась на сайт одной здешней гостиницы... А им скажем, что решили уединиться в составлении точного плана атаки. Альберт замер, переваривая информацию. Немного подумав, он открыл рот: — Ничего. Я сам все сделаю. Искусительница, — напоследок добавил тот, а в ответ услышал тихий смех.

***

Анжелика и не заметила, как быстро пролетели два дня. Все потому, что четверке беглецов было чем заняться. Блитцвинги и Колесниковы наперебой обсуждали план проникновения на вражескую базу. Тщательно изучались местность, возможные укрытия, цели для стрельбы. Старший брат рьяно настаивал на том, что компаньоны должны вызубрить каждый клочок земли и с ним, как ни странно, все соглашались. Чуть позже Колесниковой-младшей поручили задание: составить список имеющегося оружия. Тут-то Лика заметила, что кое-какого оружия недоставало. Браунинга и револьвера Леры. Она вспомнила, что та попала в плен. Услышав это, Блитцвинг-старший, особо не колеблясь, вручил женщине беретты, сказав, что лучше справляется с пистолетами, принадлежавшими погибшему Хоту. Потом начались тренировки. Рэндом где-то смог достать травматики, а Айс, перерыв носом весь дом, нашел кладовку. Там и тренировались, стреляли по пустым бутылкам и банкам. Лике иногда казалось, что братья, мягко говоря, выпендривались перед ними. Чего стоила одна фразочка Альберта: «Я вас всех порешаю!» Колесникова-младшая просто его не слушала. Она старалась находиться рядом с сестрой, наблюдала за ней. Девушка все же смирилась с тем, что видела пару дней назад — пусть будет так. Что она могла сделать? Запретить? Лика видела, как Лера улыбается Альберту, и эта улыбка вовсе не была натянутой и лишенной чувств, как ранее. Девушка, конечно, радовалась за старшую, но с другой стороны, ее изводила зависть. Анжелика уже не сомневалась в том, что влюблена. Сильно, в первый раз. И объект обожания постоянно вертелся рядом, то радуясь, то выражая недовольство. Она смеялась над ним, подыгрывала, но не решалась как-то пойти дальше. Что тут говорить: девушка боялась. А вдруг прозвучит ответ "нет"? Этого Колесникова боялась больше всего, посему Анжела пыталась переключиться на более важные вещи. Последнее время она заметила, что Ричард стал каким-то нервным, дерганым и раздражительным: он постоянно пропадал из виду, если к нему обращались, вздрагивал и прятал что-то за спиной, большей частью отнекивался. И сегодня парень поспешил смыться из дома, как он выразился, по делам. Потом старшая сестра сообщила, что идет вместе с Альбертом искать еще какую-нибудь информацию. В итоге Лика осталась дома одна. Скучая, она решила сначала прогуляться по безопасному району Детройта, затем устроила уборку в доме, посмотрела телевизор. В конце концов девушку срубил сон. Проснулась та от шума дождя. Выключив телевизор, Колесникова немного полежала на диване, приходя в себя после сна. Дождевые капли стучали в окно, на улице было темно. Лика вспомнила, что находится дома одна, вряд ли остальные пришли. Желудок заурчал. Вздохнув, Анжела поднялась с дивана и поползла на кухню. Только она открыла дверцу, как неожиданно свет во всем доме погас. Девушка замерла, прислушиваясь. Все было тихо. «Наверное, вышибло пробки», — подумалось ей. Глаза постепенно привыкали к темноте. Колесникова вышла с кухни. Где-то послышался шорох. Она застыла на месте, боясь шевельнуться. И правильно сделала: в следующую секунду рядом с ней в стену вонзился нож. Анжелика не на шутку перепугалась. На ручке ножа болталась записка. Осмотревшись, девушка никого не увидела. Дрожащими руками она сняла бумажку, развернула ее. Там было написано всего лишь одно слово: «Гостиная». Удивленная, та все еще осталась стоять на месте. Постепенно в голове начала складываться картинка. Лика сделала шаг, затем другой. В гостиной ее действительно ждали. Ричард с удобством расположился на диване, сжимая в руке фонарик. — Испугалась? — весело спросил он, за что тут же получил подушкой по голове. Вскочив с места, оба принялись бегать вокруг дивана. — Так это ты все устроил? Ты свет вырубил? Какая же ты редкостная сволочь! Меня нельзя так пугать! — выкрикнула Лика, бросая другой подушкой в Блитцвинга. Тот споткнулся и проехал на животе до угла комнаты. — Стой, подожди! — усевшись, юноша замахал руками. — Я тебе кое-что приготовил! Если ты позволишь мне подняться, то я все покажу! Чуть успокоившись, Лика кивнула. Рэндом тут же бросился к дивану, принялся шуршать чем-то. Девушка вытянула шею, пытаясь рассмотреть, что же он там делает. Наконец Блитцвинг извлек из пакета небольшую игрушку. Анжела так и обомлела. — Как... ты узнал, что мне нравятся плюшевые медведи? И... по какому случаю? — Лика с трудом протянула руки, принимая игрушку. Забавный белый медведь приветливо улыбался ей. Она подняла взгляд на парня. Тот улыбнулся, почесав затылок. — Как узнал? Ну, у меня есть свои информаторы. А по какому случаю... Скоро будет две недели, как мы знакомы, и я решил таким способом отблагодарить за то, что ты появилась в моей жизни, — мужчина замолк. Лика кивнула. Слово "спасибо" застряло в горле. Тут Рэндом вздрогнул. — Не откажешься от вина? Девушка нехотя согласилась. Она и не ожидала, что вино ее быстро вырубит. Проснулась та в своей комнате. За окном так же хлестал дождь, отчего Лика сделала вывод: проспала она недолго. Колесникова попыталась пошевелиться и почувствовала позади себя тепло. Кое-как развернувшись, нос к носу столкнулась со спящим Ричардом. Вскрикнув, оттолкнула его. Взбудораженный парень шлепнулся на пол. Анжела быстро осмотрела себя. Нет, ее желание не оправдалось, она была одета. В душе поселилось какое-то разочарование. — Что мы тут делаем? — спросила Лика. — Что ты тут делаешь? — Ты уснула, и я перенес тебя сюда. И вот что в ответ получил... Все мои старания насмарку! — юноша поднялся на ноги, отряхнулся, затем уселся на краешек кровати, сцепил пальцы в замок. — Я... хочу тебе кое-что сказать, Лик. Еще давно порывался сказать. Помнишь, когда я пьяным домой завалился? Это я для храбрости принял, только и всего, потому что мне немного страшно, — все его сумасшествие куда-то испарилось. Теперь Ричард выглядел серьезным, и его намерения, как заметила Лика, были тоже серьезными. Блитцвинг еще что-то говорил, затем вконец запутался, покраснел и смолк. Колесникова подвинулась поближе к нему и взяла за руку. Тот посмотрел ей прямо в глаза. Этих секунд оказалось достаточно: в следующий миг счастливый Рэндом уже сидел на девушке, схватив за запястья и вдавливая в кровать. Анжела попыталась было сопротивляться, но парень быстро наклонился к ней. Поцелуй вызвал необыкновенные ощущения. Такие, которые она никогда не испытывала. Лику словно ударило разрядом электричества. Ей очень хотелось дотронуться до него, но тот еще крепче стискивал ей запястья. В конце концов Анжела сдалась. Почувствовав это, мужчина отпустил ее. Его пальцы скользнули под футболку, вызывая новый разряд. Почувствовав приятное жжение внизу живота, Анжелика догадалась, что сейчас будет. Неожиданно ею овладел страх, она даже чуть не заплакала. Как ни странно, Ричард почувствовал это. Тихий шепот на ухо заставил ее успокоиться и довериться... Проснувшись, Лика не сразу поняла, где находится. Она села. Еле слышное сопение заставило ее повернуть голову влево. Ричард спал. Улыбка застыла на его лице. Улыбнувшись, Колесникова дотронулась до щеки Блитцвинга. Ее опасения не оправдались, все было так, как она хотела. Воспоминания о недавнем сексе бросили в жар, закружилась голова. Девушка решила выйти на балкон, чтобы глотнуть свежего воздуха. Нагло стянув у Рэнди одеяло, девушка закуталась в него и побрела к балконной двери. Дождь уже закончился. Открыв дверь, она замерла, заметив, что кто-то стоял внизу, около их дома. Лика сделала несколько шажков, присела, продолжая наблюдение. Присмотревшись, она с облегчением узнала свою сестру в объятиях Блитцвинга-старшего. Оба стояли около шоссе и без зазрения совести целовались, прижимаясь друг к другу. Колесникова-младшая ехидно улыбнулась. Так и знала, что их сугубо рабочие дела всего лишь прикрытие. Тут же мысленно девушка окрестила их "голубями". Иногда парочка позволяла себе отлепиться друг от друга, чтобы перекинуться парой коротких фраз. Еще они неотрывно смотрели друг другу в глаза. У Лики даже создалось ощущение, что оба хотят продлить момент перед тем, как снова начать играть в деловых партнеров. Наверное, эта игра им давалась очень нелегко. Анжела видела, как светящийся от счастья Айс взял Леру за руку и повел было к дому, но та почему-то затормозила, затем дернула его к себе. Колесникова-младшая почувствовала укол совести. Наверное, нужно было сесть с сестрой за стол переговоров. Девушка, выдохнув, вернулась обратно в комнату. Рэндом продолжал спать, даже не заметив, что Лика куда-то отлучалась.

***

Гримлок что-то очень громко объяснял кому-то по телефону-автомату на ломаном английском. Локдаун прятался за углом дома, внимательно слушая. Сейчас ему было полезно каждое слово, пускай и до ужаса исковерканное. Кажется, громила звонил кому-то из подчиненных Магнуса, как понял он. Охотник услышал знакомые фамилии, затем примерный адрес дома, в котором те якобы жили. Мужчина встрепенулся и позволил себе выглянуть из-за угла. Решение пришло мгновенно. Поставив сумку на асфальт, Локдаун неслышно подкрался к говорящему по телефону бандиту, терпеливо дождался, пока тот закончит разговор, затем прыгнул на него сзади. Мужик отчаянно замахал руками и громко зарычал, пытаясь сбросить с себя нападающего, но охотник за трофеями оказался проворнее. Сверкнуло лезвие крюка. Кровь фонтаном хлынула из рассеченной глотки бандита, заляпав телефонную будку. Мужчина сиганул подальше от трупа, чтобы не испачкаться. Посмотрев на поверженного еще пару секунд, тот как ни в чем не бывало вернулся за сумкой, затем вытащил из ножен меч Гримлока. — Тебе он уже вряд ли пригодится, дружок, а вот мне может сослужить хорошую службу, — тихо произнес Локдаун, вертя оружие в руках. Развернувшись, поспешил скрыться в тени. Теперь он располагал нужной информацией. Охотник знал, где примерно обитают Колесниковы и Блитцвинги. Также из разговора выяснил, что на них в скором времени готовится нападение. Еще одна умная мысль посетила его. Зачем врываться прямо сейчас, если можно немного подождать и сразу же завоевать доверие?