Когда сбываются мечты

      Время летело как-то слишком быстро, и парни не успели оглянуться, как на календаре было уже начало октября. Сентябрь пролетел, как один день, но, несмотря на это, был наполнен событиями и моментами, которые навсегда останутся в памяти. Самым, пожалуй, значимым и глобальным было то, что Джикия, наконец, сделал Саше предложение, и тот, понятное дело, согласился. Игорю он рассказал в тот же день, прилетев к нему домой с блестящими от счастья глазами и красивым кольцом на пальце. В потоке радостных воплей по поводу предстоящей свадьбы было озвучено, что Игорь должен быть свидетелем, и это не обсуждается! Игорь, собственно, и не собирался спорить или отказываться, потому что был безумно счастлив за друзей. Они с Тёмой даже вызвались помочь в организации, потому что свадьба – это дело хлопотное, а Гео все время на работе, поэтому ему может быть не до этого. Саша охотно согласился, а потом продолжил свой монолог на тему того, как он счастлив. Тёма, слушая друга, несколько раз бросал взгляд на кольцо на пальце Игоря, и в голове появилась мысль о том, что, в принципе, можно уже и сменить палец, надев кольцо на правую руку. Он уверен, что хочет быть с Игорем всю жизнь, и хочет, чтобы этот парень был официально его. Но пока об этом рано говорить, поэтому он встряхнул головой и продолжил слушать Максименко, не обратив внимания на то, как Игорь прокручивает это кольцо на пальце, думая о том же, что и Артем.       Вторым большим событием стала победа в первом туре Юношеской Лиги чемпионов УЕФА. Это турнир, созданный по типу Лиги чемпионов, только для молодежных команд. Система турнира довольно заковыристая, и с первого раза в ней вряд ли разберешься, но главное, что нужно знать – молодежка «ЦСКА» играет в групповом этапе, и перед ними стоит цель выйти из группы с первого места, потому что вторые места будут играть дополнительные матчи за право сыграть в 1/8 финала. Вообще, место в групповом этапе молодежной команде обеспечивает главная команда и её результат в чемпионате своей страны. Если главная команда играет в групповом этапе Лиги чемпионов, значит, и молодежка – тоже, причем с молодежными командами тех же клубов, что при жеребьевке выпали основной команде. Если же клуб играет в Лиге Европы, то молодежка клуба, который в таблице прошлого сезона чемпионата занял место выше, попадает в другой этап Юношеской Лиги чемпионов, где играет за право выхода в стыковые матчи, чтобы там встретиться с командами, которые заняли вторые места в групповом этапе, и побороться за выход в 1/8. В общем, все сложно и не особо понятно, но для Игоря и его команды задача предельно проста: выиграть свою группу и выйти в 1/8 без стыковых матчей. Главная команда в прошлом году заняла второе место в чемпионате, поэтому обеспечила себе место в Лиге чемпионов, так что теперь все в ногах самих ребят. Единственное, с чем им не повезло, это соперники по группе.       Если вы когда-нибудь задавались вопросом, как выглядит группа смерти, то просто посмотрите на соперников «ЦСКА», и все станет предельно ясно. Им, как на взрослом, так и на молодежном уровне, предстоит бороться с «Барселоной», «Ливерпулем», и «Аталантой». После жеребьевки очень многим захотелось просто взять и застрелиться. Пиздец заключается и в том, что даже молодежные команды у этих клубов очень сильные, потому что академии у них такие, что мать моя женщина. И вот со всем этим придется бороться «армейцам».       Игорь в своей команде капитан, и он как никто другой понимал, насколько тяжело им придется в этом году. Молодежка уже три года подряд брала чемпионство в молодёжном чемпионате России, тогда как главная команда останавливается в нескольких шагах от золотых медалей вот уже пятый год как. В этом сезоне Семак решительно настроен, наконец, поднять над головой кубок чемпионов России, но и об Европе не забывает ни первая, ни молодежная команда. Поэтому сражаться будут до последнего.       В первом туре «армейцев» ждала выездная встреча с «Аталантой», и тут российские болельщики могут быть довольны, потому что и молодежка, и первая команда одержали уверенную победу. Игорь с ребятами выиграли со счётом 0:3, а первая команда – 1:2. Начало более чем хорошее, теперь главное не проебать в остальных.       Во внутреннем чемпионате все тоже удачно, и команда Гончаренко не потеряла еще ни одного очка, в двенадцати турах суммарно забив тридцать два гола и пропустив всего лишь пять. Игорь стал абсолютным лидером чемпионата по количеству «сухих» матчей, пропустив только в четырёх из двенадцати. Не было, пожалуй, ни одного журналиста или футбольного критика в России, который за это время ни разу не сказал, что Игоря пора уже привлекать в основную команду и национальную сборную, учитывая тот факт, что Мандрыкин, являющийся вторым номером в «ЦСКА» выглядит заметно слабее, а неделю назад вообще получил травму на предматчевой разминке перед кубковой игрой и вылетел на долгих шесть месяцев из-за разрыва ахилла. Это выбило из колеи всех и каждого, но Игоря было решено не переводить пока в основу, мол, Габулов, как опытный вратарь и неоспоримый первый номер команды справится со всем сам. Справляется пока, и это, конечно же, не может не радовать, но определенные опасения ситуация вызывает. Да и Габулов что-то в последнее время сдавать начал, пропуская в каждом матче и совершая ошибки. Все надеются на временные трудности и очень ждут, когда лучший вратарь России вернется в свою форму, но, когда это случится, пока не знает никто. Игорь же старается на все это не обращать внимания, сосредоточившись на своей команде, работает каждый день на максимум, чтобы приносить команде пользу и добиваться успехов вместе с ребятами. И сегодня ещё одна проверка для их команды и для него, как вратаря, потому что в одиннадцать часов утра у них игра против фаворита группы – «Барселоны». У «Барсы» не только первая команда сильная, но и молодежка, из которой как минимум половина хотя бы раз, но играла за основу. Один Ансу Фати, их нападающий, чего стоит. Парнишке всего семнадцать, а он уже выходил в стартовом составе главной команды на кубковый матч и забивал за неё, получая передачу от Месси. В общем, противник более, чем серьезный и опасный, поэтому парням будет очень тяжело, но они не привыкли сдаваться еще до начала матча, поэтому на поле собираются выходить максимально мотивированными и собранными.       Игорь в день важных игр (а для него важная абсолютно каждая игра) всегда немного нервничает и старается погрузиться в свои мысли, чтобы успокоиться и настроиться на игру. Он за команду стал играть, когда Артем уже уехал в Питер, поэтому, по сути, единственным родным человеком, который в эти моменты мог поддержать и успокоить, был Гончаренко, но того самого успокаивать надо в такие дни, с чем пока справляется Ваня. Поэтому Игорь как-то привык, что лучший и, пожалуй, единственный способ успокоиться – это абстрагироваться от внешнего мира и сосредоточиться на своих мыслях, готовясь к игре не только физически, но и морально. И это срабатывало, но сегодня рядом есть Артем, и он абсолютно точно не намерен бросать своего омегу наедине с мыслями и переживаниями. Именно поэтому он с момента их утреннего пробуждения старался максимально окружить парня теплом и заботой, болтая о всякой ерунде, отпуская свои коронные шуточки и ни словом, ни полусловом не затрагивая тему приближающегося матча. Он знал, что разговоры об игре только еще сильнее заставят волноваться, а если Игорь захочет об этом поговорить, он скажет первый. И Акинфеев был безумно благодарен альфе за все то, что он делал, потому что так действительно легче, так спокойнее, так проще не думать и не грузиться.       – Тёмк, спасибо тебе, – неожиданно сказал Игорь, когда они ехали на стадион. Играют они дома, поэтому некоторым ребятам было разрешено приехать сразу туда, а не общим автобусом, и Артем, конечно же, заявил, что Игоря он лично доставит к месту назначения, проследив за тем, чтобы тот прибыл в целости и сохранности. Гончаренко только глаза закатил и сказал, что даже не сомневался в этом. Вот они сейчас и едут. Еще на игру приедут Саша с Пашей и Максименко, но те уже на такси, потому что они с Тёмой не успевают за ними заехать.       – За что, малыш? – улыбнулся Артем, бросив короткий взгляд на омегу, чья ладонь уже привычно была сжата в его руке. Все-таки, храни Господь создателя коробки-автомат.       – За то, что ты есть, и что со мной. Как вспомню, насколько тяжело было без тебя, так аж передергивает.       – А ты не вспоминай, малыш, потому что теперь я всегда буду рядом, – абсолютно серьезно ответил Артем и сжал его руку чуть сильнее. Он теперь правда будет рядом и постарается возместить все то, что они потеряли из-за жизни на расстоянии.       В раздевалке перед самой игрой ощущалось такое напряжение, что хоть ножом его режь, честное слово. Парни волновались, понимая, насколько большая разница между ними в плане уровня и футбольного мастерства. И самым главным было не сдаться еще до начала игры, иначе тогда можно даже не выходить на поле, игра заведомо будет проиграна.       – Парни, послушайте сейчас меня и, главное, услышьте, – после тактической установки заговорил Гончаренко, который стоял в центре раздевалки, и обвел взглядом каждого. – Все мы понимаем, что нас ждет очень тяжелый матч против явного фаворита группы. Да, они приехали из Ла Массии, где их тренировали лучшие из лучших. Да, они играли с первой командой и в плане опыта превосходят нас. Да, они «Барселона». Но мы – «ЦСКА», и мы никогда не сдаёмся без боя. В сентябре, когда мы ехали на матч с «Аталантой», только ленивый не сказал, что мы просрём все на свете и приедем с позорным поражением. А что сделали мы? Правильно, мы взъебали этих итальянцев и привезли домой три очка. В этот раз будет сложнее, но мы вполне можем добиться такого же результата, как и в прошлой игре, если будем действовать, как один большой организм. Где не успел защитник, подстрахует вратарь. Где накосячила полузащита, подчистит нападающий или защитник. Не получается забить у форварда, ничего, у нас ещё десять человек в команде, и каждый может забить – было бы желание. А у вас оно есть, я вижу, знаю, чувствую. Вместе мы способны на многое, и на данный момент мы должны доказать всем и каждому, что воспитанники «ЦСКА» ничем не хуже «Барсы». Оставьте свое волнение здесь, в раздевалке, а на поле возьмите с собой уверенность в том, что вы все сможете. Без нервов, без лишних движений на поле, без обрезов и глупых решений. Просто выходим и побеждаем. На вашу игру пришло смотреть семь тысяч болельщиков, а для молодежного чемпионата это пиздец как много. Вы должны показать им хорошую игру и доказать, что они пришли не зря. Я верю в вас, и вы должны поверить в себя. Мы «армейцы», в конце концов, а они не сдаются ни при каких обстоятельствах. Мы «ЦСКА»!       – Мы победим! – хором крикнули ребята в ответ, и все захлопали, настраиваясь на матч. Они и правда не имеют права на проигрыш, они должны показать хорошую игру для своих болельщиков.       Стоять на поле и слышать дикую поддержку тысяч болельщиков было действительно непривычно, потому что на молодежку ходит крайне мало зрителей. Если набирается две-три тысячи, это успех. А тут почти семь. Это действительно заслуживает того, чтобы выложиться по полной. Команда всегда перед стартовым свистком собирается в круг для того, чтобы сказать друг другу последние напутственные слова перед игрой, и сегодня слово предоставили Игорю, как капитану.       – Ребят, я волнуюсь точно так же, как и каждый из вас, – начал Игорь, стараясь посмотреть на каждого. – Знаю, что это будет тяжело, но так же знаю, что мы можем это сделать. Мы сотворили маленькое чудо в Италии, так почему бы не повторить его и сейчас, а? В году есть всего лишь два дня, когда уже ничего нельзя сделать, – это вчера и завтра. Все нужно делать сегодня. И поэтому я предлагаю вам показать сегодня всем, на что способны парни из простого московского клуба. Ну как, согласны?       – Дааа! – хором ответили парни, а Игорь улыбнулся.       – Мы «ЦСКА»! – крикнул он.       – Мы победим! – единогласно ответили ему партнеры по команде, и они разошлись по своим позициям, перед этим похлопав друг друга по плечу и пожелав удачи. Ну, с Богом. Игра началась.       Началась игра, совершенно неожиданно, прессингом «армейцев», которые бежали вперед, как сумасшедшие, лишив испанцев мяча. И этот прессинг дал свои плоды, потому что уже на десятой минуте Хетаг забил гол, и трибуны первый раз за эту игру взорвались аплодисментами. Первый, но далеко не последний.       Получив перевес в плане счета, «армейцы» не собирались останавливаться и все так же бежали вперед, но теперь уже окончательно проснулась «Барселона», и держать мяч под своим контролем стало намного сложнее. Стоило им перейти на половину поля соперника, как мяч отнимался, и атака устремлялась уже к воротам Игоря. Первый тайм был похож на качели, потому что игра проходила вообще без центра, удары летели в створ обоих ворот, и к свистку на перерыв на счету каждого вратаря было по несколько сейвов. Игорь действовал максимально собранно, контролировал игру своей обороны и время от времени пихал им, когда те ошибались, ибо нехуй. Забить – это полдела, намного сложнее не пропустить в ответ. В первом тайме они с этой задачей справились, пусть и с трудом. Осталось продержаться еще сорок пять минут.       – Нужно забить еще, – с такой установкой ребята выходили на второй тайм, но что-то пошло не по плану, и уже на пятой минуте они пропустили. Причем пропустили в абсолютно обычной ситуации, где гола и близко не могло случиться. Ансу Фати пробил по воротам, Игорь отбил, причем отбил в сторону, чтобы мяч не попал к сопернику, и защитники обязаны были подбирать мяч и выходить в контратаку, но вместо этого выбили мяч на угловой. И во время углового Игорь уже видел этот мяч в своих руках, но в последний момент оказался сбит игроком собственной команды. Как итог, Игорь на газоне, мяч в воротах, на табло ничейный счет, а судья указывает за центр поля, потому что фола со стороны соперника не было, а то, что они не разобрались с партнером по команде, – не повод для отмены гола. Пиздец как круто, блять! И теперь все нужно начинать с самого начала. Заебись.       Сравняв счет, каталонцы пошли в атаку с двойным рвением, потому что отыграть один гол за почти целый тайм вполне реально. Игорь тоже так считал, но был настроен на то, что отыграют, как раз, «армейцы», а он сделает все возможное, чтобы в его воротах больше не было ни одного мяча. И с этой минуты начался настоящий ад для Акинфеева. Удары по его воротам летели один за другим, и уже где-то к семидесятой минуте он сбился со счета отраженных ударов. Не сказать, что «ЦСКА» играло плохо. Нет, они бежали в атаку, тоже били по чужим воротам, но соперники раз за разом перехватывали мяч и бежали к Игорю, снова и снова нанося удары по его воротам. И как-то так получалось, что восемьдесят процентов этих ударов приходилось как раз в створ. Из-за этого Игорь прыгал в воротах, как мартышка, раз за разом отражая удары, потому что Баба Яга, то есть сам Игорь, против того, чтобы «Барса» вела в счете.       И это его рвение не пропустить привело к тому, что на семьдесят пятой минуте он, наплевав на собственную безопасность, пошел в стык с противником, прыгая ему в ноги в отчаянном подкате. Он успел сыграть в мяч, выбив его из-под ног игрока «Барселоны», но тот, продолжая движение, наступил Игорю на руку, оттолкнувшись от неё. Умысла там, скорее всего, не было, потому что движение чисто по инерции, но боль была просто дикой. Игорь не сдержал крик, и он получился таким громким, что услышать можно было даже на трибунах. Игру моментально остановили, и на поле выбежали врачи. У Акинфеева на руке длинные порезы от шипов, начиная от кисти и заканчивая почти сгибом локтя, и кровь хлещет так, что становится страшно. Вену задеть там точно не могли, потому что порезы не настолько глубокие, но крови все равно много. «Армейцы» тут же кинулись к обидчику капитана, предъявляя ему претензии и чуть ли не драку затевая, а Игорю было слишком больно для того, чтобы пытаться остановить своих ребят. В итоге, Акинфееву прямо на поле залили рану антисептиком, чтобы остановить кровь, и наложили тугую повязку, потому что нужно доиграть, а от замены он категорически отказывается. Игра очень тяжелая, и вратарю сложно будет влиться в неё, поэтому он будет стоять до последнего. Заморозкой забрызгали уже поверх повязки, потому что на открытую рану нельзя, и матч возобновился под аплодисменты трибун, адресованные капитану.       На восемьдесят первой минуте трибуны взорвались аплодисментами и криком, потому что Игорь очень четко ввел мяч в игру, забросив его аж на другую половину поля, где его принял Наир Тикнизян и в одно касание пробил. Пробил и забил, отправив мяч четко под перекладину, без шансов для вратаря. Команда радуется, празднуя гол вместе с Игорем, на которого будет записана голевая передача. Теперь главное не проебать все это за оставшиеся минут десять-пятнадцать. В идеале, лучше забить еще хотя бы один, чтобы обеспечить себе спокойную концовку матча.       Спокойная концовка им только снится, и за оставшиеся девять минут основного времени Игорю пришлось сделать четыре сейва. Это определенно самый тяжелый его матч в этом сезоне. Арбитр добавил пять минут, и уже на второй из них пиздец приходит, откуда не ждали. Защитники «ЦСКА» фолят в своей штрафной, сбивая с ног вбежавшего туда Фати, и арбитр, не раздумывая, ставит пенальти. И это, правда, пиздец. Целый матч играть если не первым номером, то, хотя бы, почти на равных, чтобы на последних минутах пропустить с пенальти и тем самым просрать два очка. Обиднее не придумаешь.       У Игоря с пенальти отношения очень даже хорошие. В среднем, он отражает семьдесят процентов ударов с пенальти, и прямо сейчас у него длится серия из пяти отбитых пенальти в играх подряд. Если он справится сейчас, это будет уже шестой, а там еще два – и новый рекорд. Но сейчас не рекорды имеют для него значение, а тот факт, что этот гол может перечеркнуть все их старания, а этот сейв – подарить им победу. И поэтому, когда к мячу подходит все тот же Фати, Игорь весь напрягается и мысленно настраивает себя на то, что он обязан отбить это пенальти – другого выхода просто нет. И это срабатывает. Ансу бьет сильно, уверенно, только вот мяч немного поднимается над землей, и этого как раз достаточно Игорю для того, чтобы в красивом прыжке отбить его, переведя на угловой. Трибуны орут, как ненормальные, прибежавшие партнеры по команде хлопают его по спине и плечам, кричат, что он молодец, благодарят за спасение, а сам Игорь думает о том, что ему дико повезло, и за оставшиеся минуты они не имеют права пропустить. Они, блять, заслужили эту победу, выстрадали её и не могут упустить.       И не упустили. Дотерпели, дожали, а на последних секундах, в самой последней своей атаке забили третий гол, который окончательно похоронил надежды «Барселоны» на хотя бы ничью. И это было настолько прекрасное чувство, что словами не передать. Игорь, со своей штрафной увидев этот гол, просто рухнул на колени, потому что такое облегчение нахлынуло, что пиздец.       Финальный свисток команда услышала не сразу, потому что гул трибун был настолько громким, что собственный голос не услышать, не говоря уже о чем-либо другом. Они, блять, сделали это! Они выиграли! У «Барселоны», с перевесом в два мяча. Это нереально, это сказка какая-то! Это... Закончить свою мысль Игорь не успел, потому что на него набросились ребята из команды, которые понимали, насколько большим был вклад Игоря в эту победу. Если бы не он, все закончилось бы далеко не так.       – Игорь, мать твою, Акинфеев, ты хоть понимаешь, как сильно ты меня напугал? – сразу же рявкнул Витя, как только добрался до него в этой толпе счастливых «армейцев». Он порывисто обнял парня и только теперь облегчённо выдохнул. С момента того самого столкновения у Вити сердце не на месте было, и он большую часть оставшегося времени на Игоря смотрел, чтобы понять, насколько сильный дискомфорт причиняет полученное повреждение. И каждый раз, когда парень морщился или вступал в игру, отбивая мяч пострадавшей рукой, Гончаренко дыхание задерживал и чувствовал, как больно становится ему самому. Игорь не его биологический сын, нет, но за все эти годы он стал ему настолько родным, что и словами не передать. И поэтому сегодня сердце болело за Игоря, как за своего ребенка, и только сейчас, обнимая его, Витя может относительно успокоиться. Не полностью, конечно, но хотя бы немного.       – Прости, я не специально, – улыбнулся Игорь, обнимая опекуна в ответ. Витя для него тоже давно уже стал родным. Пожалуй, у него даже нет человека роднее, чем Витя. Артем, Виктор и Ваня – это его семья. А скоро появится еще одна малышка в их семье, и это придает ему оптимизма и сил работать дальше. Вообще, Игорь уже тысячу раз представлял, как однажды сестра будет смотреть на его игру с трибун и будет гордиться своим старшим братом.       – Еще бы ты специально! – буркнул Виктор и только теперь отпустил его, но не его руку. Посмотрев на бинты, он снова нахмурился. – Так, сейчас бегом к врачам нашим, пусть нормально обработают раны и повязку сменят, а то эта уже вон кровью пропиталась, – строго сказал он, включая режим тренера, с которым запрещено спорить.       – Ну, вот нормально же общались, – проворчал Игорь, но приказу подчинился, потому что бинты и правда уже в некоторых местах стали красными, а сама рана снова начинает болеть, потому что заморозка перестает действовать.       Впрочем, стоило ему только зайти в подтрибунку, как его тут же перехватило клубное телевидение, которое делало сюжет и об их матчах тоже. Это не такое количество креатива и разной инфы, как после матчей основной команды, но внимание им уделяют и на том спасибо. Поэтому Игорю сначала пришлось давать интервью их ведущему, а потом другому, который работал в прямом эфире. Оказывается, они на канале не только сам матч их показывали онлайн, а и процесс взятия интервью после него. Игорь об этом даже не знал, если честно. В итоге, в раздевалку он попал только минут через двадцать после окончания матча. Врачи, осматривая раны, материли тех испанцев, как могли, потому что выглядело реально жутковато. От самого запястья и до локтевого изгиба тянулись три пореза, больше похожие на рваные раны, потому что шипы бутс не порезали кожу, а порвали её. Та рана, что в середине, оказалась самой глубокой, и врачам пришлось её зашивать, потому что сама она долго будет заживать. Две другие не зашивали, а только в нескольких местах скобами сцепили, чтобы наверняка, так сказать. После этого намазали все какой-то мазью, которая вроде как должна способствовать заживлению, и снова наложили повязку. Рука немного онемела из-за укола анестезии, который пришлось сделать, чтобы зашить рану, но врачи сказали, что где-то через час-два все пройдет. У Игоря не было повода не верить врачам.       С Артемом и компанией они договорились встретиться уже на парковке, и когда Игорь вышел к ним, то сразу же попал в объятья Дзюбы, который чуть не задавил его, так сильно обнимал.       – Я так за тебя испугался, малыш, – на ухо омеге выдохнул Артем и несколько долгих мгновений не отпускал его, продолжая обнимать, потому что слишком уж сильно он переволновался. Когда ты сидишь на трибуне и видишь, как на газоне лежит родной тебе человек и в буквальном смысле истекает кровью, желание убить обидчика смешивается с диким волнением за пострадавшего. Дзюба никогда не отличался ангельским терпением, поэтому во время матча даже дернулся, собираясь бежать на поле, но его, слава богу, вовремя остановили ребята, иначе ничего хорошего не случилось.       – Все хорошо, Тём, я в полном порядке, – ответил Игорь, самую малость приврав. Он лучше дома скажет ему о том, что на руку наложили восемь швов и пять скоб, когда Артем успокоится и его состояние не будет настолько взрывоопасным.       – А еще я очень сильно тобой гордился, – уже с улыбкой от уха и до уха сказал Дзюба, немного отстраняясь, чтобы можно было заглянуть парню в глаза. Во взгляде самого альфы читался дикий восторг. – Ты у меня такой крутой, что я прям аж сам себе завидую, честное слово!       – Господи, Дзюба, поворкуете потом, а сейчас дай нам поздравить друга с победой, в конце концов, – проворчал стоявший у него за спиной Кокорин и, оттеснив альфу в сторону, заграбастал в объятьях улыбающегося Игоря. – Брат, ты реально был крут! Я сидел там, и прям аж гордость распирала. Молодец!       – То есть, это не воркование, по-твоему? Ты же почти идентичные слова говоришь! – проворчал Дзюба, но в ответ получил только показанный средний палец. – Беспредел! Совсем обнаглел. Мамай, следи за своим омегой, а то он у тебя некультурно выражается.       – Своего омегу контролируй, – отмахнулся Паша и подошел к Игорю, чтобы поздравить его, так как Сашка уже отпустил его и отступил на шаг в сторону.       – У меня такой омега, что сам кого хочешь проконтролирует, в том числе и меня самого, – засмеялся Артем, а Игорь только глаза закатил. Последним его поздравил Максименко, передав поздравления и от Гео, которому Саша рассказал о том, каким был матч и какой результат.       – Предлагаю это отметить! – хлопнув в ладоши, внес предложение Паша, и парни охотно его поддержали. Единственным, кто не особо был согласен с этим предложением, был Игорь, которому больше хотелось отдохнуть в кровати, поспав несколько часов, потому что устал и морально, и физически. Но отказывать друзьям не хотел, поэтому согласился на празднование. Артем, который очень хорошо знал своего омегу, видел, как тот устал, поэтому предложил пойти к ним домой и там уже посидеть с пиццей, потому что тащить Игоря в кафе, когда он такой уставший и вымотанный, – это преступление. Все согласились, а Игорь в очередной раз захотел расцеловать своего альфу за понимание.       В итоге, Игоря хватило на минут сорок таких посиделок, а потом он заснул, прижавшись к теплому боку сидящего рядом с ним на диване альфы и положив голову ему на плечо. Артем, заметив это, улыбнулся и аккуратно перенес его в спальню, накрыв теплым пледом, чтобы не замерз и нормально выспался. Артем еще посидел с ребятами, а после того, как они ушли, присоединился к Игорю. Он аккуратно лег рядом с ним, чтобы не разбудить, а тот, почувствовав тепло рядом с собой, подполз ближе к альфе и обнял его, уткнувшись носом куда-то в область шеи.       – Спи, малыш, ты устал, – прошептал Артем, обнимая омегу и целуя его в макушку. Нельзя так сильно любить человека, но Артем любит. Он живет им, дышит и просто не представляет, как жил без него.       Проснулся Игорь через три часа и чувствовал себя отдохнувшим и счастливым. Вот сейчас, наконец, до него дошло осознание того, что они выиграли и теперь возглавляют таблицу в своей группе. Анестезия уже прошла, поэтому чувствительность в руке вернулась, а вместе с ней и боль. Хотя, это скорее на дискомфорт похоже, чем на полноценную боль, потому что раны закрыты и не болят сильно, если на них не давить. Артем раз пять спросил у Игоря, сильно ли болит, а потом почти час не разговаривал с ним из-за того, что Игорь не сказал сразу о наложенных швах и скобах. Вернуть милость альфы удалось с помощью объятий и поцелуев. Против этого Дзюба не может противиться, каким бы злым или расстроенным он ни был.        Проснувшись, им было лень вставать с кровати, поэтому они провалялись в ней еще несколько часов, смотря какой-то фильм, а вечером решили поехать к чете Гончаренко. У Ваньки до срока осталась неделя, и он волнуется с каждым днем все сильнее, поэтому одного Виктора для успокоения омеги уже не хватает. Что ж, значит, нужно подключать тяжелую артиллерию.       Ехать в гости в шесть часов вечера – это как бы не особо вежливо, но Игорь позвонил Виктору и узнал, не будут ли они против такого визита. Сказать, что Витя обрадовался, это не сказать ровным счетом ничего. Ванька на заднем плане тоже крикнул, чтобы парни приезжали. Ну, раз так, значит, нужно ехать.       – Как рука? – таким был первый вопрос от Гончаренко, когда Игорь с Артемом переступили порог их квартиры.       – Все отлично, вообще не болит и, я считаю, что можно хоть сегодня снимать повязку, – отмахнулся Игорь, но Дзюба не был бы собой, если бы промолчал.       – Кароче, если хочешь узнать о том, болит ли у него что-нибудь, нужно спрашивать сразу у меня, потому что этот партизан ничего тебе не расскажет, – сказал Дзюба, а Виктор кивнул, мол, продолжай, я внимательно слушаю. – Так вот, рука у него болит, хоть я и не знаю, насколько сильно. Он периодически морщится, когда делает ею что-то. А еще он периодически сжимает её другой ладонью, так что я уверен – боль у него точно присутствует. А еще, он не сказал мне о том, что ему наложили восемь швов и пять скоб.       – Предатель, – обижено буркнул Игорь и, демонстративно от них отвернувшись, пошел к Ване, который уже ушел на кухню, чтобы поставить чайник. – И где тут мой пузатик, а?       – Ну харош уже обзываться, а, – проворчал Ваня, поворачиваясь к Игорю лицом. Тот уже улыбался во все зубы, смотря на большой живот омеги. Вот питает он слабость к беременным омегам, а если быть точным, то к их животам. И поскольку сейчас в ближайшем доступе только пузастенький Ваня, то все нежности Игоря достаются ему одному.       – Вот пройдет еще неделя, и перестану, а пока не мешай мне наслаждаться твоим пузиком, – отмахнулся Игорь и подошел к Ване, тут же положив ладони ему на живот. – Привет, мой хороший. И как тут поживает моя маленькая сестренка, а? – ответом послужило два сильных толчка, от которых Ванька еле заметно поморщился, а Игорь расплылся в еще более довольной улыбке. Виктор хоть и не его родной отец, но эту еще нерожденную малышку он считает своей сестрой и уже знает, что после её рождения будет баловать только так. И он будет для неё хорошим братом, по крайней мере постарается им быть.       – Такое ощущение, что она играет в футбол в моей матке, – усмехнулся Ваня и погладил живот, как бы успокаивая малышку. – Хотя в последнее время она уже не такая активная, как раньше. Доктор говорит, что где-то за неделю до родов ребенок успокаивается и почти не толкается, потому что занимает определенное положение и, так сказать, говорится к появлению на свет. Моя за сегодня вот это вот второй раз за день толкнулась. Причем, что интересно, первый раз тоже были из-за тебя.       – В смысле? – удивленно спросил Игорь и даже оторвался от живота Вани, убрав, наконец, руки.       – В прямом, – Ваня повернулся обратно к столу, чтобы сделать чай, потому что чайник закипел, и продолжил говорить. – Первый раз она толкнулась, когда мы смотрели ваш матч, и ты давал интервью после него в прямой трансляции. Она постоянно на тебя реагирует, причем даже просто на твой голос в записи.       – Вряд ли я когда-нибудь слышал что-то более приятное, чем это, – абсолютно искренне сказал Игорь, а Ваня улыбнулся. – Волнуешься?       – Очень сильно, – спустя несколько мгновений, выдохнул Ваня и продолжил только после того, как закончил с приготовлением чая/кофе. Судя по тому, что альфы до сих пор не вторглись на кухню, они решили дать им возможность поговорить. – Я понимаю, что все будет хорошо, и что через это все проходят, но нервничаю так, что жесть просто. От каждого спазма дергаюсь. Я Витю уже так своими нервами достал, что в глаза даже ему смотреть не могу – стыдно. Стараюсь как-то успокоить себя, но получается не очень.       – Глупо говорить, чтобы ты не волновался, потому что волнуются все, – сказал Игорь, а потом подошел ближе и взял его за руки. – Вань, то, что ты переживаешь, это абсолютно нормально. Через неделю на свет появится твой первый малыш, маленький комочек, в котором будет течь ваша с Витей кровь. Как можно не волноваться? Самое главное, ты не должен держать все это в себе, и ни в коем случае не закрывайся от Вити. Он любит тебя и волнуется, но, если ты будешь скрывать от него свои переживания, ему будет еще хуже. Для него это все тоже впервые, все в новинку, и он тоже переживает из-за того, как оно все будет. А еще он боится, что будет плохим отцом для малышки, потому что сейчас, по его мнению, он плохой муж для тебя.       – Чтооо? С какого рожна он это взял вообще? – возмущенно воскликнул Ваня, а Игорь улыбнулся.       – Витя меня убьет, если узнает о том, что я все тебе рассказал, – признался он. – Он считает, что у тебя вся эта паника и волнение из-за того, что его нет рядом достаточное количество времени. Он считает себя плохим мужем, потому что не может уделить тебе столько внимания, сколько ты заслуживаешь. По его мнению, будь на его месте кто-нибудь другой, ты бы спокойно дохаживал последний месяц беременности и думать не думал о волнении или, тем более, панике.       – Господи, я и не думал, что он у меня такой придурок, – вздохнул Ваня, а Игорь засмеялся. – Это я виноват в том, что он так думает, да? Из-за всех своих волнений по поводу беременности я совсем забыл о том, что ему тоже сейчас тяжело.       – Так, никто ни в чем и ни перед кем не виноват, слышишь меня? – строго сказал Акинфеев, чтобы до мозга беременного омеги дошёл смысл каждого слова. – У вас впереди самый прекрасный, но и самый сложный период, поэтому вы должны поддерживать друг друга, а не винить себя в каждом неправильно сказанном слове или поступке. Витя безмерно тебя любит и жизнь готов отдать за тебя и вашу малышку, а ты готов сделать то же самое для Вити. Поэтому просто будьте рядом, поддерживайте друг друга и делитесь тем, что у вас на душе. С Витей я подобные беседы почти каждый день провожу, теперь и с тобой буду, если нужно.       – Спасибо тебе, – выдохнул Ваня и, поддавшись какому-то порыву, обнял Игоря. – За все спасибо. Не знаю, что бы я без тебя делал. И Витя тоже. Ты очень дорог ему, и он любит тебя, как сына.       – Я знаю. Он тоже мне очень дорог, наверное, дороже многих в этом мире, – честно признался Игорь, и это действительно было откровением, потому что они с Витей практически не говорили на тему этих своих отношений. Они поддерживали друг друга во всем, помогали и действительно готовы были на многое друг ради друга, но словесную форму все эти чувства никогда не обретали. Игорь считал, что все и так понятно, а Витя просто не решался сказать о том, как важен для него этот парень, потому что прекрасно знал, что родителей Игоря ему никогда не заменить, и его слова могут вызвать негативную реакцию. Теперь Игорь задумался о том, что всё-таки нужно сказать Виктору, как много тот для него значит.       Визит затянулся конкретно. Ребята сначала поужинали вместе (потому что «я зря полдня у плиты стоял, что ли? Я беременный, и меня расстраивать нельзя, поэтому садитесь все жрать, иначе я не буду разговаривать с вами ближайшие три дня»), а потом решили вместе посмотреть футбол. «ЦСКА» играет во втором временном слоте, зато в первом играют «Ливерпуль» против «Аталанты», а это соперники их команды в группе, так что матч тоже важен. Чипсы Игорю никто не разрешил, потому что «у тебя и так режим питания сбит к хренам, так еще и чипсы тебе подавай», поэтому омега, обидевшись на весь мир, пил свой чай, пока Артем и Виктор рядом хрустели чипсами.       Матч выдался действительно интересным, потому что «Аталанта» не села в глухую защиту, как все предполагали перед стартом поединка, а резво бежала в атаку и уже к тридцатой минуте вела со счётом 2:0 в свою пользу. Мерсисайдцы слегка охренели от такого положения вещей и стремились забить хотя бы один гол еще до перерыва, поэтому битва оказалась захватывающей настолько, что и на разговоры отвлекаться не хотелось, не говоря уже о чем-либо другом. Как только начался перерыв между таймами, у Игоря ожил телефон, и он правда собирался проигнорировать, но звонил какой-то неизвестный номер, и Дзюба настоял на том, чтобы тот ответил на звонок.       – Алло, – ответил Игорь, бросив хмурый взгляд на Дзюбу. Ему сейчас так хорошо в кругу семьи, что вот вообще ни с кем не хочется говорить по телефону.       – Игорь Акинфеев? – послышался знакомый голос, и Акинфеев резко выпрямился, хотя до этого практически лежал на Дзюбе, спиной прислонившись к его груди. Ваня занял одно кресло, а Виктор – другое.       – Да, это я, – как можно спокойнее ответил Игорь, потому что звонил, судя по голосу, главный тренер первой команды «ЦСКА».       – Это Сергей Семак.       – Я узнал, – на этих словах голос чудом не дрогнул. Оба Гончаренко и Артем смотрели на омегу с огромными вопросительными знаками в глазах, потому что нихрена не понимали, но Игорь сейчас был не в том состоянии, чтобы что-либо им объяснять. По какой причине главный тренер первой команды может звонить ему, игроку молодежки, за час до матча в Лиге чемпионов?       – Объяснять долго, поэтому я сразу к делу. Успеешь за час добраться стадиона?       – Д-да, успею. А зачем? – а вот тут голос уже дрогнул, что вызвало еще большее непонимание у ребят.       – Габулов травмировался на предматчевой разминке, а второй вратарь уже вторую неделю в лазарете, и у него завтра операция в Испании. Еще одного вратаря в заявке у нас нет, поэтому ты – единственный шанс на то, что я не убьюсь головой об стену из-за того, что придется на матч против «Барселоны» ставить в ворота одного из Березуцких или Игнашевича, – на одном дыхании выпалил Семак, а Игорь, кажется, дышать перестал вообще. Ему это сейчас не послышалось?       – А так можно? Я имею в виду, заявка ведь была подана уже давно.       – Нам пошли на уступки, потому что такого пиздеца не предполагал никто. Мне дали час на то, чтобы решить вопрос с вратарской позицией и подать новый состав команды. Поэтому я и звоню.       – Я буду. Сколько у меня времени? – серьезно спросил Игорь и как-то весь подобрался.       – Максимум – час, но лучше раньше.       – Я успею, – уверено сказал омега и даже с дивана встал.       – Хорошо. Как приедешь, набери меня на этот номер, я тебя проведу в раздевалку, а то могут не пустить. Не подведи.       – Хорошо, обещаю, – ответил Игорь и сбросил вызов, чувствуя, как медленно, но уверено до его мозга начинает доходить смысл только что произошедшего.       – Что случилось? Кто это звонил? Куда ты успеешь и какая заявка? – завалил его вопросами Дзюба, а Игорь лишь перевел немного растерянный взгляд со своего парня на Виктора, который выглядел не менее напряженным, чем Артем.       – Мне только что звонил Семак и сказал, что через час я должен быть на стадионе, чтобы выйти в старте на матч против «Барселоны», так как Габулов получил травму на предматчевой разминке, а запасных вратарей больше не осталось, – медленно проговорил Игорь, а всем остальным понадобилось несколько мгновений на осмысление. Первым опомнился Дзюба.       – И какого хрена ты стоишь столбом, а? – эмоционально воскликнул он, вскакивая со своего места, будто и не сидел вовсе. – Забирай телефон и бегом в машину. У нас времени в обрез, а еще нужно домой заскочить, чтобы перчатки твои взять. Форму они тебе сделают, а вот перчатки будут не по размеру, поэтому лучше взять свои. Ну, чего ты стоишь? Пошли бегом, нам нельзя опаздывать! – продолжил тараторить Артем, но в итоге не выдержал и, схватив омегу за руку, потянул его к выходу. У самого же Игоря, кажется, наступил самый настоящий ступор.       – Артем, позвони мне, как вы доедете, хорошо? Мы будем волноваться, – попросил (читай: приказал) Виктор, когда они уже почти вышли из квартиры. Артем заверил Витю в том, что все будет хорошо, и что он отзвонится, когда отдаст Игоря в руки тренеру, и только после этого они ушли.       В полной мере осмыслить произошедшее удалось только в машине, когда они уже подъезжали к их дому, чтобы взять перчатки Игоря. Артем был непривычно спокойный и собранный, будто ничего сверхъестественного не происходит, и не его парню меньше, чем через час нужно будет дебютировать за первую команду в матче Лиги чемпионов против «Барселоны» даже без разминки. А вот Игорь, который обычно был более собранным и спокойным в их паре, сейчас нервничал не на шутку, и у него даже руки слегка дрожали. Он и не вспомнит уже даже, когда в последний раз так волновался.       – Ты справишься со всем, я уверен, – сказал Артем, когда они уже ехали прямо на стадион, забрав перчатки и бутсы (их тоже сложно подобрать в такой ситуации). У них осталось буквально тридцать пять минут на то, чтобы добраться к месту назначения, и это, на самом-то деле, чертовски мало, учитывая то, какие пробки по вечерам в Москве. Пока им везет, и удается объезжать по относительно свободным переулкам, но успеют ли добраться вовремя?       – Что? – тупо переспросил Игорь, который настолько ушел в себя, что даже не услышал слов парня. До этого момента они ехали в тишине, потому что Игорь пытался собраться и успокоиться, а Тёма знал, что Игоря лучше не отвлекать.       – Говорю, ты справишься со всем, не нужно волноваться, – повторил Артем и взял омегу за руку, переплетая их пальцы. – Ты у меня лучший, просто помни это. Все будет хорошо.       – Все будет хорошо, – на автомате повторил Игорь и сжал руку альфы чуть сильнее. Ему определенно нужно успокоиться, иначе быть беде.       Они успели, представляете? Приехали за десять минут до начала матча! Игорь, еще подъезжая к стадиону, позвонил Семаку, и тот уже ждал их у входа, когда они туда прибежали. Дзюба собирался остаться в машине и попробовать найти трансляцию в интернете, хоть шанс посмотреть её с телефона практически нулевой, но и на стадион ему не попасть, потому что там полный аншлаг. Игорь с этим был категорически не согласен.       – Это кто? – коротко спросил Семак, взглядом указывая на Артема.       – Это мой парень, Артем Дзюба. Он привез меня сюда, и без него я точно не добрался бы вовремя, – быстро ответил Игорь, понимая, что времени у них и так нет. Семак смерил Дзюбу внимательным взглядом, хмыкнул какой-то своей мысли и повернулся обратно к Игорю.       – Ладно, пусть твой Артем Дзюба идет с нами, найдем ему место, – коротко сказал он и, не дав парням возможности ответить что-либо, пошел дальше по коридору, тем самым намекая, что разговор окончен, и обоим парням нужно идти за ним. Спорить никто не собирался, а поблагодарить тренера они успеют и после матча.        Уже в подтрибунном помещении Семак отдал Дзюбу на попечение одному из своих помощников, сказав тому, чтобы он отвел парня на трибуну, где обычно сидят члены команды, не попавшие в заявку. Сектор на этот матч отдали под свободный выкуп билетов болельщиками, но несколько мест все равно остались забронированы клубом. Вот и пригодилось. Коротко объяснил, кто это вообще такой, и почему его нужно посадить именно там, а потом уволок Игоря в раздевалку, даже не дав тому возможности попрощаться с парнем. В принципе, оно и понятно: времени осталось буквально восемь минут.       – Так, Игорь – это команда, команда – это Игорь, который постарается спасти наши задницы от позорного и разгромного проигрыша в сегодняшнем матче, – без каких-либо предисловий сказал Семак, как только они зашли в раздевалку, и Акинфееву дико захотелось сбежать отсюда прямо сейчас, потому что в помещении моментально повисла гробовая тишина, и взгляды всех и каждого скрестились на нем.       – Я знал, малой, что ты будешь здесь, но не думал, что при таких обстоятельствах, – первым заговорил Вася Березуцкий и подошел к Игорю. С другой стороны совершенно внезапно оказался Лёша. Они закинули ему руки на плечи с двух сторон, как бы говоря, что принимают парня в команду, и повели к единственному свободному месту, где уже лежала приготовленная для него форма.       – Итак, времени у нас катастрофически мало, поэтому я быстро расскажу тебе план на игру, а ты пока переодевайся. Не обещаю, что мы угадали с размером формы для тебя, но сам понимаешь, времени на подготовку не было, – сказал Семак и начал объяснять, как они собираются сегодня играть, а Игорь, как и было сказано, стал переодеваться.       С размером формы они удивительным образом угадали: она не большая, но и не в обтяжку, так что будет очень удобно играть. Номер и фамилия на спине его, и это самое главное. Бутсы Игорь надел свои, как и перчатки. Пока переодевался, слушал тренера, который, кажется, решил за три минуты, рассказать ему все тактическое занятие, которое обычно у команды длится не меньше сорока минут.       – Богданыч, пора, – оборвал его речь заглянувший в раздевалку мужчина, и Семак замолчал, впервые за время, прошедшее с их появления в раздевалке. Вообще, чувствовалось, насколько напряжены все ребята. Понятное дело, что в успех сегодняшнего матча не верит никто из них, потому что Игорь хоть и божит на молодёжном уровне, но к такому матчу, по мнению многих, не готов. Даже ребята, которые еще год или два назад играли с ним в одной команде, не уверены в том, что сегодня получится что-то хорошее.       – Хорошо, тогда вперед, – вздохнув, скомандовал Сергей, и команда один за другим стала выходить из раздевалки. Игорь шел одним из первых, но тренер задержал его и отвел немного в сторону. – Игорь, я понимаю, что требовать от тебя сегодня какой-то феерии – это глупо и бессмысленно, потому что у тебя уже был сегодня тяжелый матч, и на второй сил может не хватить. Но я прошу тебя сделать хотя бы минимум, чтобы все это было не так позорно.       – Я никогда не ставлю перед собой задачи минимум, Сергей Богданыч, – сказал в ответ Игорь и слегка потер здоровой рукой пострадавшую вторую руку. Клубный врач, спросив о природе повреждения, буквально минуту назад наложил еще одну повязку поверх уже имеющейся, только в этот раз уже эластичным бинтом, чтобы держалась лучше. Семак, узнав, что у Игоря повреждение, взвыл белугой, но другого выхода нет. Остается только надеяться, что Игорь выдержит. – Если выхожу на поле, то выкладываюсь на все сто. Феерии от себя не обещаю, но смело обещаю сделать все, что в моих силах.       – А большего от тебя никто и не требует сейчас, – со вздохом сказал Семак, а потом бросил еще один обеспокоенный взгляд на руку омеги, которую тот продолжал немного поглаживать. Всегда кажется, что от этого станет меньше болеть. Тренер нахмурился. – Рука точно выдержит?       – Выдержит. Я где-то часа полтора назад выпил обезболивающее, так что до середины матча точно болеть не должна. А дальше посмотрим, – ответил Игорь, а у Сергея такое отчаяние на лице появилось, что аж жалко его стало. – Ничего страшного в этом нет, так что на мои действия это никоим образом не повлияет. Я справлюсь.       – Если после этого матча ситуация ухудшится, и у тебя появится еще более серьезная травма, твой Гончаренко с меня скальп снимет, причем сначала как отец, а потом повторно как тренер, – отметил Богданыч и снова тяжело вздохнул, а Игорь улыбнулся.       – Не снимет, травмы не будет, – уверено сказал он. – Все будет хорошо, Сергей Богданыч, обещаю.       – Хорошо, я тебе верю, Игорь, – ответил тренер и хлопнул парня по плечу. – Тогда вперед, игра ждать не будет.       Выходить на поле было страшно, потому что впервые все настолько серьезно. Это не их чемпионат молодежного первенства и даже не их Юношеская лига чемпионов. Здесь все серьезно и чертовски важно. Здесь к твоим воротам во время атаки будут не такие же ноунеймы, как ты, бежать, а самая титулованная пара мирового футбола – Месси и Роналду. Эти двое поженились еще в девятнадцать лет, успели родить троих детей, сыграть за одну команду хорошую тучу матчей и забить такую же тучу голов, являясь при этом лучшими игроками всех времен, и Акинфееву явно будет сложно не дать им забить в свои ворота. Да и не только Месси с Роналду представляют опасность для «ЦСКА». В «Барсе» что ни позиция, то опасность. Даже Де Йонг и Де Лигт, которые не особо далеко ушли от него в плане возраста (Де Лигт и вовсе одногодка с ним), по своей значимости в мировом футболе и популярности расположились настолько выше него, что и не доберешься.       «ЦСКА» в большинстве своем еще молодая команда. Самый старший здесь Габулов, которому тридцать два, но он сегодня получил травму, и поэтому на поле выйдет команда, в которой самому старшему игроку всего лишь двадцать шесть – это капитан Игнашевич. Набабкину двадцать пять, Березуцким почти по двадцать три, Ахметову, Головину, Черышеву – по двадцать, Чалову, Кучаеву и Сигурдссону вообще по девятнадцать, как и самому Игорю. Скамейка запасных тоже не может порадовать опытными ребятами. Двадцатидвухлетний Магнуссон, Бийол и Влашич, которым по двадцать одному году, и Дивеев с Карповым со своими восемнадцатью годами (их вообще буквально этим летом в первую команду перевели). Относительно «возрастными» можно считать Жору Щенникова и Алана Дзагоева, которым аж по двадцать четыре. Просто так получилось, что за последние два года из команды ушло много игроков, которые были, можно сказать, легендами клуба и тащили все на себе. Кто закончил карьеру, кто в другой клуб перешёл, кто еще что, но факт остается фактом: за два года клуб лишился одиннадцати игроков. Горевать по ушедшим времени особо не было, потому что нужно было срочно искать им замену. Так и вышло, что за два сезона в первую команду из молодежки были переведены семь ребят, если не считать Березуцких, Жору и Алана, которые пришли в команду еще годом ранее. Не, клуб, конечно, купил и других игроков, но и они особо не отличались большим возрастом и опытом, так что «ЦСКА» по праву получил звание «детского сада» с возрастными Габуловым и Мандрыкиным в качестве отцов семейства. Игорю в этом плане не повезло, потому что вратарская позиция, как раз таки, осталась прочно закрытой. Вернее, оставалась таковой до сегодняшнего вечера.       Именно поэтому сейчас, смотря на свою команду и на стоящую параллельно с ними «Барселону», Игорь чувствует вполне себе понятное волнение и легкий страх.       – Справимся, Игорёк, обязательно справимся, – услышал Игорь рядом голос Дэна Черышева, который стоял сразу за ним и положил руку на плечо другу. Игорь играл с большинством ребят, поэтому он надеется, что им понадобится совсем мало времени на установления контакта во время игры.       – А другого варианта у нас и нет, собственно, – усмехнулся Игорь, повернувшись к другу.       – Ты как? Выдержишь еще один матч за день? – спросил неожиданно возникший рядом Ильзат, а Игорь подавил вздох.       – А вы сделайте так, чтобы у меня не было работы, и тогда выдержу.       – Тут, брат, заранее извини, – усмехнулся только подошедший к ним Вася Березуцкий, а Игорь закатил глаза. Этих братьев он знает еще со школы и уже привык к тому, что в большинстве случаев те говорят правду прямо в лоб, а если шутят, то нужно объяснять, что это была шутка.       Волнение по поводу собственного физического состояния были далеко не на последнем месте, потому что в мышцах чувствуется усталость после утренней игры, рука слегка ноет, а отсутствие хотя бы малейшей разминки перед игрой грозит получением травмы на ровном месте. Думать об этом не хочется, но не думать не получается.       – Go, – скомандовал арбитр, и парни, моментально прекратив разговоры, двинулись вперед. Ну, с Богом, как говорится.       Стоять перед заполненными «Лужниками» и слушать гимн Лиги чемпионов настолько удивительно и непривычно, что все это кажется сном. Мог ли Игорь мечтать о том, что в первом же своем матче за основную команду будет жать руку Месси, Роналду, Тер Штегену (которым, вопреки общему помешательству на Буффоне, Нойере и Аллисоне, восхищается уже лет пять), Бускетсу, Пике, Рамосу и дальше по списку? Конечно же, нет. Тем не менее, он сейчас делает именно это и еле сдерживается, чтобы не ущипнуть себя за руку, проверяя, не сон ли это.       Пока Месси и Игнашевич решали с арбитрами, кто на какой половине поля будет играть, команда собралась в круг, чтобы сказать друг другу последние напутствия перед матчем. Собственно, все напутствия были адресованы в основном Игорю, потому что ему сейчас сложнее всех остальных.       – Ну что, Игорёк, на тебя одна надежда. Спаси наши задницы, – хлопнув напоследок парня по плечу, сказал Лёша Березуцкий. Игнашевич уже вернулся к команде, и все должны занять свои места на поле.       – А вы главное в защите не проебитесь с первой же атаки, и тогда, может быть, еще повоюем, – тут же парировал вратарь, и это вызвало тихий смех всех ребят. Они знают, что Игорю палец в рот не клади – по локоть откусит.       – Я тебя обожаю, Акинфеев, честное слово, – усмехнулся Игнашевич, и все стали расходиться по своим позициям. Несколько мгновений тишины, стартовый свисток – понеслась.       Игорь надеялся, что в первые минуты матча получится немного размяться, пока обе команды будут перекатывать мяч в середине поля, но оказалось, что он слишком наивен. Первый удар в створ ворот «армейцев» полетел уже на третьей минуте, и уже на третьей минуте Игорю пришлось вступить в игру. Бил Месси, которого непонятно каким образом пустили в штрафную, и мяч летел в дальнюю девятку, но пошел чуть-чуть ниже, и вот это самое «чуть-чуть» дико помогло Акинфееву. Он успел вовремя прыгнуть и достал летящий в сетку мяч буквально кончиками пальцев. Выбить на угловой не получилось, зато мяч лег четко Васе Березуцкому на ногу. Игорь быстро поднялся, сместившись ближе к центру, и стал наблюдать за тем, как Вася реализует выход из штрафной, только вот Березуцкому что-то в голову стукнуло, и он вместо того, чтобы тупо выбить мяч куда-то ближе к центру поля в надежде на контратаку, решил сделать пас на совершенно не ожидавшего этого Игнашевича. В итоге, мяч у самой кромки штрафной перехватил уже Роналду и пробил в одно касание, отправляя мяч по дуге в противоположный угол ворот. И снова пришлось вступать в игру Игорю, который очень удачно после первого сейва сместился ближе к центру. Именно это помогло ему среагировать на второй мяч, вовремя прыгнув и вытащив мяч. В этот раз мяч ушел уже на угловой.       Трибуны ревут так, что нихрена не слышно, игроки «Барсы» охреневают от того, что не удалось забить после таких убойных моментов, «армейцы» охреневают и от того, что прозевали такие атаки, и от действий Игоря, а сам Игорь материт Игнашевича и Березуцких так, будто в команде с ними играет уже лет пять и старше их на десять. Комментаторы же в это время понимали, что, кажется, они сегодня сорвут голос. А еще стало понятно, что на послематчевое интервью пойдет не Костя Кучаев, как планировалось, а Игорь Акинфеев.       Судя по всему, разминаться Игорю придется уже по ходу игры, потому что уходить из его штрафной площадки никто не собирался. Криш с Лео по очереди пробивали по его воротам, и у Игоря даже времени не было на то, чтобы восхититься тем, как отлично они понимают друг друга. Лео отдавал пас на Криша, даже не глядя вперед, просто зная, чувствуя, что его альфа где-то там. И мяч ложился точно ему на ногу, после чего тот пробивал по воротам, заставляя Игоря прыгать из угла в угол. А если бил не Криш, то сам Лео или Френки, который явно поставил себе сегодня цель забить. И пока единственное препятствие на его пути – это Игорь, который скачет из угла в угол, изо всех сил стараясь сохранить свои ворота в неприкосновенности. Такое ощущение, что только ему одному не хочется вынимать мяч из сетки собственных ворот.       Ближе к сороковой минуте на счету Игоря было записано семь сейвов, и это лишь официальная статистика, которая многие действия вратаря не учитывает, как спасение. Например, два момента в середине тайма, когда Игорь, заранее прочитав действия Месси (оказывается, такое тоже возможно), выбежал за пределы штрафной, прерывая пасс, который выводил бы один на один Роналду в первом случае и Френки – во втором, не будут засчитаны в статистику, как сейв, но если бы не эти действия, с большой вероятностью был бы гол. К таким же моментам можно отнести выносы после угловых, игра на опережение в штрафной и выигранные дуэли. Все они в статистику спасения не будут включены, но если их подсчитать, то получится за двадцать. Именно из-за этого настолько обидно было пропустить гол на второй из двух добавленных к первому тайму минуте.       Черышев и Набабкин не разобрались между собой в центре поля, и в итоге Месси увел мяч у них прямо из-под носа. Если Месси получает мяч, это априори заканчивается опасным моментом, и они успели усвоить это. Усвоить-то усвоили, но работу над ошибками провести не успели. И поэтому Месси умудрился оставить с носом всю команду, протащив мяч от середины поля к штрафной, прорвался сквозь последнюю линию обороны, будто её и не было там, и пробил в дальний угол. Бил точно и, как говорят в таких случаях комментаторы, на силу, а не на исполнение. Игорь, который занял удобную позицию, вроде бы и прыгнул вовремя, и даже кончиками пальцев задел мяч, переправив его в штангу, но, видимо, лимит удачливости на сегодня закончился, и мяч от штанги отскочил прямо в ворота. Игроки «Барселоны» побежали к угловому флажку праздновать забитый гол, а Игорь, который, не вставая, повернул голову, чтобы посмотреть, куда полетит мяч, так и остался лежать на газоне, уткнувшись лбом в газон. До чего же, блять, обидно! Он тащил весь тайм и, казалось, половина мячей обязана была залететь в ворота, но Игорь справлялся, спасал команду и защищал собственные ворота, чтобы на последних, сука, секундах пропустить этот дурацкий гол!       Арбитр даже не стал разыгрывать мяч, а сразу дал свисток на перерыв. Игорь, который так и лежал на газоне, почувствовал, как кто-то коснулся его плеча, и вынужден был подняться. Возле него с двух сторон стояли Дэн и Кирилл. Остальные тоже шли к нему, а не к подтрибунному помещению.       – Это наша вина, прости, – сразу же сказал Денис, положив ладонь другу на плечо. Тот вздохнул и кивнул.       – Вина-то, может, и ваша, но гол пропустил я, – буркнул он, а подошедший к нему Игнашевич закинул руку ему на плечи, немного приобнимая, и мягко потянул его к выходу с поля. Им нужно в раздевалку, там поговорят.       – Мы дерьмовейшим образом провели тайм, Игорёк, так что этот гол – это закономерный результат. Твоя заслуга в том, что мы уходим с одним пропущенным мячом, а не десятью, – спокойно сказал он, и на это вратарь уже не стал ничего отвечать. Характер у Игоря такой, что даже при победе его команды со счётом 7:1 он будет грузиться из-за того единственного пропущенного гола. О том, насколько важным и решающим может оказаться именно этот конкретный гол, можно и не говорить. В раздевалке Семак таких пиздюлей выписал команде, что Игорь аж прозрел. Он-то всегда считал, что Сергей Богданыч спокойный, интеллигентный человек, который почти не кричит и уж точно не матерится. Витя, который с Сергеем дружит чуть ли не с детства и даже играл вместе с ним за «ЦСКА» до того, как в двадцать один год получил травму, перечеркнувшую всю его довольно перспективную карьеру, всегда посмеивался, когда Игорь озвучивал эти свои мысли, и говорил, что Семак далеко не такой белый и пушистый, как может показаться. Сейчас, слушая трехэтажные маты в сторону каждого игрока команды (кроме Игоря), он понимает, насколько сильно ошибался.       – Мать вашу, парни, это Игорю сегодня все готовы были сделать поблажки в плане критики, потому что он в одиннадцать часов утра отыграл сложнейший в плане вратарской игры матч на молодёжном уровне и вышел на поле с нами, даже не размявшись перед этим. Но вам-то никто поблажек делать не будет, – уже спокойнее сказал Семак, когда Толя Тимощук (его муж и помощник по совместительству) убрал оставшиеся бутылки с водой как можно дальше от тренера. – Да, это «Барса». Да, это Месси, Роналду и дальше по списку. Но какого хрена с вами произошло в самом начале матча и творилось до последних секунд? Я до сих не понимаю, как нам удалось уйти на перерыв только с одним пропущенным голом, потому что, если смотреть на вашу игру, на табло должно быть уже 0:10, если не больше. Как так?       – Та мы сами нихрена не понимаем, Богданыч, – заговорил Игнашевич на правах капитана. – Игра вообще не клеится. В простых моментах ошибаемся, хотя все до автоматизма отточено. И ведь главное, что причину этого никак понять не можем. Я даже себя беру. Вот вроде бы понимаю, что спокойным нужно быть, перевести мяч на партнера, самому принять передачу, выбить, пробить, но в итоге делаю какую-то хрень и сам не понимаю, зачем. Какая-то каша в голове.       – От неё нужно избавляться, иначе во втором тайме нас похоронят, и даже Игорь не спасет, – сказал Семак, бросив взгляд на сидевшего с опущенной головой Акинфеева. Тот легонько массировал поврежденную руку, которая после этого тайма и нескольких десятков соприкосновений с мячом стала болеть еще больше. – Дань, посмотри Игорю руку. Он за первый тайм много ею играл, так что могли вернутся болевые ощущения. Может, заморозкой брызни или еще что, нужно дотянуть до конца матча, – резко изменив тему, сказал Сергей, обращаясь к их клубному врачу, а Игорь тут же поднял голову и руку назад убрал, будто пытаясь спрятать.       – Не нужно, все нормально, у меня ничего не болит, – тут же затараторил он, но, столкнувшись с хмурым взглядом тренера, вынужден был сдаться и позволить Даниилу посмотреть пострадавшую конечность.       – Возвращаясь к нашим баранам, – продолжил Семак, снова повернувшись к игрокам. – Вы должны собраться и вспомнить, что мы играем перед своими болельщиками, которые ждут, верят в нашу победу. Пусть даже и поражение, но оно должно быть боевым, красивым. Вы должны сражаться на поле так, будто это ваш последний матч, и от него зависит, проснетесь вы завтра утром или умрете сегодня после финального свистка. По итогам первого тайма я пока могу сказать, что сражался на поле только Игорь. Остальные же выглядели так, будто им уже на все плевать, и они ждут финальный свисток, чтобы уехать домой. Так не должно быть. Да, мы играем против сильнейшей команды в мире, но у нас полный стадион болельщиков, который пришел поддержать свою команду, и у нас нет морального права сегодня слить этот матч. Это будет позор, и вряд ли мы сможем после такого спокойно смотреть в глаза всем тем, кто отдает свои деньги за билеты, идет на матч и все девяносто минут проводит на ногах, крича и поддерживая нас. Поэтому сейчас на второй тайм должна выйти совершенно другая команда. Та, которая готова сражаться с лучшими игроками мира и доказывать, что в Москве так просто не выигрывают.       Дальше несколько минут перерыва тренер уделил на уже более конструктивный разбор игры в первом тайме, указал игрокам на их ошибки и сказал, как нужно действовать дальше. Игорю тем временем забрызгали поверх повязки заморозкой, потому что не рискнули разматывать бинты. Пятен крови не видно, значит, не критично. Если сейчас размотают, боль только усилится, и ничего хорошего из этого не выйдет.       На второй тайм выходили в боевом настроении, потому что речь тренера в раздевалке и пендель под задницу творят чудеса. Игорь лишь надеялся, что это боевое настроение отразится и на игре команды, а не останется там, в раздевалке.       Первые минут десять были полностью за «Барселоной», и Акинфееву снова пришлось дважды вступить в игру, отбивая мячи, летящие прямо в ворота, и дважды сыграть при подаче углового. Игорь уже открыто орал на защиту, не обращая внимания на то, что он играет свой первый матч за команду, а среди защитников опытные парни и даже капитан. А просто иначе в этой ситуации никак. Какой будет от него толк, если он будет молчать в тряпочку в ситуациях, когда его подсказ реально может помочь? Вот он и решил, что лучше получит за все это пиздюлей в раздевалке, но сейчас попробует помочь.       На пятьдесят девятой минуте возле ворот Игоря Месси пробивал штрафной, и это воистину было похоже на расстрел в упор, потому что бил он как раз с той точки, которую любит больше всего. Омега выставил стенку, просчитав возможные траектории полета мяча, а сам сместился ближе к центру, чтобы, в случае чего, успеть прыгнуть в другой угол. Просто рядом с Лео стоит Криш, и это нервирует. Да, все знают, что без своего знаменитого разбега Роналду не бьет, но чем черт не шутит? И Акинфеев не прогадал. Месси пробежал мимо мяча, а Криштиану ударил без разбега, отправляя мяч в противоположный от закрытого стенкой угол. Если бы Игорь остался в том углу, в который обычно бьет Лео, это был бы стопроцентный гол, и на это рассчитывали «сине-гранатовые». Но Игорь чисто на уровне футбольной чуечки допустил такой вариант развития событий, поэтому успел прыгнуть в тот угол, куда был отправлен мяч, и достал его. Вытащил чудом, кончиками пальцев меняя траекторию полета и пуская мимо штанги. Стадион единогласно ахнул, все игроки схватились за головы (причем, как соперники, так и свои), а Игорь упал на газон, приземлившись на и без того пострадавшую руку. Стало больно, и омега не сумел сдержать свой крик, который утонул в шуме беснующегося стадиона, но был услышан стоявшим недалеко арбитром. Тот сразу же подбежал к вратарю и, нагнувшись, спросил, все ли в порядке. Ответить положительно, значило, соврать, поэтому Игорь коротко ответил, что неудачно упал на руку. Арбитру этого было достаточно, и он, выпрямившись, жестами показал, что врачам «армейцев» нужно появиться на поле.       Пока Даня с помощниками щупали его руку и брызгали заморозку, Игорь, немного морщась от боли, подозвал к себе Федю, Сашу и Костю. С ними он дольше всего играл в молодежке, поэтому и сыгранность выше, чем с остальными.       – Федя, Кучай, старайтесь на штрафных и угловых оставаться выше, не идите в оборону. Я буду пробовать сделать на вас забросы, как раньше, – сказал он, когда парни остановились возле него. Врачи, вообще-то, не разрешали Игорю вставать, но тот сказал, что болит у него рука, а не нога, так что сидеть он не будет, тем более что разговаривать удобнее стоя. – Сань, ты тоже следи, если не получится ребят выцепить, на тебя вперед отдавать буду. Нам главное полузащиту их за спиной оставить, а защита и так у меня во вратарской на всех стандартах. Если сумеем быстро все организовать, получим шанс на контратаку.       – Думаешь, получится? – спросил Федя, который до своего перехода в первую команду шесть мячей забил с прямой передачи Игоря. У Саши на счету четыре таких мяча, а у Кости – два. В молодёжном первенстве все знают, что Игорь отличный распасовщик, так что стараются закрыть его и не допустить этих передач, но в «Барселоне» об этом не знают, так что можно попробовать сообразить что-нибудь.       – А есть другие варианты? Будем пробовать, – сказал Игорь, а врачи в это время как раз закончили с его рукой. Заморозка подействовала быстро, и боль ушла. Теперь главное, чтобы до конца матча она так и не появилась снова.       Пробовать решили прямо с этого углового, который «Барса» подавала после того, как врачи ушли с поля. Федя с Кучаем, игнорируя удивленные взгляды партнеров по команде, подошли к самому краю штрафной площадки, чтобы не выделяться особо (тогда соперники могут понять их замысел), но в то же время и не садясь глубоко, чтобы оставалась фора для рывка. В последней линии обороны у «Барсы» остался Менди и Де Лигт, к которым чуть ниже присоединился Бускетс. Пике и Рамос уже привычно маячили в штрафной площадке, как и вся остальная команда. «Барса» всегда на стандарты ходит почти всем составом, и на этом действительно можно попробовать их поймать. Главное, не пропустить со стандарта, чтобы было с чего начинать атаку.       Мяч, который в ворота пытался отправить Рамос, Игорь поймал, причем относительно легко и без лишних трудностей. Игроки «Барселоны» заблокировали его во вратарской зоне, затрудняя ему выход вперед. Это, на самом деле, тоже тактический ход, который позволяет игрокам обороны хотя бы покинуть пределы штрафной, чтобы не пропустить контратаку из-за быстрого ввода мяча. В этот раз все тоже могло бы сработать, но Игорь решил попытать счастья и, подпрыгнув как можно выше, чтобы увидеть, где находятся его игроки, сделал бросок мяча, как в волейболе: рукой, далеко вперед и очень сильно. На все эти действия у него ушло буквально две секунды с момента, когда он зафиксировал мяч после удара Рамоса, и выброшенный далеко вперед мяч упал прямо перед уже бегущим к воротам Тер Штегена Федей. Офсайда там априори быть не могло, потому что Федя на своей половине поля, плюс Де Лигт и Менди были ближе к своим воротам, чем нападающий «ЦСКА». У Игоря получилось добросить мяч почти до центра поля (всего метров пяти не хватило), и стартанувшему с места Феде даже не пришлось останавливаться и обрабатывать мяч. Он просто протолкнул его ещё вперед, протискиваясь между замешкавшимися защитниками и вырываясь фактически один на один с вратарем. Боковым зрением он заметил догоняющего его Маттейса и понял, что ему вряд ли дадут пробить. На ходу ударить не получится, а малейшая заминка приведет к тому, что защитник выбьет мяч на угловой. И тут Федя скорее почувствовал, чем увидел, бегущего параллельно с ним, только на противоположном фланге, Костю, которого никто не успевает накрыть, сосредоточившись на Чалове. Решение приходит моментально. Федя протаскивает мяч как можно дальше, убеждая всех в том, что это именно он будет быть, а когда линия штрафной оказывается под шипами бутс, он отдает идеальную передачу на абсолютно свободного Костю, который одним касанием переправляет мяч в сетку пустых ворот, так как Тер Штеген тоже контролировал Федю, не обратив внимания на Костю. 1:1, и трибуны сходят с ума.       Игроки «Барселоны», которые только сейчас прибежали в свою штрафную, выглядели абсолютно растерянными и вынуждены были только смотреть на то, как Марк вынимает мяч из своих ворот, а возле углового флажка уже радуются Федя и Костя, к которым один за другим присоединяются все остальные партнеры по команде. Эта атака не может не восхищать, и потому даже игроки «Барсы» признают, что это было круто. Те, кто находился ближе к центру поля, обернулись, чтобы посмотреть на довольного результатом Игоря, который стоял посреди своей штрафной площадки, уперев руки в боки, и улыбался. Не самодовольно, не хвастливо, а искренне и счастливо. Защитники «Барселоны» переглянулись между собой, понимая, что их, опытных и всемирно известных, только что уделал парнишка, первый раз играющий за свою команду. Еще никогда девятнадцатилетний вратарь не унижал их команду таким образом, как сейчас. Это позор.       После этого гола игра немного выровнялась, если можно так сказать. По крайней мере, «армейцы» стали чаще появляться на половине поля соперника и даже несколько раз пробивали по воротам. Да, это не принесло особого результата, кроме двух угловых, которые не создали опасные ситуации, но прогресс все равно заметен. Впрочем, «Барса» не сдавалась, и за эти десять минут в сторону ворот Игоря прилетело три опасных удара, два из которых вратарю удалось забрать в руки и зафиксировать, а один – перевести на угловой, потому что мяч летел по сложной траектории и забрать его в руки было просто не реально. Эта десятиминутка относительного контроля закончилась тем, чего никто вообще не ожидал.       «Армейцы» владели мячом в центре поля, пытаясь найти подходы к воротам соперника, но в какой-то момент Пике, непонятно как оказавшийся там, перехватил мяч и со всей дури ударил по воротам Игоря. Прямо с центра поля. По его воротам. Удар получился сильным, плотным, опускающимся прямо под перекладину. Игорь не выходил далеко вперед, стоял всего лишь в нескольких шагах от собственных ворот, поэтому настолько неожиданным был этот удар. Но он стопроцентно мог закончиться голом, если бы Акинфеев не подпрыгнул, выставляя одну руку вверх. Он коснулся мяча кончиками пальцев, меняя его траекторию, и поэтому мяч упал не в сетку, а на неё, за лицевой линией. Стадион снова ахнул, раз в сотый за этот матч, игроки схватились за голову, «армейцы» переглядывались между собой, пытаясь понять, кто проебал момент, а Игорь тяжело упал на газон и несколько мгновений оставался в таком положении. С каждым падением подниматься становится все сложнее, потому что сил уже далеко не столько, сколько было в самом начале матча. Теперь уже хорошо ощущается то, что для Игоря это второй матч за день. К тому же, с каждым сейвом рука болит все больше и больше, но пока можно терпеть. Игорь боится, что к концу матча боль окажется слишком сильной для того, чтобы играть без ошибок.       – Ты в норме? – спросил подошедший к нему Денис, а Игорь, который уже успел подняться на ноги, только кивнул и несколько раз тряхнул рукой, как бы сбрасывая с неё боль.       На всех стандартах у ворот «армейцев», испанцы теперь уже старались контролировать Федю и Костю, которые стабильно шли на край штрафной и ждали там передачу от Игоря. Теперь вряд ли получится выйти в атаку через них, но у Игоря еще Саша есть и Арнор, который тоже просек фишку и стал подбираться ближе к линии штрафной. Их «сине-гранатовые» еще не заметили, зато увидел Игорь, который осмотрел территорию за мгновение до того, как соперники подали угловой. Подача была откровенно неудачной, поэтому Игорь без труда забрал мяч в руки и тут же, не теряя времени, сделал сильный заброс далеко вперед. Арнор и Саша, стартовавшие буквально за секунду до броска, оторвались от основной массы игроков «Барселоны», и на их пути оставались только все те же Де Лигт и Менди. Мяч приземлился в нескольких метрах от центра поля и как раз за спинами защитников. Арнор был в шаге от мяча, поэтому пробросил его вперед, чтобы не сбавлять темп собственного бега. Маттейс буквально дышал ему в затылок, как и в случае с голом, но явно не успевал, а фолить не рискнул бы, потому что это прямая красная карточка за «фол последней надежды». Поэтому Сигурдссон, собрав все свои силы, бежал вперед и, увидев выбежавшего ему навстречу Тер Штегена, который явно хотел помешать ему ударить или хотя бы испугать, моментально принял решение. Он подработал себе мяч под удобную ногу и пробил: сильно, точно, идеально в дальний угол ворот. Мяч пролетел в сантиметрах от ноги Марка, и тот, возможно, даже коснулся его, но траекторию полета изменить не смог. Это гол. Это 2:1. Это снова заслуга Игоря. Этот гол ребята побежали праздновать именно к своему вратарю.       – Игооооорь! – с диким ором накинулись на парня одноклубники. Они завалили не ожидавшего такого Игоря на газон и накинулись сверху целой кучей, под которой едва ли можно было найти вратаря. Орали все, радовались тоже все, а половина стадиона, кажется, охрипла. Шнякин, которому вместе с Костей Геничем довелось комментировать этот матч, так точно охрип, когда орал после забитого гола. Так что в этот момент о выдающейся игре Акинфеева рассказывал именно Костя, потому что Дима пил воду, чтобы голос вернулся хоть немного.       До конца матча оставалось минут пятнадцать-двадцать, если с дополнительным, и за это время может случится все, что угодно. Семак сделал две замены, вместо Кирилла, у которого судороги начали хватать ногу, выпустив Хёрдура, а вместо Ильзата – Яку Бийола. У «Барсы» тоже были замены, в результате которых в центр вышли Ракитич и Модрич, а ушли Де Йонг и Бускетс. Игра продолжилась, и вот теперь «Барселона» уже начала играть не на жизнь, а на смерть. Такой команде, как они, позорно проигрывать в Москве какому-то «ЦСКА», из всего состава которого в Европе не знают никого. И если до этого Игорю было тяжело, то сейчас начался полный пиздец. За весь первый тайм у него было восемь официальных сейвов, а за неполный второй – уже четырнадцать. В истории футбола по пальцам можно пересчитать матчи с таким количеством спасений у одного игрока. Не во всех матчах вратари на двоих столько спасений делают, а тут один, да еще и дебютант команды.       На восемьдесят пятой минуте на поле снова появились медики, потому что Пике жестко сыграл против Игоря при угловом, и тот упал на газон, схватившись за плечо. У Семака в этот момент уже начал дергаться глаз, потому что потерять третьего вратаря за две недели – это уже пиздец, товарищи. Но Игорь с поля не ушел, а лишь попросил, чтобы ему это самое плечо заморозили. Заодно с тем обновили заморозку на поврежденной еще раньше руке. В итоге, игра возобновилась через минуты полторы, и «Барса» уже привычно пошла в атаку. Кажется, после этого матча Игорь больше никогда не будет смотреть игры с участием этой команды. А, может, даже за «Реал» болеть начнет.       К девяностой минуте им удавалось сдерживать атаки, и «армейцы» даже две собственные успели провести, завершив их довольно опасными ударами по воротам. А потом, когда Игорь уже малодушно подумал, что финальные минуты пройдут более-менее спокойно, в его ворота назначили пенальти. Вот так просто, за момент, где фола и близко не было, арбитр указал на «точку». А все из-за того, что Вася Березуцкий был рядом с Криштиану Роналду, когда тот упал в штрафной площадке. Самое первое и главное правило игры против Криштиану Роналду гласит: «Не трогай его возле штрафной площадки или, тем более в ней, не дыши на него, не смотри в его сторону, потому что он упадет даже от одного твоего взгляда, если ему это будет выгодно». Это знают даже те, кто никогда против него не играл. Проигрышный счет на табло в матче Лиги чемпионов против российской команды со сплошным молодняком в составе – это более чем выгодная ситуация для того, чтобы упасть. Поэтому Криштиану, почувствовав, что рядом есть игрок, в красивейшем полете отправился на газон, свою победную ухмылку адресуя уже зеленой траве, когда прозвучал свисток арбитра. Игорю на какое-то мгновение даже показалось, что находившийся рядом Лео закатил глаза. Кому как не ему знать об актерских способностях мужа. Вася клялся божился, что и пальцем его не тронул, но арбитр уверенно назначил пенальти, и даже подсказы от арбитров VARа не смогли заставить его усомниться в собственном решении. А зря.       Тем не менее, пенальти назначен, и Акинфеев думает о том, что это определенно самый странный день в его жизни. Столько событий за один день с ним не происходило никогда. Сложный, но удачный в плане вратарской игры матч в молодёжном первенстве, полученная микротравма, хороший день в окружении родных, неожиданный звонок от Семака, приезд на стадион и выход в основе, сумасшедшее количество сейвов, две голевые передачи и, казалось бы, почти победа, но это пенальти сейчас перечеркнет все хорошее, что сделал Игорь за матч. Потому что все его сейвы и передачи не будут иметь никакого значения, если «Барса» сейчас забьет. А она забьет, потому что бить будут либо Лео, либо Криш, и в обоих случаях это почти что приговор.       В итоге, к мячу подошел Криштиану, который бросил на Игоря хитрый и одновременно с тем довольный взгляд, перед тем как сделать свои коронные шаги назад от мяча для разбега. Акинфеев уже ни на что не надеялся, честно. Он молча слушал объяснения арбитра по поводу того, как он должен себя вести, и совсем не кстати мысленно благодарил Виктора, который в свое время, еще до того, как стал его опекуном, заставил начать изучать английский язык. Без него в футболе, особенно на взрослом уровне, реально туго. После этой пришла мысль о том, что Витя стопроцентно сейчас смотрит этот матч и переживает за него. А еще матч смотрит Ваня, которому вот стопроцентно волнения не нужны в его положении. Подумав об этом, Игорь почувствовал какую-то уверенность в себе, выпрямился, и как-то даже взгляд у него изменился, стал более уверенным что ли. Он не может подвести Виктора и заставить нервничать Ваню. А еще на него с трибун смотрит Артем, и его тоже не хочется расстраивать. Именно поэтому Игорь снова посмотрел на Роналду, только в этот раз уже не взглядом загнанного зверя, а уверенно, спокойно, будто ситуация полностью под его контролем. Он не сдастся так просто. За матч он отбил уже с десяток его ударов, так что ему вполне по силам справиться еще с одним.       Криш всегда бьет на силу, не выпендриваясь, как иногда любит Серхио. И он чередует углы, в которые пробивает, поэтому угадать направление удара довольно сложно. В этот раз Криш сместился вправо от мяча, что давало повод решить, что бить он тоже будет вправо. И взгляд его тоже косил в тот угол, но Игоря так и подмывало упасть влево. Почему так, он и сам не знал, но вот прямо все его существо вопило о том, что прыгать нужно влево. Чуечка футбольная это или что другое, но факт остается фактом. Именно такое чувство у него было утром, когда он точно так же стоял на линии, готовясь отбивать пенальти игрока молодежки «Барсы». Тогда все получилось как нельзя лучше, поэтому Игорь решил прислушаться к своему чутью и сейчас. В конце концов, пенальти – это лотерея. Угадает и сможет отбить – честь ему и хвала, а ошибется – винить его тоже никто не станет (кроме него самого, конечно). В общем, на том он и закончил внутренний диалог с самим собой. Будет прыгать влево, а там посмотрим.       Свисток арбитра прозвучал слишком резко, даже в сумасшедшем гуле стадиона. Трибуны гудели так, что собственного голоса слышно не было, не говоря уже о том, чтобы расслышать слова партнеров по команде или свисток арбитра. Это понятно, что они таким образом на соперника пытаются давить, но, блин, и своих это тоже нервирует. Когда они кричалки свои орут в поддержку, это да, это помогает, а вот гул сбивает сразу обе команды.       В момент, когда Криш начал свой разбег, Игорь затаил дыхание и замер на месте. Он не прыгал в воротах, как мартышка, потому что понимал: Роналду на такое не купится, уровень не тот. Поэтому он стоял, лишь немного пружиня на носочках, чтобы прыгать было удобнее, и внимательно следил за каждым движением Роналду, за его разбегом, мимикой и направлением взгляда. И за секунду до удара он прыгнул, как и планировал, влево. Прыгнул и... угадал! Он, мать вашу, угадал! Роналду пробил четко в левый нижний угол, но Игорь прыгнул вовремя и достаточно сильно для того, чтобы достать мяч одной рукой. Когда ладонь почувствовала удар, Игорь решил, что ему показалось, потому что быть такого не может! Но дикий рев трибун говорил о том, что может. Может! Впрочем, радоваться было ещё слишком рано, потому что мяч он выбил не за лицевую линию, а обратно в поле, поэтому велика игра на добивание. Собственно, Криш именно таким образом решил исправить свой промах и, оказавшись первым на мяче, снова ударил по воротам. Ударил, чтобы снова попасть в Акинфеева, только в этот раз уже ему в живот. Игорь после первого удара успел быстро подняться, поэтому смог прыгнуть чуть правее, принимая летящий мяч животом. На газон они с мячом упали синхронно, и вратарь успел забрать чуть откатившийся мяч в руки до того, как Роналду или кто-то из уже прибежавшей команды нанесет третий удар по воротам. Хватит, блять, трепать ему нервы. У него и так, кажется, седой волос появился.       Игорь прочно зафиксировал мяч в руках и даже лег на него сверху, чтобы наверняка, так сказать, и на мгновение позволил себе выдохнуть, утопая в шуме трибун. Болельщики кричали, взрывали петарды и файеры, хлопали и делали еще черт знает что, и вратарь понимал, что в этот раз вся эта радость вызвана целиком и полностью его действиями.       Спустя секунду, Игоря снова придавили к газону налетевшие на него сверху партнеры по команде. Они тоже кричали, радовались, хлопали его по плечам, спине и вообще, куда попадут. Говорили, какой он молодец, благодарили за спасенный счет в матче, а Вася, кажется, даже извиниться успел. В общем, встать ему позволили далеко не сразу, но, когда это произошло, Игорь выглядел изрядно помятым, но довольным. У них все еще есть шанс на победу. Он ввел мяч в игру, пасуя Хёрдуру, потому что забрасывать вперед сейчас нет смысла, и тут же замер, пораженно смотря на трибуны. Абсолютно все болельщики стояли и скандировали... его фамилию. Громкое, исполненное тысячами голосов «А-кин-фе-ев» раз за разом проносилось по стадиону без умолку, и это было настолько неожиданно, настолько непривычно и настолько приятно, что Игорь даже не знал, как на это реагировать. Он был уверен, что все эти болельщики даже фамилии его не знают, потому что он не был с первой командой никогда, а они скандируют её уже вторую минуту и, кажется, даже не собираются прекращать. Пожалуй, впервые в жизни Игорь не знает, что ему делать и как на это реагировать. Он поблагодарит болельщиков, обязательно сделает это, но уже после финального свистка, а пока единственное, что он может сделать – это удержать счет таким, какой он есть, и не позволить «Барселоне» сравнять счет. Не сегодня.       Компенсированное время Игорь ненавидит всей душой, причем уже года три (все из-за матча, в котором они вели со счётом 2:0, а в добавленные четыре минуты он умудрился пропустить три, причем два – с пенальти), поэтому когда арбитр добавил пять минут (и нахрена, сука, так много?) он напрягся еще больше, чем до этого. Сейчас нельзя расслабляться, иначе будет пиздец. Остальные «армейцы», кажется, были такого же мнения, поэтому старались перетянуть игру хотя бы в центр поля. Им снова удалось дойти до штрафной Тер Штегена и пробить по его воротам, но вместо гола получился сейв вратаря. И вот здесь Марк решил продемонстрировать, что он намного дольше в футболе, и голевые передачи – это его фишка. Он выбил мяч далеко вперед, за центральную линию, и это получился идеальный пас на ход быстро бегущему к воротам противника Модричу. Почему именно он оказался в атаке – вопрос риторический, но атака очень опасная. Игорь, понимая, что здесь пахнет выходом один на один, решился на крайние меры. Модрич знал, что крайний защитник «ЦСКА» всего лишь в двух шагах сзади и может помешать, поэтому пробросил себе мяч вперед, чтобы удобнее было, но именно этот момент заметил вратарь и, не давая себе много времени на размышления, выбежал вперед, за пределы штрафной. Он промелькнул перед носом у ничего не успевшего ничего понять Модрича, технично уводя у него мяч, и пробежал с ним чуть вперед, чтобы оказаться в зоне, свободной от игроков «Барсы». Решение нужно было принимать моментально, потому что здесь пахнет уже не выходом один на один, а результативной вратарской ошибкой, если у него отберут мяч, поэтому он, пробежав с мячом еще несколько метров, почти дотянул его до центра поля, весьма удачно уворачиваясь от всех и каждого, а там отдал точный пас на бегущего впереди Костю Кучаева. Тот идеально принял мяч, буквально в одно касание и пробил из-за пределов штрафной площадки. И это, сука, 3:1!       Чтобы описать тот рев, который поднялся на стадионе, может просто не хватить слов. Болельщики орали, срывая голоса, прыгали и уже вовсю праздновали победу, потому что за две оставшиеся минуты никто не позволит забить два гола. Игроки «Барселоны» чуть ли не волосы себе рвали на голове, потому что пиздец, потому что как, блять, так? И многие повернулись к Игорю, которого снова завалили на газон счастливые одноклубники, смотря на него удивленными и нихрена не понимающими взглядами. У них не укладывалось в голове, как один единственный человек может так перевернуть игру. Когда речь шла о Месси или Роналду, всем было понятно, что они делают разницу они делают результат. Но, блин, это девятнадцатилетний мальчишка, который первый раз вышел играть с этой командой. Понятно, когда вратарь не пропускает голы, и тем самым делает разницу. Но, блять, этот еще и в атаке сыграл одну из главных ролей. Как, сука, так? «Армейцев» же все устраивало, и они благодарили всех богов за такую перестановку на позиции вратаря.       Финальный свисток прозвучал, как самая прекрасная мелодия во всей Вселенной. Игроки «Барсы» рухнули на газон, как подкошенные, потому что для них это позор, а не игра. В Москве, российскому клубу, в котором старшему игроку всего лишь двадцать шесть! Это была игра, в которой они должны были брать три очка, даже не напрягаясь при этом особо. Они думали о том, чтобы не сильно большой разгром здесь устраивать, все же пожалев соперника, а вышло так, что разьебали их. Сколько у них было ударов по воротам москвичей? Двадцать? Тридцать? Сорок? А в створ сколько было? В одном только втором тайме ударов пятнадцать точно. Они, блять, пенальти реализовать не смогли! Как так-то? А у «армейцев» за всю игру столько моментов не было, сколько у них за последние двадцать минут, но тем не менее счет на табло. Этот вечер они еще долго не забудут. Болельщики не дадут забыть.             «Армейцы» же радовались так, будто уже выиграли Лигу чемпионов. Обнимались все со всеми, орали и тупо не верили собственному счастью. И все понимали, что этой победой они обязаны Игорю. Игорю, который сразу после финального свистка упал на колени и голову поднял к небу, закрывая глаза и опуская руки. У него даже на радость уже не осталось сил. Пока еще шла игра, он держался, понимая, что одно неверное движение может лишить их победы, возможно, самой важной в этом году. Но с окончанием игры на него разом навалилась вся усталость, накопившаяся за этот долгий и тяжелый день. Как-то внезапно стала ощущаться боль во всех мышцах, а рука и вовсе заболела раза в два сильнее, чем до этого. Но осознание того, что они сделали это, что они выиграли, а он не подвел, справился, выстоял, приносила такое облегчение, что и описать сложно.       Долго находиться в таком положении Игорю никто не позволил, поэтому уже через минуту его наглым образом поставили на ноги и стали обнимать. Кто именно оказался таким наглым, Игорь не понял, но обнимали уже всей командой. Как-то Акинфеев пропустил тот момент, когда на поле выбежали ребята со скамейки запасных, и они тоже в первую очередь бросились обнимать именно его. Игорь уже потерялся во всех этих руках, хлопках, объятьях, произнесенных словах, благодарностях и криках. Из этой толпы его выдернул Семак, который уже успел пожать руки Сетьену и арбитрам, а теперь пришел к своей команде.       – Пожалуй, сейчас первый момент в жизни, когда я тупо не знаю, что сказать. Спасибо за игру, Игорь. Ты реально был лучшим, – абсолютно серьезно сказал Сергей Богданыч и тоже обнял парня, но не так сумасшедше, как ребята из команды, а осторожно, по отечески как-то, что ли. Тренер тоже выглядел уставшим, но скорее морально, чем физически. Ему явно эта игра далась не менее тяжело, чем им, потому что сложно смотреть со стороны на то, как твои игроки теряют мяч каждые две минуты, а вратарь, у которого не в эту, так в следующую секунду могут тупо закончиться силы, тащит один мяч за другим, не имея времени на передышку. И ему еще придется оправдываться перед журналистами и болельщиками за то, как играла команда, не смотря на победный счет. Они провалили эту игру, и это, на самом-то деле, чудо, что счет на табло победный именно в их сторону. – Как рука? И вообще как?       – Если честно, то никак, но еще держусь, – не стал врать и храбриться Игорь, а Семак улыбнулся мягко и похлопал его по здоровому плечу.       – Меня Гончаренко твой точно убьет, – усмехнулся он. – Скажешь ему, что с меня поляна. Хотя нет, лучше я сам ему позвоню.       – Как скажете, тренер, – улыбнулся Игорь, а тот тихо засмеялся и, еще раз хлопнув парня по плечу (Игорь уже сбился со счета, сколько раз его сегодня вот так вот хлопали), пошел к остальным ребятам из команды.       Игорь собирался присоединиться к одноклубникам, чтобы поблагодарить болельщиков за поддержку, но тут к нему стали подходить игроки из «Барселоны», и он, честно говоря, тупо застыл на месте. Он не знал, то ли ему радоваться, что они ему пожимают руку, говоря, что он круто сегодня отыграл, то ли бежать со всех ног, потому что это заговор, и сейчас его убьют за то, что сыграл именно так. Выйти из ступора пришлось в тот момент, когда к нему подошли Месси и Роналду. Уж кого, а их он точно не ожидал увидеть вот так близко, да еще и с легкими улыбками на лицах после такой игры. Он все-таки спит?       – Молодец, парень, хорошо держался сегодня, – на английском сказал Криш, протягивая ему руку для рукопожатия. Игорь свою протянул чисто на автомате, контролируя желание ущипнуть себя.       – Спасибо, – тоже на английском ответил он и все же не смог сдержать улыбку. А как тут сдержишь её, если два лучших в мире игрока тебя хвалят?       – Сколько тебе лет? – спросил Лео, а Игорь почувствовал, что кончики ушей покраснели.       – Девятнадцать пока.       – А я говорил, что ему еще нет двадцати, – неожиданно сказал Лео, повернувшись к Роналду, который закатил глаза и обнял мужа за плечи.       – Не занудствуй, малыш, – буркнул он, а Игорь почувствовал себя лишним здесь и уже собирался свалить, но футболисты снова перевели взгляд на него. – Просто я забивал очень многим вратарям, и еще не было ни одного, который отбил бы мой пенальти в таком возрасте. Самым молодым был Нойер, ему как раз в тот день двадцать стукнуло. И мы с Лео поспорили. Я сказал, что тебе уже есть двадцать, а Лео сказал, что нет. И вот, благодаря тебе, мне придется готовить ужин.       – А он это жуть как не любит делать, – с улыбкой протянул явно довольный собой Лео, бросив хитрый взгляд на Игоря и подмигнув ему. Ощущение сюрреализма все крепчало.       – Простите, но это не моя вина, – выдавил из себя усмешку Игорь и заметил, что к ним уже подобралась одна из многочисленных камер. Понятное дело, что журналистам дико интересно, что здесь происходит, и о чем они говорят.       – Пустяки, не впервой, – отмахнулся Криш, а потом его взгляд внезапно стал более серьезным. – Как ты понял, что в первом тайме штрафной будет бить не Лео, а я. – Среагировал по удару? – с вопросительной интонацией сказал Игорь, потому что говорить о своем чутье не хотелось. Он был уверен, что скажи он это, его засмеют.       – Нее, там что-то другое было, – не повелся Криш. – Ты стенку выставил так, будто готовился к его удару, а сам сместился в противоположный угол. И ты на меня смотрел, хотя знал, что я не делал шагов для разбега. Почему?       – Можете смеяться, но у меня предчувствие какое-то было, что ударите именно вы, – сдался Игорь, и в этот раз у него покраснели уже и щеки. – Понимал, что вы без разбега не бьете никогда, но вот что-то подсказывало рассмотреть и такой вариант.       – С пенальти то же чутье подсказало в левый угол прыгать? – и не думал смеяться Криш, а Лео стоял рядом с ним и лишь мягко улыбался, тепло как-то.       – Угу. Просто ваш разбег был слишком явным для правого удара, поэтому я решил прыгнуть влево, – дико смущаясь, ответил Игорь, а Лео с Кришем переглянулись и улыбнулись только им понятной мысли.       – А я говорил, Криш, что не только я разгадал твой выпендреж, – сказал неожиданно появившийся из-за спины Роналду вратарь «Барселоны», и Акинфеев окончательно потерялся. Он и не мечтал, что получится поговорить с Тер Штегеном, а тут такое. Хочется, как маленькому ребенку, захлопать в ладоши и попросить автограф, честное слово. – Молодец, парень, хорошо играл. И правильно, что доверяешь собственному чутью. Без этого тебе не стать великим вратарем.       – Сколько бы я ни слушал это самое чутье, стать таким как вы у меня не получится, – сначала сказал, а потом подумал, как говорится. Чета Роналду (Месси после свадьбы взял двойную фамилию, но на футболках все равно пишут только первую) снова улыбнулась мягко, а Марк тихо засмеялся и положил руку Игорю на плечо.       – У тебя есть все шансы стать еще лучше, чем я, парень, – сказал он серьезно. – Ты еще молод, но очень хорошо знаешь, что и как нужно делать на поле. Продолжай работать в том же духе, и вполне вероятно, что лет через десять молодые парнишки будут равняться уже не на меня с Ману, а на тебя.       – Спасибо. От вас такое слышать особенно приятно, – улыбнувшись, признался Игорь.       – Верю, что еще сыграем друг против друга. Только хватит уже передачи на гол в мои ворота отдавать. Это моя фишка, вообще-то, – с усмешкой сказал Марк, а Игорь расплылся в широкой и вполне искренней улыбке.       – А я просто равняюсь на лучших, – сказал он, а те засмеялись.       – А знаешь, что? Давай-ка футболками обменяемся, а? Через много лет, когда закончу карьеру, буду хвастаться всем, что у меня есть футболка лучшего вратаря мира с его первого матча во взрослом футболе, – предложил Марк Андре, а Игорь так и застыл с открытым ртом и лишь глазами хлопал удивленно.       – Вы серьезно? – глупо переспросил Игорь, а Тер Штеген засмеялся и ловким движением снял свою игровую футболку. – Охренеть, – уже на родном языке выдохнул омега и снял свою футболку, все еще мало веря в то, что это действительно происходит. Если это всё-таки сон, то уже теперь не смейте его будить. Ему все нравится.       – Удачи в жизни и карьере, парень, – с доброй улыбкой сказал Марк, отдавая ему свою футболку и забирая его.       – Но в следующем матче я тебе все-таки забью! – даже пальцем пригрозил Криш. Лео толкнул его локтем в бок, а Тер Штеген просто засмеялся.       – В следующем матче основной вратарь команды в воротах будет, так что забивать будете уже ему, а не мне, – с улыбкой и без какой-либо грусти или обиды сказал Игорь. Он понимает, что это была разовая акция, так сказать. Габулов восстановится, и место в старте снова будет его.       – Уверен, что еще сыграем на одном поле. Вот тогда и забью, – серьезно сказал Роналду, а Игорь смог только кивнуть. Они еще перекинулись парочкой слов, а потом попрощались все и разошлись. Месси, Роналду и Тер Штеген были единственными из «Барселоны», кто остался на поле до этого момента, так как все остальные уже ушли в раздевалку. «Армейцы» же на поле были еще в полном составе и стояли перед трибунами, благодаря их за поддержку. Игорь пошел к ним.       Как только Акинфеев присоединился к своим одноклубникам, болельщики увидели его и снова оживились. В этот раз они скандировали уже не фамилию вратаря, а его имя, но это все равно было настолько приятно, что и не передать словами.       – Решил соблазнить свободных альф своим голым торсом? – насмешливо спросил Вася, когда увидел присоединившегося к ним вратаря. Надевать футболку Тер Штегена он не стал, поэтому просто закинул её на плечо, оставаясь лишь в шортах.       – А ты не смотри и не соблазняйся, – парировал Игорь, и они, посмеявшись, продолжили круг по стадиону, благодаря своих болельщиков.       Когда они прошли половину пути, к Игорю подошел представитель их пресс-службы и сказал, что вратаря ждут в микст-зоне для интервью. Все попытки отмазаться от этой участи не увенчались успехом, и ему пришлось идти в подтрибунное помещение. Игорь не так много интервью давал в своей жизни, и все они, в основном, были клубному телевидению, которое не обделяло вниманием и молодёжную команду. Еще несколько раз участвовал в видео канала сборной России, но и там на молодёжном уровне. А сейчас говорить придется в интервью для всей страны, и это дико напрягает. Еще и голым торсом светить придется, потому что на интервью надевать футболку «Барселоны» – это не самое лучшее решение. Совершенно неожиданно пришла в голову мысль, что Дзюба, который по натуре своей жуткий собственник, будет беситься из-за того, что его Игорька вся страна видела в полуголом виде. А потом пришла мысль, что очень вовремя сошли те засосы, которые Дзюба все-таки поставил омеге на груди две недели назад, иначе был бы пиздец. Шутеек не избежал бы точно.       Когда Игорь пришел в микст-зону, там уже был Месси, который давал интервью и нашим, и зарубежным каналам. И Акинфеев с удивлением услышал, что Лео спрашивают об игре российского вратаря, и Лео хвалит его. Говорит о том, что у того уверенные действия, хорошая реакция и тому подобное. И заканчивает ответ словами о том, что желает ему, Игорю, удачи в профессиональной карьере, потому что у него явно большое будущее. И как после такого, скажите пожалуйста, давать адекватное интервью, а?       Проходя мимо Игоря, Лео мягко улыбнулся ему и едва заметно кивнул, получив такой же кивок в ответ. Пришла очередь Акинфеева отвечать на вопросы, хотя этого ему в данный момент хочется меньше всего. В матчах Лиги чемпионов порядок дачи интервью отличается от чемпионата России, потому что здесь задают свои вопросы сразу несколько журналистов, представляющих разные каналы и, возможно, даже страны. Именно поэтому на таких интервью с игроком присутствует представитель пресс-службы команды, чтобы руководить этим, можно сказать, допросом. Первым выпадает жребий на Шнякина, который, понятное дело, представляет холдинг «Матч ТВ».       – В первую очередь, поздравляю с дебютом за первую команду, так еще и таким выдающимся. Как эмоции после матча? – спросил он, и было понятно, что это лишь один из немногих вопросов. При таком формате интервью одному журналисту разрешается задать сразу несколько вопросов, чтобы набрать достаточное количество информации для сюжета.       – Спасибо за поздравления, – улыбнувшись уголком губ, ответил Игорь. – Эмоции просто сумасшедшие, так что и не описать сразу. Я даже не думал, что мой дебют за команду получится именно таким и при таких обстоятельствах. Но я рад, что все закончилось хорошо, и поэтому эмоции исключительно положительные. Благодарен тренеру и команде за то, что поддержали в такой ситуации и помогли сделать этот дебют хорошим.       – Сегодня утром была игра за молодежную команду в Юношеской лиге чемпионов, и там у тебя тоже было много работы, поэтому ты потратил много сил. В итоге, вы добились победы и во многом именно благодаря твоей уверенной игре. Вечером же ты был экстренно вызван тренером и вышел в старте в составе первой команды, отыграв просто изумительно и, без преувеличений, подарив эту победу команде. Кроме того, в обоих матчах на последних минутах было назначено пенальти, и в обоих случаях ты сумел их потащить. Такое не с каждым случается. Что можешь сказать по этому поводу? Как отреагировал на звонок тренера? Как удалось сделать такое количество собственных сейвов по сумме двух матчей и отбить два пенальти? И остались ли силы еще хоть на что-то?       – Ну, на звонок тренера отреагировал небольшим ступором, потому что не был уверен в том, что понял все правильно, – усмехнулся Игорь. – Я был со своим парнем в гостях у отца, и мы смотрели матч «Ливерпуля» с «Аталантой», планируя потом посмотреть и этот матч. А в перерыве между таймами мне позвонил тренер и сказал, что в течение часа я должен приехать на стадион, чтобы выйти в старте. У меня какой-то ступор был, и, если бы не мой парень, который отреагировал на новость чуть спокойнее, я бы, вполне вероятно, все еще стоял бы посреди комнаты в полном шоке. – Дима, как и остальные русскоязычные журналисты, засмеялся, а Игорь улыбнулся и продолжил. – Насчет сейвов не могу сказать чего-то определенного, потому что не считал их. Я старался делать свою работу, чтобы помочь команде добыть победу. Наверное, мне просто повезло, что удалось сделать все эти сейвы и удержать счет таким, как нужно было. А пенальти – это вообще лотерея. В этот раз мне повезло отбить, вот и все. В обоих случаях пробили очень сильно и точно, поэтому ничем другим, кроме как везением, я это назвать не могу.       – А, может, вратарское чутье подойдет больше? – спросил Дима.       – Можете называть это так. Я называю это везением, – улыбнувшись уголком губ, сказал Игорь. – А насчет сил, то здесь я лучше промолчу. Их не так много, как хотелось бы, но до раздевалки еще дойду.       – Тогда последний от меня вопрос, – улыбнулся Шнякин, понимая, что после него парню зададут еще далеко не один и не десять вопросов. – Тебя экстренно вызвали из-за травмы Габулова. Известно, что именно с ним произошло, и как надолго он выбыл из строя?       – Нет, я этого не знаю. Мне позвонил тренер, сказал, что вратарь получил повреждение на предматчевой, и мне нужно срочно приехать, чтобы заменить его в этом матче. Подробностей повреждения я не знаю, да и самому тренеру они, мне кажется, пока неизвестны. После обследования все станет понятно.       – Спасибо за ответы, еще раз с победой и удачи в дальнейшем       – Спасибо, – поблагодарил Игорь, а потом перевел взгляд на другого журналиста, которому Андрей, их пресс-атташе, предоставил слово.       – Доброй ночи, поздравляю с победой, – начала девушка, представляющая тоже «Матч ТВ», но уже новостную программу.       – Спасибо.       – Во время матча к вам дважды выходили врачи, и всю игру вы играли с повязкой на руке. Что это за травма, и как ваше состояние сейчас?       – Я бы не назвал это полноценной травмой, скорее небольшое повреждение, - спиздел, как вздохнул Игорь. Говорить о том, что рука болит и сейчас, он не хочет. – Это еще с утреннего матча осталось. Там во втором тайме был небольшой стык с игроком «Барселоны», после чего на руке осталось несколько порезов от шипов бутс соперника. Мне прямо на поле сделали повязку, а уже после игры все нормального обработали и наложили швы, где это было нужно. Когда выходил на игру, боли почти не было, потому что действовали обезболивающие, но этот матч получился очень насыщенным, и мне много пришлось играть руками, поэтому давление на руку усилилось, и несколько раз я испытывал боль, потому и появлялись медики. Сейчас еще действует заморозка, но в общем все в порядке. Пару дней – и все заживет.       – Как думаете, воскресный матч против «Уфы» в основном составе «ЦСКА» начинать будете вы?       – Это зависит не от меня. В первую очередь, все зависит от того, насколько быстро восстановится Габулов, потому что именно он первый номер команды, и это даже неоспоримо. В остальном же решение за тренером, так что этот вопрос лучше задать ему.       – Если вдруг придется снова сыграть за первую команду, вы готовы?       – Каждый игрок молодежной команды тренируется для того, чтобы в любой момент быть готовым выйти в составе первой команды, если это понадобится. Если обстоятельства сложатся таким образом, что основной вратарь не сможет выйти в основном составе, и тренеру понадобится мое участие, понятное дело, что я не откажусь и готов буду выйти на поле, – спокойно ответил Игорь, а Шнякин, который хоть и не задает больше вопросов, но слушает ответы на заданные другими, улыбнулся и одобрительно кивнул.       – Добрый вечер, Игорь, поздравляем с дебютом и победой, – взял слово на этот раз испанский журналист. Он говорил, понятное дело, на испанском, но, во-первых, рядом с Игорем стоит переводчик, а во-вторых, Игорь и сам понимает все, что ему говорят. Это уже был их с Тёмой заскок. Они два года назад решили на спор выучить какой-нибудь язык, кроме английского, который и так знали довольно хорошо. Выбор пал на испанский, потому что оба мечтают однажды побывать в Испании. Вот, пригодилось.       – Спасибо, – на испанском ответил Акинфеев, а российские журналисты удивленно вскинули брови. Среди наших футболистов тяжело встретить тех, кто хотя бы английский знает хорошо, а тут внезапно испанский. Хотя, в принципе, почти все знают, как на испанском звучит «спасибо», но переводчик не успел перевести сказанное журналистом, а это значит, что Игорь все понял сам.       – Вы знаете испанский? – не по сценарию спросил журналист, а Игорь улыбнулся уголком губ и кивнул.       – Не идеально, но понять и объясниться могу.       – Талантливый человек талантлив во всем, – улыбнулся журналист, и стало сразу понятно, что это альфа, потому что в сторону Игоря метнулось несколько эмпатических импульсов. Акинфеев, почувствовав это, улыбнулся, смотря на то, как едва заметно скривился этот парень после того, как эти самые импульсы наткнулись на метку: сильную, действующую метку. – После матча к вам подошли Месси, Роналду и Тер Штеген, и вы долгое время о чем-то разговаривали. Не секрет, о чем?       – Говорили об игре, ничего особенного сказано не было, – пожал плечами Игорь. Так он и выложил каждое слово, ага, конечно. – Они похвалили меня за хорошую игру и, в общем-то, все.       – Тер Штеген редко меняется с кем-то футболками. Такие моменты можно пересчитать по пальцам, но сегодня он это сделал. Как вы его уговорили? – спросил журналист, тон которого значительно изменился после того, как стало понятно, что омега занят.       – Это была не моя инициатива, так что я никак его не уговаривал. Честно говоря, я просто не решился бы, – абсолютно искренне ответил Акинфеев, а у альфы удивленно распахнулись глаза. По собственной инициативе Марк менялся футболками только с Нойером, но через три месяца после этого всем было объявлено об их помолвке, так что это не считается.       – Вопросов больше нет, – буркнул журналист, а Игорь не сдержал легкую ухмылку. Парень этот молодой, довольно симпатичный, но уж больно вызывающий у него взгляд и ухмылка мерзкая. Игорь таких на дух не переносит. Тем более, у него есть Дзюба. От мысли о Дзюбе на душе становится теплее, но еще больше хочется домой, в кроватку, к Тёме под бок, а не вот это вот все.       – Доброй ночи, с победой, – снова на испанском обратился иностранный журналист, а Игорь кивнул в ответ. – Вы сегодня провели отличный матч, особенно учитывая все обстоятельства, приведшие к факту вашего появления в стартовом составе. Но, если сейвы, это уже в некой степени привычно для любого вратаря, то голевые передачи от вратаря встречаются не так уж и часто. Вы уже играли с командой, поэтому успели отработать подобные атаки, или же это было спонтанное решение, не диктуемое тренером?       – С первой командой я сегодня играл впервые. В прошлом сезоне должен был ехать с ней на зимние сборы, но из-за травмы выбыл почти на три месяца, и ничего не вышло, – сказал Игорь, вспоминая, как сильно он тогда злился на самого себя, что получил эту гребанную травму. – Но большинство ребят пришли в основную команду из молодежки, где мы играли вместе. В молодежной команде мы с тренером отрабатываем подобные атаки, потому что иногда это действительно может сделать результат, как сегодня, например. «Барселона» играла очень плотно, постоянно шла в атаку и не давала выдохнуть. В контратаки сложно было выходить из-за того, что игроки их команды блокировали меня во вратарской зоне, вроде бы и правил не нарушая, но и не позволяя сделать пасс на игрока, пока их защитники не вернутся на свои позиции. Поэтому я решил, что не будет хуже, если мы попробуем сыграть так, как играли когда-то в молодежной команде. Тренер не был против такого способа развития атаки, поэтому мы решили попробовать, и у нас получилось. – Да, насчет тренера он соврал, но это лишь для того, чтобы журналисты не перекрутили его слова таким образом, будто он только первый матч играет, а уже командует всеми и принимает решения, не советуясь с тренером. Семаку он потом сам все объяснит, а пока так.       – «ЦСКА» забили три гола, и все они были начаты с вашего заброса. Станет ли это одной из фишек нынешнего «ЦСКА»?       – Это вопрос к тренеру. Если он решит, что такие забросы могут принести пользу, то они на тренировках будут отрабатывать это вместе с главным вратарем. Но, повторюсь, этот вопрос не ко мне.       – То есть, вы не рассматриваете вариант с собой в основном составе команды?       – Первый номер в команде – Габулов, и это не изменится без каких-либо серьезных причин. В любом случае, это будет решением тренера, и я не вправе рассуждать по этому поводу.       – Спасибо за ответ, – поблагодарил журналист, а Игорь, кивнув в ответ, перевел взгляд дальше.       – Добрый вечер, присоединяюсь к поздравлениям с дебютом и победой, – сказал очередной журналист. Этот говорил на английском, что удивляло, потому что обычно присутствуют представители тех стран, команды которых играют. А, может, это просто испанский журналист решил обратиться на английском. В любом случае, для Игоря это не проблема.       – Спасибо, – тоже на английском ответил он и снова заметил одобрительный кивок Шнякина. Переводчик же, Максим, стоял без дела и явно думал, какого он здесь вообще делает. Разве что ответы Игоря на русский переводил, чтобы другие русские журналисты понимали.       – Сегодня за матч вы суммарно отразили четырнадцать ударов от Месси и Роналду. Тем не менее, в первом тайме вы пропустили гол от Лео, а во втором – отразили удар с пенальти от Криштиану. Поэтому не могу не задать извечный вопрос: Месси или Роналду? С позиции вратаря и с позиции человека, если можно.       – Месси, причем с обоих позиций, – ответил Игорь, вообще не понимая, зачем сейчас задавать такой вопрос. Ну это же глупо. Он устал, как собака, а его тут о такой хрени спрашивают. Зачем?       – Можете объяснить?       – Если с позиции футболиста, то Месси более маневренный, он в любой момент может оказаться в любой точке поля, – вздохнув, начал объяснять Игорь. – За ним интересно наблюдать, потому что он и в обороне может отработать, и в центральной зоне подчищает за всеми, пас у него отличный, а о технике и говорить нет смысла. Он не боится опускаться по линиям ниже, чтобы там найти себе мяч и протащить его к чужим воротам, а Роналду больше работает на завершение. Он тоже обладает выдающейся техникой, но мне больше импонирует в этом плане Месси.       – А с точки зрения человека?       – Это так важно? – все же не сдержался Игорь, а журналист ответил утвердительно и даже головой кивнул. – Потому что он омега.       – В смысле?       – В прямом. Омегам по определению сложнее добиться каких-либо высот в футболе. Это не из-за отношения к омегам, нет, в этом плане все одинаково. А из-за того, насколько тяжело омегам соединять футбол и семью. Когда у альфы рождается ребёнок, он радуется, едет счастливый в роддом, целует своего омегу, берёт на руки ребенка, а потом в тот же день может вернуться на тренировку или вообще выйти в старте на матч. Омега же, рожая ребенка, выпадает из футбола как минимум на полтора года, включая саму беременность и восстановление после родов. У Месси трое детей, но он в прекрасной физической форме и остается одним из лучших футболистов мира наравне с альфой Роналду. Это, как по мне, заслуживает восхищения и уважения, даже не считая его футбольных качеств, – объяснил Игорь, и ему удалось удивить журналиста.       – Неожиданный ответ, но спасибо, – сказал немного сбитый с толку таким ответом представитель прессы, а Игорь кивнул и перевел взгляд на следующего журналиста. Господи, сколько же еще их сегодня будет, а?       – Я не буду оригинальной, потому что тоже собираюсь поздравить вас с дебютом и победой, – с легкой улыбкой сказала российская журналистка, представляющая какой-то интернет-канал.       – Спасибо, – тоже улыбнулся Игорь, которому гораздо больше хотелось сбежать уже отсюда к хренам, а не отвечать на все эти вопросы.       – Во время матча по вашим воротам было нанесено тридцать четыре удара, и двадцать один из них пришлись в створ. По официальной статистике у вас рекордные двадцать сейвов за матч, в том числе и парированный пенальти. И все это в дебютном матче. Как можете это прокомментировать?       – А как здесь можно комментировать? – вопросом на вопрос ответил Игорь. По его мнению, адекватные вопросы закончились после шестого или седьмого. Дальше – абсолютно никому не нужная информация. – Я не считаю свои сейвы, и личная статистика меня не интересует. Для меня главное – это счет на табло. Сегодня счет пусть и не полностью, но меня устраивает, поэтому не имеет значения, сколько сейвов я сделал.       – Но, если бы их не было, счет был бы совершенно другим, и победу праздновали бы не «ЦСКА».       – Если бы да кабы, знаете ли, – не сдержался Игорь. – Я не люблю все вот эти «если бы». Предпочитаю анализировать то, что уже произошло: мы выиграли, ребята забили, я где-то помог, отразив какой-то удар.       – Многие говорят, что это исключительно ваша победа, а не команды, потому что на вашем счету не только спасения, но и три голевые передачи.       – Люди вообще очень многое говорят, но это не значит, что все нужно слушать и всему верить, – ответил уже конкретно заебавшийся Акинфеев. – Футбол – это командный вид спорта, поэтому выигрывает, как и проигрывает, всегда команда. Без команды действия одного конкретно взятого игрока не имеют никакого смысла. Если бы Костя и Арнор не забили, то мои передачи не значили бы вообще ничего. Я не сделал ничего сверхъестественного, всего лишь выполнил свою работу.       – Как думаете, почему у команды так тяжело складывалась игра, и было так много ошибок? Это недостаток подготовки, или какой-то другой фактор?       – Вы не обратили внимание на то, против какой команды мы играли? – подняв одну бровь, поинтересовался Акинфеев. – Играя с «Барселоной» едва ли можно рассчитывать на владение мячом и тотальный контроль. Мы искали свои моменты, играли на контратаку, и это принесло свой результат. По поводу ошибок ничего не могу вам сказать. Тренер детально разберет игру и потом расскажет нам, кто где и как ошибся, тогда и будем знать о причинах, а пока ничего не могу сказать по этому поводу.       – Еще один представитель прессы и заканчиваем, – сказал Андрей, а Игорь воистину готов был его расцеловать.       – Доброй ночи, – поздоровался снова-таки представитель российской прессы. – Ни для кого не секрет, что сразу после объявления изменений в составе, многие посчитали, что именно вратарская позиция станет самой уязвимой, учитывая многие факторы. Тем не менее, вышло так, что эта позиция как раз стала самой надежной в команде, и вы действовали безошибочно. Как вы думаете, с каким результатом закончилась бы игра, если бы не произошло этой замены, и в воротах остался Габулов, как и всегда? Смог бы он сыграть так же, как сыграли сегодня вы?       – Как я он не сыграл бы, потому что его игра стопроцентно была бы лучше, – спокойно ответил Игорь, и ведь даже не лукавил. Он и правда считает, что сыграл не так, как мог бы. – Габулов – это великий игрок, лидер, легенда клуба и российского футбола. Он в моем возрасте уже второй год играл за основную команду и в национальную сборную вызывался, а я в то время только записался в Академию клуба. Любой молодой вратарь мечтает однажды стать похожим на него, и я не исключение. Но говорить сейчас, что я сыграл лучше него, и что он не сыграл бы так же, бессмысленно и глупо. Я надеюсь, что однажды смогу приблизиться к нему в плане вратарской игры и вообще, но пока об этом говорить нет смысла.       – И последний вопрос. Как будете праздновать победу? – с улыбкой спросил журналист, а Игорь не сдержал довольной улыбки.       – Приеду с парнем домой, отключу телефон, лягу в кровать и буду спать как минимум до завтрашнего обеда, – ответил Игорь, а журналисты заулыбались.       – Парень смотрел матч?       – Да.       – По телевизору?       – Нет, он привез меня на стадион, и тренер помог найти ему место на трибунах, так что он смотрел игру здесь, на стадионе, – ответил Акинфеев, и на лице против его воли появилась мягкая улыбка, а в глазах помимо усталости мелькнуло тепло и нежность. Сразу понятно, насколько альфа ему дорог.       – Как зовут парня?       – Артем, – и снова с улыбкой, которую отзеркалил и сам журналист.       – Тогда мои вопросы закончились, не будем больше вас задерживать, – сказал мужчина, а Игорь благодарно улыбнулся. Это самые приятные слова за последние минут десять.       Уйти так просто ему никто не позволил, потому что уже после основного интервью его несколько раз перехватывали отдельные журналисты, которые не успели задать свои вопросы в микст-зоне. Отказать им Игорь не смог, поэтому пришлось отвечать на вопросы, с тоской поглядывая на коридор, ведущий к их раздевалке. А еще внезапно возникла мысль о том, где сейчас Артем? Пустят ли его в подтрибунку, или он будет ждать возле машины? Где они вообще встретятся? В итоге, на вопросы отвечал спокойно, «на автомате», так сказать, а думал об Артеме и теплой кроватке дома. А ведь еще нужно будет Вите позвонить.       Когда Игорь пришел в раздевалку, то команда уже была там, и встретила его бурными аплодисментами и криками. Он даже не ожидал этого, задумавшись о своем.       – А вот и наш спаситель с красивым торсом, – с ухмылкой сказал Леша Березуцкий, когда шум немного утих, и можно было расслышать чьи-то слова.       – Что ж вам с братом так мой торс жить мешает, а? – усмехнулся Игорь, подходя к своему месту и складывая футболку Тер Штегена.       – Что ты, Бог с тобой, Игорь. Как эта прелесть может мешать, а? – с такой же ухмылкой сказал Вася, а Игорь только глаза закатил. Он еще со школы привык к подобным шуточкам, только раньше они адресованы были не ему, потому что шутить подобным образом с ним было противозаконно. Все-таки разницу в возрасте никто не отменял.       – Так, двое из ларца, оставьте парня в покое. Вы сегодня ему достаточно работы обеспечили в матче своими ошибками, так что отъебитесь от него сейчас, – неожиданно послышался голос тренера, которого изначально в раздевалке не было. Березуцкие синхронно фыркнули и демонстративно отвернулись от парня, вызвав у того еще один приступ закатывания глаз. – Итак, подробно все ваши проёбы я распишу вам на тактическом занятии, а пока хочу поздравить с победой. Вы и без меня знаете, что это была не та игра, которой наша команда должна гордиться. Эту победу мы выстрадали, а не добыли в равном бою, но три очка в нашей копилке, и это хорошо. Завтра выходной, а в четверг жду всех на тренировке. Игорь, ты на тренировке тоже с нами, но мы по этому поводу еще поговорим сегодня чуть подробнее.       – А что там с Габулом? Все серьезно? – спросил Игнашевич, а Сергей вздохнул. Игорь же слушал тренера и ждал тот момент, когда можно будет сбежать в душ.       – Подозрение на «кресты», – с явным недовольством ответил Семак, а в раздевалки повисла тишина. «Кресты» – это тяжело. «Кресты» – это пиздец. И как правило, подозрение на «кресты» всегда подтверждается. У второго вратаря на прошлой неделе диагностировали разрыв ахилла, и он вылетел на шесть месяцев точно. У Габулова, если подтвердится, разрыв «крестов», и это все те же шесть месяцев. И это пиздец. И ведь самое обидное и абсурдное то, что обе травмы были получены на разминке перед игрой. Не матче, не в игровом моменте, а на банальной разминке. Тут уже либо истерически смеяться, либо плакать, честное слово.       – Ну, добро пожаловать в команду, Игорёк, – сказал Вася с легкой, совершенно неуместной в этой ситуации усмешкой, а Игорь таким взглядом на него посмотрел, что впору начинать бояться, серьезно.       – Если это была шутка, то она не смешная. Меньше всего я хотел попасть сюда при таких обстоятельствах, – абсолютно серьезно сказал Акинфеев, и весь его вид давал понять, что к нему лучше не лезть. «Не влезай – убьет», как говорится.       – Так, ладно, сейчас давайте не будем о грустном. Мы, в конце концов, победители, так что можно и отпраздновать, – сказал тренер, но у команды какое-то не совсем уж победное настроение. Во-первых, все понимали, что им тупо повезло выиграть, и что победу эту они не особо заслужили. Во-вторых, ситуация с травмой Габулова добавляла плохого настроения. Да и сил у всех после этого матча почти не осталось. В общем, не до празднования.       С Игорем тренер решил поговорить отдельно, потому что им нужно обсудить несколько моментов. Поэтому он дал вратарю десять минут на принятие душа и переодевания, а сам в это время говорил по телефону с Гончаренко, который стопроцентно оставил несколько пропущенных звонков на телефоне самого Игоря. Омега принял душ максимально быстро, потому что поскорее хотелось закончить со всем этим и уехать домой. А еще хочется найти Тёму, где бы он на этом стадионе ни был! После душа он быстро оделся, отметив, что половина ребят уже ушла, и осталось человек семь, не больше. Хотел было смыться из раздевалки поскорее и найти тренера там, но уже в дверях его остановил Даниил, который был решительно настроен осмотреть руку вратаря. Игорь попытался отвертеться, сказав, что все в порядке, только кто ж ему поверит, а? В итоге, пришлось возвращаться на свое место и терпеть все манипуляции врача.       Тренер вернулся в раздевалку как раз в тот момент, когда врач ушел, а Игорь поднялся со своего места и закинул рюкзак на плечо, собираясь предпринять вторую попытку побега. В раздевалке тем временем он остался совершенно один, потому что что остальные быстро разбежались.       – Осталось еще немного сил на пару минут разговора со мной? – тоже устало спросил Сергей Богданыч, а Игорь кивнул и привалился к большому столу в центре раздевалки. – Слышал, ты произвел фурор на интервью. Я встретил в коридоре Шнякина, так он мне минут пять распинался на тему того, какой ты умный, мудрый и так далее. По поводу твоего знания испанского и английского он сказал мне трижды.       – Я хотел сбежать оттуда, честно, – усмехнулся Игорь. – Там, кстати, меня спрашивали по поводу забросов после угловых, и я сказал, что вы вроде как были в курсе такого прикола, и не были против. Просто не хотел, чтобы мои слова перекрутили и говорили о том, что я еще никто в команде, а уже наплевал на тренера и отдавал свои команды. Так что извиняюсь за это.       – Об этом я уже тоже знаю. Ты молодец, хорошо все продумал, – с легкой улыбкой сказал Сергей, а Игорь удивленно посмотрел на него. Он думал, что тренер будет злиться. – Так, сначала задам вопрос, а потом уже по существу. Как рука?       – Болит, но терпимо, – честно ответил Акинфеев.       – Хорошо, а то я посреди матча уже хотел идти пить корвалол, когда к тебе второй раз выбежали врачи, – сказал Семак, а Игорь чуть нервно усмехнулся. – Теперь по существу. С вероятностью в девяносто девять процентов у Володи разрыв «крестов», а это, как ты понимаешь, надолго. И поэтому я собираюсь перевести тебя в первую команду. С Витей я уже поговорил, он поворчал на тему того, что я лишил его команду лучшего вратаря, но потом сказал, что он не против, а только за. Поэтому завтра Толя скинет тебе на почту расписания тренировок и прочей информации, связанной с командой. Завтра выходной, а в четверг встречаемся на базе в девять часов утра для тренировки. Подробности уже по ходу будем решать.       – Да уж, не так я себе этот момент представлял, – сказал Игорь, выслушав тренера. – Но я понял и обещаю, что буду выкладываться по максимуму.       – Я в этом не сомневаюсь, – с легкой улыбкой сказал тренер. Семак вообще выглядел таким уставшим и вымотанным, что его реально было жалко. Даже улыбка у него получилась вымученной. – За сегодняшний матч тебе огромное спасибо, ты реально спас. А сейчас иди домой, тебя там уже твой Артем Дзюба ждет.       – А где он? – тут же оживился Игорь, а Семак улыбнулся.       – Возле раздевалки тебя ждет. Его наш менеджер привел обратно, когда матч закончился. Потом он куда-то отходил, а теперь вернулся и ждет свою Джульетту, – с усмешкой сказал Семак, которого забавляли эти два парня. Они чем-то напоминали ему его самого и Толю, которые только начали встречаться, и были молодыми, наивными, влюбленными и вдохновленными.       – О, я тогда пойду, ладно? – оттолкнувшись от стола, спросил Игорь, у которого эмоций и сил не хватало на бурную реакцию по поводу перевода в первую команду. Все это будет завтра, а сейчас ему нужен Дзюба, кровать, теплое одеяло и двенадцатичасовой сон.       – Иди уже, – усмехнулся Семак. – Завтра почту не забудь проверить.       – Да, хорошо, спасибо большое. До свидания! – затараторил Игорь и последнюю фразу произнес уже в дверях. – Тёма! – выдохнул Игорь, увидев стоявшего напротив двери в раздевалку Артема. Тот расплылся в довольной улыбке и, шагнув вперед, развел руки в стороны, приглашая парня. Омеге дважды повторять не нужно было, и он, в несколько шагов преодолев разделяющее их пространство, буквально впечатался в альфу, обнимая его и пряча лицо у него на груди. Артем улыбнулся еще шире и обнял омегу в ответ, скрещивая руки у него на спине и целуя в макушку.       – Лучший. Ты просто лучший, Игорёк. Я так тобой горжусь, малыш, – шепотом куда-то в волосы, потому что говорить громко, почему-то, не хотелось. Игорь судорожно выдохнул и прижался еще ближе, чувствуя, как все становится совсем уж хорошо.       – Поехали домой, Тём. Я так устал, что сейчас сдохну, – сказал Игорь, не отстраняясь, а Тёма улыбнулся, провёл ладонью по спине парня и поцеловал его в висок.       – Все, что скажешь, – ответил Дзюба и, немного отстранив омегу от себя, повел к выходу, продолжая обнимать за плечи. – У меня телефон чуть не разорвался от количества звонков и сообщений от ребят. А еще родители звонили, которые как раз решили посмотреть матч, а там ты. Представляешь их удивление?       – У меня тоже двадцать девять пропущенных, но я даже не смотрел, от кого именно. Вообще, нужно позвонить Вите, но сил уже ни на что нет. Хочу домой, в кроватку, с тобой рядом, – совсем по-детски заныл Игорь, а Тёма улыбнулся и оставил еще один поцелуй на виске омеги.       – Все, что пожелает мой чемпион, – усмехнулся он и, прижав парня чуть сильнее, пошел с ним дальше к выходу, даже не подозревая, что в другом конце коридора стоит оператор с клубного канала и снимает их встречу с самой первой секунды. Игорь сегодня и так стал главным героем не только матча, но и сюжета об этом матче, а эти кадры с Дзюбой будут вишенкой на торте. За неё, кончено, можно потом огрести от Игоря, но это будет потом, а пока оператор крайне доволен собой и тем, что оказался в нужном месте в нужное время.       Домой приехали уже хорошо за полночь, и сразу же рухнули спать. О состоянии руки Артем расспросил Игоря еще в дороге, задолбав его вопросами и требованиями в подробностях описать свое состояние. Акинфеев закатывал глаза, все пытался отмахнуться и съехать на дежурное «все нормально», но Дзюбу не перепрешь, и пришлось отвечать. Артем был дико недоволен тем, что Игорю больно, и что вторая игра лишь усугубила ситуацию с раной, но еще он горд за своего мальчика и тот факт, что он так шикарно играл, даже несмотря на боль в руке, лишь добавлял повод для гордости. Поэтому, приехав домой, Артем, не слушая ворчания омеги, собственноручно раздел его (ни единого намека при этом не сделав), уложил в кровать, лег рядом, прижав его к себе максимально близко, укрыл обоих одеялом и, поцеловав своего мальчика в макушку, блаженно закрыл глаза, чувствуя абсолютный покой и умиротворение.       – Люблю тебя, малыш, – выдохнул Артем, который повернулся на бок, чтобы увеличить площадь соприкосновения их тел. На улице очень резко похолодало, и сегодня оба замерзли, особенно Игорь, поэтому у альфы была цель согреть омегу. Сам же Игорь тоже лежал на боку, прижавшись к альфе, руки спрятав у него на груди, а носом уткнувшись ему в шею. Так хорошо, так спокойно, так, как хотелось и было нужно.       – И я тебя люблю, очень-очень сильно, – ответил Игорь и буквально через несколько мгновений заснул. Это был очень длинный, тяжелый и насыщенный эмоциями и событиями день, который, наконец, закончился. И теперь можно, наконец, отдохнуть.