Огонек от солнца

Ближе к полудню усиленный Инари барьер среагировал на чужака. Над деревней словно ударил беззвучный колокол, порождая тревожную вибрацию под сводом черепа. Видя, как Мальверин преувеличенно плавным движением опускает посреди двора ведро с водой и идет к дому, выпрямив спину, Илгай без лишних вопросов передал ему прислоненное возле входной двери копье. Подхватил свой лук, повесил на пояс колчан и затянул потуже пояс. Он привык сражаться без кольчуги, да и не защитит броня от магии. Окинул Маля цепким взглядом, отмечая, что от страха не осталось и тени. Парень выглядел наполненным спокойной сосредоточенностью, жесткая складка губ делала лицо старше и суровее. Он хотел обнять его еще раз, но побоялся разбивать это внутренне сосредоточение. Потом у них еще будет время пообниматься вдоволь. - Его лучше встретить за пределами деревни, - бросил Мальверин, направляясь к калитке. Илгай не думал, что однажды придется идти по родным улицам в бой. Обострившимся чутьем он улавливал изменения, произошедшие с деревней. Не играли и не носились по улицам дети, на крыльце дома старосты со скучающим видом расположилось с десяток старших охотников с оружием в руках, в воротах кузницы прохаживался Храмн, делающий вид, будто обсуждает с Лием покосившиеся опоры забора. Им приветственно кивали, словно при встрече в обычный день, и ни о чем не спрашивали. У самого частокола их нагнали Ильяри и Инари, за спинами которых маячили хмурые Ряска со Славом. Мальверин не оборачивался, будто и не заметил этого своеобразного конвоя, но Илгаю показалось, что линия губ парня стала чуть мягче.       Воздух над пожелтевшей травой звенел и ощущался каким-то натянутым, как готовый лопнуть пузырь. Они вышли за ворота и отдалились от частокола на несколько десятков шагов, когда над землей сгустился зеленоватый туман, вихрясь и приобретая форму правильного овала. Порталы Гаю раньше видеть воочию не доводилось, однако он читал о них в книгах, равно как и о том, что создать портал под силу далеко не каждому магу. Из-за дымчатых границ шагнул высокий дайне, и Илгай в первое мгновение опешил. Он сам не знал, чего ожидать, однако злобного безумного мага подспудно представлял немного иначе. В действительности дайне скорее напоминал родовитого воина – добротная удобная одежда любимых дайне светлых тонов, никаких лишних украшений, темно-мхового цвета волосы заплетены в тугую косу и прихвачены на лбу тонким венцом из тусклого серого металла. Правда, оружия при нем Илгай не заметил, либо лесавин его умело скрывал.       Дайне обвел их компанию немного расфокусированным взглядом и зацепился за стоящего впереди Мальверина. Убрав портал одним взмахом тонкой кисти, он двинулся навстречу, словно не видел никого и ничего вокруг, кроме рыжеволосой фигуры. Илгай опустил руку на колчан, готовясь выхватить стрелу. Ему очень не нравились чувства, отраженные на красивом до неестественного совершенства лице пришлого. Жадность, возбуждение, болезненное восхищение. Так собиратель диковинок смотрит на особенно редкую вещицу, которую не чаял заполучить. Дайне произнес несколько слов, и Мальверин скривил губы, упирая копье перед собой наконечником вперед. За спиной раздалось злобное шипение. Инари, разом превратившаяся из милой целительницы в разъяренную фурию, скалила острые иглы клыков. - Убийца… - прошипела она, свивая серебристый хвост, как готовая к броску змея. – Кровь посланницы у него на руках… - Погоди, - зашептал жене Ильяри. – Может, удастся разойтись миром. Илгай только подивился наивности миролюбивого целителя. Глядя на сгущающееся вокруг Маля облако силы, он внятно понимал, что мира не будет. Мальверин смотрел в лицо мага, которое видел в последний раз более двух лет назад, и не понимал, что чувствует. - Наконец-то, - дайне шагнул к нему, разводя руки, словно для объятий. - Я нашел тебя. Мой огненный цветок… Ты так вырос. Идем же, тебе не место среди этого отребья. Маг говорил, улыбаясь дерганной, нервной улыбкой, и вроде простые слова наполняли сознание тревожным гулом. Заставив себя стоять на месте, Мальверин выставил перед собой копье, обращая острие к незваному гостю. - Говори, что хотел, и уходи, - слова давались нелегко, магия выла и рычала внутри лесным пожаром. – Это мой дом. Дайне остановился на полушаге, обвел взглядом стоящих за спиной Маля друзей, будто только сейчас понял, что они не одни. На его лице странным образом смешивалось любопытство и брезгливость. - Ты называешь домом нищее поселение, построенное потомками захватчиков, едва не разрушивших наш мир? Ты, кто достоин править этим миром, очистить его от скверны? – маг усмехнулся с показной печалью. – Что же... Придется напомнить тебе, что со мной лучше не спорить. Илгай выхватил стрелу, накладывая на тетиву. Земля под ногами вздрагивала, шла почти незаметными пока волнами. Он не мог видеть творимые чары, но чувствовал разлитую в воздухе магию словно острый запах грозы. Сила Мальверина ощущалась цельной и теплой, как разогретый полуденным солнцем камень, вокруг пришлого мага она вилась рваным плащом на ветру. Позади слитно щелкнули взводимые самострелы Ряски и Слава. Бормоча ругательства, Ряска велела парочке целителей убраться с простреливаемого пространства. Илгай досадовал, что не потрудился выучить язык дайне, и сейчас не понимает, о чем толкуют застывшие друг против друга Маль и его противник. Ясно, что не о погоде – в глазах Мальверина с каждым словом разгоралось яростное золотое пламя. Маг развел руками с паскудной усмешкой, и дрожь земли стала сильнее. В лицо дохнуло сухим жаром, за спиной Маля развернулись огненные полотнища, напоминающие огромные крылья. Под ногами зазмеились трещины, быстро расширяясь, из них острыми пиками рванулись зеленые ростки. Выпущенный из самострела болт прогудел и сплющился, натолкнувшись на незримую преграду в ладони от груди мага. - Эй, Гай! Ты уснул?! – Ряска переместилась, снова натягивая тетиву. – Стреляй! Мы отвлечем его. Илгай выжидал, глядя, как дайне небрежно отмахивается от летящих в него стрел. За спиной что-то быстро говорила Инари, кажется, уговаривала мужа вернуться в деревню и предупредить жителей не вмешиваться. Вскрикнула Ряска, напоровшись ногой на острый побег. Слав обходил мага по широкой дуге, видимо, рассчитывая зайти со спины. Исходящий от Мальверина огонь обжигал лицо, приходилось часто смаргивать, разгоняя яркие круги перед глазами. Илгай растянул тетиву, посылая стрелу одновременно с Ряской и Славом. Он целился по ногам, и задумка оправдалась. Наконечник стрелы вспорол левую голень пониже колена, окрасив светлую ткань алым. Напоровшись на взгляд мага, Илгай содрогнулся, крепче стискивая зубы, давя зашевелившийся внутри червячок страха. Теперь он понимал, о чем говорил Маль, упоминая безумие своего пленителя. В ярких зеленых глазах пылала ненависть, жгучая, физически ощутимая, как крепкая хватка на шее, и одновременно недоумение. Будто дайне не мог поверить, что кто-то посмел его ранить. Растянув в оскале сведенные судорогой губы, Илгай снова вскинул лук. Второй раз спустить тетиву ему не позволили. Бесшумно сорвавшийся с ладони мага дымно-зеленый шар ударил в грудь, и Гай согнулся, кашляя и силясь протолкнуть новый вдох в внезапно окаменевшие легкие. Горло разрывало, перед глазами все расплывалось. Земля ударила по коленям, однако Илгай уже почти не чувствовал боли. Огненное крыло закрыло, становясь щитом между ним и дайне, к спине прижалась узкая ладонь, словно разорвавшая невидимый обруч вокруг грудной клетки. С сипом втянув воздух, Илгай с трудом выпрямился, одним взглядом благодаря Инари. Та серебристой змейкой скользнула за его правое плечо. - Нужно остановить братца, - из-за удлинившихся клыков речь звучала немного невнятно, и Илгай не сразу понял, о чем толкует целительница. – Он заставляет его использовать силу, пока та не истощит тело. Илгай вдохнул прокаленный магическим огнем воздух и решительно шагнул прямо в огненную круговерть. Нет ничего хуже, чем отвлекать посреди схватки, однако в словах Инари был резон. Мальверин, охваченный страхом и гневом, слишком щедро расходовал силу, маг же лишь провоцировал его атаками. Надеялся измотать и потом нанести удар? Или боялся навредить ценному трофею? От последней мысли Илгай зарычал и двинулся к пламенеющей, как маленькое солнце, фигуре. Когда Гай упал, царапая грудь непослушной рукой, Мальверину показалось, что в его огонь плеснули бочку масла. Сила уже не подчинялась его велению, он сам стал силой, пламенем, испепеляющим все вокруг как злое солнце пустыни. Пришлый незваным, маг причинил вред его нареченному, значит ему надлежало прекратить свое существование. Маль и думать забыл о родстве, о своем страхе. Он слышал биение сердец односельчан, занявших боевые посты на верху частокола, видел внутренним взором как из ворот выдвигаются Торик и Храмн с Лием, ощущал их гнев и желание помочь, их решимость. Им не было дела до того, кем является противник, и в этом они были созвучны. Дайне окутался зеленым туманом, как плащом, в котором утонули и растворились стрелы, и метнул в Малверина несколько тускло мерцающих лезвий, столь же бесследно исчезнувших в пламени. Губы мага шевелились, лицо отражало почти экстатический восторг. - Прекрасен… Ты совершенен, мой цветок. Первородная сила… - Я не твой, - процедил Мальверин, упирая копье понадежнее. Он не хотел признаваться себе, что даже его огромной силы едва хватает, чтобы сдерживать настоящую мощь противника. Острые побеги, магические лезвия – лишь ширма, обманка, рассеивающая внимание. Большую часть незримой для других силы дайне устремил в землю и направил в сторону Болотной деревни. Мальверин почувствовал себя наседкой, прикрывающей крыльями цыплят от ястреба. Он не мог даже стереть заливающий глаза пот, боясь нарушить концентрацию и ослабить огненный заслон. - Ты всегда был моим, - дайне покачал головой, на мгновение прикрывая глаза, словно слова Мальверина причинили ему смертельную обиду. – Благодаря мне ты появился на свет. Ты – новое солнце этого мира, которое взойдет на месте погасшего и мертвого… Внезапно Мальверину стало почти смешно. Не зря Гай предупреждал – не стоит болтать с тем, кого собираешься отправить к Молчаливой Старухе. И уж точно нет смысла слушать бредни скорбного разумом. Не грози от мага опасность деревне и всем ее жителям, у Мальверина, наверное, и мысли бы не возникло его убивать. Но остановить его все-таки нужно. Утихшая было подземная дрожь, прокатилась новой волной, к частоколу протянулись быстро расширяющиеся провалы, словно великан резал землю огромным ножом, как пирог. Прикусив изнутри щеку, Маль взмахнул руками, раскидывая огненные крылья над поселением защитной сферой. Тело вибрировало от перенапряжения, во рту стало солоно от крови. Сдержать небесный огонь и то было проще. Низкий, идущий из недр гул давил на уши, ему вторил натужный скрип расходящихся скреп на бревнах частокола. Заметив торжествующую улыбку на лице мага, Маль усмехнулся в ответ с злым задором. Огненные крылья гасили большую часть вражеской силы, иначе от деревни уже остались бы одни руины. Дайне сложил пальцы соединенных рук в сложную фигуру, и поле ощетинилось бессчетными, острыми как лезвия ростками, источающими почти незаметный дымок. Закричал от боли напоровшийся на травяное копье Слав, бросившаяся к нему на подмогу Ряска согнулась пополам, прижимая ладони к животу. Храмн с Лием, благоразумно не приближающиеся к месту магического поединка, отступили. Торик, которому магические растения особого вреда не причиняли, подхватил на руки Инари, поспешно унося из опасного места. Мальверин стоял, как пустивший корни, содрогаясь от прошивающих от макушки до пяток мучительных судорог. Огонь выжигал что-то внутри, впервые с зимы причиняя боль, поглощая все звуки и краски мира. Вдобавок Маль не чувствовал Илгая, и не мог обернуться посмотреть. Потому сомкнувшиеся на поясе родные руки стали неожиданностью, принесшей нежданное облегчение. - Не надо, огонек. Ну его в болото, - Гай шептал в спину, упираясь лбом между лопаток и слегка задыхаясь. – Не гробь себя. Отпускай барьер. Мальверин отрицательно мотнул головой. Стоит ослабить щит, и магия дайне не оставит от деревни целого бревнышка. - Отстроим деревню. Отпускай, а мы уделаем этого выродка. Будь возможность подобраться к магу вплотную, Илгай бы без затей перерезал ему глотку. Не время для честных поединков. Однако дайне окутывали настолько плотные щиты силы, что даже в десяти шагах от него пригибало к земле, как от ураганного ветра. Пожалев, что сглупил и не оговорил заранее с остальными тактику боя, Илгай крепче обнял пышущее жаром тело любимого, пытаясь поделиться с ним своей невеликой силой. А теперь Ряска со Славом ранены, а остальным не дают приблизиться зачарованные сорняки. Чего он не ожидал, так того что мага, заметившего их с Малем объятья, перекосит как больного падучей. Освободив одну руку, Илгай выхватил из ножен нож. Следом произошло сразу несколько событий, делая нелегкий день и вовсе безумным. Земная твердь вздыбилась волнами, огненный заслон исчез и Мальверин обессиленно повис на плече Илгая, выронив копье. За спиной мага раскрылся портал и оттуда, запинаясь, вывалился еще один дайне, худой и беловолосый, без лишних вопросов припечатавший собрата переливчатой магической сферой, лопнувшей над головой с тихим звоном. Маг замер на доли мгновения, окаменев в одной позе, и Илгай воспользовался заминкой, оттаскивая Маля под прикрытие частокола. А на поле тем временем разворачивалось настоящее сражение. Второй дайне не уступал в силе и сноровке первому, только действовал куда хладнокровнее. Похоже, он хотел остановить собрата, при этом серьезно не покалечив. По крайней мере, все примененные заклятья стремились либо обездвижить, либо просто выбить дух из противника. Острые магические ростки превратились в гибкие лианы, опутавшие ноги и руки безумного мага. Тот зашелся смехом, выплевывая короткую фразу, и путы рассыпались ворохом белых лепестков. Второй огорченно покачал головой, мягким голосом взывая к соплеменнику. Ответом послужили вспоровшие землю черные шипастые плети, устремившиеся навстречу. Илгай видел, как беловолосый отступает, явно пораженный увиденным. Даже на неискушенный взгляд черные растения выглядели опасными, с шипов капал мутный ядовитый сок. - Этак они нам все поле разворотят, - возмутился хозяйственный Торик. – А мы только собирались распахать по весне… - Так пахать же легче будет, - заметил Храмн, опираясь на длинную рукоять боевого молота. Илгая пробрал нервный смешок от несвоевременности этого разговора. Ряска, над которой хлопотали Ильяри и Инари, витиевато выругалась, обозначив свое отношение к творящемуся и ко всем магам их мира вместе взятым. - Нужно… помочь ему, - Мальверин выпрямился с видимым усилием, неотрывно наблюдая за происходящим на поле. – Это очень плохая магия. Храмн, тоже сторожко следящий за двумя магами, только хмыкнул. Он не задавал вопросов, к чему им помогать невесть откуда и зачем появившемуся лесавину. - Лий, можешь его достать? Так, чтоб не насмерть? Лий кивнул, вытаскивая из составных ножен на бедре пару метательных ножей. Илгай отметил, что прежде искалеченные пальцы мужчины снова обрели подвижность. - Давай вместе. Я прикрою, - Храмн сдвинулся, готовый закрыть побратима от контратаки. Ножи даже не долетели до мага, перехваченные выметнувшимися навстречу ростками. Сам дайне уже напоминал оживший куст с беспрерывно шевелящимися и извивающимися побегами. Его соперник медленно отступал, развоплощая тянущиеся к нему колючие лианы и пытаясь снова связать безумца. Илгай уже начал сомневаться в его разумности. Или у беловолосого были веские причины щадить своего врага. Однако он отвлек мага от Мальверина и разрушения деревни, так что помочь ему действительно было нелишне. Вдобавок, если Маль просил, то не чувствовал в чужаке угрозы. Едва Илгай успел об этом подумать, черные лианы таки схватили дайне, обвивая, стискивая в колючей хватке и отрывая от земли. Беловолосый не издал ни звука, запрокинув голову и неестественно выломившись в путах. Рядом выдохнул сквозь зубы Мальверин, содрогнувшись, как от боли. Лий метнул еще пару ножей, метя в спину первого мага, оттягивая внимание. Маль оторвался от Илгая, вытягивая руку с танцующим на кончиках пальцев огоньком. - Куда собрался? - зашипел Гай. – Ты сейчас сам свалишься. Упрямо закусив губу, Мальверин встряхнул рукой, отряхивая капельки огня, как воду. Те устремились к дайне, опутанному явно причиняющими ему сильную боль лианам, пережигая живые оковы. Освобожденный неловко приземлился на ноги, зажимая ладонью левый бок. Отрицательно покачал головой на насмешливый вопрос противника и с неожиданной для раненного скоростью прянул к нему, впечатывая в середину груди раскрытую ладонь. Воздух разорвал пронзительный крик. Безумный маг выгнулся, не двигаясь с места, как нанизанный на невидимую иглу жук, безуспешно пытаясь отбросить давящую на грудь руку, пока не обмяк. Беловолосый подхватил его почти бережно, закидывая на плечо безвольное тело. Илгай наблюдал за приближением беловолосого лесавина, обнимая за пояс мелко вздрагивающего Мальверина, и нутром чуял, что ничего еще не закончилось и облегченно выдыхать рано. Дайне остановился, не дойдя группы болотников несколько шагов, и склонил голову в приветствии. - Приношу извинения за действия моего брата. Я возмещу любой причиненный им ущерб. Вы вправе требовать виры. Если среди вас есть раненные, я могу помочь. У него был приятный голос, слова человеческого языка лились плавно, с едва слышным мелодичным акцентом. Дайне обращался к Храмну, видимо, приняв его за командира отряда. Илгай смотрел на лесавина, изящного и сильного, на знакомые линии острых скул, разрез глаз и абрис бледных губ. Теперь он легко мог представить, каким станет Маль, прожив несколько столетий. Та же ломкая грация, та же способность держаться со спокойным достоинством, даже стоя перед незнакомцами в порванной и пропаленной ядовитым соком одежде и страдая от боли. - Благодарю вас за помощь, - на губах дайне появилась слабая улыбка. - Я бы хотел лично выразить благодарность тому магу, кто сумел противостоять моему брату… Дайне проследил за взглядом Храмна, брошенным на Мальверина, и разом побледнел так, будто собирался прямо сейчас уйти к Молчаливой Старухе, и едва не уронил свою ношу. - Великий Лес… Дитя Эллы… - дайне протянул дрожащую руку к растерянно и настороженно взирающему на него Мальверину, будто хотел и не осмеливался коснуться. – Я думал, она навсегда ушла из нашего мира. Боялся поверить… Но как?.. Тихо хмыкнув, Илгай ненавязчиво задвинул впавшего в ступор Маля за спину и обратился к беловолосому дайне. - Здесь не лучшее место для разговоров. Если сможешь удержать своего братца от дальнейших разрушений, идем к нашему старосте.