Вслепую. На ощупь

Уилл проснулся с пощипывающей от ожогов кожей, желанием выпить сегодня и твердой решимостью менять жизнь. Он умылся, попробовал побриться, но раздраженная кожа еще не восстановилась до конца. В дверь ванной постучали, и Уилл протянул невнятное «ага» с полным ртом зубной пасты. Ганнибал приоткрыл дверь и оглядел соседа. Уилл не казался сонным или подавленным. Это радовало. — Я принес мазь, ее наносят на ожоги. — Спасибо. Уилл вытянул руку в сторону дверного проема, Ганнибал вложил в нее длинный тюбик мази. Прополоскав рот, Уилл взялся за футболку со спины и стащил через голову. Гиперемия почти прошла, оставив легкий розовый оттенок в память об играх Ганнибала. — Помощь? Уилл секунду подумал, потом просто пожал плечами и вернул тюбик обратно. Несмотря на то, что мазь была холодная, прикосновения ладоней Ганнибала к ожогам ощущались особенно горячими. Уилл представил, как чужая рука замирает у него между лопатками и, плотно прижимаясь, начинает проплавливать его кожу своим теплом. Остистые отростки врежутся в ладонь, когда Ганнибал обхватит позвоночник. Уилл усмехнулся странности и яркости своих мыслей при том, что на самом деле прикосновения были приятными. Не интимными, но профессиональными. Гладкие подушечки пальцев скользили вдоль спины с легким нажатием. Вдоль позвоночника упор шел больше на большой палец, вычерчивая линию. Ганнибал удивлялся своему частому пульсу. Ему приходилось сдерживать свое желание вцепиться ногтями в плечи Уилла и резкими рывками порвать кожу до самой поясницы, чтоб его царапины ярко выделялись на розоватой спине. Хорошее настроение пахло свежевыжатым кислым апельсиновым соком в тонкостенных охлажденных бокалах и теплыми блинчиками. — У тебя здоровый аппетит, — улыбнулся Ганнибал. — Так и есть, — ответил Уилл, отправляя в рот очередной кусочек. — Я выйду прогуляться днем, раз уж погода хорошая. — Почему ты решил, что хорошая? — Дождя не слышно, а солнце там или пасмурно — мне все равно. Они замолчали, тишину заполнял негромкий, как бы вежливый, звук приема пищи. Уилл улыбнулся: — Честно говоря, я знаю, что погода хорошая. В солнечные дни пол в гостиной у окна теплее от падающих на него лучей. Ганнибал взглянул на него с уважением. Самостоятельность крепла в его соседе, как бы наполняя его изнутри, расправляя сгорбленные плечи, делая позы увереннее. Сначала Уилл решил выйти на улицу подышать воздухом просто для того, чтоб доказать себе, что он не прячется. Потом уже оформилась мысль, что полезного для себя он мог бы сделать. В магазине было прохладно, слева от входа негромко гудел кондиционер. Это было особенно приятно, учитывая тот факт, что от различных движений за утро футболка успела натереть нежную заживающую кожу. Уилл повернул голову на голос консультанта и спросил, как пройти в отдел парфюмерии. Мужчина прокашлялся, соображая, как себя вести со слепым, и как направить его между многочисленными стеллажами. — Я Вас провожу, — он снова запнулся и неловко спросил, — Можно взять Вас под руку? Уилл усмехнулся: — Просто идите впереди. Шаги по кафельному полу хорошо слышны. Мне нужны цитрусовые женские духи. Спустя четверть часа, голова уже странно гудела от избытка разных запахов. Уилл решил, что нашел аромат, максимально похожий на духи доктора Окамото. Они будут успокаивать его и поднимать настроение. «Может, их можно распылить в комнате перед сном сегодня». Расплатившись на кассе, Уилл замер, прислушиваясь к гомону магазина. Он ясно различал шум кондиционера у входной двери и, сориентировавшись по нему, двинулся к выходу, выискивая препятствия тростью. Он вообще стал гораздо легче лавировать в пространстве. Уже в дверях у него в кармане раздалась стандартная обезличенная мелодия звонка. Джек предложил встретиться неподалеку. Уилл занял угловой столик и устроился в ожидании Джека. Места у стены ему нравились теперь еще больше. Все звуки имели четкое направление, а сзади было безопасное пространство. Несмотря на обеденное время, людей было не очень много. Болтовни еще меньше. Возникало чувство, что одиночки расселись в разных частях заведения и молча предавались трапезе. Шаги Джека, уверенные и тяжелые, Уилл распознал прямо от входа. — Как твои дела? — спросил Джек после того как они сделали заказ. — Терпимо. Я бы даже сказал, не без приключений. Джек издал вопросительное мычание. — Да, я нахожу их, не выходя из дома, — улыбнулся Уилл. — Какие-то проблемы с подачей холодной воды. Но сейчас все в норме. Видишь, я даже выбрался на улицу. Один, как взрослый мальчик. — Звучит как важное достижение. — Да. И само это одновременно печально. Джек постукивал пальцами по столу в ожидании заказа. В такие паузы было бы проще делать вид, что они сделаны ради глотка кофе. — Честно говоря, я бы забил на это обучение и на всю вашу ФБРскую работу в целом. Лишись я чего-нибудь другого… скажем, слуха или голоса, я бы сию минуту все бросил и уехал поближе к воде чинить моторные лодки редких клиентов. А то и не редких, как знать, я ведь в этом хорош! Он замолчал, а Джек прокашлялся. В отличие от Ганнибала тот явно с трудом выносил такие перерывы в разговорах. Но все же знал, когда не стоит отвечать. — А так, по сути, я же ничего больше не умею. — Хотел бы я дать тебе какой-нибудь совет, Уилл. Но… — Джек пожал плечами и задумался, понял ли это собеседник. Ему было гораздо труднее обходиться с Уиллом, нежели Ганнибалу. Все время ощущалась неловкость, он не знал, как себя вести. Уже дважды Джек отказывался от ужина в их доме под предлогом дел, но уколы совести было вынести проще, чем несколько часов в этой странной компании. И как только Ганнибал справляется? Он ведет себя естественно, его помощь едва ощутима и тактична, у них какой-то иной уровень понимания. Джеку хватало забот дома — его беспокоило поведение Беллы. Он был рад, когда Ганнибал предложил Уиллу съехаться — иначе чувство долга заставило бы Джека активно участвовать в жизни профайлера, а это было нелегко. На неловкость его поведения влияло также чувство вины за то, что, глядя на Уилла, он думал о собственной потере ценного ресурса. Принесли кофе. От него слышался сильный аромат, делавший атмосферу кафе уютнее. Официантка двигалась тихо и быстро. Уилл подумал, что она, наверное, очень миниатюрная — так легки были ее шаги. — Я сделал несколько звонков, как мы и договаривались. Но есть всего пара вариантов. Основное здание у нас здесь, но есть небольшой филиал в Аризоне. Могу еще устроить тебя в Южную Дакоту, но уже гораздо ближе к Миннесоте. Я передам тебе контактную информацию… — он замешкался. — Но как лучше это сделать? — Присылай на электронную почту. Мой телефон прочитает мне все необходимое. Чудеса технологий. Ты бы даже не смог им пользоваться нормально — все жесты управления изменены под слепого. Они сделали по глотку кофе. Подумав о том, что Уилл действительно скоро уедет, Джек обнаружил, что испытывает грусть. Ему захотелось снова сблизиться с профайлером, и он решил сказать что-то личное. — Белла как-то странно отдаляется от меня. — Может, это просто работа? Джек пожал плечами: — Как знать. Она ничего не говорит. Уилл открыл окно в гостиной и расположился в кресле. Вытянул ноги, усилием мысли расслабил мышцы и постарался ни о чем не думать. Он не думал о Потрошителе и том гротескном образе, что сформировался у него во снах, не думал о преследующем его ощущении внимательного взгляда, впитывающего каждый его жест, не думал о том, как молодые студенты будут часами изучать его выпуклые морщины вместо глаз, не думал о том, что не может полностью избавиться от страха и неуверенности, что когда-либо справится с этим, не думал о трудностях переезда и тяжелой необходимости заводить новые знакомства, не думал о том, сдается он или же борется путем своего переезда. Он просидел так неподвижно до тех пор, пока входная дверь не возвестила о возвращении Ганнибала. Уилл встрепенулся, и они поздоровались. «Когда-то мне придется сказать и ему, что я решил уехать. И это когда-то должно наступить довольно скоро». Что за чувство не давало Уиллу легко разрешить эту ситуацию? В связи с его работой, воображением и вообще опасным поведением по отношению к Потрошителю, Уилл считал, что инстинкт самосохранения отсутствует у него, как забытый при сборке элемент. — Утром после твоего ухода приходил сантехник, он сказал, что все в порядке, с водой не должно быть проблем. — Отлично. Тогда я протестирую это. Я ненадолго. После его ухода, Ганнибал опустился в только освободившееся кресло. Тело погрузилось в тепло, оставшееся после соседа. Ганнибал повторил позу Уилла, словно на секунду прикидывался им. На столике у подлокотника раздалась стандартная трель мобильного. Ганнибал обернулся к лестнице, но услышал шум воды наверху. Немного поколебавшись, он взял трубку. — Добрый вечер, мистер Грэм. Это Джорджия из Аризонского филиала. — Слушаю, — откликнулся Ганнибал. Он несколько раз ответил утвердительно, потом сказал, что точной даты пока не знает, но обязательно позвонит заранее, вежливо поблагодарил девушку и нажал «отбой». Пальцы, сжимающие чужой телефон, побелели от напряжения. — Как мило, что на первые 4 месяца ФБР готово предоставить жилье на безвозмездной основе, — холодно проговорил Ганнибал. Он медленно прошел на кухню, не выпуская телефон из напряженной ладони, прикоснулся к чайнику, определяя температуру, налил теплую воду в высокий стакан и бросил туда мобильный.