Зеркало Горгоны

ГЛАВА 16. СЕРЫЙ КАРДИНАЛ Атланта, ноябрь 2015 года Элен не ошиблась: во время ее разговора с Томом Матиас был рядом с ним. Нет, они не лежали в постели. Том сидел в большом кресле в своем роскошно отделанном кабинете, причем кресло было отодвинуто от огромного стола, а Матиас стоял на коленях и сосал член Тома. Матиас действовал очень осторожно, он опасался, что Тома выдадут модуляции голоса или же тот просто не выдержит и начнет стонать. Но Тому необходима была поддержка Матиаса во время трудного разговора с женой, и Матиас делал именно то, что нужно. Чувствуя свой член в горячем рту любовника, Том ощущал прилив сил и полную уверенность в своей безопасности. Ему не страшно было разговаривать с женой, сейчас она была не способна подавить его волю, как всегда делала. Когда он закончил разговор, Матиас принялся активно работать языком, а Том обхватил руками его светловолосую голову, заставляя брать все глубже и глубже. Затем Том, откинувшись на спинку кресла, устремил взгляд в глубину кабинета. Он упивался непередаваемым ощущением собственной власти и атрибутами этой власти: похожим на трон креслом президента корпорации, в котором он восседал, огромным кабинетом и длинным, полированным столом и, главное, тем, что у него сейчас отсасывал молодой любовник, которому можно было приказать всё, что угодно. И этот любовник принадлежал ему и только ему! Том прикрыл глаза и блаженно застонал, чувствуя, как под умелым и ласковым языком Матиаса подступает оргазм. Он вцепился в шею молодого человека, прижимая его голову к паху и уже не заботясь о том, что тот может поперхнуться и закашляться. Тома стремительно возносило на вершину блаженства. Он - могущественный властелин, повелевающей целой империей, а на коленях перед ним великолепный, сильный парень, которого он трахает в рот! Это было упоительно сладко, это заставляло Тома содрогаться от осознания собственной несравненности. Ни один любовник прежде не мог дать ему этого чувства. «Что он со мной делает!» - эта мысль мелькнула где-то на краю сознания Тома, когда он бурно кончил в алчный рот любовника. Он судорожно задвигался в невероятном по силе оргазме, громко застонал, почти закричал, а любовник жадно глотал, глотал, глотал его семя, словно ненасытный зверь. Том бессильно откинулся на спинку кресла, чувствуя, как понемногу спадает волна оргазма, а на смену ей приходят сладкие ощущения от языка, продолжающего медленно и умело ласкать его член. Матиас все-таки был невероятен. Тому нужен был именно такой любовник, с которым он чувствовал себя могущественным, властным и сильным, а не жалкой декорацией для других, проворачивающих за его спиной свои темные дела. - Ты должен быть со мной, - прошептал Том. – Ты должен быть со мной, Мэт. Всегда. Матиас поднял глаза, провел языком по своим красивым губам. На лице появилось подобие улыбки. Серо-голубые глаза смотрели алчно и в то же время понимающе. - Я буду с тобой, - тихо проговорил молодой человек. И Том чувствовал, что он говорит правду. Том был ему нужен. И Том хотел быть нужным Матиасу всегда. Эти двое дополняли друг друга, каждый давал другому недостающее. По крайней мере сейчас. Матиас между тем поднялся. Холодные глаза как будто сканировали Тома. Молодой человек взял пиджак, бережно повешенный на спинку одного из кресел, поправил прическу и снова стал выглядеть безупречно и элегантно, словно это не он только что, стоя на коленях, отсасывал своему боссу. - У тебя сейчас будет совещание, - проговорил он. - Да, - вздохнул Том. – Есть проблемы со взаимодействием трех департаментов. Каждый в отдельности работает нормально, но вместе выдают полное дерьмо. - Я тебе говорил уже: это вина Саммерса. PR-департамент должен подстраиваться под нужды других подразделений, для того он и существует. А Саммерс считает, что это остальные должны подстраиваться под него. Он возомнил, что вся корпорация создана исключительно для его департамента. Отсюда и проблемы. - Думаю, ты прав, Мэт. - Саммерса нужно менять, - жестко произнес Матиас. – Пока он отвечает за PR, все будет идти через задницу. Нужен другой человек. Впрочем, тебе виднее. Я лишь выказываю свое мнение, поскольку мне приходится вплотную работать с пиарщиками. - Ты прав, - задумчиво повторил Том. – Я тоже считаю, что проблема – в Саммерсе. - Устрой ему хорошую выволочку, - улыбнулся Том. – Это будет отличная артподготовка к совету директоров. Главная битва предстоит именно там. - Я хочу, чтобы ты был на том заседании, - проговорил Том. - Как скажешь. Но, надеюсь, от меня не потребуется делать тебе минет во время заседания. - А мне бы хотелось, - улыбнулся Том. – Черт, очень хотелось бы, чтобы так и было. Увидеть их шокированные физиономии. Они оба рассмеялись: Том от души, Матиас сдержанно, глаза его оставались холодными. - Удачи, босс! – многозначительно произнес он, делая шаг к двери. - Постой, Мэт. Если мы сместим Саммерса, то кого поставить на его место? Кого-то из заместителей? - Это было бы логично, - по красивым губам Матиаса зазмеилась усмешка. – Саммерс идиот, поэтому вполне естественно, что его место займет не меньший идиот. Спенсер или, например, Лейк. - Мне казалось, ты неплохо относишься к Лейку, - с легким удивлением заметил Том. - Еще бы! У него есть одно достоинство: его слишком не любит твоя дражайшая супруга. Пожалуй, на этом его положительные качества заканчиваются. У Саммерса и Спенсера нет даже этого плюса. - Ты безжалостен, Мэт, - с улыбкой заметил Том. - Да, безжалостен, - спокойно подтвердил Матиас. – Разве тебе это не нравится? - Мне все в тебе нравится, Мэт, - произнес Том, откидываясь на спинку кресла и плотоядно глядя на любовника. – Ты иногда напоминаешь мне кинжал, украшенный драгоценными камнями, со сверкающим, разящим лезвием. А иногда змею – умную, красивую, с переливающейся кожей. И смертельно опасную. - Это ведь тебя заводит, так? - Еще как! - Том, моя змеиная мудрость говорит мне, что и Спенсера, и Лейка нужно вышвырнуть вон. Эта троица во главе с Саммерсом завалила работу PR-департамента. А мы накануне грозных событий. Ты знаешь, что репортеры уже копаются в причинах исчезновения твоей супруги? Я, например, знаю. У нас есть гарантия, что они не докопаются до того, что произошло в Лагосе? И до темных дел твоей супруги? Почему я знаю, что делается в СМИ, а твой PR-департамент спит? Спроси Саммерса, подготовил ли он со своими ослами-заместителями ответ на эти действия писак из СМИ? Поставили ли они в известность службу безопасности? Пытаются ли уже предотвратить публикации? Почему ничего не сообщили тебе? И есть ли у них какой-то план на случай, если выплывут какие-то неприглядные вещи? Все это их ответственность! - Но PR-департамент вообще не в курсе африканских дел, - нахмурился Бреннан. - Даже из службы безопасности в курсе только Скелтон и еще пара-тройка человек. - Но обязанность PR-департамента – знать, что происходит в СМИ и предотвращать нежелательные публикации, - в голосе Кронберга снова зазвенел металл. – Спроси сейчас этих ослов: знают ли они хоть что-нибудь? И прими решение. - А ты, я вижу, знаешь, - задумчиво сказал Бреннан. - Я знаю, - холодно подтвердил Матиас. – Не спрашивай откуда. Знаю. И, в отличие от Саммерса и его ослов, ставлю тебя в известность. - Что ты намерен делать? – озабоченно спросил Том. - Сейчас я направляюсь к Скелтону, он уже вернулся из Франкфурта. У меня есть план, как предотвратить публикации. Но вряд ли удастся пресечь все. У меня готов соответствующий пресс-релиз. Я тебе его пришлю на утверждение. А потом… Потом предстоит тяжелая работа все с тем же PR-департаментом. Правда, этот идиот Саммерс будет ставить мне палки в колеса… - Не будет, - отрезал Том. – Я сейчас сообщу ему, что контракт с ним разорван. Пусть катится к чертям, раз уж он все просрал. И эти два его заместителя тоже. Директором департамента станешь ты! Я так решил. - Том, я еще слишком молод, - на лице Матиаса появилось смущение. - Это твое достоинство во всех смыслах, - заметил Том. Матиас улыбнулся, снова подошел к Тому и нежно поцеловал его в губы. - Спасибо, милый, - прошептал он. – Я тебя не подведу, будь уверен. Том жадно впился в губы любовника. - Хочу тебя, - простонал он. – Хочу тебя все время, всегда! - Сначала Саммерс и его кретины, - лукаво сказал Матиас и вышел из кабинета. В приемной он появился с обычным своим самоуверенным и слегка надменным видом. Бросил мимолетный взгляд на Саммерса словно на пустое место, небрежно кивнул Спенсеру, смотревшему на него с откровенной неприязнью, с улыбкой подошел к Лейку и протянул ему с таким царственным видом, словно ожидал не рукопожатия, а поцелуя этой руки. - Лейк, вы все сделали? – тихо спросил он. - Дело на мази, - отвечал тот так же тихо. – В соцсетях публикации уже пошли. Сегодня появятся в нескольких интернет-изданиях. Завтра возможен репортаж на NBC и CNT. - Отлично, - обронил Матиас. – А теперь, на совещании, советую вам откровенно топить своего шефа. Ваш час пробил, Лейк. Если сейчас вы поведете себя правильно, то уже завтра будете сидеть в кресле директора департамента. Лейк просиял. По губам Кронберга снова зазмеилась улыбка, и он пошел прочь – с самым беззаботным видом, как будто ничего серьезного не происходило. Он зашел в кабинет Скелтона, который располагался на том же этаже, что кабинет Тома и пустовавший ныне кабинет Элен. У Скелтона была небольшая приемная, в которой на страже сидела секретарша. - Простите, сэр, но мистер Скелтон просил его ни в коем случае не беспокоить, - секретарша поднялась с места, словно собираясь грудью закрыть дверь в кабинет шефа, но Кронберг презрительно махнул рукой и смерил секретаршу таким взглядом, что та, полупривстав, так и застыла, разинув рот. Матиас решительно открыл тяжелую дубовую дверь и вошел в кабинет Скелтона. По сравнению с кабинетом Тома кабинет Скелтона был совсем небольшим и скромно обставленным. То ли его хозяин любил спартанскую обстановку, то ли просто не придавал ей значения в отличие от сибарита Тома. Даже кресло Скелтона было вовсе не кожаным, а обитым обычной синтетикой и без высокой спинки. Шеф службы безопасности сидел без пиджака, рукава рубашки были закатаны до локтей, галстук слегка съехал на бок. Он с сосредоточенным и злым видом, что-то рассматривал в лэптопе. Увидев Кронберга, он сжал кулаки и подался вперед. - Твоя работа? – спросил он, указав на монитор, при этом интонации его были скорее утвердительными, нежели вопросительными. Взгляд Кронберга стал игриво-блядским, он, поводя стройными бедрами, подошел к Скелтону, положив руку ему на плечо, и, привалившись к спинке его кресла, заглянул в лэптоп. На экране был материал под заголовком: «Кровавые алмазы Элен Бреннан». Там же была размещена фотография Элен, сделанная на каком-то светском мероприятии, причем в тот момент, когда та не позировала. На ее лице было хищное выражение, глаза сужены, губы поджаты. На ней было бордовое платье, довершавшее зловещий образ. - Это ты постарался? – угрюмо повторил Скелтон, который и не подумал стряхнуть руку Кронберга со своего плеча. - Кажется, у твоей возлюбленной неприятности? – нежным голосом спросил Кронберг, наваливаясь на спинку кресла и замком складывая руки на груди Скелтона. - Уже три материала в разных изданиях. И это еще ничего. По «Фейсбуку» и прочим сетям гуляет такое, что… что… - Скелтон выругался. – Это ведь ты? Так? - Это Лейк, - нежно прошептал на ухо Скелтону Кронберг. – Лейк все это разместил. - Но ведь по твоему указанию, так? И чем ты взял его, интересно? Тоже отсосал ему? - Я у таких мелких сошек не отсасываю, - промурлыкал Кронберг, чьи руки уже ласкали грудь Скелтона, забираясь ему по рубашку. – Я отсасываю только у крутых парней, вроде тебя. - Блядь, отвечай на вопрос! – рыкнул Скелтон, однако при этом не мешал мягким рукам Кронберга расстегивать рубашку и ласкать ему грудь и живот. - Это Лейк, - повторил Кронберг. – Лейк. Сообщи об этом Бреннану, пусть его уволят к чертовой матери сегодня же. - Какая же ты все-таки тварь! – в голосе Скелтона прозвучало невольное восхищение. – Ведь Лейк не сам это сделал, он просто не мог на такое решиться, да и зачем ему? Ведь это ты его подбил, ты! Больше некому! - Мало ли кто его подбил? – нежно шептал Кронберг. – Возможно, конкуренты. Их немало. Возможно, знакомые твоей возлюбленной, с которыми она по уши увязла в своих африканских и ближневосточных делишках. Словом, Лейк получил от кого-то деньги и устроил вот все это. - Что за идиотская версия? – прошипел Скелтон. – Кто в нее поверит? Зачем врагам Элен обращаться к Лейку, это такие люди, которые и сами в состоянии организовать подобные публикации! Лейк лишь жалкий служащий в Brennan… - Вот именно, - водя языком за ухом Скелтона, тихо проговорил Кронберг. – Вот именно. Они сделали это, чтобы замести следы. Представить дело как внутренние разборки в Brennan. Понимаешь? - Я-то тебя понимаю, - хмыкнул Скелтон. – Только вот на черта мне все это надо? Ты попал, Кронберг. На этот раз ты попал. - А, кажется, я тоже понимаю, - проговорил Кронберг, отодвигая лэптоп в сторону, садясь на стол прямо перед Скелтоном, скидывая пиджак и начиная расстегивать белоснежную рубашку. – Она ведь приказала тебе убить меня. Ведь правда? Она должна была приказать тебе. Не могла не приказать. Так? Серо-голубые глаза Кронберга буквально сканировали Скелтона. Тот молчал. Он знал, что Кронбергу и не требуется ответ. - А перед тем, как убить меня, ты должен выяснить, где я прячу компромат и как его можно выкрасть или обезвредить, - со спокойной улыбкой проговорил Кронберг, обнажая гладкую, подкачанную грудь, покрытую ровным загаром. Скелтон молчал, замерев в кресле и наблюдая за разворачивавшимся перед ним стриптизом. - Все предсказуемо, - продолжая улыбаться и сбрасывая с себя одежду, продолжал Кронберг, - все до боли предсказуемо… Правда, Скелтон? Он, наконец, остался совсем без одежды, бесстыдно и нагло демонстрируя Скелтону свою наготу. Скелтон молча разглядывал тело Кронберга, которое он уже не раз видел и которое пробовал: гладкое, пропорциональное, чуть подкачанное, покрытое ровным загаром, с гладко выбритым пахом. Кронберг чуть подбоченился, выставил вперед стройную ногу без единого волоска и провел языком по губам. - Шлюха, - презрительно бросил Скелтон. - Но такая соблазнительная, правда? – Кронберга слова Скелтона, судя по всему нисколько не смутили. Он улегся спиной на рабочий стол Скелтона, приподнял круглые, упругие ягодицы и раздвинул ноги. Чуть повел задницей, откровенно приглашая Скелтона. Тот секунду помедлил, но потом стал торопливо расстегивать ширинку. В руке Кронберга словно из воздуха возникла упаковка презервативов, которую он швырнул Скелтону. - Блядь, - прошептал Скелтон, торопливо натягивая презерватив на уже вздыбленный член. – Какая же ты все-таки шлюха! Конченая шлюха! - Но зато какая! – насмешливо заметил Кронберг! Скелтон замычал, обхватил бедра Кронберга, притянул его к себе и принялся входить внутрь. Как он и предполагал, Кронберг был уже смазан и растянут (шлюха же!), он задвигал бедрами в такт движениям Скелтона. - Только… не думай… что… этим… меня… купишь…, - трахая Кронберга, выплевывал слова Скелтон. - Я могу тебя купить, а могу и продать, - простонал Кронберг. – Выбирай, красавчик! - Ты… о… чем? - Да, да, вот так! Давай же! Глубже! О-о! Да! Сильнее! – стонал Кронберг, как будто не слыша слов Скелтона. Упругое, сытое, мускулистое тело Кронберга сводило Скелтона с ума. Ему хотелось буквально порвать своим членом это роскошное тело. А голос Кронберга его завораживал, словно магическая песня сирены, увлекавшая мореплавателя к гибели. Вообще-то, Скелтону, по большей части предпочитавшему женщин, доводилось трахать и парней, которые не уступали красотой Кронбергу. Но в этом парне красота усиливалась странной аурой, определение которой дать было трудно. Скелтон понимал, что трахает не просто красивую шлюху мужского пола, но любовника самого босса, и это придавало сексу еще большую остроту. А еще он трахал того, кто осмелился бросить вызов всесильной Элен Бреннан, казавшейся несокрушимой. Кстати, и сама Элен привлекала Скелтона не столько физическими данными и не столько тем, что он стремился сделать карьеру через ее постель, но именно своей внутренней силой, чувствовавшейся буквально во всем. Скелтону нравилось обладать сильными личностями, утверждать свою победу над ними. И Кронберг был одним из них. Он не просто бросил вызов Элен Бреннан, но и теснил ее – напористо безжалостно, он в кратчайшие сроки стал одним из главных рулевых гигантской корпорации, главным советником Тома Бреннана. Наконец, Кронберг затянул в свои сети самого Скелтона! И последнее заводило его еще сильнее, буквально ослепляло его желанием затрахать буквально до изнеможения, до смерти этого коварного и наглого красавца. И он, наконец, излился в Кронберга, чувствуя жар молодого, ненасытного тела и падая на него в изнеможении. Некоторое время они лежали молча. - Она не должна возвратиться сюда, - прошептал Кронберг с обычной своей улыбкой, никак не вязавшейся с пронзительным и холодным взглядом серо-голубых глаз. – Она не должна возвратиться в Штаты. Ты поможешь мне сделать это. И займешь ее кабинет. Скелтон ошалело смотрел на Кронберга и не мог вымолвить ни слова. Он знал, что сделает именно так, как тот говорит. *** - Крис, я знаю, что происходит в этих чертовых СМИ, - Том с раздраженным видом откинулся на спинку бронированного лимузина, его руки были сжаты в кулаки. – Я знаю. Мэт уже поставил меня в известность. Идет настоящая война против Brennan. И все благодаря Элен и этим ее африканским авантюрам! - Это правда, - заметил Скелтон, неподвижно глядя прямо перед собой. – Но твоя супруга занималась этими делами не просто так. Африканский и ближневосточный бизнес начал еще твой отец. Стартовый капитал Brennan именно оттуда. - Мне плевать, откуда взял стартовый капитал мой отец! – огрызнулся Том. – Хорошо, пусть все это так. Но у моей супруги должно было хватить мозгов выйти из этих чертовых авантюр в Сьерра-Леоне и где-там-еще, чтобы не рисковать репутацией корпорации. Вместо этого она увязла в дерьме по уши и теперь тащит нас всех на дно! - Ситуация сложная, - дипломатично заметил Скелтон. - Сложная?? – взорвался Том. – И это мне говоришь ты, начальник службы безопасности, которая просрала все на свете! Да, мы в дерьме по уши, мы теперь запросто можем в нем утонуть! Ты ничего не докладывал мне о том, что ситуация стала угрожающей, а я узнаю обо всем от Мэта, хотя вообще-то это не его компетенция! При упоминании имени Кронберга Скелтон болезненно поморщился. Черт, ему хотелось затрахать этого мальчишку до полусмерти, а затем вышвырнуть его за шкирку в окно одиннадцатого этажа и больше никогда о нем не вспоминать. Чертов шантажист и карьерист, именно он подвел Brennan к пропасти, в которую все теперь и полетело! И при этом против него нельзя было сказать ни слова. Ни одного! Холеный красавчик всех цепко держал за горло, в том числе и его, Скелтона. У Кронберга, несомненно, было только одно явное достоинство: его шикарная задница, которую он с блеском умел подставлять под других. В остальном это был просто кусок дерьма в глянцевой обертке. И не просто дерьма, а ядовитого дерьма, смертельно опасного! Скелтон хорошо это знал. Он вообще знал про Кронберга гораздо больше других. - Кронберг, конечно, молодец, - протянул Скелтон и был тут же прерван Томом. - К твоему сведению, я сегодня назначил его директором PR-департамента. Этот кретин Саммерс облажался по полной программе. И два его заместителя тоже. Спенсер и Лейк. Я уволил их всех троих к чертовой матери. Имей это в виду. И еще, Крис. Я крайне недоволен работой твоей службы. И лично твоей работой. Слишком много проколов в последнее время. Слишком много. - Я готов подать в отставку, - деревянным голосом проговорил Скелтон. - Знаешь, Крис, откровенно говоря, сегодня утром я распорядился подготовить приказ о твоем увольнении. Он уже лежал на моем столе. Более того, я даже поставил на нем свою подпись. Но… - Но? – голос Скелтона по-прежнему был деревянным. Как всегда в критические моменты он давил в себе эмоции, стараясь превращаться в автомат, принимающий решения. Эмоции потом. Потом. Сейчас - только решения. - Можешь сказать спасибо Мэту, - хмыкнул Том. – Именно он тебя спас. Буквально вырвал у меня из рук подписанный приказ и отправил его в мусорную корзину. Скелтон промолчал. То, что Кронберг стал «серым кардиналом» при Бреннане, для него не было новостью. Он и сам был уже на крючке у этого «серого кардинала». - Мэт убедил меня, что твое увольнение было бы сейчас крайне неверным и даже опасным. И я согласился с его доводами. С ними трудно было не согласиться. Более того, он предложил твою кандидатуру в первые вице-президенты корпорации. Кронберг уже говорил об этом Скелтону. Тот на самом деле не до конца верил в то, что этот мальчишка, каким бы пронырливым он ни был, дошел до того, что уже прямо влияет на назначения в высшем руководстве Brennan. Теперь, услышав подтверждение из уст Тома, Скелтон невольно поежился. С одной стороны, у него сносило крышу от открывшейся перед ним перспективы. Он никогда не мечтал стать первым вице-президентом Brennan. В лучшем случае одним из простых вице-президентов. А их было ни много ни мало – целых одиннадцать. Но он понимал, что проклятый мальчишка теперь будет дергать его за ниточки. И, черт возьми, у него есть все шансы на успех. Кронберг сейчас представлялся Скелтону вахтенным рулевым, который направлял гигантский «Титаник» прямо на ледяной айсберг. А ему, Скелтону, предлагали занять пост помощника капитана корабля. Уже обреченного получить пробоину и затонуть. Или все-таки нет? Может быть, в последний момент удастся отодрать наглого сопляка от штурвала и отвернуть от айсберга? Скелтону показалось, что если он займет пост первого вице-президента, то у него для этого будет куда больше возможностей, чем сейчас. Да, он наживет лютого врага в лице своей любовницы… пока еще любовницы. Но если он этого не сделает, то Brennan однозначно пойдет ко дну. И все они тоже. - Том, не буду отрицать, это предложение лестное и неожиданное. Но… как же Элен? Пост вице-президента закреплен за ней… - Крис, ты видел, что творится в интернете? Ты смотрел выпуски теленовостей? Ты читал бумажные издания или просто подтирал ими свою задницу? Элен больше не может оставаться на посту первого вице-президента. Она уйдет в отставку на ближайшем заседании совета директоров. Само ее присутствие в руководстве Brennan бросает тень на корпорацию. Мы должны отмываться от того дерьма, в которое угодили по ее милости. «По милости Кронберга», - подумал Скелтон, но благоразумно промолчал. - Сейчас задачей PR-департамента будет отделить в общественном сознании имя моей супруги от корпорации. Этим займется Кронберг. «Да уж, представляю, как он развернется», - Скелтон снова промолчал. Вслух он сказал совсем другое: - Том, ты понимаешь, что Элен так просто не сдастся? У нее очень сильны позиции в совете директоров, она… - Я прекрасно это понимаю, - прервал его Том. – И ты поможешь мне заручиться большинством в совете. У тебя же есть компромат почти на всех членов совета директоров, не так ли? У Скелтона и сейчас не было сомнений, с чьего голоса поет Бреннан. Он хорошо знал этот голос: то звонкий и самоуверенный, то тихий, шелестящий, похожий на шипение змеи. Голос Кронберга. - Я понял тебя, Том, - бесстрастно произнес он. – Я все сделаю. - Отлично. С этим мы решили, - бодро произнес Бреннан. - Теперь еще один вопрос. Более личного плана. И он тоже касается Мэта. Скелтон улыбнулся краем рта. Они ехали с Бреннаном вдвоем (шофер и телохранитель на переднем сиденье были скрыты звуконепроницаемым стеклом), но Кронберг как будто незримо сидел между ними. - Я давал тебе задание касательно одного музыкантишки, - небрежно произнес Бреннан. Эта наигранная небрежность не могла обмануть Скелтона. - Ты о Фелнере? Я уже направлял тебе доклад: мы перекрыли парню кислород. Его гастроли в США сорваны. Другие выступления тоже под вопросом. Все в порядке. - Фелнер! – сквозь зубы бросил Бреннан. – Ненавижу этого пианистишку! Мне хочется лично перебить ему пальцы молотком! - Том, прости, но мне кажется, ты излишне зациклился на этом парне. Да, он по уши втрескался в Кронберга, но и что с того? Кронберг молод, привлекателен, сексуален… - тут Скелтон осекся, поймав на себе ревниво-подозрительный взгляд Бреннана. – Я хочу сказать, что у твоего красавчика может быть немало воздыхателей, и это нормально… Фелнер лишь один из них. К тому же, прости, но буду откровенен: Кронберг слишком любит твои деньги и твое положение, чтобы бросить тебя ради Фелнера. Последние слова были рискованными, но Скелтон осознанно шел на риск. Он не мог себе позволить открыто благоволить к Кронбергу. - Крис, - вздохнул Бреннан, - я все это прекрасно вижу. Да, Мэт любит меня… надеюсь, что любит, таким как я есть сейчас: богатым, влиятельным, успешным. Я прекрасно отдаю себе отчет, что будь я обычным человеком, он и не взглянул бы на меня. Мэт любит блеск, роскошь, власть, богатство. Он такой, какой есть. И мне он нравится именно таким. Но… я нутром чувствую опасность в Фелнере. Если у Мэта есть сердце, хотя я в этом сильно сомневаюсь, то в этом сердце живет Фелнер. - Том, я привык иметь дело с фактами, а не с чувствами, - Скелтон старался говорить равнодушно. – А факты говорят о том, что Кронберг ни разу не пытался выйти на контакт с Фелнером после той московской истории. – Скелтон лгал. Уверенно и нагло. - Но ведь Фелнер пытался! – ревниво заметил Бреннан. - Пытался, и не раз, - невозмутимо кивнул Скелтон. – Но Кронберг игнорировал его звонки и послания в мессенджерах. Будь уверен, у меня все под контролем. Более того. Мы приставили к Фелнеру осведомителя - Вот как? – заинтересовался Том. – Что за осведомитель? - Музыкант из венского оркестра, с которым Фелнер должен был лететь на гастроли в Штаты. Некий Клаус Риддл. На самом деле он был давно влюблен в Фелнера и моим парням показался надежным кандидатом в осведомители. Он работает на нас не за деньги, хотя мы готовы были ему заплатить. Просто мы пообещали ему избавить предмет его обожания от Кронберга, которого он заочно ненавидит. Парень согласился сливать нам всю информацию, лишь бы отделаться от ненавистного конкурента. - Хм, как романтично, - хмыкнул Бреннан. – Он хотя бы красив? - Риддл? Не особо. Вот его фото, взгляни. Бреннан некоторое время со скептической улыбкой смотрел на веснушчатого рыжеволосого парня на фото. В нем была некоторая привлекательность, но не было и тени той красоты, которой блистал великолепный Кронберг. - М-да, честно говоря, у этого парня нет ни малейшего шанса против моего Мэта, - заметил Бреннан, возвращая Скелтону фотографию. - Возможно, в жизни он куда более привлекателен, чем на фото, - произнес Скелтон. – Во всяком случае, этот рыжий воздыхатель Фелнера сумел-таки пробраться к нему в постель. Возможно, он заставит пианиста забыть о Кронберге. Но… - Я знаю, что есть проклятое «но». Мэта забыть трудно. -Да, и Фелнер пока не забыл. Наш новый осведомитель, этот Клаус Риддл, сообщил, что Фелнер все-таки летит в США. - Что?? – Бреннан буквально подскочил на сиденье, едва не стукнувшись макушкой о крышу лимузина. – Фелнер летит?? Но его гастроли отменены! - Именно поэтому он летит сюда не на гастроли, а для того, чтобы встретиться с Кронбергом, - нарочито безучастным тоном произнес Скелтон. Глаза Тома сузились, губы искривились. Скелтон не удивился бы, если бы на них сейчас выступила пена. - Они не должны встретиться! – проскрежетал он зубами. - Не беспокойся. Все под контролем. Мы следим за Фелнером. И за Кронбергом. - Крис… - тихо и угрожающе произнес Бреннан. – Нейтрализация Фелнера – необходимое условие для твоего назначения первым вице-президентом. - Я в этом не сомневался, - бесстрастно ответил Скелтон. *** - Поздравляю с назначением, сэр, - произнес Дукакис, когда Кронберг вошел в кабинет, который они делили вместе. Слово «сэр» вместо обычного Мэт или, в крайнем случае, Кронберг, звучало подобострастно, но в то же время слегка насмешливо. - Благодарю, сэр. Завидуете, сэр? – в тон ему отвечал Кронберг, опускаясь в кресло и глядя на Дукакиса обычным своим взглядом, полным наглости и превосходства. Дукакис не обиделся. Во всяком случае, сделал вид, что не обиделся. Между ними регулярно случались такие пикировки, когда каждый старался поддеть другого, но в целом это были совершенно безобидные подначки. - Хм, ну как не позавидовать! Знаете, чему больше всего я сейчас завидую, Кронберг? - Чему же? – откинувшись на спинку кресла, с интересом спросил тот. - Вашей внешности. Заднице, например. - А, вам тоже нравится моя задница? – без тени смущения осведомился Кронберг. – Черт, как же я не заметил? Если бы я знал, то не терял бы времени на слова… - Нет-нет, меня интересуют только женщины, в отличие от вас, - поспешно заметил Дукакис. – Впрочем, пожалуй, и в этом я вам завидую. Будь у меня ваша внешность и будь я геем, я тоже с легкостью сумел бы очаровать босса. И сейчас был бы уже даже не директором департамента, а, возможно, одним из вице-президентов! - Да, вы не слишком красивый гетеросексуал, - с притворным вздохом заметил Кронберг. - Вам приходится рассчитывать разве что на свои умственные способности. - Увы, да. - Действительно увы. Знаете, Дукакис, я давно понял, что лучше иметь хорошую задницу, чем умную голову. И знаете, почему? - Потому что красивая задница порой очень нравится тем или иным vip-персонам? - Не только. И не столько. Дело в том, что даже самая умная и светлая голова может ошибаться. А вот опытная задница не ошибается никогда. Она всегда чует опасность и всегда подсказывает верное решение. - Вот как! – задумчиво произнес Дукакис. – Так, значит, вы думаете не головой, а задницей, Кронберг? - Я к ней прислушиваюсь, - многозначительно поднял Кронберг выхоленный палец. – В отличие от ума, задница никогда не обманет. - Хм, возможно, мне тоже стоит прислушиваться к своей заднице, - задумчиво почесал затылок Дукакис. - Можете не сомневаться, она вас не подведет. Тут дверь кабинета распахнулась настежь, и в кабинет вошел Саммерс. Бледный и прямой, словно призрак командора. Он медленно подошел к столу Кронберга и остановился. Глаза Дукакиса загорелись в предвкушении скандала. Кронберг даже не изменил расслабленной позы и смотрел на Саммерса так, словно пытался понять, кто это вообще такой. - Поздравляю, мистер Кронберг! – произнес Саммерс с улыбкой, походившей на звериный оскал. – Вы добились успеха. Пусть не в работе на благо корпорации, которой я отдал почти 30 лет, а в гнусных интригах. В этом с вами никто не сравнится, признаю. - Благодарю вас, сэр, за признание моих талантов, - с невинным видом сказал Кронберг. – Кажется, вы возглавляли PR-департамент? Боюсь, у меня неважная память на лица и имена. От этого примитивного оскорбления Саммерс вспыхнул словно спичка. - Боюсь, мистер Кронберг, у вас не только неважная память, но и прочие способности! Кроме способностей в постели, разумеется. - Мы разве с вами спали, мистер Саммерс? – живо отреагировал Кронберг. – Признаться, не припомню вас в числе моих партнеров. Да, у меня неважная память, увы… - Думаю, у вас было такое количество партнеров, что неудивительно, что вы их не помните! – заорал Саммерс. – Но меня среди них точно не было! - Я вижу, вы сожалеете об этом, мистер Саммерс. - Вы вызываете у меня только отвращение, Кронберг! Вы – наглый недоучка, место которому - подметать улицы или сидеть за кассой в супермаркете, если вам, конечно, можно доверить кассу! - А вы когда-нибудь подметали улицу, мистер Саммерс? Или сидели за кассой в супермаркете? – живо спросил Кронберг. - Нет, - со скрежетом зубов произнес Саммерс. – Я вообще-то закончил Гарвардский университет и сразу пришел на работу в Бреннан, потому что… - Так вот, мистер Саммерс, - с небрежным видом прервал его Кронберг. – Если вы сейчас же не уберетесь отсюда, то я вам обеспечу такие рекомендации, что вам придется устраиваться либо подметальщиком улиц, либо кассиром в супермаркете. Больше вас никуда не возьмут. Кронбег произнес эти слова с улыбкой, но его серо-голубые глаза заледенели, а сама улыбка на почти лишенном мимики лице выглядела жутковато. Саммерс застыл. А затем, не говоря ни слова, двинулся к выходу из кабинета и со всей силы хлопнул дверью. - Джентльмен не умеет проигрывать, - пожал плечами Кронберг, принимаясь разглядывать свой маникюр. - Вы действительно организуете ему отвратительную рекомендацию? – с интересом поинтересовался внимательно наблюдавший за этой сценой Дукакис. - На черта он мне сдался, - презрительно заметил Кронберг. - Пусть катится, куда хочет. Хоть кассиром в супермаркет, хоть в президенты США. Мне плевать. - Хм, а вы всегда казались мне весьма злопамятным человеком, Кронберг. Тут Кронберг пристально взглянул на Дукакиса. - Вы правы, - в его голосе послышалось змеиное шипение. – Я не только весьма злопамятен, но и очень мстителен. Но моя мстительность весьма избирательна. Она направлена лишь на тех, кто ее действительно заслуживает… и на тех, кто, к своему несчастью, оказался рядом с ними. - Черт, меня не слишком успокаивает это ваше объяснение, - поежился Дукакис. – Кронберг, если я вдруг окажусь рядом с теми, на кого направлена ваша месть, предупредите меня по старой дружбе. Заблаговременно, чтобы я вовремя мог отойти. - У нас нет с вами дружбы, Дукакис, - с нежной улыбкой на губах и холодом в глазах произнес Кронберг. – Мы с вами просто коллеги. Коллеги. И всё. Тут их разговор снова был прерван. Дверь распахнулась, и в кабинет ворвался Лейк, на котором не было лица. - Что это значит? – завопил он, едва не рыдая. – Я… я все сделал… вы… вы же обещали!... - Дукакис, будьте добры, нам с мистером Лейком необходимо поговорить наедине. Дукакис предпочел быстро выйти из комнаты, несмотря на огромное желание узнать, что такого сделал Лейк и что именно обещал ему Кронберг. Едва за ним закрылась дверь, Кронберг, по-прежнему, не вставая с места, устремил ледяной взгляд на Лейка. - Вы сами виноваты, Лейк. Я говорил вам, что у вас есть шанс на том совещании у Бреннана. Вы им не воспользовались. Это ваша вина, а не моя. - Моя вина? – Лейк затрясся. – Моя вина?? Да мне там и слова не дали сказать! Бреннан просто объявил о моем увольнении вместе со Спенсером и Саммерсом, вот и все! - Сожалею, - пожал плечами Кронберг. - Вы… вы подставили меня! - Я? Вас? - Да! Нагло и подло! - Я лишь дал вам шанс избежать увольнения. Мне жаль, но это не сработало. - Я… я рисковал своей репутацией. Я до сих пор под дамокловым мечом! Если все вскроется… - Если все вскроется, то вам действительно придется плохо, Лейк, - равнодушно произнес Кронберг.- Вы не только навсегда испортите свою репутацию, но и можете стать объектом уголовного преследования. Поэтому советую вам молчать. - Я могу и заговорить, - вдруг возвысил голос Лейк. – Учтите, если я заговорю, вам тоже не поздоровится! - Мне? – хмыкнул Кронберг. – И какие же доказательства вы предъявите? Или вы записывали тот наш разговор в кафе? Сомневаюсь. Впрочем, запись такого качества суд вряд ли примет в качестве доказательства. А если и даже примет, то вашу репутацию это все равно не спасет. Скорее, еще больше испоганит. Но если вы будете молчать, я посодействую вам в новом трудоустройстве. Вам известно, что я контролирую небольшую фирму, занимающуюся финансовой аналитикой? Там нужен хороший пиар-агент. Это как вариант. - Думаете, я еще хоть раз в жизни захочу с вами связываться, Кронберг? - Это не вы со мной связались, это я с вами связался, - ухмыльнулся тот. – Я легко могу отвязаться от вас, а вот вы от меня - нет. - У меня здесь были великолепные перспективы роста, а теперь… - Здесь у вас не было ничего, Лейк. Вы уперлись лбом в кресло Саммерса. И вам вообще ничего не светило, вы это сами признавали. - Вы предлагаете мне работу в какой-то безвестной фирме! - Учтите, Лейк, - многозначительно произнес Кронберг. – С «Титаника» спаслись именно те, кто вовремя прыгнул в маленькие шлюпки, качавшиеся на бурных океанских волнах. Остальные предпочитали оставаться на корабле, считая его непотопляемым. Решайте сами. - Вы-то сами остаетесь, Кронберг. И даже идете на повышение, - ядовито заметил Лейк. - Может быть, я в душе самоубийца, - улыбнулся тот. – А может быть, у меня припасена своя собственная шлюпка, откуда вам знать?