nothing worsens, nothing grows

На следующий день Луи ведёт себя спокойно. У него ещё не было возможности побыть наедине с Гарри, но он уверен, что это произойдет в какой-то момент, когда он меньше всего этого ожидает. Единственное, что Лиам запланировал в Альбукерке, это фестиваль воздушных шаров, на котором они должны быть всего через несколько часов. Луи, однако, замечает, что теперь Гарри кажется бесконечно более комфортным. Как будто он наконец понял его. Луи пытается злиться на это, но понимает, что это волнует его меньше всего на свете. Чувство, которое он испытывал, когда они смотрели друг другу в глаза, казалось слишком хорошим, чтобы быть правдой, но Луи понимает, что это потому что на него никогда не смотрели так. Как будто кто-то хотел его. Это было захватывающе. Как и планировали, в особенности Лиам, они также должны были пройти по радужному пешеходному переходу и увидеть несколько горных хребтов, пока они там были, но Луи солгал бы, если бы сказал, что сосредоточился на чем-то ещё, кроме общения с Гарри. Даже когда они выходят к машине, чтобы пойти на фестиваль, Гарри улыбается ему стоя рядом с Лиамом. Луи улыбается в ответ, но надеется, что они не слишком очевидны. Найл, кажется, ничего не замечает, никогда не останавливаясь, рассказывая Луи всё о малыше своего брата. Он всё ещё сидит сзади, а Гарри по прежнему сидит посередине, но всё по-другому. Нет странного напряжения или давления, чтобы поговорить друг с другом, Гарри действительно разговаривает по дороге. Никто никогда не говорит о том, как много времени может занять открыться перед кем-то. Он чувствует себя взволнованным и легкомысленным из-за мысли о том, чтобы снова получить Гарри. Мысли о больших руках парня на его коже заставляют Луи чувствовать себя пьяным и неустойчивым, но это лучшее, что он может себе представить. Когда они выходят, Луи понимает, что Гарри держит дверь открытой. Он думает, что эта версия нравится им намного больше предыдущей. — Ничего себе, — шепчет Найл, — их так много. Они все пытаются встать, чтобы увидеть как можно больше, Гарри вытаскивает свою камеру, чтобы сделать несколько снимков. Лиам объясняет некоторые истории, Найл записывает видео на свой телефон, а Луи наблюдает, как воздушные шары поднимаются всё выше и выше над их головами, уходя вглубь утра. Гарри возвращается, чтобы встать рядом с ним, вешая камеру на руку. Луи чувствует, как Гарри обволакивает его, и усмехается, когда свет от заката охватывает его.

***

Во второй раз это происходит, когда они в Денвере. Это ночь, когда они прибывают, и Луи устал от долгих часов в машине. Но ещё больше он взволнован. С тех пор, как Гарри дал ему почувствовать, каково быть с ним, Луи хочет большего. Он не уверен, как получить его для себя снова, но знает, что должен попробовать. Шум в его голове начинает становиться очень громким и тошнотворным, и он жаждет такого освобождения, которое он испытал с Гарри. Сегодня ему позвонили его дедушка с бабушкой, ему пришлось отослать им немного своих сбережений для детей, и он был малость на взводе. Луи написал Лотти о её стажировке, но она не разговаривала с ним с тех пор, как напомнила ему отправить деньги на её рейс. Он снова смотрит на Гарри. Томлинсон думает, что, может быть, ему следует беспокоиться о том, что он уже привязался к парню, но довольно быстро справляется с этим и решает, что в конечном итоге его подведут в любом случае, теперь, когда это уже произошло однажды. Это неизбежно. Он полагает, что мог бы с таким же успехом извлечь из этого пользу, пока ещё может Кусая ноготь в ожидании возможности, Луи садится в конце своей кровати и смотрит, как остальные мальчики распаковывают вещи, его собственный чемодан сидит нетронутым позади него. — Лу? — Лиам смотрит на него. — Всё хорошо? Луи отчаянно кивает, пытаясь улыбнуться Лиаму, но не успев сделать больше, чтобы доказать свой ответ. Что Гарри так долго делает? Обычно он выходит, чтобы позвонить своей матери ровно в восемь часов. Луи смотрит на свой телефон. 8:07. Не то чтобы Луи мог ему напомнить, потому что это было бы странно. Тогда это выглядело бы так, будто Луи следит за Гарри. Он не хочет, чтобы это выяснилось. Парень двигает ногой вверх и вниз и старается не смотреть на дверь ванной, где Гарри только что выключил душ. Когда он, наконец, выходит, одетый в полотенце и ничего более, рот Луи на самом деле открывается. Он высунул голову и спрашивает Лиама, может ли тот принести ему рубашку, лежащую поверх чемодана, и проводит пальцами по мокрым волосам, не обращая внимания на остальных, в то время как Луи смущенно смотрит на линии пресса Гарри, прежде чем поймать его взгляд. Шатен же уже смотрит на него, когда парень поднимает голову и лицо Луи становится ярко-красным от того, что его поймали, но его намек, казалось, был понят. Гарри наклоняет голову и прищуривается, но Луи снова замечает, что в его взгляде нет никакого осуждения. Никакой ухмылки или дерзкого хвастовства. Луи чувствует, что слюна снова образуется во рту. Он хотел Гарри, он был уверен в этом, но в его голове происходило что-то ещё, чего он раньше никогда не чувствовал. По какой-то причине Луи убежден, что Гарри единственный, кто сможет заставить это чувство уйти. Гарри возвращается в ванную после того, как Лиам протягивает ему рубашку и очень быстро переодевается, возвращается в комнату и кладет свой телефон в сумку. Он смотрит Луи прямо в глаза. Гарри прочищает горло: — Я буду внизу, если я кому-нибудь понадоблюсь, — с этими словами он покидает комнату. Луи моргает и обдумывает свои варианты. Он может последовать за ним, он надеется избавиться от этого легкого, неудобного чувства, или он может остаться здесь и попытаться заснуть и, скорее всего, проснуться в том же затруднительном положении. Он встает ещё до того, как узнает, что сделал, и поворачивается к Лиаму и Найлу. — Думаю, я пойду поплавать. К счастью, они не уделяют ему слишком много внимания, потому что, когда Луи мчится к лифту, он понимает, что даже не взял свой купальный костюм. На первом этаже в основном пусто, и Луи задыхается, ища Гарри. Кажется, что все залы сливаются воедино, когда Луи быстро проходит мимо них, оглядываясь в обе стороны, чтобы проверить Гарри и переходит к следующему, когда его нигде не видно. Единственная проблема в том, что Луи не совсем уверен, что Гарри чувствует то же самое. Они поделились отличным моментом вместе, но как бы Луи не хотел это говорить, он беспокоится о том, что станет ещё одним из завоеваний Гарри. Он также очень дружит с Лиамом и Найлом, находится рядом, и все это слишком смущает Луи, чтобы пытаться правильно думать. Смущённый Луи чувствует, как слезы начинают скапливаться в его глазах, когда он идёт дальше. Разве Гарри не хотел, чтобы Луи последовал за ним? Возможно, он просто вообразил себе все это в своей уставшей, полной мыслей голове. Его дыхание прерывается, когда он делает круг, достигает конца зала и всё ещё не находит парня. Губы дрожат, когда Луи медленно спускается по коридору. Он чувствует себя смешно, потому что позволил себе так взволноваться. В любом случае, эта идея была глупой, и Гарри очевидно, он даже не нравился. То что происходило в машине, происходило раз в жизни, и Гарри, вероятно, был, по крайней мере, немного пьян. Луи чувствует себя хуже. Ему скоро придется сесть, если он не будет осторожен. — Луи? Он оборачивается и видит Гарри, стоящего позади него, выглядя смущенным, когда приближается к нему. Все, что он может это подавить рыдание. — О, Луи. Иди ко мне. Гарри обнимает его за плечо и ведет в туалет через коридор, проводя его внутрь и запирая за собой дверь. Перед раковинами поставлен диван, и Гарри усаживает Луи на свои колени, утешая его. — Я не могу, я… я не знаю, — бормочет Луи в рубашку Гарри, уткнувшись лицом в шею Стайлса, пока пытается успокоиться. — Шш, с тобой все в порядке, — Гарри проводит руками вверх и вниз по спине Луи, покачивая его взад-вперед под флуоресцентными огнями ванной комнаты. Луи нужно сдержать рыдания, чтобы заговорить, но когда он это делает, прячет своё лицо на шее Гарри, скуля, чтобы спасти себя от дальнейшего смущения. Затем тихо произносит: — Ты мне нужен. Слова звучат так тихо, что Луи на мгновение задумывается, услышал ли Гарри его. Он начинает паниковать, когда молчит, пытаясь оторваться от тела Гарри, когда оно вытягивается. — Подожди, Луи. Стоп. Гарри изо всех сил пытается заставить его снова сидеть спокойно на коленях, но Луи становится податливым, только тогда, когда большая рука Гарри хватает его за шею. Проходит несколько минут, пока он ждет, что скажет Гарри, отдышавшись. Луи поворачивается дальше к его груди, радостно вздыхая, когда Гарри поправляет его так, чтобы голова Луи идеально подходила под его подбородок, вдыхая и выдыхая, чтобы вырваться из любого заклинания, под которым он находился. — Я не знаю, — мягко начинает Гарри, — хорошая ли это идея. Когда его встречает тишина, Гарри продолжает: — Ты явно расстроен, и я не хочу использовать тебя в своих интересах. Мы можем просто. мы можем просто сделать это. Со мной все будет в порядке, Лу. В его сердце теплеет от беспокойства Гарри. Он действительно оказывается лучшим человеком, которого когда-либо знал Луи. Жаль, что он никогда не станет его. — Мне все равно. Но он был бы проклят, если бы не попытался. При этом Гарри начинает движение, отрывая лицо Луи от своей груди, чтобы посмотреть ему в глаза. Теперь, когда он перестал плакать, он безучастно смотрит на Гарри своими стеклянными глазами, наблюдая, как тот собирает все вместе. — Тебе все равно? Тебя не волнует, что ты расстроен или тебя не волнует, что я воспользуюсь тобой? — Меня не волнует ничего из этого. Гарри, я… — голос Луи ломается, — ты мне просто нужен, хорошо? Пожалуйста. Гарри внимательно изучает его, его лицо искажается, когда он решает, что делать. Пауза. Затем: — Скажи мне, что тебе нужно. Луи чувствует, что может заплакать от облегчения. Он тихо стонет, наклонившись вперед, чтобы соединить их губы. Поцелуй с Гарри не похож ни на что, что он когда-либо испытывал, и Луи не был уверен, что ему может надоесть это. Он мог бы сказать, что это его любимая часть, но ему просто нравилось всё, что они делали вместе, независимо от того, что это было. Большие мягкие руки схватили лицо Луи по сторонам, и он скулит, прижимая бедра к коленям Гарри и чувствуя твердость под ним. Луи уже полностью возбудился, полностью избавился от адреналина и потраченной впустую энергии от своего приступа слез, и был взволнован тем, что наконец-то смог полностью обрести Гарри. Он целует его сильнее, скулит Гарри в рот, когда рука того скользит вниз, чтобы снова схватить Луи за шею. Слишком скоро он оказывается в другой позиции на маленьком диване. Его спина прилипает к кожаной обивке в пространстве рядом с Гарри, который обнимает его за плечи. Другая рука Гарри тянется к одной из ног Луи и опускает её на свое бедро, оставляя Луи с широко расставленными ногами, чтобы видеть всё. Луи стонет в новой позиции, наклоняя голову, чтобы снова найти губы Гарри. Парень в свою же очередь только смотрит ему в глаза, поглаживая ладонью щеку Луи, прежде чем опуститься. Соски Луи уже твердые под тонкой футболкой, и Гарри сжимает каждый из них, проглатывая удивленные вздохи парня. Бедра обоих двигаются по собственной воле, Луи смотрит на контур своего члена в спортивных штанах, он не так тверд, как Гарри, но тем не менее жесткий и напрягающий материал мешает. Гладкие губы сосут и обязательно оставляют следы на шее Луи, когда рука Гарри опускается ещё ниже, слегка нажимая на выпуклость в штанах. Луи снова всхлипывает, не подозревая, что его слезы вернулись, но они оба не обращали на них внимания. Мозг Томлинсона ощущается как гигантская, бесполезная масса внутри головы, сосредоточенная только на одном. Как будто Гарри был единственным, кто может дать ему это. Единственный, кто знает, как погасить горящий огонь внутри Луи, который угрожает поглотить его, если он не справиться с этим должным образом. Он мог бы остановить всё происходящее, Но это только напомнит ему, что он один, и Луи уверен, что это главная проблема. Он прижимается к креслу и наклоняет голову, чтобы посмотреть на лицо Гарри. Чувство невесомости является новым для него, но если бы оно позволило ему иметь Гарри, Луи поприветствовал бы его с распростертыми объятиями. Он корчится под рукой Гарри, прижимаясь еще сильнее, когда тот потирает головку его члена через штаны. Луи не нужно задумываться, чтобы понять, что позже на них будет явное пятно. Рука за головой Луи тянется, чтобы схватить парня за талию, притягивая ещё ближе к Гарри, пока тот продолжает свои движения. Глядя в его глаза, Луи вздрагивает. Ушел тот Гарри, который спросил, уверен ли он, в порядке ли он, или хочет ли он помедленнее. Гарри, которого он видел в машине, появлялся снова. Его глаза наблюдают за Луи, когда тот начинает распадаться на части, но он отодвигает руку, скользя в его брюки, чтобы правильно коснуться Томлинсона. Луи откидывает голову на руку Гарри и закрывает глаза. Стайлс прижал его к дивану, обе руки крепко держали его, следя, чтобы Луи взял всё, что Гарри ему дает, и наблюдал за ним, пока он это делает. Он чувствует, что может сгореть. Луи может видеть, что его зрение уже проясняется, онемение в его мозгу рассеивается, пока все, о чем он мог думать, это Гарри, Гарри, Гарри. — Правильно, детка, — говорит Гарри ему на ухо, — произнеси моё имя. Луи не понимал, что говорил это вслух. Он хватает Гарри за запястье и сжимает: — Гарри, Гарри, Гарри… Рука Гарри быстро скользит по его члену, не торопясь потереть большим пальцем щель, прижимаясь, прежде чем повторить это действие. — Мне так повезло, что ты такой, — говорит он. Он может чувствовать нос Гарри на своем лице, видеть, как пот их кожи соприкасается краем глаза. — Собираешься кончить для меня, милый мальчик? Хм? Луи вздрагивает, слезы скатываются по его лице, а тело напрягается балансируя на краю. Блять. Гарри крепче сжимает руку Луи, ускоряя темп, целуя слезы на его щеках и шепча о том, насколько он хорош. — Так хорошо, Луи. Да ладно, я знаю, что ты можешь сделать это. Кончи со мной, детка. С помощью умелых движений теплой руки Гарри тело Луи резко вздымается и опускается, окрашивая руку Гарри и обе его рубашки во время оргазма. Луи может только сидеть и смотреть, как Гарри убирает руку, поднося ее ко рту и облизывая сперму Луи со своих пальцев, поддерживая зрительный контакт всё время. Луи слабо стонет в ответ. Если бы он не кончил, он уверен, что затвердел снова. Гарри поворачивается к нему. — Ты не возражаешь, если я., — он показывает на свои брюки. Глаза Луи расширяются от волнения, и он качает головой. Он садится, когда Гарри встает с дивана, хватая его за руку, прежде чем он сможет начать, подтягивая его ближе, чтобы тот встал прямо перед ним, пока Луи выпрямился, начиная полностью контролировать свои движения. — Ты уверен? — бормочет Гарри. Луи кивает, хватая свободную руку Гарри, чтобы поцеловать ее в тыльную сторону и смотреть на то, как Гарри доставляет себе удовольствие. Когда они были в машине, было темно, и Луи не мог полностью оценить член Гарри. Теперь в суровом свете уборной отеля видит всё. Каждая вена, каждое подергивание и каждая капля предэякулята, которая капает на ладонь Гарри, когда он начинает двигать рукой быстрее, он видит всё. Но больше всего Луи не может дождаться, чтобы увидеть лицо Гарри. Его желание исполнилось через минуту, Гарри залил лицо Луи спермой, пока тот прикрыл глаза и наслаждался этой возможностью. Спокойно, Гарри наклоняется, чтобы поцеловать Луи в лоб и шагает к раковине, намочив бумажное полотенце, вытирая себя, прежде чем схватить другое для Луи. Насытившись и чувствуя себя наполненным, хотя он и не много сделал, Луи позволяет Гарри почистить его. Он осторожно вытирает лицо, следя за тем, чтобы глаза были чистыми от слез. Затем он спускается к его телу. Он натягивает футболку на Луи, осторожно поправляя места, которые он может достать, а затем фиксируя одежду на месте. Луи радостно вздыхает, когда чувствует гладкую тыльную сторону руки Гарри, когда тот поправляет рубашку. На мгновение Луи чувствует себя странно, будто он дома. Как будто это просто то, что они сделали, и Гарри всё время о нем заботился. Как будто они возвращались в прихожую, держась за руки и вспоминая старые воспоминания, смеясь над личными шутками. Луи отталкивает эту мысль до глубины души. Он слишком устал, чтобы грустить прямо сейчас. Гарри возвращается к нему после того, как выбросил полотенца, предлагая руку, чтобы помочь Луи встать. Дрожа, он встает на ноги и опирается на Гарри для поддержки, удивленный, когда Гарри только крепче прижимает его к своему телу. В течение многих лет Луи ожидал, что ему будет стыдно после его будущих сексуальных свиданий, как будто бы он почувствует горький приступ сожаления, если оглянется на эти воспоминания. Но теперь он дважды был с Гарри и ценил эти моменты, как ничто другое. Каждый раз, когда он поворачивался, чтобы посмотреть на Гарри, он чувствовал только невыносимую любовь.