Абсент

Переступая порог полевого офиса СКМ, я чувствовал себя очень тревожно. На мне были свободные слаксы и красивая цветочная блузка, чтобы производить максимально безобидное впечатление. Но всё портили зелёные волосы, острые уши, а главное — вьющиеся вокруг меня феи. На мне не хватало разве что таблички 'мутант', а все мутанты нервничают, когда попадают в офис СКМ. За столами сидели люди, многие из них обратили на меня внимание, а некоторые даже пристальное. Выражения их лиц были профессионально-неопределёнными, так что я попробовал переключиться на магическое видение, чтобы узнать побольше. У меня ещё не было большого опыта чтения аур, и я увидел что-то вроде любопытства или удивления, но некоторые ауры содержали также оттенки… враждебности. Вчера отец уверял меня, что местный полевой офис считается одним из самых толерантных в стране, но я знал, что он не всем доверяет даже здесь. В конце концов, даром, что ли, он пошёл таким сложным путём, чтобы никто посторонний не имел доступа к результатам моего теста способностей? Он устроил так, что вместо обычной КИМ, у меня была военная карточка КИМВ, которая скрывала всё, что только возможно. Единственное, что можно было узнать из неё наверняка, так это моё кодовое имя Абсент и то, что я — магический пользователь четвёртого уровня. А поскольку "магический пользователь" — это самая широкая и неопределённая категория способностей мутантов, можно считать, что на моей карточке не было написано ничего. Технически, меня вполне можно было принять за манифестора, создающего иллюзорные объекты, ведь кроме меня мало кто знал, что это просто побочный эффект моих способностей. В глубине души мне даже отрадно было знать, что никто не в курсе, на что я способен. — Прошу внимания, — сказал у меня за спиной отец. — Это Гвен, она будет нашим интерном. — Не слишком ли молода для интерна? — спросила стоявшая неподалёку женщина в строгом деловом костюме. — Отвечает минимальным возрастным требованиям, — ответил отец. Женщину это, похоже, удовлетворило. Какой-то торопливый мужчина, который как раз проносился мимо, задержался, чтобы поприветствовать отца: — Майлз! — сказал он, — Есть один вопрос, который нам надо обсудить, когда будет возможность. — Я подойду к твоему столу, как только появится время. — сказал ему отец. Мужчина кивнул, затем перевёл взгляд на меня, улыбнулся и сказал: — Привет, я Грег Роджерс. Добро пожаловать в наш скромный офис! — Э… спасибо! — ответил я, нервно пожимая ему руку. В его ауре не было агрессии, только любопытство. Так что я немножко расслабился. — Грег работает в бухгалтерии, — прокомментировал отец. — Это к нему приходят все наши отчёты о расходах и неоплаченные счета. В том числе счёт за твоё обучение. Я ещё раз посмотрел на нового знакомого, сделав мысленную пометку, что лучше его не злить. Отец всегда говорил — и хоть в этом мы с ним сходились, — что не стоит портить отношения с парнем, который выписывает тебе чеки, иначе тебя ждут 'случайные' задержки. — На всякий случай, — жизнерадостно сказал Грег, — Я люблю кофе со сливками. А ещё на полке в комнате для отдыха мы держим запасы орехового крема. Я кивнул. Я знал, что мне не придётся проводить в этом офисе много времени, по крайней мере, до лета, но когда я всё же окажусь здесь, моей обязанностью будет разносить кофе, ну и вообще быть на побегушках. Звучит не очень увлекательно, но это хотя бы поможет разобраться в правилах и процедурах СКМ. И всё же, если бы контора не оплачивала моё обучение в Уотли, я бы старался избегать такой работы, как пожара. Когда Грег ушёл, отец негромко сказал: — Раз уж моя профессия оказалась тесно связана с твоим будущим, и чем дальше, тем больше, тебе стоит быть повнимательнее. Если ты хорошо поймёшь правила, которые мы соблюдаем… или, скорее, ОБЯЗАНЫ соблюдать, тебе проще будет иметь дело с СКМ. — Угу… — я закатил глаза. Отец уже не первый раз пытался втолковать мне это. — Но чем тщательнее ты соблюдаешь дурацкие правила, тем больше люди их придумывают. Он вздохнул. Мы снова возвращались к привычному спору: — Правила, которые на первый взгляд кажутся глупыми или бессмысленными, могут принести большую пользу, даже если ты о ней не подозреваешь. И запомни: соглашаешься ты с правилами или нет, их нарушение всегда влечёт за собой последствия. И они могут тебе не понравиться. После этого он устроил мне экскурсию по офису. По ходу мы знакомились с некоторыми сотрудниками. Я старался внимательно вглядываться в ауры, стараясь выделить тех, кто скрывает агрессию или неприязнь. Ведь, скорее всего, это и будут те люди, от которых отец старается меня защитить. Но, к моему удивлению, большинство из тех, с кем мы встретились, реагировали дружелюбно или, по крайней мере, безразлично. В какой-то момент мы встретили Круцибелль. Она вырвалась из переговорной со словами: — Блин, мне просто не верится. Ребята, вы серьёзно?! Мы спасаем город, но вместо благодарности вы заваливаете нас бумажной работой! — Весь мир держится на бумажной работе, — втолковывала ей худощавая темнокожая женщина, шагавшая следом. — И, между прочим, если бы вы позволили Святой Елене уничтожить Космическую иглу, бумажной работы было бы на порядок больше. — Кто бы мог подумать, что супергероям приходится возиться с документами, — пробормотал я. — Таков регламент, — сказал отец своим привычным ровным тоном. Я закатил глаза и прибавил: — Ну ещё бы… В этот момент мы прошли мимо человека, который встретил нас приветливым кивком, хотя его аура не соответствовала показному дружелюбию. Когда он уже не мог слышать нас, отец предупредил меня: — Будь осторожнее с Фредериксом. Он тесно связан с местным отделением организации 'Человечество превыше всего'. — Да, по его ауре видно, — кивнул я. — Я ему сильно не нравлюсь. Отец кивнул. Его как будто бы не заботило, что я использую свои силы для того, что можно истолковать как шпионаж. Или как называется, когда ты узнаешь, что люди чувствуют на самом деле? — Я подозреваю, — сказал отец, — что он сливает им информацию, которая не должна покидать стен этого здания. Но у меня нет улик. — Я заметил, что в конце его короткой речи было невысказанное 'пока что'. Наша экскурсия уже подходила к концу, когда к нам приблизились ещё два человека. — Агент Виланн, — приветствовала отца женщина со строгим лицом. Она вопросительно посмотрела на меня и нахмурилась. Впрочем, в её ауре не было особо неприязненных оттенков. — Нам нужно обсудить информацию, которая касается дела Проныры. — Боюсь, что наш новый интерн не может быть допущен к этой информации, — добавил стоящий рядом мужчина. — Гвен — свидетель одного из преступлений Проныры, — ответил отец. Агенты наградили меня удивлёнными взглядами. — К тому же к ней тянутся самые свежие ниточки, связанные с этим делом. — Он сделал паузу, задумчиво посмотрел на меня и добавил: — Её участие может быть полезным. — Да, сэр, — коротко ответил мужчина. Через минуту мы зашли в кабинет с табличкой 'Майлз Виланн' на двери. Я с интересом огляделся по сторонам — ведь я первый раз оказался у отца на работе. Здесь оказалось довольно уютно, но… пустовато. Из личных вещей в комнате была только наша семейная фотография, сделанная в прошлом году, и кофейная кружка с надписью 'Самый лучший папа'. Это был мой подарок на позапрошлый день рождения. Когда все уже были внутри, отец представил нас друг другу. Мужчину звали агент Вилкинс, а женщину агент Корниш. А потом началось совещание. Агент Корниш пару секунд посверлила меня взглядом, а затем сосредоточила внимание на отце. Судя по всему, она решила показательно игнорировать моё присутствие. — Информация о том, что Проныру видели в компании двух других мутантов, неплохо продвинула нас. Самого Проныру найти непросто, но вот Виндиго оставила за собой намного больше следов. — Наши источники сообщают, что Проныра сколачивает новую банду, — подхватил агент Вилкинс. — Судя по всему, он собирает недовольных своим положением мутантов, преимущественно низкоуровневых и не слишком опытных. Поодиночке они не представляют собой большой угрозы. Вилкинс осторожно покосился в мою сторону, он, кажется, опасался меня задеть. Хм. То, что я мутант, не значит, что я на стороне Проныры, особенно после того, как он пытался меня убить. — Они сами распространяют слухи о том, что атаковали СКМ, — продолжил Вилкинс, — Похоже, набивают цену. Хотят повысить свой статус, чтобы их считали не мелкой бандой, а террористической угрозой. — Проныра втирается к ним в доверие, — продолжила агент Корниш, всё ещё избегая смотреть на меня, — Судя по тому, что мы знаем, он готовил какую-то диверсию, но всё пошло не по плану. К сожалению, детали нам пока неизвестны. Отец посмотрел на меня и нахмурился. Его лицо не выражало особых эмоций, но магическим зрением я увидел, как его аура вспыхнула огнём гнева. — Диверсия, о которой вы говорите, — сказал он, — Была направлена на меня. Не напрямую, а через моего сына — они напали на него и пытались убить, чтобы доставить мне сообщение. Вилкинс и Корниш оба были шокированы. — О боже! — воскликнул Вилкинс. — Что произошло? Твой сын цел? Некоторое время отец молча смотрел на меня, потом обернулся к своим коллегам и сказал: — То, что я сейчас сообщу, не должно покинуть стены этой комнаты. — Что ж. Пусть будет так, — ответила Корниш. При этом она метнула на меня быстрый взгляд, что, очевидно, означало сомнение в том, что мне можно доверять тайну. — Адам сумел вырваться и убежать от трёх человек с суперспособностями, — осторожно начал отец. — Это были Проныра, Виндиго и ещё одна малоизвестная личность по прозвищу Пятнистый. — Да как ему это вообще удалось?! — удивлённо воскликнул Вилкинс. — Он был практически неуловимым парнишкой, — ответил отец не без нотки гордости в голосе. — Можно сказать, он дал Проныре попробовать на вкус его собственную пилюлю. Корниш нахмурилась и сказала: — Ты говоришь, он БЫЛ неуловимым парнишкой. Отец молчал несколько секунд, а затем ответил: — Эта атака спровоцировала у Адама мутацию. Его новые способности застали преследователей врасплох и дали ему уйти. К сожалению, вслед за мутацией вскоре последовала взрывная трансформация. — Он пережил это? — спросил Вилкинс. В его голосе смешивались сомнение и сочувствие. Я заёрзал на стуле, догадываясь, что сейчас будет. — Смотря что вы вкладываете в слово 'пережил', — пробормотал я, вызвав недоумённые взгляды Вилкинса и Корниш. — Тело Адама подверглось радикальным физическим изменениям, — осторожно начал отец. А потом решил обойтись без долгих объяснений и кивнул в мою сторону: — Вы и сами можете это видеть. Это Гвен. Раньше она была Адамом. Оба агента уставились на меня с неподдельным удивлением, заставив чувствовать себя крайне неуютно. Я поёжился. Блин, и обязательно было это говорить? Мало того, что мне досталось сомнительное удовольствие попасть в офис СКМ в роли мутанта, так теперь ещё всякие незнакомые люди будут знать про мою смену пола… — Я очень сильно рассчитываю, что вы сохраните тайну её прежней личности при себе, — сказал отец, и вид у него при этом был крайне серьёзный. — Я рассказал это потому, что доверяю вам обоим, и ещё потому, что Гвен — наш главный и самый важный свидетель по данному делу. — Я никому не скажу ни слова, — пообещал Вилкинс, продолжая глядеть на меня с большим удивлением. Корниш молча кивнула — она уже снова надела маску профессионального безразличия. — Гвен, — сказал отец с неожиданно мягкой интонацией. — Пожалуйста, расскажи им всё, что можешь, о мутантах, которые атаковали тебя. Я кивнул, а дальше стал описывать, что произошло со мной в тот день. Оба агента наградили меня скептическими взглядами, когда я начал рассказывать о том, как удирал от преследователей, особенно когда я сказал, что сумел обмануть их несколько раз. — А когда они всё-таки зажали меня в угол и окружили, — закончил я. — У меня вроде как проявилась мутация и я создал тучу хобгоблинов, которые отвлекли их и позволили убежать снова. — Трудно поверить, что после такой долгой погони, — сказала Корниш. — Они дали тебе уйти из-за какого-то случайного трюка. Я пожал плечами: — Ну, я ещё воспользовался тем, что они отвлеклись на свои глюки, и дал Пятнистому по яйцам, Виндиго ударил в горло, а Проныра к тому моменту уже сам телепортировался. — Неплохо сработано! — усмехнулся Вилкинс, покачав головой. Корниш смотрела на меня задумчиво. — Стало быть, Проныра — телепортер… — пробормотала она. — Чёрт, — Вилкинс стукнул рукой по столу. — А я поставил двадцать баксов на то, что умеет ходить сквозь стены. — Мне кажется, у него есть кое-что ещё в запасе, — добавил я, вспоминая произошедшее. — Когда я его схватил за руку, я не смог… Такое ощущение, что у него очень скользкая кожа. Мне удалось сделать ему больно, так что вряд ли это силовое поле, скорее какой-то трюк, который уменьшает силу трения. — Похоже на правду, — задумчиво прокомментировала Корниш. — Что ж, на данный момент это самая подробная информация, которая у нас есть, о его возможностях. Вилкинс подумал немного и подвёл итог: — Очень хорошо. Ты подтверждаешь нашу версию, что он начал работать в команде с Виндиго. Как раз этого нам и не хватало, чтобы понять наконец, как его выследить. — Это важно, но это не главное, — хмуро ответила Корниш. Её аура показывала, что она обеспокоена гораздо сильнее, чем хочет показать. — Они пытались достать агента Виланна, напав на члена его семьи. Это значит, наши семьи могут быть следующими. — Вот дерьмо… — до Вилкинса тоже дошло. После этого они с отцом обсуждали дальнейшие этапы своей операции, а я просто сидел и помалкивал. Я уже рассказал им всё про своё столкновение с бандой Проныры, а больше предложить мне было и нечего. Но даже просто сидеть и слушать их было очень интересно. В какой-то момент мне стало казаться, что я попал на телевизионное шоу про будни копов. Когда брифинг был окончен, Вилкинс и Корниш отправились по своим делам, оставив меня наедине с отцом. Он повернулся ко мне и сказал: — Думаю, ты прекрасно понимаешь, что всё, что коснулось твоих ушей конфиденциально и надо держать язык за зубами? — Припечатав меня взглядом, он добавил: — Безопасность — это не то правило, которым можно пренебрегать. Твоя жизнь и жизни других людей могут очень сильно зависеть от того, насколько серьёзно ты соблюдаешь процедуры секретности. Первым моим импульсом было пошутить в ответ, но я знал, что эти слова отца стоят внимания. Я кивнул и сказал: — Да, я понимаю. — Хорошо, — мне показалось, что он немного расслабился. — А сейчас нам нужно позаботиться ещё о кое-каких вещах, пока мы здесь. Побродив некоторое время по офису и вновь встретившись с Грегом, мы, наконец, двинулись домой. Сходя со ступеней здания СКМ, я вздохнул с облегчением, хотя, надо признать, всё оказалось совсем не так страшно, как я ожидал. Отец отчего-то замешкался в дверях, и тут прямо в воздухе передо мной внезапно соткался человек, внешность которого была настолько обычной и незапоминающейся, что я не сразу узнал его. — Не бойся! — театрально воскликнул Проныра, хватая меня за руку. — Я здесь, чтобы спасти тебя из лап СКМ!