Артоны и...

– Заебал этот хрен! – Арсений влетает в свою комнату как ошпаренный, при этом совершенно не ожидая, что здесь может сидеть Антон и его ждать. Абсолютно. – Кажется что-то в лесу умерло, – удивлённо доносится до слуха Арсения. – Почему это? – Попов даже на мгновение завис, переставая яриться. – Из тебя, мага графского происхождения, вырвалась нецензурщина. Точно какой-то акромантул погиб. Он не вынес такого невежества с твоей стороны. – Тебе бы, блять, только прикалываться, – негодует Арсений. – О, ещё что-то сдохло. Пойдём, надо проверить, не начал ли носить траур наш многоуважаемый лесник. – Да ну тебя! Зае... – Арсений запнулся, видя, как Антон торжествующе и выжидающе на него смотрит, но нет, ещё одного повода для вывода их в лес не даст, – достал меня этот профессор никто-зачёт-не-сдаст-особенно-вы-Попов. В подземелье бы его. – И чего ты с ним сделаешь? – лениво отзывается Шаст, мучая в руках зачем-то шейный платок друга, – чумонную бубу ему в постель подбросишь? – А хотя бы и её! Пусть бубу ебёт, а не мои мозги! И только спустя пару секунд Арсений понимает, что повторил чушь за Антоном на полном серьёзе и это, чёрт возьми, смешно! Потому и складывается пополам, пока Шаст, довольный своей выходкой, встаёт с кровати и, подойдя к другу, похлопывает его по плечу. – Ничего, всё нормально, зато пар выпустил. А затем походя, словно бы и невзначай, обматывает вокруг шеи платок и уходит с фразой: – Я, всё-таки, проверю акромантулов. – Я с тобой, – Арсений решает развеяться. Друг ведь хорошо знает, как его развеселить.