Keep the Next Breath

— Итак, кто он? Клэри поднимает взгляд от пожелтевших страниц антологии демонов и видит Изабель — такую же безупречную и модную, как всегда, в леггинсах и кружевном мини-платье, — грациозно сидящую на краю старого письменного стола Ходжа. Клэри даже не слышала, как та вошла в библиотеку, и она опасается намерений девушки. Понимающая кривизна губ Изабель столь же остра, как и остроконечные шестидюймовые каблуки ее ботинок. — Это демон Гракен, — нарочито тупо отвечает Клэри. — Не прикидывайся скромницей. Ты же знаешь, о ком я говорю, — увидев непонимающее выражение лица Клэри, Изабель закатывает свои темные глаза. — Тот парень, с которым ты встречаешься. Я не советовала тебе противозачаточные, чтобы ты могла вести целомудренную жизнь. Кто он такой и насколько это серьезно? Клэри старается не выдавать своей реакции, но широкая ухмылка Изабель подчеркивает ее неудачу. — Я так и знала! — она практически визжит. — Как его зовут? Я с ним встречалась? Ну, я не могла бы встретиться с ним, потому что единственные парни, с которыми мы проводили время, это… подожди! Это ведь не Мелиорн, верно? Я знаю, что он милый и обходительный и все такое, Клэри, но жезл королевы Фейри так глубоко засунут в его задницу, что он сам даже… — Меня не интересует Мелиорн, Изабель. Он вообще не в моем вкусе. Изабель придвигается ближе к столу. — Тогда кто же это? Клэри колеблется. До Джейса у нее действительно не было своего типа, и сказать, что ей нравятся великолепные блондины-Сумеречные охотники с саркастическим чувством юмора и скрытой неуверенностью в своей самооценке, безусловно испытает ее удачу. Изабель явно не подозревает ее в чем-то столь неподобающем. — Если ты беспокоишься, что я расскажу Саймону, то это не проблема, — Изабель бросает беглый взгляд на свои кроваво-красные ногти. — Он избегает меня. Клэри замечает явное негодование, сопровождающее последнюю часть. — С чего бы мне волноваться, что ты расскажешь Саймону? — ей действительно любопытно. — О, может быть, потому, что он все еще безумно влюблен в тебя. — Изабель… — Нет, он все понимает, — Изабель вздыхает и вскакивает на ноги. — Он во френдзоне и научился справляться с этим. Но это не сильно изменило его чувства. С каких это пор Изабель так много знает о том, что чувствует Саймон? С каких это пор Клэри не знает, что чувствует Саймон? «С тех пор как ты избегаешь его», — машинально думает она. За последние две недели она провела с Саймоном не более десяти минут — разумеется, специально. Но это был первый раз, когда она действительно думала об этом достаточно долго, чтобы скучать по нему. Изабель внимательно наблюдает за Клэри. — Послушай, я здесь не для того, чтобы говорить о Саймоне. Я хочу знать все о Хейдене. — Хейдене? Изабель улыбается. — Маленькая знойная розовая птичка сказала мне, что это имя парня, с которым ты тайком встречаешься. А под «розовой птичкой» я подразумеваю Магнуса. Клэри стонет и кладет голову на руки. — Алек. — Честно говоря, Клэри, я обижена, что ты рассказала ему, а не мне, — говорит Изабель со вздохом и вертя прядь волос между пальцами. Клэри смотрит на нее сквозь пальцы. — Я ничего не говорила Алеку о Хейдене. — Значит, существует некий Хейден, и ты действительно потеряла с ним девственность? — Я не думаю, что… — Я тебя раскусила, Фрэй, — Изабель бросает на нее последний многозначительный взгляд, прежде чем неторопливо направиться к дверям библиотеки, которые она небрежно распахивает. — Такие девушки, как ты, не ходят вокруг, сияя как ведьмин огонь, если их не трахают как следует.

***

Джейс не совсем улавливает все торопливые объяснения Клэри в лифте. Она говорит что-то о том, что Изабель самый безжалостный человек в мире и незапланированная встреча на ее уроке рисования чуть не закончилась катастрофой. — …и она ждет там, снаружи здания. Конечно, она просто предполагает, что мы с Хейденом уже встречаемся, и когда она спросила его номер, он дал его ей, что на самом деле не так уж и удивительно, учитывая, что она — Изабель, но потом, когда она написала ему сегодня и попросила прийти на вечеринку Магнуса… Что Джейс может предположить к концу тридцатисекундной тирады, так это то, что у Клэри свидание. Он выходит в святилище, и Изабель — несчастная получательница его хмурого взгляда. Она прислонилась к одной из скамей, эластичная сетка ее костюма блестела серебром в тусклом освещении. — Какая муха тебя укусила? — говорит она, выдергивая из юбки болтающуюся нитку. — О чем ты думала, приглашая примитивного на вечеринку Магнуса? — Джейс выпаливает в ответ. — Саймон приходил, когда был еще человеком. — Да, — сухо отвечает Джейс, — и к концу ночи он превратился в крысу. Изабель вскидывает руки вверх. — Ну, теперь он в порядке, не так ли? — Он вампир. Именно прикосновение руки Клэри к его спине, мимолетное, но теплое и знакомое, приземляет его. Она делает шаг в его сторону, и внезапно единственное желание, с которым он борется — это обнять ее. — А Саймон уже здесь? — спрашивает она Изабель, которая тут же теряет интерес к разговору. — Не знаю. Я не проверяла. Клэри вздыхает так, как она делает, когда пытается не злиться, и Джейс думает, что он не единственный, у кого Изабель в коротком списке «людей, которых нужно калечить тупым предметом». Не удостоив Изабель еще одним взглядом, Клэри идет по проходу к входной двери. Когда она уходит, взгляд Джейса падает туда, где ее атласное платье цепляется за изгиб спины. Он быстро отворачивается, когда Изабель толкает его плечом. — Слушай. Магнус — мастер наваждения, — говорит она. — Я имею в виду, что у Клэри все еще нет всех ее детских воспоминаний. Хейден, вероятно, просто подумает, что он просто на странной костюмированной вечеринке, где слишком много наркотиков. Так что просто расслабься, ладно? И не порть все это для Клэри. Он ей действительно нравится. Джейс фыркает. — Кто такое сказал? — Моя интуиция. — Та же интуиция, на которую ты полагаешься, когда готовишь? Изабель отворачивается и с важным видом уходит. Джейс идет медленнее, засунув руки в карманы куртки. Снаружи на ступеньках Института Клэри стоит рядом с парнем примерно такого же роста, как Джейс, атлетически сложенным, с темными глазами на смуглом лице и короткими волосами. Он легко улыбается Клэри, даже когда Саймон неуклюже парит на ступеньку выше них. Что-то, что он говорит, заставляет Клэри смеяться, и Джейс может сказать по тому, как она наклоняет голову, что это действительно так. Парень больше похож на профессионального камнедробильщика, чем на завсегдатая арт-клуба. Джейсу труднее, чем обычно, сохранять нейтральный вид, когда Хейден и Клэри поворачиваются к нему. — Ребята, это Хейден. Мы вместе ходим в школу, — говорит Клэри. — Хейден, это мой друг Саймон. Ты уже встречался с Изабель. А это Джейс, — ее язык тревожно скользит по губе. — Мой брат. Когда Хейден протягивает руку, Джейс берет ее, сжимая сильнее, чем следовало бы. Хейден приподнимает бровь, но не вздрагивает. — Я и не знал, что у тебя есть брат, Клэр. — Думаю, есть веская причина, по которой она не говорит о нем, — говорит Саймон, выглядя удивленным. — Вообще-то я в этом уверен. — Наверное, потому, что она не смогла найти слов, чтобы описать меня. Мой блеск — это то, что лучше всего испытать лично, — Джейс переводит взгляд на Хейдена. — Знаешь, я не уверен, что девушкам нравится, когда их называют большими водоемами. Они большие*. — Не обращай на него внимания, — быстро вмешивается Клэри, положив руку на плечо Хейдена. — Он просто умничает. Когда Хейден улыбается в ответ, Джейс решает, что он ему не нравится. Ни капельки. — Нет. Это же круто, — Хайден пожимает плечами, а затем толкает Клэри в плечо своим. — Но, может быть, мне стоит приберечь эти прозвища для тех случаев, когда мы будем одни? — И когда же это будет? — резко спрашивает Джейс, подсознательно двигая рукой туда, где за поясом его джинсов спрятан кинжал (хотя за последние две недели они не видели больше, чем след демона, он отказывается быть беспечным). — Никогда, если мы проведем здесь всю оставшуюся жизнь, — говорит Изабель со скучающим видом. — Нам нужно немедленно отправляться на вечеринку, иначе мы перейдем от модного опоздания к обычному опозданию. — Черт, я и забыл, что для таких вещей существуют правила для девушек, — размышляет Хейден. — Вот что я тебе скажу, Изабель. Если будет слишком поздно, мы просто устроим собственную вечеринку. Мы впятером у меня дома. Мой отец все выходные на конференции. Когда они начинают спускаться вниз по улице к метро, Саймон идет рядом с Джейсом, сразу за Клэри, Хейденом и Изабель. — Мое первое приглашение на оргию, — говорит он. — Кто-нибудь сфотографируйте меня, чтобы я мог отметить этот момент в своем скрапбуке. Джейсу приходится оторвать взгляд от того места, где пальцы Хейдена сжимают плечо Клэри, чтобы апатично оглядеть Саймона с головы до ног. — Твой первый раз, правда? Я просто в шоке. — Думаю, ты получаешь их все время. — Только когда я выхожу на публику.

***

Ярко-зеленая жидкость выплескивается из кувшина, который Саймон ставит на стол, и Клэри ныряет за своими начос, чтобы они не промокли. Рядом с ней Джейс сухо смеется. — Что? Ты не выучил урок в прошлый раз? Саймон скользит на сиденье рядом с Хейденом, поднимает темную бутылку в своей руке — Клэри знает, что она содержит кровь животных — и жестом указывает на кувшин. — Это не для меня. Магнус велел мне принести его сюда, — когда они по-прежнему выглядят встревоженными, Саймон добавляет: — Он сказал мне, что это безопасно. Ну, в основном. Хайден больше не нуждается в уговорах и наполняет стоящий перед ним стакан. Он качает головой и смеется. — Эта вечеринка довольно дикая. Клэри молча соглашается. На этот раз Магнус превзошел самого себя. Весь лофт освещен черным светом, который ловит неоновую краску, которая, кажется, была произвольно разбрызгана по полу, стенам и мебели. Освещенная танцевальная платформа — что-то прямо из «Лихорадки субботнего вечера» (вполне возможно, точно такая же) — занимает большую часть пространства, тесня местечко ди-джея и открытый бар по бокам широкого, открытого зала. Жители Нижнего мира смешиваются в громкую, хаотичную массу тел, которая, кажется, пульсирует в такт музыке, льющейся из динамиков. Магнус и Алек стоят рядом со столом, где большой торт в форме и подобии Председателя Мяу нарезается на куски и раскладывается на отдельные тарелки. У Клэри еще не было возможности поговорить с ними, но похоже, что они уже преодолели ту размолвку, которая была у них на прошлой неделе, и, похоже, хорошо проводят время, общаясь с гостями. По крайней мере, некоторые люди получают удовольствие, угрюмо думает Клэри. Между пассивным агрессивным отношением Джейса, кокетливыми заигрываниями Хейдена и плохо скрываемым весельем Саймона, у нее есть головная боль, пульсирующая болезненно в висках. Она вздыхает и делает глоток воды. Рука Джейса ложится на ее голое колено. — Вы двое совсем не похожи, — Хейден наблюдает за ними через стол. Его стакан снова пуст. Весь вечер он вел себя как обычно непринужденно, хотя еда и напитки придали его глазам блеск, которого обычно не было. — Я хочу сказать, что никогда бы не подумал, что вы родственники. — Но это так, — говорит Саймон, делая глоток из бутылки с кровью и оглядывая толпу — вероятно, в поисках Изабель, которая исчезла сразу же после их появления. — Ты, — Хайден указывает на Клэри, — очень похожа на свою маму. Так что твой брат должен выглядеть… — Как наш отец, — холодно заканчивает Джейс. Его прикосновение, однако, остается легким на ее коже, когда его рука скользит вверх под подол ее платья. Клэри бросает на него изумленный взгляд, но он даже не смотрит на нее. Хейден качает головой и наливает себе еще один стакан. — Я мог бы поклясться, что ты единственный ребенок в семье. Клэри инстинктивно раздвигает ноги, когда рука Джейса скользит между ними. Все еще глядя на Хейдена, он пожимает одним плечом. — Это недавнее открытие. — Мы не знали друг о друге до этого л-лета, — Клэри резко втягивает воздух, когда пальцы Джейса касаются ее нижнего белья. От дразнящего давления влажного хлопка ей становится жарко и неуютно в своем кресле, и она быстро отталкивает его руку под столом. Краем глаза она ловит ухмылку Джейса — первую искреннюю улыбку, которую она видела от него за весь вечер. Прежде чем она успевает передумать, Клэри кладет руку на его обтянутое джинсами бедро. Его ухмылка дрогнула. Сидящий напротив Хейден удивленно поднимает бровь. — Это должно быть что-то с чем-то. Узнать, что все это время у тебя был брат, о котором ты даже не знала. — Ммм, — Клэри слушает только вполуха, слишком сосредоточенная на том, чтобы проследить шов от штанов Джейса до его промежности. Она скребет ногтями по джинсовой ткани. Джейс выскакивает из кабинки и мгновенно встает на ноги. Его глаза ловят взгляд Клэри на самое короткое мгновение, как раз достаточно долго, чтобы она увидела желание и разочарование, пылающие в них. Затем он дает какое-то оправдание Саймону и Хейдену, прежде чем скрыться в толпе. Клэри краснеет в свой бокал, голова кружится от риска, на который она пошла. Она так занята самобичеванием, что даже не видит, куда направляется Джейс. Она упускает сухое замечание Саймона и его последующее исчезновение. Она сидит там, возбуждение борется против унижения, пока Хейден не встает перед ней и не приглашает ее танцевать. У нее есть все основания сказать «да», и она это делает. Джейсу хорошо знакомо стремление нанести телесные повреждения. Именно это делает его таким успешным сумеречным охотником. Средство так же приятно, как и цель. Убийство приносит такое же освобождение, как и осознание того, что в мире стало на одного демона меньше. В этом отношении он похож на Валентина. Может быть, это влияние его отца, а может быть, это его демоническая кровь, но Джейс не может справиться с желанием причинить боль, которое одолевает его, когда он смотрит, как Хейден и Клэри танцуют, из бара. Хайден не делает ничего плохого. Он проявляет интерес к девушке, которая ему нравится, доступной девушке, насколько он — или кто-либо еще — знает. И если он проявит к ней хоть какое-то неуважение, Клэри сама с ним справится. Может, она и маленькая, но вполне может справиться с таким примитивным, как Хейден. Парнем без подготовки. Без рун. Нет, Джейс не хочет причинить вред Хейдену. Он хочет подойти к тому месту, где тот стоит, положив руки на талию Клэри, обнять ее и поцеловать там, на глазах у всех. Он поцеловал бы ее так же, как целует, когда они остаются наедине— глубоко и со всей искренностью, какая есть в его душе. Но и тогда все будет по-другому. В этом была какая-то простота, что-то такое, что говорило, что он может поцеловать ее снова, когда захочет, и никто не будет пытаться остановить его. Но он не может. Вместо этого он наблюдает, как кто-то другой действует вместо него. Делает то, что он хочет делать. Прижимать ее тело к своему. Шептать ей на ухо. Прикасаться к ее волосам без всякой причины. Это как если бы Джейс был наказан. И может быть, он этого заслуживает, но Клэри — нет, она заслуживает каждого кусочка счастья и уверенности, которые мир может предложить человеку, и все же ей приходится скрывать и стыдиться своих собственных чувств. Поэтому, когда Джейс жаждет приземлить свой кулак в чье-нибудь лицо, наблюдая, как она неуверенно двигается в кольце рук Хейдена, это происходит потому, что он осознает несправедливость, которая стоит между ними. Кто-то должен быть привлечен к ответственности. — Это нужно прекратить. Сейчас же. Изабель присоединилась к нему в баре, ее кожа была влажной от пота, а волосы растрепанными. Она провела большую часть ночи, танцуя или занимаясь другими… физическими упражнениями. Ее темные глаза блестят, и нет никаких сомнений, что это естественная среда обитания Изабель. — То, что я сижу? — Нет. Эту чрезмерную опеку старшего брата. Это было довольно мило, когда ты выпятил грудь и бросил на Хейдена злой взгляд раньше, но это начинает надоедать. Расслабься. Наслаждайся. Если у Хейдена и Клэри сегодня будет горячий секс, то твоя угрюмость их не остановит. Возьми что-нибудь выпить, найди симпатичную вампиршу и… Кулак Джейса ударяет по барной стойке, заставляя ее подпрыгнуть. — Прекрати, Изабель, — рычит он. — Мне не нужны твои дурацкие советы по отношениям. Ее глаза сузились до черных щелочек. — Извини меня за то, что я не хочу смотреть, как ты дуешься и портишь отличную вечеринку. Джейс мрачно смеется. — И это все? Я порчу атмосферу вокруг? — его взгляд скользит мимо нее туда, где Клэри и Хейден танцевали последние три песни. Но ни одной знакомой вспышки рыжих волос и бледной кожи. Джейс быстро осматривает остальную часть танцпола, но Клэри и Хейден уже ушли. Мгновение спустя Джейс поднимается на ноги, но когда проходит мимо Изабель, она протягивает руку, чтобы схватить его за предплечье и притянуть к себе лицом. Она пригвоздила его взглядом, там, в темной переполненной комнате, где вокруг танцуют и смеются обитатели Нижнего Мира. Если бы Джейс был кем-то другим, он был бы напуган неподдельным напряжением в глазах Изабель. — Она твоя сестра, — спокойно говорит она, и Джейс вздрагивает от этого слова. — Она привлекательная, милая и сильная. Мальчики будут замечать ее, а она будет замечать их. Рано или поздно она встретит другого Сумеречного охотника и почувствует к нему то же, что раньше чувствовала к тебе. Они будут встречаться и, может быть, даже влюбятся друг в друга. Они поженятся, заведут кучу рыжих детишек, создадут собственную семью. И она будет счастлива. Как она того и заслуживает. И знаешь что, Джейс? Ты тоже можешь быть счастливым. Джейс пытается вырвать свою руку, но Изабель только крепче сжимает ее. — И тебе не придется беспокоиться о моих советах. Я не собираюсь продолжать нянчиться с вами двумя. Но наша семья висит на волоске, и я клянусь ангелом, Джейс, — она наклоняется ближе. — Если ты сделаешь что-нибудь, чтобы окончательно разорвет нас, я лично выслежу тебя и буду избивать, пока ты не пожалеешь об этом. Стиснув зубы, Джейс рывком высвобождается из хватки Изабель. — Иронично, не правда ли? Ты говоришь как авторитет в длительных, счастливых отношениях, когда твои самые долгие отношения с кем-либо — это пятнадцать минут в кладовке Института. Широко распахнутые темные глаза Изабель следят за Джейсом, когда он поворачивается и уходит. Он благодарен оглушительной музыке и сопровождающему ее реву голосов, когда пробирается сквозь толпу. Шум заглушает слова Изабель, когда они звучат в его голове, и все, на чем он должен сосредоточиться — это настойчивая потребность найти Клэри. Он осматривает главную комнату меньше чем за минуту, а остальные двери в лофте заперты. Его отчаяние только растет, и Джейс выходит наружу… и почти сталкивается с Хейденом, который стоит по другую сторону задней двери квартиры. Он открывает рот, чтобы что-то сказать, но внимание Джейса уже переключилось на Клэри, которая прислонилась к металлической решетке лестничной площадки. Ее руки вцепились в перила так, что побелели костяшки пальцев, глаза широко раскрыты и смотрят вниз, в переулок, а грудь поднимается и опускается от неглубокого дыхания. Джейс без малейшего колебания отбрасывает Хейдена к стене. Другой парень ошеломлен. — Что с тобой не так? — Что ты с ней сделал? — руки Джейса сжимают материал рубашки Хейдена, удерживая его прижатым к фасаду здания. Он ждет, когда этот мудак скажет хоть одно слово, даст ему хоть один повод ударить кулаком в лицо, как он хотел сделать всю ночь. — Чувак, я ничего такого не делал, — тихо предупреждает Хейден. Все тело Джейса напрягается в предвкушении невысказанной угрозы. — Отвали от меня. — Джейс, прекрати это, — Клэри встает рядом с ними, лицо ее побелело, И она нервно прикусывает губу. — Он ничего не сделал. Когда он не двигается сразу, Хейден с силой отмахивается от рук Джейса. Джейс отпускает его, придвигаясь ближе к Клэри и делая шаг назад. Вслепую он тянется к ее руке и вместо этого ловит ее запястье. Хейден отталкивается от стены. — Послушай, мы просто танцевали, когда Клэри увидела что-то и испугалась. Джейс смотрит на Клэри, которая все еще кажется потрясенной. — Я думаю… Нет, я знаю, — начинает она, но потом качает головой. — Мне нужно поговорить с Джейсом. Наедине. У двери Хейден вздыхает, и Джейс ненавидит то, как его взгляд смягчается, когда он говорит с Клэри. — Ты в порядке? Клэри кивает, нервно теребя свое платье. — Прости, что я сбежала от тебя там. — Не беспокойся об этом, — Хейден отмахивается от ее извинений. — Я буду внутри. Джейс отвечает на вызывающий взгляд Хейдена, прежде чем тот ныряет за дверь, и в тот момент, когда он уходит, Джейс бормочет: — Что касается фальшивых бойфрендов, мне он совсем не нравится. Я хочу, чтобы меня включили в процесс отбора в следующий раз. Думаю, что кто-то пониже ростом, который не выглядит так, как будто он мог бы успешно перепрыгнуть через Статую Свободы с шестом… — Джейс, — руки Клэри обхватывают его запястья, притягивая к себе, пока он не оказывается лицом к лицу с ее широко раскрытыми зелеными глазами. Страх, который он видит там, холодит его. — Внутри, пока мы танцевали, клянусь, я видела… — она замолкает, качая головой. Джейс обхватывает ее бедра и притягивает ее к себе, дрожа, когда их тела сливаются. — Что тебя так напугало, а? Она облизывает губы, успокаивающе вздыхает и смотрит ему прямо в глаза. — Я видела Себастьяна. Джейс пристально смотрит на нее, желудок скручивается от этого имени, но он не осознает его по-настоящему. — Себастьяна? — Да. Себастьяна Верлака. Он резко качает головой. — Это не… это невозможно. — Я знаю, что видела, — говорит она. — Это он стоял там, в толпе. Просто наблюдал за мной. Я обернулась и, оглянувшись, увидела, что он идет в нашу сторону. — Кто-то похожий на него, — настаивает Джейс, всем своим существом отвергая правдоподобие того, что этот убийца, прихвостень Валентина, выбрался из Идриса живым. Джейс до сих пор помнит удовлетворение, которое испытал, когда вонзил клинок в спину парня. Ни одно убийство не казалось ему более оправданным. Более окончательным. Но Клэри отрицательно качает головой. — Я никогда не забуду его лицо, — признается она. — И это был он. Я это знаю. И мне не показалось. Джейс чувствует тошноту. — Клэри… Задняя дверь открывается, и Клэри и Джейс отпрыгивают друг от друга, когда группа вампиров выходит. Они смеются и, спотыкаясь, выходят на ржавую лестницу пьяной массой. Один из мужчин с красными и оранжевыми прожилками в волосах присвистывает, глядя на ноги Клэри, когда проходит мимо. — Знаешь, если они потом не будут заняты, у меня есть для них местечко. Джейс оборачивается к нему, но женщина из группы пробирается между ними, кладя когтистую руку на грудь Джейса. Она улыбается ему тонкими красными губами. — Конечно, ты тоже приглашен, красавчик. Джейс с отвращением отдергивает ее руку, заставляя вампиров разразиться смехом, когда они продолжают спускаться по лестнице. Их пронзительные голоса звучат в ночи, прежде чем затеряться в реве моторов мотоциклов. Джейс тихо ругается и сердито проводит рукой по волосам. Рядом с ним Клэри не останавливается. — Мы должны еще раз проверить клуб и убедиться, что его здесь нет. Может быть Магнус сможет сделать заклинание, чтобы увидеть… — Пошли отсюда, — Джейс хватает Клэри за руку и начинает вести ее вниз по лестнице. Клэри упирается каблуками в первую ступеньку. — Что? Куда? — Давай выберемся отсюда. Пойдем туда, где мы сможем побыть одни. — Одни? — недоверчиво повторяет она. — Но… Себастьян. Джейс, мы не можем просто уйти. А что, если он все еще здесь? Мы должны рассказать об этом остальным. Джейс останавливается и оборачивается. Клэри стоит на ступеньку выше него, и ее лицо оказывается на одном уровне с его лицом. Стоя так близко, он прекрасно видит ее даже при плохом освещении. Косметика, которую Изабель старательно наносила в начале вечера, теперь слегка размазалась и стерлась от жары внутри. Как будто ее маска ускользает только ради него. Он получает те ее части, которые больше никому не доступны. Части, которые принадлежат только ему. — Мы так и сделаем. Я обещаю, — говорит он, проводя пальцами по волосам на ее висках. — Но если Себастьян и был здесь, то сейчас его уже нет. Я только что проверил каждый угол квартиры Магнуса в поисках тебя. Никакого Себастьяна. Пять минут ничего не изменят. — Но… Он настойчиво целует ее, не отстраняясь, пока она не расслабляется, приоткрывая рот и скользя руками вверх по его рукам к плечам. — Ты мне нужна, — бормочет он ей в челюсть. — Мне нужны только мы прямо сейчас. — Прямо сейчас? — Клэри вздыхает и устало смотрит на дверь. — Джейс… Он уже слышит, как она называет его имя по другой причине. Каким-то неуловимым движением он обхватывает ее бедра сзади под платьем. Он лишь прижимается губами к ее уху. — Я устал притворяться, что не хочу затащить тебя в ближайший темный угол и выбить из тебя слово «сестра». Ее дыхание прерывается легким вздохом, и неострые ногти впиваются в его кожу. Джейс редко так прямо говорит о своей почти постоянной физической потребности в ней, не потому что думает, что это испугает ее, а потому что это пугает его самого. Она убедила себя в его доброте, и он так сильно хочет доказать ее правоту, что пытается скрыть самые темные вещи, например, что он из тех людей, которым нравится представлять свою сестру на коленях перед собой, и что он перестал чувствовать себя хоть немного виноватым из-за этого. Он видит тот момент, когда она смягчится, когда забывает обо всем, кроме него. Ее тело падает в его объятия, мягкое и податливое. — Пять минут, — говорит она, — и тебе лучше сделать так, чтобы оно того стоило. — А когда я этого не делал?

***

Саймон ожидает худшего, когда Джейс и Клэри останавливаются у стола с таким видом, будто они только что прошли через шторм со скоростью восемьдесят миль в час. Они оба раскраснелись, и в то время как волосы Джейса обычно небрежно взъерошены, волосы Клэри висят вокруг ее плеч спутанной массой красных волн, которые не выпрямятся, пока она не помоет их. Но Саймон совершенно точно знает, что снаружи нет ветра со скоростью восемьдесят миль в час. На самом деле здесь нет даже ветра в пяти миль в час. Значит, он знает, что это что-то другое. Что-то еще. Что-то еще, что уже не должно быть чем-то вообще. На лице Клэри появляется тревожное выражение, когда она открывает рот, и Саймон напрягается, готовя себя к тому, что она скажет: «Прости, но мой брат — тот, кого я хочу». Поэтому он удивляется и даже немного радуется, когда Клэри обхватывает его маленькую руку своей и поднимает на ноги. — Ты не видел Изабель? — спрашивает она. — Видел. Она рычала на меня, — как бы Саймону ни нравилась Изабель, она, вероятно, самая запутанная женщина, которую он когда-либо встречал. Она либо пристает к нему, либо просто отталкивает, и он не совсем уверен, что менее страшно. — Нам нужно найти ее. А еще Алека и Магнуса. — О нет. Неужели Хейден превратился в крысу? — Саймон оглядывается в поисках парня, которого он знал со средней школы, но никогда не разговаривал с ним до сегодняшнего вечера. Хейден ходит в художественный клуб Клэри, но это в основном потому, что его бывшая девушка-черлидерша заставила его присоединиться к первокурсникам. После того, как они расстались, он решил остаться и встречаться с удивительным количеством привлекательных девушек (хотя до недавнего времени он не обращал на Клэри особого внимания). Излишне говорить, что они с Саймоном вращались в разных кругах. Но если не считать того, что Хейден был одним из отвратительно титулованных старшеклассников в университетской баскетбольной команде, Саймон действительно не мог сказать о нем ничего плохого. И он никому не пожелал бы превращения в крысу. Клэри останавливается так быстро, что Саймон почти натыкается на нее. — Что? Нет. Разве ты его не видел? — Нет, с тех пор как вы начали танцевать. Клэри открывает рот, чтобы что-то сказать, но Джейс обрывает ее. — Вон там, — говорит он, указывая на бар, где невозможно не заметить сверкающие волосы Магнуса и высокую сгорбленную фигуру Алека. Этот решительный блеск снова появляется в глазах Клэри, и она тащит Саймона вперед, Джейс следует за ней более неторопливо. Он выглядит наиболее спокойным, чем весь вечер, и это возвращает Саймону его тревогу. Когда Джейс выглядит таким беспечным, это обычно означает, что у него только что было тайное свидание с лордом зла или он просчитывает лучший способ разозлить стаю мускулистых оборотней. Он прислоняется спиной к барной стойке, скрестив лодыжки, в то время как Клэри набрасывается на ничего не подозревающего Алека. — Где Изабель? — спрашивает она, как только они оказываются достаточно близко, чтобы их можно было услышать сквозь музыку. — Хм. Мне кажется, я ее видел… — Изабель? Пссссшт, — Магнус покачивается на своем стуле, наклоняясь через Алека, чтобы быть ближе к Клэри. — А как насчет того восхитительного кусочка человеческого мяса, который ты привела с собой? Высокого, смуглого и угловатого. В приглашении ничего не говорилось о том, чтобы самому принести свои собственные закуски, бисквитик. И ты должна это знать, потому что сама их писала. Клэри морщит нос. — Ты что, пьян? — Ни в коем случае, — в голосе Магнуса звучит негодование, когда он пытается выпрямиться в кресле. Алек держит его за руку, чтобы не дать упасть. — Верховные маги Бруклина не поддаются таким низким… вещам. Мы выше пьянства. Джейс ухмыльнулся. — О, как пали могущественные! Клэри выглядит так, словно вот-вот расплачется или начнет стрелять огненными шарами из глаз -Саймон не совсем уверен, из-за чего. — Джейс, ты мог бы отнестись к этому немного серьезнее… — Наконец-то я вижу семейное сходство, — Изабель появляется позади группы с бокалом чего-то синего в руке. — Очевидно, Моргенштерны умеют высасывать все самое интересное из светских раутов. Это день рождения Магнуса, Клэри. Он должен был напиться. — Я не пьян, — категорически отрицает Магнус. — Как бы не так, — говорит Алек, качая головой. — Я же говорил тебе, что эти пятичасовые коктейли — плохая идея. — Но они были такие розовые… — Можете все просто остановиться! Все смотрят на Клэри, включая Саймона, который не видел ее такой раздраженной с тех пор, как она пробила двенадцатифутовую дыру в металлическом корабле Валентина. Он вдруг начинает нервничать из-за стула, который она сжимает. — Я кое-что видела, — продолжает она. — Или на самом деле кого-то. Магнус оживляется. — Анджелину Джоли? — Нет, — нетерпеливо говорит она. — Я видела Себастьяна. Момент, когда никто ничего не говорит, когда никто ничего не понимает… Затем Изабель становится жесткой, как доска. — Себастьяна? — шипит она. — Что за дурацкая шутка? — Это вовсе не шутка. Я видела его, когда танцевала. Щелчком выключателя Алек превратился из озабоченного бойфренда в сосредоточенного охотника. — И куда он делся? Изабель усмехается. — Она на самом деле не видела его. — Я пошла за ним на улицу, — говорит Клэри. — Через заднюю дверь. Но потом он исчез. Алек встает на ноги. — Но он не мог уйти далеко. — Ты же не серьезно, Алек, — Изабель ощетинилась, а Саймон ни за что не поменялся бы местами с Алеком. — Я видела, как Джейс поджарил свою задницу. Он мертв. Он только пожимает плечами. — Нет ничего плохого в том, чтобы убедиться в этом. — Вообще-то, — неохотно начинает Клэри. — Я видела его минут десять назад. Саймон удивленно моргает. — И ты ждала, чтобы сообщить нам, что убийца-социопат был здесь, потому что… Он клянется, что чувствует, как повышается температура ее тела, хотя они едва касаются друг друга. Ее язык скользит по губам, прежде чем она отвечает. — Ну, Джейс… — Я не думаю, что она действительно видела его, — говорит Джейс, отталкиваясь от бара. — До сих пор не думаю так. Рот Клэри открывается в маленьком, недоверчивом «о», и Саймон кладет руку ей на плечо. — Я правда не считаю, что Клэри стала бы лгать об этом. — Я не считаю, что она лжет, — легко говорит Джейс. — Я просто считаю, что она видела то, чего там не было. На Саймона это не произвело никакого впечатления. — Значит, ты считаешь ее сумасшедшей. Джейс выглядит раздраженным. — Мне стоит быть здесь для этого разговора, или ты будешь говорить за нас обоих? — Я же сказала тебе, что знаю, что видела, — вмешивается Клэри, прежде чем Саймон успевает ответить, и это, вероятно, к лучшему, потому что у Саймона нет остроумного ответа. — Да. Но то, что ты видела, было ненастоящим, — Джейс утверждает это как факт, как будто он указывает на то, что трава зеленая. — Он определенно выглядел настоящим. Магнус, который в течение последней минуты заставлял напитки быстро появляться и исчезать перед ним, перестает щелкать пальцами достаточно долго, чтобы прокомментировать. — За это ты должна благодарить волшебные галлюциногены. — Что? — Мне просто пришлось выгнать полдюжины Фейри после того, как я поймал их на том, что они подсыпали что-то лишнее в дым-машину, — он вздыхает и театрально машет рукой. — Очевидно, моя вечеринка была недостаточно веселой сама по себе. — Мне весело, — заверяет его Алек. Клэри упирает руки в бока. — И тебе не кажется странным, что галлюцинации были только у меня? Алек выглядит задумчивым. — У тебя нет постоянных рун, которые защищают большинство Сумеречных Охотников от воздействия чего-то из Нижнего мира. — И, — почти невнятно произносит Магнус, — ты не одна такая. Пара эльфов танцевала рядом с тобой, и теперь они убеждены, что они два добрых исследователя, которые обнаружили логово великанов, совершенно не зная о том, что они были восьми дюймов ростом всю свою жизнь. Джейс сверкнул зубастой улыбкой. — А знаешь, что еще такое восемь дюймов? Клэри буквально кипит от гнева, и это лучше, чем сказать «да», как полагает Саймон. Но потом она стряхивает его руку и уходит. — Я думаю, что сейчас у меня начнутся галлюцинации в другом месте. Саймон не удостоил остальных и последним взглядом, прежде чем последовать за ней. Они продвигаются медленно, Клэри изо всех сил пытается пробиться сквозь плотную толпу танцующих. — Не позволяй им добраться до тебя. Похоже, у Сумеречных охотников в крови быть социально неполноценным, когда речь заходит о таких вещах, как тактичность, чувствительность сострадание, — когда они проходят мимо одного из ораторов, ему приходится практически кричать, чтобы быть услышанным. — Или, знаешь, это может быть просто прикол Джейса, который я подсознательно проецирую на всю расу. В этом случае… мой косяк. Клэри останавливается перед деревянным ящиком с надписью «акустика» и поднимается на него. Саймон протягивает руку, чтобы поддержать ее. — Я не хочу об этом говорить, — говорит она. — Ты не видел Хейдена? — Высокого, темноволосого парня, который весь вечер пялился на твою грудь? Я могу припомнить, что видел кого-то с таким описанием. Несколько мгновений она осматривает переполненную квартиру. Саймон не утруждает себя объяснением, что это было бы намного быстрее, если бы он стоял на ящике. — Он не смотрел на мою грудь. — Нет. Но ему этого очень хотелось. Я это сразу понял. Она показывает в дальний конец комнаты. — Я его вижу. Возвращаемся в кабинку. — Думаю, что такой уровень сдержанности делает его подходящим для свиданий, верно? — Саймон помогает ей спуститься на пол, где она покачивается на каблуках, прежде чем снова обрести равновесие. — Я имею в виду, если ты заинтересована в том, чтобы он подходил для свиданий. — Я не заинтересована, — говорит она, даже не задумываясь. Саймон удивленно качает головой. — Так я и думал. Клэри не сразу отправляется к кабинке и Хейдену. Вместо этого она смотрит на него, Саймона, так же пристально, как изучает картину, которую видит впервые. У нее есть сверхъестественный взгляд на искусство, способность воспринимать именно то, что художник пытался выразить через свою работу. Саймон чувствует, как она использует этот дар на нем сейчас, расшифровывая вещи, которые он, вероятно, даже не осознает сам. — Ты знаешь меня лучше, чем кто-либо другой, — наконец говорит она, мягко глядя на него. — Я думаю, ты всегда будешь таким. Саймон все понимает. — Это моя работа — знать тебя, — он берет ее за руку. — Просто на случай, если ты забудешь кое-что важное.