Горло, полное стекла

      До встречи с модельером, которую Койю перенёс с полудня на семь часов вечера, оставалось ещё довольно много времени. Отправив Юу загонять машину в гараж и велев после этого подняться в квартиру, Койю вернулся домой и, вытряхнув из сумки тоненькую железную пластиночку, которую дал Ютака, как можно быстрее пошёл в спальню. Тоненький ноутбук, запрятанный в чехол, ждал его на письменном столе. Прихватив его вместе с очками, Койю устроился на диване в гостиной и принялся щёлкать кнопками. Почему-то у него появилось стойкое ощущение, что ключ всей этой истории прячется именно в аварии и что сейчас, изучив материалы, он если не узнает разгадку, то подберётся к ней максимально близко. Слишком уж велико было желание как можно быстрее со всем этим закончить и успокоиться, самому уже надоело безостановочно нервничать и накручивать себя.       Как и обычно в вопросах, связанных с добычей той или иной информации из труднодоступных мест, Ютака не подвёл и вытащил, видимо, сразу весь архив с этим делом. На носителе обнаружилось множество папок: записи с камеры видеонаблюдения, висевшей на шоссе, фотографии и подробные описания повреждений, полученных машиной, снятые показатели с приборов, список вещей, найденных на месте катастрофы, отчёт патологоанатома… Всего было и не перечислить. Похоже, Таканори и впрямь поставил полицейских на уши, чтобы они рыли носом землю и изучили всё, что было можно и нельзя. Койю со вздохом потёр пальцами глаза. Опять болеть будут. Удивительно, до чего же вредная операция, ему ведь всего-то цвет радужки изменили, а глаза стали такими чувствительными, и зрение ухудшилось в разы… Но делать было нечего. Чтобы хоть немного облегчить свои мучения от контакта с экраном, Койю надвинул на нос очки и углубился в чтение.       Начать он решил с конца — с отчёта, в котором полицейские вроде как восстанавливали картину произошедшего. С их слов всё получалось точно так же, как рассказывал в лаборатории Кензо. Но пока Койю изучал это изложение, всплыло несколько новых для него фактов. Выяснилось, что проблемы с тормозным ремнём у «Порше» Койю проглядывались и до этого: здесь же приводилась пометка, что Таканори в разговоре со служителями закона вспомнил, как примерно за неделю до случившегося Койю жаловался, что машина плохо слушается педали тормоза, а сам Таканори, на беду, отмахнулся и просто велел ему до своего возвращения из командировки не трогать «Порше».       Койю тяжело вздохнул.       — Бедный Така. Понятно теперь, почему он винит себя… Небось всего себя потом сгрыз.       Вместе с жалостью в душе закопошились некоторые подозрения. Показания Таканори выглядели странно, в особенности при знании ситуации изнутри. Койю пожаловался на проблемы с машиной, причём не с какой-то ерундой, а с тормозами, дураку понятно, что если не вмешаться, то это закончится очень плачевно. Что полагается в такой ситуации делать заботливому мужу? Да при паранойе Таканори ему следовало не просто запретить Койю трогать машину, но и забрать у него на всякий случай ключи. Однако Таканори отчего-то этого не сделал, ограничившись обычной просьбой. Можно сказать, сам же и пустил козла в огород.       Койю принялся читать дальше и вскоре получил нечто, похожее на разъяснение. Полицейские задали Таканори тот же вопрос, почему он оставил Койю ключи. На что Таканори растерянно ответил, что одних лишь просьб всегда было достаточно. Койю обожал супруга и всегда делал так, как он говорил, Таканори даже в голову прийти не могло, что он может ослушаться. К тому же, сетовал он, на тот момент в центре несколько дней как стояла отвратительная погода, автострады подтопило, и Таканори был уверен, что Койю будет мирно сидеть в квартире и ждать его. Но Койю, загоревшийся желанием пораньше увидеть супруга, наплевал на всё, сел за руль и помчался в аэропорт, едва не нарушая скоростной режим. Кензо был прав, Койю и вправду гонял как ведьма на помеле, последняя зафиксированная скорость на спидометре оказалась почти сто тридцать километров в час. И надо же было такому случиться, что именно в этот момент без того повреждённый и держащийся на соплях тормозной ремень и лопнул. Результат понятен, машину на повороте занесло, она сшибла ограждение и на той же огромной скорости влетела в отбойник. Банальный несчастный случай, роковое стечение обстоятельств — беременный омега за рулём повреждённой машины, один, на пустой тёмной дороге в ливень. Злой рок, судьба, назвать это можно было бы как угодно.       Койю слегка прищурил уже уставшие глаза и покачал головой.       — Вот же безбашенный… — бормотнул он. — Конечно, ужасно, что так случилось, но Койю и сам хорош. Вот кто ему мешал мирно остаться дома и подождать? Себя не берёг, так хоть о ребёнке бы подумал. И как будто эти два часа что-то бы решили…       Он перечитал текст несколько раз и, поняв, что ничего особенного в нём нет, потянулся за следующим файлом. Им оказался отчёт патологоанатома касательно самого Койю, сделанный уже, видимо, в клинике. Сотрудники прибывшей бригады разжали металлические обломки и вытащили Койю из машины, но помочь ему было уже нельзя, смерть наступила от травм, несовместимых с жизнью. Всё опять совпало с рассказом Кензо. Здесь же приводился список полученных ранений: перелом основания черепа, разрыв селезёнки, вывих тазобедренных суставов, многочисленные повреждения рёбер и позвоночника, ожог почти восьмидесяти процентов тела, открытые раны, нанесённые осколками… Да уж, шансов у несчастного Койю, похоже, не было. Одно только было хорошо — врачи предположили, что он погиб мгновенно, при ударе, а значит, уже не чувствовал боли от ран и ожогов.       — Меня сейчас стошнит.       Скривившись, Койю как можно быстрее закрыл файл и щёлкнул по следующей папке.       В ней находились фотографии машины и повреждений. Койю полистал их, отмечая знакомую картину, ровно то же самое, что приснилось ему тогда. «Порше» превратился в огромную груду металлических обломков и загорелся, зажав своего водителя в смертельной ловушке. И вроде бы ничего необычного в них тоже не было…       «Подумай, могло ли машину так разъебать от удара об отбойник?»       Глухой голос Хиде эхом прозвучал в голове, и Койю невольно прикусил губу. Наверное, могло, раз полиция не увидела в этом ничего необычного. В конце концов, учитывая скорость, на которой произошла авария, ничего удивительного в этом нет…       Койю невольно прикусил ноготь на большом пальце. Нет, что-то здесь явно не так. Подумав секунду, он всё же негромко крикнул:       — Юу! Юу, можешь подойти сюда на минутку?       Он специально не отпустил телохранителя, подумав, что тот сможет ему помочь. Не прошло и нескольких секунд, как Юу материализовался на пороге комнаты.       — Что случилось, Койю-сан?       Койю поманил его к себе пальцем и, когда Юу подошёл, повернул к нему ноутбук. Юу глянул на экран с высветившимися фотографиями и присвистнул.       — Ого, что это?       — Ютака вытащил из полицейских архивов дело об аварии, — Койю нервно постучал пальцами по подлокотнику дивана. — Вот, изучаю.       Юу удивлённо кашлянул и склонил к плечу голову.       — К чему вам этот ужас?       — К тому, что мне кажется, что не всё там было так просто с этой аварией. Если окажется, что это только моя паранойя, я буду рад, честно, — Койю поморщился. — Я просто хотел тебя попросить взглянуть, ты же у нас вроде как полицейский и разбираешься в таких делах…       — Койю-сан, ну я же не эксперт, я всего-то наблюдатель.       — Но ты говорил, что вас обучали некоторым навыкам экспертов, — Юу хмуро отвёл в сторону глаза, и Койю сложил ладони. — Пожалуйста. Можешь просто посмотреть на эти фотографии, прочитать описание повреждений и сказать, не кажется ли тебе что-то странным? Мне лично кажется, но я никак не могу понять, что именно. Может, ты сообразишь?       Юу вздохнул, видимо, поняв, что делать нечего, сел на диван рядом и протянул руки:       — Разрешите?       Койю молча переставил ноутбук к нему на колени. Юу практически воткнулся носом в монитор и примолк. Несколько минут он молчал, внимательно изучая информацию: по мере того, как картинки и текст сменяли друг друга, он становился всё более и более мрачным. Привычная обаятельная улыбка пропала с губ, взгляд тёмных глаз стал жёстким и отстранённым. Эта метаморфоза удивительным образом изменила его лицо, и Койю даже вздрогнул. В обыденное время было тяжело поверить, что Юу полицейский. Но вот когда он концентрировался, это становилось очевидным.       — Ну… Я не вижу ничего сверхъестественного, — изрёк Юу наконец. — Если на большой скорости влететь в ограждение, то и не такое бывает. Эти оградки только со стороны кажутся хлипкими, на самом деле они специально предназначены для того, чтобы выдерживать сильные удары. Врежешься в такое — мало не покажется. Нам во время учёбы показывали фотографии с мест ДТП, там машины после таких столкновений иной раз на железные блины были похожи, просто всмятку. Только вот… — Юу запнулся и наклонил голову.       — Что? Что тебя обеспокоило? — мигом напрягся Койю.       — Здесь написано, что «Порше» загорелся, — Юу ткнул пальцем в монитор. — Причём горел он так, что к приезду полиции и «скорой» огонь успел основательно его потрепать…       — Да, — кивнул Койю, — в отчёте патологоанатома написано, что у Койю, когда его вытащили, был ожог восьмидесяти процентов тела, так что пожар был неслабый.       Юу нахмурился ещё мрачнее.       — Вот в этом и вопрос. Откуда там взялся такой адский пожар? — пробормотал он. — Конечно, если машина была заправлена под завязку, она могла вспыхнуть, но, насколько я знаю, у «Порше» предусмотрена вероятность сильного столкновения и везде стоят клапана, чтобы даже в случае повреждения бензин не вытек и не загорелся. А тут он полыхнул с такой силой… Да это ещё под дождём, в холод… Очень странно.       Койю почувствовал, как по спине пробежалась стайка мурашек.       — Думаешь, «Порше» не сам загорелся? — почти в ужасе прошептал он, прикрывая ладонями рот. — Ему кто-то помог?       Юу продолжал хмуро смотреть на экран и морщить лоб, явно рассуждая.       — Не исключено, — сказал он после некоторой паузы. — Потому что это и вправду выглядит несколько странно. А ещё более странно то, что полиция не обратила на это никакого внимания.       — Но если бы кто-то поджёг машину, это наверняка засекли бы на камерах наблюдения, — растерянно протянул Койю и потянулся рукой к тачпаду. — Но судя по тому, что в отчёте об этом ничего нет, полицейские не увидели на них ничего этакого.       — А есть запись с камер? — увидев, как он кивнул, Юу попросил: — Включите.       Койю постучал пальцем по панели. На экране появилось небольшое изображение, и Койю недовольно покачал головой.       — Мда, правительство явно экономит на наблюдении за дорогами. Ну и качество, как в каменном веке. Удивительно, что они вообще что-то на этой записи увидели.       Картинка и вправду расползалась на пиксели и слегка подрагивала, плюс на объективе, ничем явно не защищённом, то и дело оседали крупные капли дождя, мешавшие смотреть на окружение. Камера запечатлела широкую, из шести полос, абсолютно пустую дорогу, которая шла под небольшим наклоном вниз. А чуть поодаль от того места, где располагалась камера, виднелся довольно резкий изгиб, шоссе брало вправо. Тусклый жёлтый свет фонарей, стоявших за ограждением, отражался так, что становилось понятно — магистраль залита водой по щиколотку, это уже не дорога, а почти водоём, и дождь продолжает идти. В углу кадра моргали белые цифры даты и времени.       Койю смотрел на экран во все глаза. Примерно минуту на видео ничего не происходило, потом на крайней левой полосе замелькал свет фар, и в поле зрения появилась белоснежная машина, из-за огромной и горбатой задней части похожая на белого кита; она неслась навстречу камере, взметая колёсами стену брызг вокруг себя. Держась в своей полосе, «Порше», не снижая скорости, стал входить в поворот. Раздался громкий, долетевший даже до динамиков камеры визг тормозов, но машина ни капли не замедлилась. Её колёса заскользили по затопленной дороге, как по льду, «Порше» занесло и ударило о ближайшее ограждение. От ограды натурально посыпались искры, послышался отвратительный скрежет искорёженного металла. Хлипкая на вид, но на деле крепкая преграда спружинила и с громким хрустом переломилась. Огромный, тяжеленный «Порше», как игрушку, через соседние полосы швырнуло в крайний правый ряд. Он завилял носом из стороны в сторону, словно водитель предпринял отчаянную попытку его выровнять, но из этой затеи ничего не вышло, и машина на той же скорости впечаталась капотом в ограду напротив. До динамиков донёсся жуткий грохот, похожий на взрыв, затем громкий хлопок, злосчастный «Порше» развернуло и ударило об ограждение другим боком… И воцарилась жуткая тишина. Несколько секунд машина стояла неподвижно, а потом остатки её смятого в гармошку капота вспыхнули, как костёр.       Не сильно качественная запись равнодушно демонстрировала катастрофу и явно не передавала всего ужаса случившегося. Койю слегка подрагивающим пальцем стукнул по панели, ставя видео на паузу, и посмотрел на Юу. Тот напряжённо глядел на экран, прищурив глаза.       — Ну? Есть какие-нибудь мысли?       Юу медленно скрестил руки на груди и прикусил губу.       — Есть, — заявил он и нервно постучал пальцами по подлокотнику дивана. — Запись паршивая, но я достаточно рассмотрел, чтобы у меня появилось несколько вопросов. Первое. В отчёте вроде было написано, что Койю погиб мгновенно, при первом же столкновении, верно? — увидев, что Койю кивнул, Юу задумчиво протянул: — Но если Койю после первого удара уже был мёртв, то кто пытался выровнять машину?       По спине опять пробежал холодок.       — Может, это её на дороге просто так носило? — попытался уцепиться за соломинку Койю.       — Нет. Если бы её несло и ей никто не управлял, колёса бы оставались в одном положении, — хмуро продолжил Юу и, отведя его руку в сторону, слегка перемотал видео назад, ровно на то место, где «Порше» вилял из стороны в сторону. — А у неё? Посмотрите внимательно, видите, как колёса выворачиваются, сначала влево, потом вправо и снова влево? Это не могло происходить само по себе, поверьте, я машину несколько лет вожу и проходил специальные курсы экстремального вождения, я знаю, о чём говорю. Для того, чтобы колёса так поворачивались, надо руль крутить, причём сильно и быстро крутить, на два оборота в одну сторону и потом на четыре в другую, до упора. Нет, «Порше» пытались удержать, это точно.       — И что из этого следует? — нервно спросил Койю.       — Наводит на две мысли, — констатировал Юу. — Либо комиссия вынесла неправильный вердикт, и Койю погиб вовсе не сразу, — Юу ещё немного перемотал видео назад, — после первого удара остался жив, в сознании и даже попытался исправить ситуацию…       Койю растерянно захлопал глазами:       — Такое могло быть?       — Вряд ли. В комиссии не дилетанты работают. А учитывая, как машину приложило об ограду прямо со стороны водителя и потом отшвырнуло в другую сторону и ещё разок ударило, это кажется ещё более невероятным, — отозвался Юу. — Даже если бы Койю чудом — повторяю, чудом — остался жив после первого столкновения, он бы получил такие травмы, что даже шевелиться бы не смог, а вероятней всего, потерял бы сознание.       Койю прикусил губу.       — Так, а вторая мысль?       — А вторая мысль, что в машине он всё-таки был не один. Что с ним был ещё кто-то, сидевший на пассажирском месте. И этот кто-то как раз мог легко уцелеть при столкновении, основной удар ведь пришёлся на другую сторону машины. — излагал Юу. — Этот пассажир мог отделаться царапинами, увидеть, что Койю мёртв или потерял сознание, схватиться за руль и попытаться спасти хотя бы себя. Кстати, вероятно, если бы не эти попытки, машину бы не повредило так сильно, она бы просто ударилась другим боком в ограждение, а не врезалась перед этим в него носом. Тоже ничего хорошего, но лобовое столкновение с такой силой явно намного хуже. Хотя Койю уже было бы всё равно, я уверен, что комиссия не ошиблась и он уже был мёртв к тому моменту.       — Но если там был пассажир, то куда он подевался? — растерянно пробормотал Койю. — И почему никто не заметил его присутствия? Тело в машине нашли только одно, Койю. Выходит, что этот некто выжил и сбежал… Но как? И, главное, зачем? Если он остался цел и сумел выбраться, что помешало ему спокойно дождаться помощи?       — На вопрос «как» я могу, пожалуй, ответить. Смотрите, — Юу опять ткнул пальцем в экран, — машину пронесло вперёд и развернуло так, что та часть, в которой находится пассажир, практически не видна, не попадает в объектив, видно только часть двери. Но заметно, что ограда помята, и между ней и дверью есть некоторое расстояние. Пассажир вполне мог её приоткрыть, даже не полностью, если он худенький, например, выползти наружу, перекатиться через забор и дать дёру, причём на камере этого бы не было видно, эта часть уже не в кадре, и в этом месте нет фонаря, темень. И… — Юу прикусил губу. — Отсюда же ответ и на второй вопрос. Видимо, этому пассажиру было чего бояться, он не хотел, чтобы его видели в этой машине, потому и сбежал, решив не дожидаться помощи.       — Ты хочешь сказать… — Койю прикрыл рот рукой. — Думаешь, что в машине с Койю сидел убийца?       Юу слегка дёрнул плечом.       — Это вероятно, Койю-сан. Иначе я тоже не понимаю, зачем этому пассажиру в спешке удирать в лес.       — Но тогда из этого вопроса вытекает новый. Зачем убийце так подставлять себя и садиться в машину к жертве, — растерянно поинтересовался Койю, — тем более если он испортил ремень до этого? Сделать всё, чтобы это убийство походило на банальный несчастный случай, а потом самому сесть в эту же машину? Он совсем идиот?       — Не-е-ет, он явно далеко не идиот, раз смог так скрыться, что его никто не заметил. А зачем ему самому в машину подсаживаться… Кто знает. Может, хотел убедиться, что всё пройдёт так, как задумано, — Юу покачал головой, — или заказчику надоело ждать, и он решил слегка ускорить события. В любом случае, даже если это так, — он вздохнул, — мы всё равно не найдём этого пассажира. Слуги вроде как твердили, что Койю умчался один, а на деле откуда нам знать, может, Койю увидел на улице какого-нибудь знакомого, тот попросил подвезти до того же аэропорта, сел в машину… Такое ведь могло быть, но свидетелей нет.       Койю насупился.       — Но тогда этот убийца совершенно точно был знаком Койю. Причём хорошо знаком. Сомневаюсь, что Койю посадил бы к себе в машину какого-нибудь случайного прохожего, стоявшего с поднятым большим пальчиком…       «Ты знаешь убийцу, он совсем рядом с тобой».       Он опять весь похолодел от ужаса и нервно сглотнул. До этого можно было бы думать, что эти слова Хиде — всего лишь часть ночных кошмаров, не имеющая никакого отношения к реальности, но теперь неприглядная правда предстала во всей красе. Как и тот факт, что этого убийцу не найти. Его было не найти уже тогда, а сейчас, спустя три года, об этом нечего даже думать. Опять тупик.       Юу явно заметил, как хозяин побледнел, покачал головой, осторожно опустил крышку ноутбука и дотронулся до его ладони. Сначала самыми кончиками пальцев, а потом, осмелившись, сжал её, и Койю, вздрогнув, нервно посмотрел на своего телохранителя слезящимися глазами.       — Койю-сан, — вкрадчиво сказал Юу, — ещё раз говорю, бросьте вы это дело. Хватит уже, это ни к чему не приведёт, только к лишней нервотрёпке. Какая теперь разница, был ли этот убийца? Спустя столько времени концов всё равно не найти.       Койю на секунду прикрыл глаза.       — Нет, — тихо прошептал он. — Я не сдамся. Я не смогу спокойно жить с мыслью, что среди людей, с которыми я общаюсь, есть убийца. Мне… Мне надо об этом подумать. Пожалуй, надо на какое-то время взять перерыв.       Юу слегка нервно дёрнул бровью.       — Вот ведь упёртый, — без всякой злости констатировал он. — Вернее, нет. Скорее упрямый. Упорство и упрямство — разные вещи, и конкретно сейчас ты просто упираешься, как баран, — он усмехнулся краем рта, — Уруха.       Койю фыркнул:       — Ещё одно подобное высказывание — и я тебя уволю. Какой Уруха? Не понимаю, о чём ты.       — Не притворяйся, — Юу хмыкнул, — знаешь ведь, что это правда.       — Правда, — твёрдо ответил Койю и картинным жестом отбросил со лба чёлку. — Но сейчас не быть упрямым для меня будет опасно для жизни. Я докопаюсь до правды, чего бы мне это ни стоило. И выведу эту суку на чистую воду, — Юу дёрнулся, а Койю закатил глаза. — И интересно, почему мне сейчас этого несчастного Койю больше, чем себя, жалко? Наверное, я слишком добрый.

***

      — Койю-сан, смотрите, а может быть, вот это? Фасон изумительный, по-моему, вам бы очень подошло…       Койю лениво двигал пальцами по экрану планшета и листал каталог, вполуха слушая сидящего в кресле напротив модельера. Худенький омега в модных круглых очках стрекотал как ненормальный, с невероятной скоростью тасуя в руках ещё несколько планшетов и демонстрируя яркие фотографии моделей в различных костюмах. От обилия цветастых нарядов уже начинало рябить в глазах и покалывать в висках, и Койю медленно моргал, слегка покачиваясь из стороны в сторону. После разговора с Юу и изучения дела на него навалилась такая невероятная усталость, что ему на самом деле уже почти не было дела до костюма. Но он понимал, что откладывать это мероприятие больше нельзя, до годовщины осталось совсем мало времени, и так, наверное, придётся приплачивать мастерам за скорость.       Койю взглянул на подсунутый снимок, на котором был запечатлён манекенщик в ярко-жёлтом просторном костюме, и скривился.       — Нет. Жёлтый — абсолютно не мой цвет.       — Почему? — изумился модельер и пристально заглянул ему в лицо. — К вашим изумительным глазам было бы в самый раз. Они у вас такие красивые, очень редкого цвета, надо обязательно их подчеркнуть.       Койю чуть не скривился. У его «прототипа» глаза и вправду были невероятными, оставалось только смотреть и удивляться, от кого Койю заполучил такой насыщенный цвет радужки. Наверное, кто-то из родителей тоже отличался эффектной внешностью и какой-то редкой мутацией, дававшей белую кожу, чёрные волосы и жёлтые глаза. А у него даже эти самые глаза искусственные, краситель, кто угодно может сделать операцию и заполучить такие же. И осознавать это на самом деле весьма неприятно.       — Они и без подчёркивания красивые, — капризно возразил Койю и поднёс пальцы к вискам. — Не пытайтесь меня переубедить. Какой угодно цвет, но не жёлтый.       — Хорошо, хорошо, как скажете, — закивал омега и опять уткнулся в планшет. — Сейчас посмотрим, что у нас тут ещё есть…       Модельер перелистал фотографии и подсунул ему под нос другой снимок. В этот раз костюм был светло-зелёный, украшенный множеством драгоценных камней более тёмного оттенка, но такой облегающий, что даже демонстрирующий его омега казался полноватым, больше всего он смахивал на те блестящие обтягивающие наряды, в которых обычно выступают на соревнованиях фигуристы. И Койю критично покачал головой.       — Нет, слишком в облипку… Это на идеальной-то фигуре будет сидеть так себе, а уж на беременной — тем более. И я не хочу выпячивать своё положение.       — Зря вы так. Беременность — вовсе не повод наряжаться исключительно в оверсайз, — модельер всплеснул руками, — не понимаю, почему все относятся к этому так, будто это болезнь какая постыдная. Это же чудо, наоборот, надо…       Койю передёрнулся и зло поджал губы, и омега тут же заткнулся.       Он опять начал перелистывать файлы, бормоча себе под нос, а Койю тяжело вздохнул и уставился на открытую на планшете страничку какого-то журнала. Каждый раз это мероприятие превращалось просто в пытку. Койю, привыкший к тому, что почти на все выходы и показы его обряжают в уже заготовленную заранее одежду и ему остаётся лишь подчиняться, в те моменты, когда ему представлялась возможность самому выбрать, в чём покрасоваться, с трудом мог представить, что конкретно ему хочется, и уж тем более объяснить это словами. Если бы их с Таканори планы остались прежними, то есть, на тихие домашние посиделки в кругу близких знакомых, Койю бы и не беспокоился так сильно, обошёлся бы даже простым костюмом, главное, чтобы тот сидел хорошо. Но поскольку Таканори в последний момент решил придать мероприятию немалый размах, наряд становился одной из необычайно важных вещей. Конечно, Койю бы не хотелось, чтобы журналы потом недели две полоскали его фотографии и обсуждали его одежду. Но он знал, что от этого никуда не деться, разговоры в любом случае будут, так что очень важно выглядеть хорошо, чтобы как минимум не уронить свой статус звезды модельного бизнеса и мужа одного из богатейших альф в стране, а максимум — не дать даже самым злобным модным критикам прикопаться к наряду и образу в целом.       — А белый, Койю-сан? Или серебристый? — продемонстрировал ему очередные фотографии омега и пальцем поправил съезжающие очки. — К годовщине свадьбы самое то бы было.       — Хм… Нет, белый точно нет. Это же годовщина, а не сама свадьба, — Койю покачал головой и тяжело вздохнул. — Если бы я смог влезть в свой свадебный наряд, это было бы уместно, но поскольку это невозможно… А вот серебристый… Ну-ка, дайте посмотрю.       Он забрал планшет и окинул взглядом снимок. На модели были обтягивающие серебряные брюки, переливавшиеся в свете съёмочной площадки разными оттенками, рубашка в мелких блёстках и длинный пиджак, усыпанный чем-то, похожим на осколки битого зеркала. Ещё к этому комплекту предлагались ажурные белые перчатки и белые же ботинки на каблуках.       «Ну и китч же… И кто только носит такое?»       Койю отрицательно мотнул головой и вернул планшет хозяину.       — Нет. Красиво, но блеска слишком много. Очень аляписто, от украшений придётся отказаться вообще, а это неинтересно.       — Понял, — закивал модельер, — варианты с блёстками отбрасываем. Сейчас посмотрю что поспокойней.       И он опять принялся перелистывать фотографии жестами фокусника, тасующего карточную колоду, время от времени демонстрируя находки. Но Койю отвергал все варианты, в каждом комплекте непременно находя какой-то изъян. То выглядело всё красиво, но ему не нравился цвет, то цвет был подходящий, но фасон слишком в обтяжку, то чересчур много блеска, то скучно… Конечно, при желании Койю легко мог бы велеть внести изменения при создании костюма, но эти изменения тоже следовало обговаривать, а Койю уже хотелось просто выбрать красивый наряд и спокойно об этом забыть.       В конце концов уставший модельер заговорщицки улыбнулся и в очередной раз протянул ему планшет. Койю взял его в руки, разглядывая очередной костюм. Демонстрировавший его омега был одет в чёрные кожаные брюки, чёрную же рубашку, расшитую шёлковыми синими цветами, и длинный, почти до колен приталенный тёмно-синий же пиджак, покрытый тонкой сеточкой искусно переплетённых чёрных кружев.       — Хм. А вот этот ничего, — пробормотал Койю, слегка щурясь. — Цветы на рубашке как будто немного лишние, но в целом очень даже красиво.       — Ничего не лишние, Койю-сан, очень подходят сюда по цвету. И да, это беспроигрышный вариант. Очень элегантно и не вычурно, — обрадованно завёл модельер, — классика, как раз человеку вашего положения подойдёт. Только вот, — он задумчиво постучал пальцами по журнальному столику, — не мрачновато ли?       — Нет, я всегда склонялся к одежде в тёмных тонах, — Койю улыбнулся. — Синий, фиолетовый и чёрный — самые мои цвета. Так, вот этот отложим пока, но давайте ещё посмотрим.       — Конечно.       Примерно через час запас фотографий иссяк, и перед Койю в итоге оказалось три понравившихся ему варианта костюма. Тот самый синий, приглянувшийся первым, потом чёрный, с обрезанной брючиной, обильно украшенный кружевами, с пышным жабо, и насыщенно-фиолетовый длинный пиджак с брюками в цвет и белой водолазкой. Последний, видимо, был как дань Урухе; Койю хорошо помнил, что когда он рассматривал вещи в квартире в Арт-квартале, одежды фиолетового цвета среди них было очень много, там вообще превалировали два цвета, фиолетовый и чёрный.       — Ну, какой? — нетерпеливо подпрыгивал модельер.       Койю задумчиво наклонил голову. Спросили бы что попроще. Наверное, он задумался бы очень надолго, но тут из прихожей донёсся скрип открывающейся автоматической двери, стук каблуков и шуршание одежды. А потом послышался голос Таканори:       — Солнце, ты где?       Койю даже обрадовался, сейчас у него будет у кого спросить совета.       — Тут, в гостиной!       Буквально через пару минут на пороге комнаты появился Таканори, на ходу расстёгивавший пиджак и поправлявший растрёпанные пепельные волосы. Увидев повернувшегося к нему модельера, он кивнул в знак приветствия, бодро подошёл к сидящему на диване Койю и быстро поцеловал в щёку.       — Наконец-то я возвращаюсь вечером домой и нахожу тебя здесь, — ласково проговорил он, пальцами убирая с лица прядки волос. — В последнее время это так редко бывает, Койю.       — Тише, Така, — Койю фыркнул и легонько ущипнул его за щёку, — не выставляй меня гулящим перед людьми.       — Ничего-ничего, я ко всему уже привык, — рассмеялся модельер. И, окинув Таканори взглядом, хитро прищурился. — Простите, не могу не отметить красоту костюма. Сидит просто потрясающе и очень вам идёт.       Койю с интересом глянул на супруга. Таканори сегодня вырядился в серовато-розовый, цвета натурального жемчуга, бархатный костюм. Таканори обычно всячески подчёркивал, что на одежду ему, в целом, плевать, но Койю знал, что на самом деле Таканори очень любит, когда кто-нибудь восхищается его вкусом в этой самой одежде. А каким образом он пришёл к мыслям об этих бархатных костюмах, Койю понятия не имел, хотя про себя всегда думал, что они безумно красивые, но очень сильно прибавляют Таканори возраста. Супруг куда больше нравился ему одетым в обычную водолазку или толстовку и джинсы.       — Спасибо, — улыбнулся Таканори. — Его шили на заказ специально для меня, ещё бы он плохо сидел, — и он глянул на Койю. — Ну что, малыш? Выбрал, в чём собираешься свести всех с ума?       — Как раз думаю. Хочешь взглянуть? — увидев кивок, Койю пододвинул к нему планшет. Таканори задумчиво посмотрел на экран и перелистнул пальцем отобранные фотографии, а Койю решил изобразить капризность по полной программе и слегка плаксиво протянул: — Они все такие красивые, никак не могу выбрать один.       — Так бери все, — вдруг выдал Таканори, модельер кашлянул и изумлённо посмотрел на него. — Чего мучиться. Переоденешься, если захочешь.       — Така, да ты что? — Койю подскочил. — Зачем мне три костюма на один вечер?       — А кто сказал, что на один? Они же никуда не денутся, потом когда-нибудь наденешь, если захочешь, — Таканори пожал плечами. Увидев, как Койю приоткрыл рот, он улыбнулся и опять прикоснулся губами к его щеке. — Нет-нет, не спорь. Такое событие… Нет, даже два разом, годовщина и объявление, что мы ждём наследника, такое раз в жизни бывает. Я хочу, чтобы ты был доволен. Поэтому нечего раздумывать, если нравятся эти костюмы, закажи все.       — Но это же так дорого… — и Койю в ту же секунду пожалел, что ляпнул это. Вот на что, а на денежный вопрос Таканори точно не возьмёшь, наоборот, он от этого только распалится ещё больше.       — Койю, малыш, мы с тобой разговоры о деньгах ещё до свадьбы договорились не вести, — Таканори вздохнул, — и ты всё равно каждый раз заводишь одно и то же, — он опять глянул на модельера. — Он берёт все три костюма, так и запишите.       Омега радостно схватился за планшет. А Койю невольно улыбнулся и опять притронулся пальцами к щеке мужа.       Когда модельер, обещав завтра к вечеру привезти костюмы на примерку, убежал, Койю вздохнул и откинулся на спинку дивана. Радостно было, что тягостное мероприятие наконец закончилось и ему даже не пришлось слишком долго ломать голову.       — Ну зачем, Така…       — Надо, — безапелляционно заявил Таканори. Сев рядом и улыбнувшись, он потянулся к супругу. — Я же сто раз говорил, мне нравится тебя баловать. И совершенно не нравится то, что ты практически не позволяешь мне этого делать.       Койю обнял его за шею, притягивая к себе поближе и притрагиваясь к губам. И невольно подумал: а как бы вёл себя Уруха, попади он в руки такого Таканори, который готов был бы весь мир бросить к его ногам? Смущался бы так же, как он сейчас? Нет, вряд ли. Скорей уж наоборот, подставлял бы с царственным видом щёку и милостиво позволял обожать себя до безумия и забрасывать дорогими подарками. Выходит, в этой части личность Койю всё-таки брала над ним верх, потому что он от происходящего чувствовал некоторую неловкость.       — Хорошо, что я не стал тебя спрашивать, что бы тебе хотелось на саму годовщину, а то ты опять бы начал отнекиваться, — с усмешкой заявил Таканори и поцеловал его, — и говорить, что тебе меня достаточно.       Койю густо сглотнул. Когда это он говорил такое?       — Кстати, — отогнав эти мысли куда подальше, Койю натянуто улыбнулся и посмотрел в лицо супруга, — чего это мы всё обо мне да обо мне? Чувствую себя эгоистом. Почему ты не говоришь, что тебе самому хочется, Така?       — А что мне может хотеться? У меня всё есть, — Таканори слегка дёрнул плечом, — всё, о чём я мог мечтать. Включая прекрасного и любимого мужа, — он положил ладонь на выступающий живот, — который уже сделал мне самый дорогой подарок, который только можно представить.       — Ну нет, так не пойдёт, — Койю надул губы, накрывая его руку своей и сжимая пальцы, — этого подарка ещё почти три месяца ждать, а годовщина на днях. Ну наверняка же есть что-то, чего тебе бы хотелось и что бы ты сам себе никогда не купил. Ну-ка, признавайся.       — Нет, — Таканори примирительно приподнял руки. — Честное слово, нет ничего такого. Я об этом даже не думаю, если совсем уж откровенно.       Койю пристально посмотрел ему в лицо, увидел блеск в светло-голубых глазах и усмехнулся.       — Ну и ладно, сам подумаю. Может, и хорошо, пусть будет сюрпризом, — он опять обнял супруга за шею и притянул к себе.       В голове у него внезапно всплыл какой-то давнишний разговор, в котором Таканори мельком упоминал одно из своих желаний, которое вряд ли когда-нибудь исполнится. И вслед за этим воспоминанием у Койю созрел план, что же он может преподнести супругу на годовщину и наверняка его удивить.       — Правильно. Я тебе тоже не скажу, что подарю, — хитро прищурился Таканори. — Скажу только то, что подарочек уже прилетел из-за границы и ждёт тебя.       — Опять что-то безумное, да? — Койю тихо вздохнул.       — Конечно. Оно тебе понравится, вот увидишь. А сейчас…       Ещё один быстрый поцелуй опалил губы, и не успел Койю опомниться, как Таканори легко поднял его и потащил в спальню.       — Така, у тебя сегодня на редкость игривое настроение, — с усмешкой заметил Койю, обвивая руками его шею и заглядывая в глаза. — Что на тебя так повлияло?       — Разговор с Ютакой. Вернее, то, что он наконец во всём признался. Как камень с души свалился, — отозвался Таканори, усаживая его на постель, — причём и у меня, и, думаю, у него. Подумать только, столько лет держать такую дрянь в себе и бояться, чтобы она не вскрылась… Как у него нервов на это хватило, не представляю.       Койю слегка прикусил губу. Очень хотелось сказать, что Таканори с Ютакой в некоторых вещах друг друга стоят, они оба хладнокровны и обладают нервами, смахивающими на стальные канаты, но он вовремя прикусил язык.       — И ты всё равно не веришь, что я ненастоящий?       Улыбавшийся Таканори мигом сердито нахмурился.       — Нет, не верю. И прекрати уже нести этот бред, закрыли тему.       Койю вздохнул и, чмокнув его в висок, осторожно встал с постели. Бесполезный номер. Похоже, Кензо прав, его не переубедишь, как ни старайся. Это уже патология. Хорошо бы только эта патология в итоге не навредила им обоим.       — Ладно, как скажешь. Тогда я в душ. Если хочешь, — Койю усмехнулся и томно прикусил губу, расстёгивая рубашку, — пойдём со мной.       Таканори фыркнул и обнял его за талию.       — А ты думал, что я тебя одного туда отпущу? Ещё чего.       И с этими словами Таканори медленно поцеловал его и потянул за собой к двери в ванную. А Койю только улыбнулся. Пожалуй, лучше способа снять нервное напряжение после изучения материалов по аварии сейчас просто не найти.