В бамбуковой роще

      Шень Юаню очень хотелось всё изменить.       Очень хотелось всё поменять, изменять под свои желания, сделать других счастливыми. Ну, и себя, конечно. Ну, когда, когда ему ещё выпадет возможность побывать в другом мире, почувствовать себя всесильным и увидеть своих дражайших персонажей? Правильно, сейчас!       Единственное, что ему мешало, точнее мешала, так это Система. Со своими правилами, со своими заданиями, миссиями и её ужасным гуглтранслейтовским голосом «Хост»! Ужасно бесила — это ещё мало сказано. Стоит ли упомянуть, что баллы за жестокие и опасные задания получает очень мало?       Почему ему не выдадут хотя бы другую, которая бы помогала «Хосту», а не устраивала подлянки на ровном месте под заманчивым предлогом «двигать сюжет»?       Что ж! Что ж. Что ж…       Вообще, всё было не так и плохо. В самом-то деле. Система мало его беспокоила, если он сам её не вызывает, ведь работает она 24/7! Пока сюжетных арок не предвещалось, она вела себя тише воды, ниже травы. Почти, как будто бы её не было.       Он выполнял всё, что угодно, только вдалеке ото всех. Пусть открытая функция ООС не давала полного спектра действий, но наедине с собой-то он мог! В прекрасной бамбуковой рощи, вдали от шумных, немного назойливых учеников и прилипчивого протагониста. К сожалению, Шень Юань был рад и несчастен в том, что Ло Бинхэ всё же изменил своё отношению к этому Учителю. Всё же Шень Цинцю стал отъявленным Главным злодеем всего романа, которому даже этот старик желал смерти, себя бы он так просто не простил.       А Ло был очень умным и смышленым. Этот Лорд уже уставал искать двойное дно у каждого действия этого младшего ученика, причем прилипчивее всех остальных маленьких детишек, но такое внимание соответственно было приятно и льстило его эго, однако тут ещё была парочка плюсов. Бинхэ прекрасно готовил для Учителя и так Бессмертный мог проследить за самим главным героем.       Конечно, это всё ради того, чтобы просто присматривать за неуклюжим ребенком! Ради успокоения его совести! Он всё же занял тело его Учителя, он всё же ответственен за него и каждого на Пике Цинцзин! А ведь он ещё и главный герой! Естественно, если с ним что-то случиться, не только ему конец от Системы, но и ему самому от Бинхэ в будущем не поздоровиться.       Конечно, это всё здраво и логично. Это ни в коем случае не сталкерство! Он просто наблюдает за делами ученика!       Он очень ответственный учитель, понятно, да?       Наблюдать за таким красивым протагонистом было хорошо. То есть, просто одно восхищение к этому ребенку. Даже в столь юном возрасте он имел почти всё, о чем мечтают многие. Внутренний талант (пусть и из-за демонической родословной), явная красота и трудолюбивый и упрямый характер.       Ло Бинхэ был умным, потому что всегда стремился к знаниям. Шень Юань был не в силах не заметить стремление ученика как можно дольше находиться в библиотеке, когда Учитель находился там или задавал специально-усложненные сочинения на тему некоторых произведений. Грех Учителю, если тот его не сможет по достоинству не научить всему, что знал он сам?       А ещё вместе всему научиться, но он этого никогда никому не признается! Даже чертовой Системе!       Бинхэ превосходный повар. Тут не только талант и желание сыграли ему на руку, но и его упорство. Шень Юань чуть ли не готов кланяться в ноги мальчику за божественные блюда, которые он мог есть!       Он был настойчивым и трудолюбивым. Цинцю было не очень удобно перекладывать работу по дому младшему ученику после того, как тот стал жить с ним в одном доме, но он не мог отказать, ясно? Это было очень выгодно! Шень Юань не любил уборки, не имел понятия (до конца, точнее, не понимал), как нужно делать уборку и как одеваться в этом Древнем альтернативном Китае, пусть Система за баллы и давала ответы на многие вопросы.       Бинхэ был очень нужным человеком в быту и наставничестве. И для продвижения сюжета тоже, да.       Да и вообще! Не смотреть на него Шень Цинцю трудно. Как можно не видеть (издалека) эту самоуверенную улыбку, эту позу так и кричавшую о том, что он выйдет победителем из любой ситуации, чего бы ему этого не стоило? А если так Учитель его попросил, то и горы свернет? Как можно не замечать это сияние звезд в глазах, когда он звал его? Как не видеть его радость и искреннее обожание, когда он его хвалил за его труды?       Может, всё было не так потеряно? Есть ещё возможность у владельца Сюя всё повернуть в благодушную сторону? Должна же быть вероятность, что Бинхэ не убьёт его, даже если Учитель скинет его в Бесконечную Бездну? Он же старался, позволял ученику всё, чем бы дитя не тешилось, лишь бы Учитель потом, в далеком (или нет) будущем был живым и здоровым.       Бамбуковая роща служила его домом для таких тяжелых и затяжных раздумий о своей нелегкой судьбе. И конечно, чертыхаться на Систему. Как же без этого? Иногда казалось, что уж лучше бы он умер тогда, когда отравился, чем всё это, но… Быть рядом с протагонистом даже в теле антагониста было подарком для него. Он болел за Бинхэ, он понимал его и уважал его за всё, что было в нём и в романе, и в этой искаженной реальности, где почему-то у него никак не получалось привлечь внимание Бинхэ к ещё чему-либо помимо его «служения» Учителю.       Конечно, иметь такого соблазнительного слугу было прекрасно, но если призадуматься, то это было в какой-то степени отвратительно и ужасно. Если бы не странно счастливое и пытливые выражение лица, когда ученик говорил о том, что закончил стирать постельное белье Учителя, то Пиковый Лорд давно бы со всем этим покончил и свалил бы куда-нибудь, на долгую миссию. А ещё лучше уйти из школы и пойти исследовать этот удивительный мир.       К его несчастью, Система никуда не пускала его дальше одного царства от Бинхэ.       И всё же Шень Цинцю очень хотелось видеть как можно чаще счастливого Ло Бинхэ. Поэтому ради его счастья хотелось сделать очень многое. Разве это также не цель Системы? Хотя бы второстепенная? Ведь жизнь Бинхэ связана с этим говняным сюжетом, а это значит, что этот учитель работает ради Ло Бинхэ.       Эта мысль приятно грела душу. Потому что он жил и дышал не напрасно, пока улыбка ещё расцветала на лице его юного ученика.       Засыпать в своей бамбуковой роще рядом с беседкой не было его привычкой, но… Его выматывали мысли и планы на будущее. А в этой роще будто бы и само время останавливалось, закрывало и прятало Шень Цинцю от остального заманчиво-неприятного мира. Среди бамбука спокойно. Очень. Даже разморило. Правда, и разбудило странное тепло на свободной руке.       Видеть, как его руку, как за самое ценное в своей жизни, держал его ученик, было шокирующе. Словно молится. Словно не хотел отпускать. Словно хотел быть рядом, но не мог себе этого позволить.       Мужчина прикрыл обратно глаза, прислушиваясь к себе и к неожиданному для себя гостю. Конечно, он замечал, что за ним кто-то наблюдает, но не может же быть, чтобы этот ученик? Этот белый лотос на такое явно не способен. У него слишком много дел для того, чтобы наблюдать за этим Учителем.       Немного подумав и выждав некоторое время, Бессмертный решил, что один раз он простит ученику нарушение его личного пространства. К тому же, Бинхэ спал, держась за его руку, сидя на коленях. И пусть было жуткое желание вскрикнуть, как дама от смущения, и отругать юношу, он не мог этого сделать. Видно, у парня были свои причины на то, что он так внезапно заснул.       Вдруг прямо сейчас он тренируется с Менмо, а держится за руку учителя ради того, чтобы следить за временем? А что? Всё может быть!       Поэтому один раз. Сегодня он разрешит ему так побыть. А потом отругает хорошенько за нарушение личного пространства, за то, что Бинхэ должен правильно распределять время и свои силы на тренировки и занятия без напряжения.       А пока они тут совсем одни. Их никто ведь не видит, да? Возле этой беседки никого, ученики даже не подойдут, заметив присутствие Учителя в роще. Ученик спит, а Учитель, так и быть, ещё немного поспит, вдыхая чудный аромат свежих листьев, послушает песни гуляющего ветра, и…       Пиковый Лорд немного улыбнулся, не открывая глаза, и в поддержку мягко сжал чужую ладошку, передавая немного духовной силы в тело ученика.       Во всем этом было, на удивление, что-то правильное.