Мой тотемный зверь - хорек

Поттер проснулся поздно. Впервые за неделю он не чувствовал себя так, будто пробежал вокруг Земли кругов этак восемь. Рядом с Гарри сидел Рон и взволнованно смотрел на него. — Гарри, ты как? — взволнованно спросил рыжий. Брюнет подметил, что выглядит он крайне сонным. Как будто не спал почти — Со мной все хорошо, а что случилось? — Ты ничего не чувствуешь? — удивленно спросил Уизли. Дина и Невилла в комнате не было. Поттер огляделся. За окном было уже светло. Видимо, проснулся очень поздно — Ничего, правда. Рон, а сколько времени? — Завтрак уже прошел. Гарри, я не знаю, что тебе снилось, но ты ворочался всю ночь. Я тебя от трансфигурации отмазал. Кажется, ты заболел. Еще и выглядишь нездоровым в последнее время. Я, возможно лезу не в свое дело, но что-то произошло? Поттер нащупал на тумбочке очки и нацепил их на нос, прежде чем ответить. Рон терпеливо ждал. Гарри сел на кровати и сказал: — Нет, Рон, все хорошо. Мне просто приснился кошмар — Я не думаю, что от кошмаров ты бы так вел себя. Ты бормотал еще что-то, только я не расслышал. Невилл тебя минут десять пытался усыпить нормально и то без толку. Ты ведь что-то не договариваешь, да? Гарри молча опустил глаза. От серьезного разговора с лучшим другом его спас внезапно заурчавший живот. — Ладно — выдохнул Рон — мы поговорим после того, как ты поешь. Во время завтрака я получил разрешение Макгонагалл и она приказала приглядывать за тобой. Итак, мне отправиться с тобой или тебе стоит пройтись в одиночестве? — Наверное, в одиночестве — натянуто улыбнулся Гарри — я не упаду посреди коридора, не волнуйся — Смотри мне. Если что, карта остается здесь. Я найду тебя в любом случае Гарри кивнул и принялся одеваться так быстро, как позволяло его состояние. Поттер молча вышел из гостиной и отправился в большой зал. Завтрак закончился не так давно, потому успеть поесть он мог спокойно. Единственное утешение — почти все уже поели. Однако, привычная ситуация, что повторялась день за днем, произошла вновь. Поттер не успел потянуть ручку двери на себя, как послышался привычный надменный тон Малфоя: — Добрый денек, Поттер — прозвучало, как гром среди ясного неба. Драко растягивал буквы, чуть нахмурившись. На гриффиндорца он не смотрел. Но у Поттера быть таким хладнокровным не получилось. Он хотел было заговорить, но слова будто застряли в горле, что Малфою не понравилось — ну, чего, заклинило? Дверь открой. Вот он. Тот самый случай, который предоставляется единожды. Быть может, сейчас, Драко выслушает, поймет и перестанет вести себя вот так по-свински? Поттер неуверенно начал: — Драко, послушай — Ясно — перебил Драко и, оттолкнув Гарри, открыл дверь. Поттер тяжело выдохнул, смирившись с тем, что блондин и слушать-то его не хочет. Вроде привычная ситуация, происходило не один раз. Но почему тогда так больно? Поттер сглотнул обиду и направился к столу. В зале людей можно было по пальцам пересчитать. За учительским столом ела лишь Макгонагалл, за гриффиндорским только близнецы и Анджелина, а на остальных Поттер внимания не обратил. Он молча сел за стол и стал вяло уплетать оставшуюся курицу. — Гарри — тихо шепнул Фред. Его брат тоже, наконец, заметил пришедшего Поттера — ты в порядке? Рон сказал, что ты неважно себя чувствуешь — Я в порядке — тихо ответил Гарри и фальшиво улыбнулся. — Поттер! — услышал брюнет. Он обернулся и увидел взвинченную преподавательницу по трансфигурации, что шла к нему быстрым шагом. Он встал и пошел навстречу. Она поманила юношу к себе. Поттер повиновался и они отправились к двери за учительским столом. Гарри бросил короткий взгляд на белобрысую макушку, сидящую за слизеринским столом в окружении дружков. Хотелось позвать его и выкрикнуть в лицо какое-нибудь оскорбление и получить оскорблением в ответ. И желательно не чувствуя все те эмоции, которые бушевали в Поттере при виде Драко, но проблема в том, что это лишь мечты. В это время препод завела его за дверь и начался допрос: — мистер Поттер, мистер Уизли сказал мне, что с вами все плохо и то, что ваше самочувствие оставляет желать лучшего — Он не врал я действительно — Я знаю, Поттер — перебила Минерва Гарри и продолжила после секундной паузы — я хотела бы узнать, не нужно ли вам освобождение от остальных уроков? — Что? Зачем? — изумился зеленоглазый — Поттер, если вы думаете, что раз я стара — то еще и слепа — вы ошибаетесь. Посмотрите в зеркало. Лишь слепой не заметит ваших нездоровых изменений. Я не стану мучить вас вопросами по типу: «Что произошло». Просто скажите, стоит ли мне договориться с остальными учителями по поводу вашего отсутствия? — серьезно сказала Минерва. Поттер был ей бесконечно благодарен. Во-первых, за то, что не стала расспрашивать, а во-вторых, за волнение. Немногим сейчас было не наплевать на Гарри. Ну, как минимум человеку, из-за которого все это происходит, было начхать до глубины души. Уголки губ Поттера чуть приподнялись и он ответил — Благодарю вас, но не стоит. Я думаю, оклемаюсь к второму уроку МакГонагалл недоверчиво посмотрела на Гарри, оглядела с ног до головы и переспросила: — Вы уверены, Поттер? Не хочу вас обидеть, но выглядите ужасно. Как преподавателю мне важно состояние вашего здоровья. К тому же — она сказала тише — простите за столь личное, но боюсь насмешки и унижения со стороны Малфоя способны усугубить ваше состояние, как бы вам не стало хуже из-за стресса — Минерва виновато опустила глаза, когда Гарри вновь помутнел и прикусил щеку изнутри — простите, Поттер, не знала, что вас так волнуют ваши отношения с Малфоем. Но вам стоит обратиться к мадам Помфри и я продолжу настаивать на освобождении — Ничего страшного, профессор МакГонагалл. Ничего обидного вы не сказали. Я пойду. Не нужно освобождений — не дождавшись ответа Гарри вылетел из комнаты и быстрым шагом направился к выходу из зала.

***

Трансфигурация давно подошла к концу и сейчас Поттер с каменным лицом выслушивал рассказ Снейпа об амортенции — зелье, что для каждого пахнет самым любимым запахом. Гарри словил себя на мысли, что уже прекрасно знает, чем бы для него пахло это чертово зелье, но попытался отогнать эту мысль как назойливую муху. Думать о Малфое он привык, но это так заколебало. Он невольно взглянул на него. И все же на сердце стало чуточку легче. Малфой сидел на следующем ряду. Поттер сам того не заметил, как стал неотрывно пялиться на предмет собственного обожания. Белые волосы, аккуратно зализанные назад, профиль лица с невероятно красивыми чертами лица, тихий вежливый смех, который доносился до Гарри еле-слышным звуком. Однако Поттер не упускал возможности хоть как-то ощутить присутствие Малфоя рядом. Гарри слегка улыбнулся, предавшись собственным мечтам и вдохнул аромат Драко, на секунду прикрыв глаза. По телу разлилось привычное тепло, которого так не хватало. На секунду Гарри погрузился в мысли. Туда, где он и Малфой не враги, где ему не плевать на Поттера. — Поттер — над брюнетом внезапно появился профессор зельеварения, коему явно не нравилось, что Гарри на его лекциях думает далеко не о них — Назовите мне составляющие амортенции — сказал над самым ухом Снейп. Гарри молчал, пытаясь вытащить из головы хоть что-то, услышанное краем уха. Северус усмехнулся: — Я вас понял, Поттер — О его составе ничего не известно — неуверенно сказал Поттер, но судя по приятно-удивленному взгляду сидящей неподалеку Гермионы, он не ошибся и решительно поднял глаза, встретившись с суровым взглядом преподавателя. Ему резко стало полномерно ясно, почему Невилл побаивается этого человека — Что же, Поттер, я смотрю, слушали вы внимательно — Снейп был не намерен просто так сдаться, хотя ответ Гарри после, как ему показалось, витания в облаках, его впечатлил. Зельевар оперся на руку, которую поставил на парту Поттера и с серьезным выражением лица задал второй вопрос: — Тогда ответьте мне, Поттер — сказал он помедленнее, с некой азартной, мельком проблеснувшей ухмылкой. Да, ему определенно нравилось видеть рассеянное лицо Гарри, когда он думает над ответом — по каким признакам можно узнать данное зелье? Отвечать сразу не обязательно, дам время подумать. Не напрягайте несуществующие мозги, мистер Потт... Значит, решил подогнать студента едкими фразами? — Перламутровый блеск на поверхности зелья и характерные завитки пара над ним же. Простите, что заставил ждать, профессор. — с издевкой отчеканил Гарри без единой запинки. Он понял, что услышанное сегодня на уроке происходило в этой реальности, потому на элементарные вопросы по теории он в силах ответить — не хотел прерывать вашу прекрасную попытку унизить меня. — Ладно, Поттер, вы меня поражаете — Снейп не был готов к тому, что сейчас Гарри внезапно вспомнит отрывок из им только что рассказанного — Десять очков Гриффиндору — сказал профессор с долькой удивления, раздражения и усмешки. Последняя была невероятно незаметна, но Поттеру удалось ее уловить. — Нихрена себе, Гарри — шепнул другу Рон восхищенный ответами брюнета. Гарри кивнул и снова украдкой глянул на Малфоя, который явно обсуждая Поттера, шептался с Забини и Паркинсон. Снейп неожиданно вышел из кладовки (Поттер не заметил то, что он туда вообще заходил) с небольшим котелком и произнес: — Знакомьтесь — амортенция — торжественно произнес Северус, показывая котелок. Все взгляды были прикованы к сосуду, над которым завивался пар. Снейп положил крышку на стол и поставил рядом емкость с зельем, продолжая монотонно, но одновременно завораживающе рассказывать. — Аромат, который вы чувствуете — то что вы действительно любите. Вдохните полной грудью, возможно вы в последний раз чувствуете этот запах. Много времени не нужно, чтобы догадаться, чей аромат почувствовал Поттер. Нежный аромат мяты и лаванды так и дурманил. Поттер почувствовал то тепло, которое он чувствовал каждый раз, когда видел Малфоя. Гарри конкретно надоели мысли о Драко, но не думать о нем было просто невозможно. Гарри колебался между двумя сторонами: Быть сильнее и прекратить влюбляться в Драко каждую следующую минуту, тем самым предотвращая большие страдания либо во второй — в третий, да хоть в миллиардный раз влюбиться в него и сильно пожалеть в последствии. Сердце выбрало за хозяина, сгорая от переполнявших его чувств. Гарри невольно выбрал второй вариант. Он украдкой посмотрел на блондина на следующем ряду. Пускай снаружи Гарри и выглядел как давно заплесневевший сухарь, смотрел на Драко глазами, полными наигранного ничего, но в области живота бабочки в желудке плясали самую бешеную тангу за всю их короткую жизнь. Он действительно заново влюбился в эти серые глаза, тупую ухмылочку, бледную кожу, холодные губы, робкое прикосновение которых он ощутил в тот вечер. От одного только воспоминания голова кругом идет, а щеки краснеют. От этих мыслей Гарри бросило в жар. Было больно осознать то, что обладатель всего этого плевал на Гарри с крыши замка. Поттер успел забыть, что прямо сейчас пялится на своего когда-то врага. Однако, прежде чем отвернуться, успел подметить деталь, больно кольнувшую ему сердце. Когда Блейз дотронулся до плеча Драко, тот дернулся, как будто своим прикосновением, Забини обжог блондина. Значит, он до сих пор говорит всем и каждому, что соулмейта не нашел? Гарри внезапно осознал то, что скорее всего скрывалось за всем этим бредом с игнорированием, огрызаниями и тому подобное: Драко стыдился того, что его соулмейт — никто иной как тот парень с гриффиндора с жуткой звездной болезнью. Это стирало сердце Поттера в кофе мелкого помола. Зеленоглазый тяжело выдохнул, уставившись в одну точку на полу. Поттер потихоньку рушился изнутри. Стены хоть какого-то самолюбия с треском разрушались на кирпичики и, падая, превращались в песок. Он не ненавидел Малфоя сейчас. Наоборот. Был готов заживо вырвать сердце из груди и преподнести на блюдце, лишь бы тот понял, насколько все серьезно. Он. Ненавидел. Себя. Всем сердцем. Он ненавидел себя за то, что даже его соулмейту стыдно признавать их связь. — Гарри, ты плачешь? — раздался тихий голос Герми у Поттера за спиной. Он поднял голову и повернулся к ней. — Почему я должен плакать? — спросил он, чуть прищурившись. Девушка, сидящая на соседнем ряду, облегченно выдохнула, не увидев на лице друга соленых капель — Ты просто выглядишь, как будто… — Мисс Грейнджер! Разговоры! — Простите, профессор — виновато сказала Гермиона и, улыбнувшись другу, погрузилась в конспектирование материала с головой, в то время, как Поттер погрузился в угнетение себя. В конце урока он понял — сам Гарри- причина всех неприятностей вокруг него. Гарри — противен всем, включая самого себя. Гарри — днище. И много других не утешающих выводов. Он вышел из класса самым последним. За углом послышался голос Паркинсон. Было странно с его стороны, но интерес брал верх. Гарри медленно поплелся за слизеринцами по коридору, шагая так тихо, насколько это было возможно. — Блейз. Ты не знаешь, как там с соулом Драко? — спросила Панси. Парень только плечами пожал — Нет, он его еще не нашел — Послушай, а если это Поттер, как мы и предполагали? Он слишком мягок к нему в последнее время — Ты так волнуешься, будто взаправду веришь в такую чушь. Это точно не шрамоголовый — хмыкнул Блейз — Почему ты так в этом уверен? — Очевидно же — он его ненавидит — Не знаю как ты, а я отчетливо вижу, что он слишком смягчился по отношению к нему. Драко не будет так просто останавливаться. На это нужна серьезная причина и по-моему — она в этом и заключается — Я говорил с ним совсем недавно — спокойно продолжил Забини — я тоже волновался до того момента — И что он? — не унимала свое любопытство брюнетка. Гарри, в свою очередь, особо навострил слух — Он сказал, что скорее умрет, чем представит это. И я ему верю, знаешь ли — усмехнулся Забини — но лучше бы он нашел его побыстрее. Бедняга, до сих пор обжигается о каждого, кого касается — Ага — грустно протянула Паркинсон — главное, чтобы ему повезло — Или по крайней мере не занесло так, как меня — Забини заметно огорчился — вот за что мне в соулмейты этот рыжий, тупой, неряшливый… — Мне с именем этой Грейнджер на ключице тоже не сладко пришлось — успокоила его брюнетка — послушай, если по логике, то у Драко на самом деле… — Не неси чушь — отмахнулся Блейз — этого быть не может. К тому же Поттер может врезаться в людей без каких-либо жгучих отдач по всему телу. По легенде это на двоих людей распространяется — Ты прав — согласилась Паркинсон и усмехнулась — пора перестать волноваться. При любых обстоятельствах он с шрамоголовым надолго не задержится. Только если поиграется Оба слизеринца удалились из поля зрения застывшего на месте Поттера. Гарри смотрел на поворот, за которым скрылись эти двое и из глаза потекла первая предательская слеза за все время этой бессмысленной влюбленности -Так и знал — тихо сказал он. Голос даже не дрожал — это заранее проигранная мной игра Поттер горько усмехнулся и отправился в гостиную с полным непониманием того, что будет дальше. Если будет…