Созерцатель

— Это не сработает, — уверенно заявил Северус, наблюдая за попытками Луны сотворить свое волшебное чудо. — Но что-то ведь наверняка получится, — улыбнулась Луна в ответ и задумчиво подняла взгляд к небу. Это была ее семнадцатая попытка создать что-то удивительное. — Что-то наверняка получалось и предыдущие шестнадцать раз, — не поддержал ее оптимизм Северус. — Почему бы сначала не разобрать теорию? — Но теория есть! — Весьма скудная. К тому же, ты пытаешься соединить чары совершенно разных порядков. Это не сработает, — повторил он. — А если очень в это поверить? — Луна звонко рассмеялась, глубоко вдохнула, словно бы хотела сохранить воздух ради настоящего волшебства, и наконец подняла волшебную палочку. Поднял палочку и Северус, готовый в любую секунду оградить ее от возможных весьма неприятных последствий, когда идея не возымеет успеха. — Может, у меня ничего не получается, потому что у заклинания нет названия? — У тебя не получается, потому что первый порядок чар поглощает третий. Пускай наименование чар и играет роль в их создании, но это лишь инструмент для облегчения их использования, не больше. Пробуй уже. И когда они вновь не сработают, мы все же вернемся к теории. — Но осталось так мало времени, — грустно заметила Луна, вызывая волшебные часы. — Через полтора часа мне надо быть у Джинни. — В таком случае, стоит заняться делом. — Ты прав, — Луна вновь отбросила всякую грусть и улыбнулась, словно бы у нее в запасе было все время мира. — Тогда начнем, — объявила она, нахмурилась, сосредоточилась и взмахнула волшебной палочкой, воспроизводя про себя волшебную формулу. Когда у заклинания появится название, творить его станет намного проще, но пока… Пока что у Луны были только голые формулы и ничем не подкрепленная рунная связь. Поэтому она могла лишь подпитывать их своим самым искренним желанием. — Ой… Кончик волшебной палочки вспыхнул фиолетовым цветом, на секунду их ослепил яркий свет, но вот все потухло, и, кажется, уже можно было в очередной констатировать ее неудачу, как вдруг в паре метров над землей появился полупрозрачный шарик, в котором крутились неясные на таком расстоянии картинки. Шарик покачался немного из стороны в сторону, застыл на мгновение, а затем лопнул с оглушительным хлопком, и из него вырвались неприятного вида волшебные снаряды. Парочка из них тут же рассыпалась о невидимый щит, который перед Луной держал Северус, еще парочка испарились в облаках, а один луч, обогнув всякую защиту, угодил точно в плечо защитника. — Северус! — Луна развернулась в его сторону, с беспокойством поглядывая на выцветшее на черной футболке пятно, оставленное ее неудачным заклинанием. — Ты… — Все нормально, — Северус поморщился и презрительно скривил уголок губ, поражаясь своей невнимательностью. Он был так сосредоточен на том, чтобы защитить Луну, что совсем забыл о себе самом. Непростительная ошибка. — Но твое плечо, — возразила Луна и подошла ближе, присматриваясь к оставленному следу. — Больно? — Неприятно, но не смертельно. — Северус поднял рукав, осматривая последствия. Кожа покраснела, но, кажется, ничего страшного действительно не произошло. — Стоит заметить, на этот раз он провисел больше ровно на семь секунд. — Это хороший результат, — сказала Луна и коснулась его пострадавшего плеча, убеждаясь, что ситуация действительно не смертельная, после чего вздохнула и нахмурилась. — Возможно, стоит подумать над тем, как совместить чары без поглощения одними других? — Считаешь? Я говорил об этом весь вчерашний день. — Северус поморщился, опустил рукав и поглядел на девушку с задумчивым прищуром. — Необходимо подумать над связью разных порядков. Предполагаю, что придется выбрать другие руны. — Но эти руны олицетворяют все хорошее, — Луна села на траву, вытащила из-за уха простой карандаш, покопалась в кармане в поиске листочка и постучала кончиком по зарисованным на нем символам. — Мне казалось, что они должны были идеально подойти друг к другу. — Не бывает ничего истинно хорошего в этом мире, — заметил Северус и опустился на землю перед ней. — Мое предложение такое… — сказал он, забрал карандаш с листком и начертил несколько новых рун под теми, которые хотел бы заменить. — Впрочем, это только один из возможных вариантов. — А формула? — Та же. Скомпенсируем разрыв между порядками свойствами этих рун. — Эта руна мне неизвестна, — честно призналась Луна, не видя в своем незнании ничего ужасного. — Это каун. Расщепление энергетической клетки. Те воспоминания, что ты собираешься поместить в шар, должны быть отделены от сознания очень и очень осторожно. Этим заклинанием мы даем им нового искусственного носителя. Шар, как сущность. — Но ведь мы не избавляемся от воспоминаний. Мы просто транслируем их внутри шара. Совсем как записи в Отделе Тайн, — вспомнила вдруг Луна. Их с ребятами поход в Министерство в конце четвертого курса все еще был ярким воспоминанием из прошлого. И там, конечно, она уже видела точно такие же шары с воспоминаниями, только не созданные магией. — Я никогда не был в Отделе Тайн, не имею представления, о чем ты говоришь. — Там хранятся воспоминания о пророчествах и просто событиях, — пояснила Луна. — Сотни тысяч стеклянных шаров. Правда, кажется, большую часть из них мы разбили. Должно быть, теперь они безвозвратно потеряны. — Возможно, это к лучшему. — Возможно, — согласилась с ним Луна, поймала его хмурый взгляд и улыбнулась. — Эта руна совсем не красивая, — добавила она, ткнув пальцем в каун. — Мне бы хотелось использовать что-то другое. — Северус недоуменно вскинул правую бровь. Для него красота рун была последним, что он бы учитывал при создании новых формул. Руна — это всего лишь инструмент. — Ты же это не серьезно? — уточнил он без особой надежды. Взгляд девушки говорил сам за себя. — О, более чем серьезно, — кивнула Луна, глянув на него слегка отстраненно. — Но и этот вариант, конечно, стоит испытать. На тот случай, если красивая руна так и не найдет свое место. — Это ужасный подход к магии, — недовольно отозвался Северус, отдал листок Луне и поднялся на ноги. Он на несколько долгих минут скрылся в доме, а затем вернулся с чистым пергаментом, на который нанес те руны, которые сам посчитал приемлемыми для поставленных задач. — Эта рунная связь абсолютно стабильна. Я уверен в этом, — сказал он, сжал руны в кулаке и поднял волшебную палочку. Точный взмах, формула, и вот перед ним завис шар, внутри которого застыло совсем свежее воспоминание. — Это я, — Луна поднялась на ноги и подошла к шарику, разглядывая заключенное в него воспоминание. Смотреть на себя со стороны было так необычно. И ей почему-то показалось, что там, внутри шара, она была совсем не такой, как в реальности. Там она была намного симпатичнее. Или это все игра воображения? — Ты, — подтвердил Северус, сосредоточился, и рядом с первым шаром появилось еще три точно таких же, с тем же самым воспоминанием. — Работает, как видишь, — с превосходством заметил он. Луна негромко рассмеялась. — Что? — Работает, — согласилась она весьма весело. — Но руна все равно не красивая. Я поищу другую. — Разве ты не хотела презентовать заклинание сегодня? — Я опишу его на словах, — пожала плечиками Луна и с интересом тронула шарик. Тот засиял ярче и с хлопком исчез, вспыхнув на последок — не так ослепительно, как в ее случае, и без жалящих лучей. — Ой. — Много таких шаров сделать не получится. Контролировать их весьма затруднительно. — Но их может создать несколько человек. И у каждого в шариках будет что-то свое, — улыбнулась Луна. — Что-то обязательно красивое и теплое! Подстать празднику. Джинни это точно понравится. — Луна встрепенулась и воодушевленно набрала побольше воздуха в легкие. — Я знаю! Это должно быть сюрпризом! Не буду рассказывать ей никаких подробностей. — Я промолчу, — бросил Северус в ответ, развеял все шары и повернулся в сторону дома. — Если на сегодня с экспериментами мы закончили, то Ксенофилиус хотел показать тебе что-то. — Правда? — удивилась Луна, следуя за ним. — Что же? — Откуда мне знать, — Северус поморщился. — Предполагаю, что он напечатал один из твоих рисунков. По крайней мере, полчаса назад я видео его с кипой свежей макулатуры. — О, он все же напечатал новый выпуск! — обрадовалась Луна. — А говорил, что машину придется чинить еще несколько дней. Какая замечательная новость! Северус бросил на нее задумчивый взгляд. Казалось, что Луна по-волшебному светилась, или так просто играло с ним его сознание. Но от нее исходил приятный свет, такой теплый и притягательный, что до него хотелось обязательно дотронуться. Желание странное, но уже давно ставшее обычным. Воодушевленная проделанной работой и тем, что у них получилась ее задумка, пускай даже не все руны ей понравились, Луна улыбалась. И эта улыбка очень ей шла. — Папочка! — громко позвала Луна, переступая порог дома. — Ты хочешь мне что-то показать! — Я хочу? — удивился Ксенофилиус, выглядывая из проема кухни. — А! Да, я хочу! — поправился он и поманил дочку за собой. — Взгляни, какие идеальные страницы вышли в этот раз! Чернила Северуса творят чудеса… — Вот это да! — восхитилась Луна, разглядывая свеженапечатанные рисунки. — Ощущение, что это настоящая краска. Будто бы кто-то отрисовал каждую открытку вручную. И сами страницы… выглядят восхитительно! — искренне отозвалась она, оглядываясь на Северуса, ничуть не изменившегося в лице. — Я любуюсь все утро, — поведал Ксенофилиус. — Никогда еще наши журналы не выглядели так привлекательно. Это намного ярче и интереснее, чем у всех прочих издательств. А там работает не одна такая старушка, как у нас. — Старушка только на вид, папочка. Наша печатная машина самая замечательная! — поддержала его Луна и заглянула в пыхтящую на плите кастрюльку. — Ой, а что это? — Соус для ужина, — пояснил Северус от стола, за которым устроился с небольшим блокнотом и ручкой. В последнее время он делал много записей в этой книжке, и во всем этом был виноват тот пресловутый цветок, Драко Лунам Кордис. Было в нем что-то такое, что никак не отпускало его интерес. Странно, волнующе? И почему-то хотелось обязательно попробовать создать из него что-то новое. — Соус, — повторила Луна со знанием дела, потянула пряный аромат и улыбнулась. — Надеюсь, вы оставите мне немного на пробу. Пахнет удивительно вкусно! — Мы подумаем, но не обещаем, — улыбнулся ей Ксенофилиус, облизываясь на чудесный соус, который наверняка станет изумительным добавлением к задуманному Северусом ужину. — Мне кажется, я уже готов не удержаться от добавки. А ведь ничего, кроме соуса, еще и не готово. — Луна весело рассмеялась. — Нора наверняка не находит себе места и думает, что мы голодаем, — заметила она. — Когда она вернется домой из гостей, то точно атакует нас с десятком пирогов. — Какой кошмар… — негромко сказал Северус, скривил уголок губ и нахмурился, перечитывая свои записи. Кажется, он нашел одну очень интересную закономерность, которой можно было дать жизнь. Цветок, каким бы вредным не был он в использовании, мог улучшить очень многие составы. — Ты не опоздаешь? — А? — Луна встрепенулась и бросила взгляд на часы. — Ой! Мне пора! — выдохнула она, коротко обняла папочку, обогнула стол и оставила быстрый поцелуй на щеке Северуса, после чего махнула обоим мужчинам на прощание. — Я обещаю вернуться! Только оставьте мне немного ужина на пробу! — и с этими словами поспешила на улицу. Луна выбежала на крыльцо, подняла взгляд к небу, усеянному светлыми облачками самых разных форм и размеров, улыбнулась своим мыслям и спрыгнула в траву. Середина августа выдалась весьма теплой, но не совсем не солнечной. Тучки и облачка то и дело мешали звезде пробиться к земле. Впрочем, это совсем не расстраивало. Зато выходя на улицу теперь можно было разглядывать небо и выдумывать больше невероятных историй о тех чудесных существах, что плавали по голубому полотну. Луна давно не занималась чем-то подобным, но именно сегодня ей захотелось выдумать самую невероятную историю. Луна шагала по мягкой траве вдоль вытоптанной тропинки, махала руками, в которых держала свои сандали, и не отрывала взгляда от неба. Вон там, вдалеке, виднелся толстый пингвин, неловко перебирающий маленькими лапками. Пингвин казался самым обычным, пока не повернулся боком и не показал свои небольшие закрученные рожки. Наверняка он оказался здесь по воле великого странствия с важно миссией по доставке королевского послания. А там, чуть правее него, показывал три пушистых хвоста хитрый лис. Точь-в-точь, как тот, которого однажды профессор нарисовал ей в подарок… — Луна! — голос Джинни, немного глухой, но все равно узнаваемый, донесся до нее очень неожиданно. Луна удивленно моргнула, опустила взгляд и глянула с холма на дом Уизли, у которого суетились все ее друзья. Улыбнувшись им самой теплой и искренней улыбкой, Луна приветливо махнула рукой и поспешила спуститься вниз, к подножию. Она так увлеклась разглядыванием облаков, что немного потерялась во времени. Вот и Джини глянула на нее с наигранной укоризной и уперла руки в бока, совсем как ее мама. Впрочем, недовольство она показывала совсем недолго. Не прошло и десяти секунду, как она крепко обняла подругу и развернулась, простирая руки в стороны. — Только взгляни, как много работы еще предстоит сделать. Количество гостей все продолжает расти… Не представляю, как они все здесь уместятся… — протянула Джинни и качнула головой. Шатер, что они примеряли для торжества, казалось, не мог вместить всех даже с самыми сильными чарами расширения пространства. — Может, всем гостям стоит выпить уменьшающее зелье? — предложила Луна весьма серьезно. Джинни удивленно кашлянула, а ребята весело переглянулись. Такой вариант уж точно не приходил им в головы. — Луна, это зелье очень не распространено. Оно долго варится, очень привередливо к руке мастера, и, кроме того, оно недолговечно. В зависимости от индивидуальной переносимости гости в любой момент могут вновь стать своего роста и кого-нибудь раздавить… — оценив все за и против, отозвалась Гермиона. — Что-то не меняется, — хохотнул Рон. — Умница Гермиона сразу же расставила все на свои места. — Ну, тогда я не знаю, — спокойно пожала плечами Луна, ничуть не расстроившись, что ее идею никто не поддержал. Главное ведь, что она хоть что-то предложила. — Вообще-то, у нас есть один вариант, — сказал Гарри, но отчего-то не очень радостно. — Профессор МакГонагалл предложила провести церемонию и первый день в Хогвартсе. С одной стороны, это действительно славная идея… Тогда и все профессора, и некоторые студенты из приглашенных, смогут беспрепятственно побывать на торжестве, но… — Думаешь, что для Хогвартса это еще слишком рано? — негромко спросила Гермиона. — Думаю, что больше для меня… Там осталось много боли, — Гарри опустил взгляд. И все остальные тоже замолчали, не пытаясь нарушить это скорбное молчание. Мозгошмыги над головами друзей разом потемнели. — Но и хорошего там осталось не меньше, — отозвалась Луна и улыбнулась, вспоминая все те чудесные и дорогие сердцу моменты, что происходили с ней в школе. — Хорошего там намного больше! Поверь, Гарри, если бы у Хогвартса были мозгошмыги, они бы совершенно точно были яркими, как летнее солнышко. — Почему ты так в этом уверена? — удивился тот в ответ. — Я просто знаю, — ничуть не сомневаясь, сказала Луна. — Хогвартс видел много разного. Кто знает, что происходило с ним до того, как мы пришли учиться. Может, он уже не раз был разрушен, но… Он ведь все еще цел. И в нем снова учатся волшебники, снова смеются и радуются встречами с друзьями. Снова влюбляются и строят планы на будущее. — Лучше не скажешь, — улыбнулась Джинни. — Может, это и правда совсем не плохая идея? — Может, и так. — Гарри с теплотой глянул на свою невесту. — Профессор ждет ответа в течение недели, чтобы успеть все подготовить… Думаешь, согласиться? — Думаю, что другого подходящего варианта у нас все равно нет. Проведем церемонию в Хогвартсе, а затем отпразднуем в компании самых близких людей. Здесь уж точно хватит места на самых близких, — ответила Джинни. — Да, думаю, ты права, — кивнул Гарри, вздохнул и решительно кивнул. — Ладно, идите уже. Вы ведь хотели в Лондон. А мы… тут как-нибудь. — Найдем, чем себя развлечь, — поддержал Рон, а Невилл уверенно кивнул, соглашаясь. — Может, в итоге пересечемся все вместе в Лондоне. — Вот не удивлюсь, — засмеялась Джинни. Но сначала празднуем раздельно. Девочки, вы готовы? Нам многое еще нужно обсудить! Без надоедливого внимания мальчиков. — Всегда готовы, — улыбнулась Луна и протянула ей руку, чтобы Джинни переместила их туда, куда ее душа пожелает. Гермиона последовала ее примеру. Втроем они взялись за руки, попрощались с мальчиками и переместились. День был теплым, и Джинни с удовольствием показала им небольшую беседку в парке, где уже был накрыт стол для их посиделок. Здесь было хорошо, тихо и спокойно. Пышные кусты укрывали их с трех сторон, а с четвертой стороны им открывался чудесный вид на небольшое искусственное озеро, по которому плавали утки и лебеди. Несмотря на то, что они были в городе, до их милого уединенного островка не долетало никакого постороннего шума. Впрочем, может, все дело было в магии, которая чувствовалась вокруг. — Даже не верится, что совсем скоро я тоже стану женой, — выдохнула Джинни и тепло улыбнулась. Она очень ждала этого дня и несомненно волновалась, несмотря на то, что они вот уже год, как жили с Гарри вместе. — Мне тоже не верилось, — кивнула Гермиона, — а теперь кажется, что я всегда была замужем. — Луна, еще немного, и мы будем ждать только тебя! — Джинни ткнула в подругу пальцем. — Что там этот твой Созерцатель? — она тяжело вздохнула, но затем тряхнула головой и добавила весьма серьезно: — Он ведь собирается сделать тебе предложение? — О, — Луна искренне удивилась. Она об этом никогда не думала. Да и можно было бы об этом думать, если они даже никак не обозначали свои отношения? Они просто были вместе. Рядом. — Я не знаю. — Как же? И даже не догадываешься? Луна, — Джинни недовольно качнула головой, — это не дело. — Он тебе не понравился, — улыбнулась Луна в ответ, глядя на подругу совершенно спокойно. — Да, он не то чтобы пытался расположить нас к себе. Но Невилл, кажется, был воодушевлен их общением. По крайней мере, нам он рассказал о том, как обстоятельно и подробно Созерцатель описал ему все свойства цветка. А это, наверное, что-то да значит. В общем, я просто буду рада, если ты будешь счастлива, — закончила Джинни. — Но я уже счастлива, — заверила ее Луна. — Тогда за это и выпьем, — улыбнулась Джинни и первая подняла бокал с шампанским. — Я не верю, что уже так скоро… В беседке было хорошо. Они сидели там, обсуждали предстоящее торжество, делились переживаниями и, конечно, вспоминали все хорошее, что было раньше, мечтая о том хорошем, что ждет их в будущем. Луне нравилось вот так сидеть в компании подруг, наблюдать за ними и слушать их голоса, было в этом что-то такое приятное и сокровенное. И она с радостью поднимала бокал, поддерживая каждый тост. Впрочем, помня о своем прошлом и, стоит заметить, единственном опыте употребления алкоголя, на этот раз она делала совсем небольшие глотки и ставила бокал обратно на столик. — У меня появилась замечательная идея! — объявила Джинни. — Сделаем не только танец жениха и невесты. — Не только? — удивилась Гермиона. — Конечно, есть еще танец невесты с отцом… — Нет-нет, ты не поняла. Я хочу танец подруг невесты с их кавалерами, — пояснила Джинни. Гермиона показательно ужаснулась. — Ну что ты, ваш танец с Роном тогда был чудесен. Вы так прекрасно смотрелись вместе. И Луна… Я надеюсь, твой Созерцатель умеет танцевать? — О, я не знаю. Думаю, он все умеет, — ничуть не кривя душой, сказала она. Порой ей действительно казалось, что Северус умел все. Почти все. Вот только она очень сомневалась, что он захочет танцевать. — Но это не… — Это замечательная идея, правда? У нас будет тройной танец! — обрадовалась Джинни. Ваши платья сошьют к концу недели. Ох, но тогда и Рону, и Созерцателю тоже нужны одинаковые мантии. — Думаю, Рон-то против не будет, а вот Созерцатель… — проницательно заметила Гермиона. — Он нам даже лицо показать не пожелал, а ты говоришь о танце перед сотней гостей. — Сотней… если не больше, — буркнула Джинни, но ничуть не расстроилась. — Гермиона, это ведь такой день! Неужели ты думаешь, что он откажется, если Луна очень хорошо его попросит! — воодушевленно воскликнула она и обратила умоляющий взгляд на Луну. — Пожалуйста, Луна! Я уже вижу, как прекрасно это будет выглядеть со стороны. Мне бы так хотелось, чтобы и ты, и Гермиона, вышли на первый танец рядом со мной…. — Но, — отстраненно протянула Луна, — я ведь и сама не умею танцевать. И я совсем не знаю, что его сможет уговорить. — Она хорошо помнила Святочный бал, на который ее пригласил Ричард. Танцевать вальс ей совсем не хотелось. И учиться ему не было никакого желания. Зато вот тот танец маленького народа, что они учили с папочкой… — Ну, что не умеешь, это совсем не страшно. Научим! — сказала Джинни, ударив ладонью по столу. — К тому же, может, Созерцатель умеет. Неужели ты не хочешь с ним потанцевать? — Очень хочу! — поспешно выдохнула Луна, сама себе удивляясь. Но желание это действительно было самым искренним. — Вот! — сосредоточенно кивнула Джинни. — Тогда надо всего лишь его уговорить. Может, что-то ему нарисовать? Хотя нет, ты ведь только недавно дарила ему рисунок. Может, сделать что-то приятное? Ум… устроить незабываемое свидание? Приготовить ужин! Такой, чтобы он забыл себя от удовольствия… — О, думаю это плохая идея, — честно отозвалась Луна. Джинни удивленно моргнула. — Шутишь? Нет идеи лучше, чем вкусный ужин. Тем более приготовленный любимой девушкой. Правда, Гермиона? — Если так подумать, то Рон ради еды готов на все, — улыбнулась Гермиона. — Если вдруг мы ссоримся, то его любимая лазанья быстро решает все вопросы. — Вот! — подтвердила Джинни. — А Гарри без ума от пасты в сливочном соусе. Он ради нее готов горы свернуть, зуб даю! Если хочу его порадовать, обязательно готовлю пасту. Чем не лучший способ расположить мужчину к своей маленькой просьбе. Ну-ка, Луна, вспоминай, что ты обычно готовишь и что из этого всего больше нравится Созерцателю. — Но, — Луна даже немного растерялась, — я обычно не готовлю. — Как это? — одновременно выдохнули девочки в ответ. — Совсем ничего не готовишь? И чем вы питаетесь? Ходите по кафе? — Нет же! — Луна негромко рассмеялась. — Просто у нас всегда готовит он. И готовит очень вкусно, — поспешно добавила она, заметив недоверие на лицах подруг. — Иногда мне кажется, что он может создать вкуснейшее блюдо из ничего. А нашими с папочкой кулинарными изысками, как он говорит, впору только травить врагов. Так что, думаю, этот вариант совсем не подойдет. — Тогда у меня остается только один вариант, — серьезно заявила Джинни и вдруг, не прошло и пары секунд, с намеком улыбнулась. — Кхм… — Только один? — переспросила Луна, совсем не понимая, на что она намекает. А вот Гермиона, кажется, сразу же подхватила верный настрой и тоже улыбнулась. — Да, Луна, в магобизнес через постель, — пошутила Джинни, а Луна вдруг вспыхнула, точно спичка. Жар защипал щеки и шею. Смущение захватило ее так неожиданно и так быстро, что Луна даже не до конца успела понять причину такой своей реакции. — Ты чего? — изумилась Джинни. — Вы что, еще не?.. — поняла она. — Но вы ведь целый год невесть где совсем одни пропадали! — Мы только целовались, — призналась Луна весьма смущенно. — У твоего Созерцателя какие-то проблемы? — Джинни кашлянула. — Нет, совсем нет, — возразила Луна вполне уверенно и покраснела еще больше. — Ты не хочешь? — спросила тогда Джинни. — Думаю, что я хочу, — ответила Луна, но как-то уж совсем тихо. Такого ужасного смущения она, кажется еще никогда в жизни не испытывала. Щеки горели, а сердце застучало так быстро, что было готово вот-вот выпрыгнуть из груди. Хотелось ли ей? Да, хотелось. Очень. Но прежде всего ей бы хотелось услышать его настоящее признание… — Тогда я ничего не понимаю, — нахмурилась Джинни и хотела было что-то яростно добавить, но Гермиона стукнула ее под столом. — Джинни, не надо, — предупредила она подругу. — В тебе точно говорит алкоголь. — Но! — Наверняка же дело просто в возрасте, — пояснила Гермиона. — Думаю, Луна нас обманула. Он сильно нас старше. — И что с того? — буркнула в ответ Джинни. — Как это мешает? — Впрочем, она быстро успокоилась и, кажется, сама поняла, что хотела сказать Гермиона. — Думаешь, он сам переживает из-за большой разницы? Но ведь Луна не ребенок уже! Еще немного, и уже двадцать лет! — Наверное, ты права, Гермиона, — сказала Луна, отчего-то почувствовав облегчение, и призналась уже весьма спокойно: — Он действительно сильно нас старше. — Надеюсь, он не старше твоего отца? — ужаснулась Джинни. — Чем больше узнаю о нем, тем мне страшнее… — Нет-нет, он младше папочки, в этом можешь быть уверена, — улыбнулась Луна и звонко рассмеялась, вернув себе привычную отстраненность. — Ох, Джинни! Я ведь придумала замечательное волшебство для свадьбы, — вдруг вспомнила Луна. — Я не стану рассказывать подробностей, но думаю, что тебе это очень понравится. Мы с Созерцателем создали что-то невероятно прекрасное… — Это наглая интрига, подруга! Я ведь теперь буду только об этом и думать! — Ничего страшного, — ничуть не прониклась ее горем Луна. — Гермиона, возможно, нам понадобится твоя помощь и, конечно, помощь Невилла и Рона, чтобы сделать момент по-настоящему чудесным. — Теперь и мне интересна эта интрига, — улыбнулась Гермиона. — Надеюсь только, что здесь не замешаны эти твои чудные звери, — добавила она, — ничего не имею против, но… — Ты в них совсем не веришь, но это не страшно. Мое волшебство с ними не связано. — Тогда помогу всем, чем смогу. — А мне что, предлагаете ждать еще целых две недели?! — наигранно ужаснулась Джинни. — Это подло, Луна… — Ничего страшного, — звонко рассмеялась та в ответ. — Ладно, но за это ты все же должна уговорить своего Созерцателя на танец. Заодно проверим, как он тебя любит. — Как это? — удивилась Луна. — Если любит, то точно согласится. Кстати, а что там с тостами? Мы сюда меня поздравлять пришли, вообще-то! Они еще долго сидели у озера, разговаривая обо всем, что только приходило в голову, а когда на улице стало немного холодать, перебрались из беседки в кафе. Там, спустя еще час, их и нашли мальчики. Луна сразу предположила, что это был их изначальный план, и совсем этому не удивилась. Она даже порадовалась, потому что сумела сразу же заручиться поддержкой Невилла и Рона на предстоящее волшебное чудо, что готовилось на свадьбу. Расходиться совсем не хотелось. Алкоголь грел изнутри и подначивал на подвиги. И пускай Луна в этот раз старалась пить совсем немного, но даже так она все равно неловко покачивалась при ходьбе, и сосредоточиться на чем-то конкретном с каждым разом становилось все труднее. Пить Луна совсем не умела. Впрочем, в компании друзей переживать ей было совершенно не о чем. — Луна, мне кажется, ты уже во всю клюешь носом, — шепнул Невилл, поддерживая ее под локоть. — Да, мне тоже так кажется, — согласилась с ним Луна. — Забавно, правда? — Не очень. Думаю, если ты упадешь и, не дай Мерлин, покалечишься, нам всем головы открутят. — Невилл оглядел веселых друзей, шумно поднимающих бокалы в очередном тосте, и вздохнул. И почему-то у него было весьма пессимистичное представление о реакции Снейпа на подобное пьянство. — Уверен, что Созерцатель не будет рад… — Когда он пил, я ничего ему не говорила, — возразила Луна. — Думаешь, он ждёт моего возвращения? — Даже не сомневаюсь в этом! — заверил Невилл, заметив легкое беспокойство в серых глазах. — Наверняка сидит где-нибудь на кухне и постоянно поглядывает на часы… Еще немного, и точно отправится на твои поиски. — Луна негромко рассмеялась, ярко представляя, как Северус должен войти в этот бар. — Ой, — вдруг запереживала она. — А если и правда ждёт? Это так грустно… — Почему же грустно? — изумился Невилл, считая, что подобная забота должна только радовать девушку. — Потому что он сидит там совсем один, — пояснила Луна и решительно поднялась на ноги. — Нельзя это так оставлять. Мне нужно домой. — Подожди! — Невилл придержал ее за руку и поднялся следом из-за стола. — Я тебя провожу, — настоял он, — в отличие от тебя, я почти не пил. Так что перемещу тебя в целости и сохранности. — Хорошо, — Луна согласилась с ним очень и очень серьезно. — Джинни, ребята… — обратилась она, набирая побольше воздуха в легкие. Вообще-то, она не чувствовала себя пьяной, но и трезвой сильно себя не ощущала. — Не забудьте, что у вас будет важная миссия… — Забудешь тут, такую интригу навела, — хохотнул Рон в ответ. — А ты не забудь про танец! — наказала ей Джинни. — В моей голове это уже обязательная программа! — Я спрошу его, — с улыбкой кивнула Луна, хотя очень сомневалась, что он согласится. Кажется, его однозначный ответ был предопределен сильно заранее. Конечно же, он скажет ей свое короткое и очень весомое «нет». Но… ей действительно очень хотелось бы потанцевать с ним. — Будь настойчива, — добавила Джинни и крепко обняла ее на прощание. — Не забудь, что в субботу доставят платья, будем примерять. И Созерцателя с собой тащи. Нам нужен этот танец! — Ты теперь только о танце и думаешь, — негромко рассмеялась Луна и отвернулась, скрывая грустную улыбку. Не согласится. — До встречи! Они вместе с Невиллом вышли на улицу, прошлись немного вдоль длинного дома и свернули в неприметное местечко за ним. Оттуда и переместились прямиком к дому Лавгудов. Ненадолго замерли перед крыльцом, в тишине наблюдая за темным небом, на котором то и дело из-за облаков появлялись яркие звезды. Кажется, Луна даже окончательно взбодрилась, мысли ее были четкими и ясными, и они упорно возвращали ее к словам Джинни. — Долго будете тут стоять? — Входная дверь отворилась совершенно бесшумно. Северус появился на пороге по обычаю хмурый, со сложенными на груди руками. — Нет, вовсе нет, — спокойно ответила Луна и тепло ему улыбнулась, после чего обернулась на Невилла. — Ну, доставил в целости и сохранности. Да… — Невилл неловко качнулся. — Пойду обратно к ребятам. Отдыхай. До свидания, сэр, — сказал он и переместился, не желая мешать. — Что еще ждать сегодня? — Северус вскинул одну бровь в немом вопросе. Луна запрокинула голову к небу и негромко рассмеялась. Мысли ее текли в непривычном русле. — Луна? — Ничего непредсказуемого, — ответила она, поднялась по ступенькам и остановилась перед ним, встречая его взгляд. Черные глаза в тусклом свете казались такими бездонными, завораживающими, совершенно прекрасными. — Почему-то у меня есть сомнения на этот счет. — Сегодня ничего непредсказуемого, — повторила Луна, обещая, и уткнулась лбом в его плечо, вдыхая ненавязчивый, легкий травяной аромат. Теплое дыхание коснулось ее макушки, а затем Северус молчаливо обнял ее. И от этого стало так приятно на душе. Луна вновь подумала о тех словах подруги, и к щекам подоспел предательский румянец. — Северус, ты умеешь танцевать, — сказала Луна негромко, не спрашивая, а вполне уверенно утверждая. — Полагаю, я обладаю некоторыми навыками. — Ты научишь меня? — Зачем? — Чтобы мы могли потанцевать на свадьбе Джинни и Гарри, — пояснила Луна, пока и не заикаясь об идее подруги. — Нет, — коротко отрезал Северус. — Не хочешь потанцевать со мной? — уточнила Луна. — Я не собираюсь идти на эту свадьбу, Луна, — твердо ответил он. — Мне там не место. А сейчас нам лучше бы пойти спать. И это не обсуждается. *** На следующее утро Луна проснулась раньше всех. Она тихонько села, заправила за ухо длинную прядь и, поддавшись навеянным с вечера чувствам, осторожно накрыла ладонь Северуса своей. Прикрыла глаза на несколько долгих минут и медленно выдохнула, приподнимая уголки губ в легкой улыбке. Северус не проснулся, должно быть он сильно устал, пока ждал ее, а потому мешать этому сну Луна больше не стала. Стараясь не шуметь, она выбралась из комнаты и спустилась на первый этаж. Время не было ранним, но, кажется, сегодня был просто такой день. Папочка тоже еще не встал, а потому нужно было найти себе занятие самостоятельно. Впрочем, с этим у Луны никогда не было никаких проблем. Забрав их гостиной недочитанный журнал и альбом с кистями, она решительно отправилась на кухню, но не успела устроиться со всем добром за столом, как замерла, оценив творящийся там беспорядок. На столе просто не было свободного места от обилия исписанного пергамента. Не удержавшись, Луна отложила свои вещи на стул, а сама заглянула в оставленные на столе записи. Конечно, почерк она узнала сразу, это не было работой папочки, каждый лист совершенно точно был исписан твердой рукой Северуса. Наверняка он потратил на это не мало времени. И все только лишь для того, чтобы у Луны получилось ее волшебное чудо? Она с трепетом подхватил тот пергамент, на котором были записан целый десяток разных вариантов рунных сочетаний, которые подойдут для ее заклинания. — Ох, что-то я сегодня проспал все на свете, — протянул Ксенофилиус, проходя на кухню. — Доброе утро, милая. Ты одна? — удивился он. — Северус еще спит, — с улыбкой отозвалась Луна. — Ну и ну, — еще больше удивился Ксено, качнул головой и хлопнул в ладони. — Тогда, полагаю, завтрак ложится на наши плечи? Уж омлет я точно сделаю не хуже. — Папочка! — вдруг опомнилась Луна. — А как же соус? Вы мне совсем ничего не оставили? — Как же, оставили. Северус поставил твою порцию под чары. Там, в шкафу. Это был восхитительный ужин… — довольно протянул он и принялся шуршать продуктами. — Верю! — охотно согласилась Луна и поспешила за оставленной для нее тарелкой. Такая забота отдавалась внутри приятным теплом. — Пахнет так же вкусно, как и вчера! — объявила она и с улыбкой отвернулась от папочки, словно бы желала защитить свою порцию от его хитрого посягательства. Однако противиться его жалобному взгляду долго она не смогла. — Если хочешь, можем разделить пополам. — Что ты, милая, это ведь твоя порция. Свою часть я еще вчера съел с добавкой. — Мне не жалко, — Луна негромко рассмеялась, оценив его тяжелый вздох, и ничуть не помедлила перед тем, как разделить порцию на две части. — Вот. Приятного аппетита! Ой, только соберу листы… Луна собрала записи Северуса в аккуратную стопку и расположила их на краю стола, подальше от еды. Сама заняла свое привычное место, поставила перед собой тарелку и с удовольствием потянула изумительный пряный аромат. Казалось бы, перед ней не стояло ничего такого уж совсем удивительного, просто макароны. Но соус… он добавлял пикантности и будоражил жуткое желание съесть все до последней капельки! Изумительно… — Как же это вкусно… — протянул Ксенофилиус, расправившейся со своей половиной за считанные секунды. Луна весело рассмеялась. Настроение было просто чудесным. — Давитесь вчерашней едой? — Северус появился на пороге кухни хмурый со сна. Он оглядел представшую ему картину, подошел к столу и перебрал листы, расставляя их в одном ему известном порядке, после чего придвинул к Луне тот самый, который она уже успела рассмотреть в подробностях. — Мне было нечем заняться, — сказал он, словно бы не хотел придавать своим усилиям особого внимания. — Это все возможные варианты, в которых можно использовать руны. Если из этого ничего не понравится, то придется использовать что-то другое для связи чар. Что ты так на меня смотришь? — Ничего, — Луна не сдержала теплой улыбки. — Спасибо. Уверена, что-то из этого точно понравится. — Вот и хорошо. Ксенофилиус, отойди от плиты, Мерлина ради… — Северус оттеснил его к столу, и сам занялся завтраком. Луна притянула ближе листок с вариантами рун и невольно застыла, наблюдая за его работой. Мысли ее то и дело возвращались к словам Джинни, и сердце ускорило свой бег. Но все это было так не просто! И… Луна все еще мечтала услышать его признание — четкое и ясное, обращенное ей одной. Это было самым главным. И все же… Тихонько вздохнув, Луна опустила взгляд и едва не пропустила тот момент, как перед ней опустилась еще одна тарелка с пышным омлетом. — Что-то не так? — негромко спросил Северус, занимая место рядом. — Нет, просто… — Луна подняла на него по обычаю отстраненный взгляд. — Может, ты все же станцуешь со мной там один раз? — Нет. Я же сказал, что мое появление там более чем неуместно…

***

— Ну как? — Луна улыбнулась, крутясь перед подругами в новом платье. Он было легким и нежным, и очень ей шло. Приятная на ощупь ткань невесомо плыла по воздуху, следуя за ее движениями. А цвет радовал глаз. Градиент от белого к лавандовому очень ей шел. — Я изначально знала, что на тебе оно будет смотреться просто великолепно! –порадовалась Джинни. Гермиона, красуясь в своем платье, отличающимся цветом подола, тоже кивнула. — Они замечательные, Джинни. И в танце будут смотреться просто великолепно. — Именно! — подтвердила Джинни и хмуро глянула на Луну. — Ты уверена, что не сможешь его уговорить? — Я пробовала, — с легкой грустью ответила Луна. Она действительно заговаривала о танцах каждый день. Но ответ всегда был один. — Но он вовсе не хочет идти на вашу свадьбу, — призналась она. — Говорит, что его появление там будет неуместным. — Это еще почему? — удивилась Джинни. — Мы приглашаем его официально, вместе с тобой. К тому же, я не понимаю, чего в этом такого страшного! А я так хочу, чтобы вы станцевали со мной… Может, попросим Невилла? — вдруг предложила она. — А что, у него пары все равно нет. А так и танец будет, и никто не обидится. — Мне кажется, это не очень хорошо по отношению к Созерцателю, — нахмурилась Гермиона. — Мы же не замуж ее за Невилла выдаем. Это всего лишь танец! Сценический образ. Луна…

***

— Джинни очень хочет, чтобы подруги невесты танцевали первый танец вместе с ней и Гарри, — в очередной раз начала этот разговор Луна. До свадьбы оставалось всего лишь три дня, а она так и не дала Джинни никакого внятного ответа. Ей не хотелось подвести подругу, но и танцевать ни с кем, кроме Северуса, ей не хотелось тоже. — Я это уже слышал, — Северус поднял на нее серьезный взгляд. Он твердо стоял на своем. Идти на свадьбу героя ему не хотелось. Он в самом деле считал свое появление там более чем неуместным. Кто он такой, чтобы появляться там подобно обычным гостям. Он, скрывающий свое лицо за дешевой кепкой… Но почему же тогда каждый раз, как Луна задавала ему один и тот же вопрос, внутри что-то неприятно кололо? Ему становилось неожиданно горько каждый раз, как в серых глазах после его отказа вспыхивала грустная искорка. — Меня не волнуют желания мисс Уизли. — А если бы это было не только ее желание? — спросил Луна, хмуря брови. — Если ты хочешь просто потанцевать со мной, не обязательно делать это на свадьбе, куда я идти не хочу. — Он поднялся на ноги и подошел к девушке, останавливаясь напротив нее. — Я не хочу танцевать ни с кем другим, — честно сказала Луна. Северус нахмурился. — Но ведь для Джинни это важно, чтобы я и Гермиона вышли на танец вместе с ней. Думаю, она попросит Невилла выйти со мной, если ты так и не согласишься, — призналась она. Честно говоря, она предполагала, что Джинни уже попросила Невилла поддержать ее задумку с танцем. Все же с примерки платьев прошло уже целых четыре дня. — Лонгботтом — не такой уж и плохой вариант, — через силу выдавил из себя Северус. В груди заворочалось неприятное чувство. Жгучее и очень яркое. Оно охватило его так быстро и неожиданно, что он не успел даже толком осмыслить, что с ним творится. Впрочем, это чувство нельзя было обозвать иначе, чем ревностью. — Луна, я не хочу присутствовать там, — добавил Северус и протянул ей руку. — Но если ты желаешь, я могу научить тебя. Здесь. — Желаю, — выдохнула Луна и вложила пальцы в его ладонь. — Ничего сложно. — Северус поднял ее свободную руку к своему плечу, а сам положил ладонь на ее талию, притянул ближе к себе. — Ты должна повторять мои движения. — Хорошо, — кивнула Луна и выпрямилась, надеясь, что сможет повторить каждый шаг и ни разу не наступит ему на ногу, как это было с Ричардом. Впрочем, учиться танцевать с Ричардом ей совсем и не хотелось. А сейчас она вдруг даже заволновалась. — Я веду, ты подчиняешься, — скомандовал Северус и, слегка надавив на ее талию, шагнул назад. — Шаг вперед! Делая первые движения, Луна все думала о том, как бы не ошибиться. Но чувствуя сильные руки, что направляли ее в нужной сторону, она как-то так сразу расслабилась, полностью доверяясь им и тихому, но твердому голосу, что давал коротки команды. Танцевать и правда оказалось очень легко. Особенно легко это стало в тот момент, когда Луна просто отбросила прочь все посторонние мысли. И все же… ни разу не ошибиться у нее не вышло. — Прости, — выдохнула Луна, виновато улыбнувшись, когда все же наступила Северусу на ногу. Тот, впрочем, только качнул головой, даже не поморщившись. — Ничего сложного, — повторил он. — У тебя получается даже без тренировок. — Но тренироваться все же стоит. — Луна подалась вперед, оставила легкий поцелуй на его подбородке и добавила: — Попробуем еще? — Если желаешь… И Луна, конечно, желала. Больше всего на свете желала танцевать с ним сейчас. Ей нравилось это волнующее чувство внутри, полное доверие, что она проявляла, отдаваясь на волю его движений, и легкость, с которой им удавался этот танец. Ей нравилось чувствовать тепло его рук, нравилось слышать его дыхание и нравился его взгляд. В глубине черных глаз мешалось так много всего, и все это казалось невероятно прекрасным. Три дня. Луна не упускала свою возможность, а Северус ей не отказывал. Танцевать здесь и сейчас, просто потому что ей этого хотелось. И все же ей так хотелось, чтобы и на свадьбе с ней танцевал именно он. Но Северус не менял своего ответа, а настаивать в этот раз Луна почему-то не стала. Казалось, что именно сейчас это будет неправильно. Хотя надежду она не теряла. А потому даже в день свадьбы, уже облачившись в платье и набросив на плечи легкую светлую мантию, она попросила еще один танец. — Ой, в мантии не так удобно, — улыбнулась Луна, запутавшись в подоле. Северус придержал ее от падения и помог восстановить равновесие. — Дело привычки, — возразил Северус и отчего-то отвел взгляд. — Уверен, твой танец выйдет замечательным. Лонгботтому повезло. — Я… — Луна вздохнула, сжала его ладонь, а затем и вовсе обняла, приникая к твердой груди. — Я вернусь раньше. Обещаю. — Зачем? — искренне изумился Северус. — Ну, вдвоём ведь интереснее, — привычным отстраненным голосом отозвалась Луна. — Может, я только и рад отдохнуть лишний раз от твоих… — Северус неопределенно махнул рукой, — чудачеств. — Луна негромко рассмеялась. — Я тебя не ограничивал. — Это мое решение, — отозвалась она и обернулась, когда на первый этаж спустился Ксенофилиус. — Папочка, только ты не опаздывай. А я побегу. Джинни и Гермиона, наверное, уже меня жду. — Конечно-конечно, милая, — Ксенофилиус кивнул ей и улыбнулся. Луна еще сжала пальцы Северуса на прощание, после чего оставила легкий поцелуй на его подбородке и поспешила к подругам. Они собирались сильно заранее, чтобы помочь Джинни со всеми приготовлениями. Готовились в Хогсмиде. Миссис Уизли договорилась с мадам Розмертой, и та выделила им комнату специально, чтобы можно было разложить все вещи, повесить платье и заняться наведением марафета, никому не мешая и не рискуя быть увиденными женихом. Платье невесты держалось в строжайшем секрете. — Не верю! — выдохнула Джинни, разглядывая себя в зеркало. — Ты такая красивая, — восхитилась Луна совершенно искренне. — Как сказочная принцесса. Не переживай, Джинни, все пройдет просто замечательно. — Спасибо, Луна, — Джинни улыбнулась ей с благодарностью во взгляде. — А Созерцатель?.. — спросила она. Продолжать вопрос не потребовалось, Луна и так поняла, что она хочет узнать, и отрицательно качнула головой. Джинни недовольно поджала губы и сжала ее ладонь в качестве поддержки. — Невилл хорошо танцует, вы будете красиво смотреться вместе. — Да, наверное, — согласилась Луна. Танцевать ей совсем не хотелось, но и обидеть Джинни в такой день не хотелось тоже. — Мама, все готово? — Да-да! Нам уже пора идти к алтарю. Папа ждет тебя у дорожки, милая, — спохватилась Молли, в волнении разглаживая складки на своей мантии. — Скорее девочки, пойдете позади Джинни с Артуром. — Да, мадам, — дружно отозвались Луна и Гермиона и заулыбались. Это было так волнительно, словно бы Луна шла не как подружка, а как самая настоящая невеста. Или это просто чувства Джинни так сильно тронули ее сердце? Луна шла позади нее и с восхищением и нежным трепетом смотрела за тем, как изящно шлейф платья расходится волнами на каждый шаг. Это было невероятно красиво и завораживающе. Но вот они остановились. Луна подняла взгляд и тепло улыбнулась. Гарри стоял у изящной арки и ждал Джинни, не находя себя от волнения. А его глаза сияли яркой зеленью. И в них было столько любви… Луна и не думала, что все это может так ее растрогать. На глаза навернулись слезы. Это были счастливые слезы. Она была невероятно рада за своих друзей, и зааплодировала чуть ли не громче всех гостей, когда они дали друг другу нерушимые клятвы. Все гости, а их тут собралось столько, что и не сосчитать, вскочили на ноги, крича что-то, рукоплеская, аплодируя и оглушая просторы радостным свистом. Каждый делал поздравить молодых лично. — Луна! — донеслось до нее очень глухо. Луна оглянулась, пытаясь понять, кто это позвал ее из толпы. Не сразу, но она заметила спешащего к ней Рольфа. — Привет, — с улыбкой приветствовала его Луна. — Я рад увидеть тебя. Давно не получал никаких вестей. И хотя Ксено клялся мне, что у тебя все хорошо, честно скажу, я немного переживал… — Но у меня и правда все хорошо, — ответила Луна. — Я путешествую. — И игнорируешь наши экспедиции. — Рольф цокнул языком. — Ты разбиваешь нам с дедом сердца. — Шутишь! — рассмеялась Луна. — Папочка рассказывал о прошлых ваших поездках. Вы нашли что-то интересное? — Мы всегда находим что-то интересное, — не без гордости заявил Рольф. — Но ты же знаешь, не все удается расшифровать или доставить до города. А там, на месте… — он досадливо махнул рукой. — Если бы только у нас был хоть один хороший зельевар, то все стало бы в разы веселее. — Никто из зельеваров так и не пожелал присоединиться к вашим приключениям? — поинтересовалась Луна. — Да какой там. Гильдия шлет нам только учеников, а у них совсем нет желания копаться с древностями. Им лишь бы занять хорошее место в какой-нибудь лаборатории и тихо варить там свои составы. Они просто не понимают, насколько интересную магию игнорируют! А ведь они могли стать по-настоящему знаменитыми с нами! Могли бы создавать и улучшать составы под наши нужды… Луна слушала Рольфа с легкой грустью. Ей нравились их экспедиции. Там она встретила много интересных людей. Если бы только Северус захотел хоть разочек присоединиться к ним, то наверняка все были бы очень рады получить такого прекрасного специалиста. Но тот пока ничего подобного не желал. Впрочем, им и вдвоем тоже было вполне интересно… — Может, однажды ваш зельевар вас найдет, — улыбнулась Луна. — Очень на это надеюсь, но, если честно, с каждым годом надежды все меньше. Знаешь, — вдруг сказал Рольф, — я иногда думаю о том, что… — Он замолчал и махнул рукой. — А, не бери в голову. Просто Хогвартс навеял воспоминания. Мне кажется, профессор Снейп хорошо бы вписался в нашу команду. Но даже думать об этом теперь просто глупо. — Я буду надеяться вместе с вами, — сказала Луна, переводя грустный взгляд на замок. — Спасибо, Луна, — улыбнулся Рольф. — Ты главное сама не пропадай. Все о тебе спрашивают. Стелла так и вообще уже замучила Ксено вопросами о тебе. Мы ждем тебя в команду. — Когда-нибудь, возможно, — улыбнулась Луна в ответ и махнула спешащему в ее сторону Эвану, а затем и Дэвиду, и Мие, и профессору Флитвику… — Господа и дамы! — спустя, казалось, несколько долгих часов, когда жених и невеста приняли поздравления от всех желающих, объявили на всю округу. — Мы приглашаем всех вас на первый танец… — Ой, кажется, мне тоже пора, — с улыбкой сказала Луна, раскланиваясь с окружившими ее знакомыми, и поспешила в самый центр, где к танцу уже готовились Гарри с Джинни. Рон, Гермиона и Невилл тоже стояли рядом. Ждали только ее. — Луна, — Невилл кивнул ей и взволнованно выдохнул. Он протянул ей руку, а Луна отчего-то медлила. — Ты чего? — Я… — выдохнула она в нерешительности. Его глаза грустно блеснули. Луна оглянулась. Джинни и Гарри, Гермиона и Рон… Они были готовы начинать. Красивые, в идеально подходящих друг к другу нарядах. И вот вроде бы Луна с Невиллом тоже были облачены в мантии, что прекрасно дополняли друг друга, но что-то было не так. — Я… — Луна, что с тобой? — Джинни глянула на нее с беспокойством. — Мы готовы начинать. — Да, я только… — Луна вздохнула, повернулась к Невиллу, но почему-то так и не смогла протянуть руку в ответ. Будто бы это было что-то очень и очень сокровенное. Этот танец. Его хотелось разделить с совсем другим человеком. — Просто я не он, верно? — улыбнулся Невилл, кажется, ничуть не расстроившись. — Не принимай это так близко к сердцу. Это просто ничего не значащий танец… — Да, наверное, ты прав… — тяжело согласилась Луна и наконец подняла руку, но не успела даже коснуться чужих пальцев, как Невилл неловко качнулся, настигнутый неожиданным толчком сбоку. — Не принимайте близко к сердцу, Лонгботтом, и отдайте мне вашу мантию, — негромко, но твердо приказал Северус, придерживая свою повидавшую виды кепку. Его лицо было надежно скрыто от посторонних глаз. — Ты пришел… — удивленно, но радостно выдохнула Луна. — Вот, — Невилл, не собираясь спорить, тут же стянул с плеч мантию и протянул ее мужчине. Толпа изумленно зашепталась. Столь неожиданное появление незнакомца, не желающего показывать свое лицо, взбудоражило всех. Однако ни жених, ни невеста, ни их ближайшие друзья не выказали никакого беспокойства по этому поводу, что несколько успокаивало. — Благодарю, — отозвался Северус, надевая мантию и небрежно взмахивая рукой, убирая лишнюю длину. Затем он протянул руку Луне и чуть повернулся в сторону Джинни и Гарри. — Что-то не так? — Все так, — коротко кивнул Гарри и, оценив влюбленный взгляд подруги на мужчину, подал знак. Заиграла музыка. — Я веду, ты подчиняешься, — приказал Северус и сделал первый шаг. Он чувствовал себя так странно. С той самой секунды, как Луна переступила утром порог дома, его грызло изнутри что-то необъяснимое. Танец — какая глупая блажь. Он не хотел и не собирался появляться здесь. Но последние дни его мысли все больше путались. Любовь — это что-то не совсем объяснимое. Что-то, от чего бывает очень больно. И он прекрасно знал эту боль. Но здесь и сейчас, ловя блестящий от слез взгляд серых глаз, он чувствовал что-то совершенно иное. Теплое, даже обжигающее, будоражащее, что-то, что кричало ему о жизни. Последние дни мысли его все больше путались. Северус вновь взялся колдовать и придумывать что-то новое. Охваченный исследовательским интересом разум не хотел мириться с тем, что в его руках пропадает такой ценный и невероятный экземпляр флоры. Северус исписал сотню листов, пытаясь подобрать состав, что бы наиболее лучшим образом подошел к этому цветку. И ему это нравилось. Ему хотелось больше. Хотелось взять котел, зажечь огонь и проверить свои выкладки экспериментальным путем. Ему хотелось… Последние дни мысли его все больше путались. Северус не терял ни единой возможности посмотреть на Луну. Он ловил ее взгляды, запоминал каждое прикосновение и сгорал… Подобно фениксу, что возрождается из пепла, он горел, чтобы вновь расправить плечи. Северус смотрел так, будто видел ее впервые. Он любил и не хотел, чтобы чарующий блеск в серых глазах когда-нибудь потух. Все, что угодно. Он сделает все, что угодно… Только бы эти глаза продолжали смотреть на него с той же любовью. Все, что угодно… Как бы тяжело это ни было. Но ведь в жизни никогда не бывает ничего простого, верно? Этим утром его поглотил неприятный, липкий страх. Что, если он совершил ошибку, отказав ей в этом танце? Что, если это был его последний шанс окончательно рискнуть и научиться жить? Ему ведь уже не хочется умирать, верно? Он едва удержал себя на месте, не бросился следом, заставил себя остаться в гостиной. А чувства поедали его изнутри. — Ксенофилиус… — обратился он спустя долгое время. Обратился глухо, с болезненным хрипом. — Где будет свадьба? — В Хогвартсе, — спокойно ответил Ксено и глянул на него как-то странно, словно бы с укоризной. Северус скривился по обычаю и кивнул. В Хогвартсе… Научиться жить — значит, рискнуть. Значит, пойти навстречу своей боли и… простить себя? Да, возможно, с этим еще возникнут большие сложности, но Северус, кажется, был готов. Он был готов жить, потому что не хотел потерять. Удивительно, но жить, оказывается, было весьма приятно. Жить без долгов и обязательств, только для себя и… для Луны Лавгуд. Потому что он… — Луна, — выдохнул Северус, делая последний шаг под стихающую музыку, и подался вперед, шепча ей на ухо: — Я люблю тебя… — Правда? — с надеждой прошептала Луна. — Ты сомневаешься? — Северус раздраженно скривился. Его сердце зачастило в груди. Но он сказал. Сказал. Потому что жить — значит, рисковать и… говорить. — Я люблю тебя, Луна Лавгуд, что еще ты хочешь от меня услышать? — Только это, — Луна невольно шмыгнула носом, на глаза тут же набежали слезы. Счастливые слезы. — Почему ты плачешь? — От счастья, я думаю, — улыбнулась Луна. — Не мог бы ты повторить? — Я и так сказал это уже дважды. — Мне бы хотелось видеть в этот момент твое лицо. И мозгошмыгов, возможно. Они все снова пропали, — протянула Луна, поднимая взгляд над его головой. И тут же, стоило только сказать, как там появилась белая точка. Мозгошмыг качнулся из стороны в сторону, чуть порозовел и тут же испарился. Луна не сдержала веселого смешка. — Все так ужасно? — Нет, вовсе нет! — Полагаю, здесь есть одно весьма уединенное место, где я смог бы снять кепку… — предложил Северус. — Хогвартс шепчет мне, что директорские покои все еще неприкосновенны. Пойдешь? — Да… — выдохнула Луна, кивая. — Пойду. — Она медленно выдохнула и оглянулась, удивляясь, что на них совсем никто, кажется, не обращал внимания, и кивнула. — Мы можем уйти. Никто все равно на нас не смотрит. — Ты ошибаешься, — возразил Северус. Луна вновь оглянулась. Не сразу, но она поймала взгляд профессора Флитвика, затерявшегося в толпе. — Но не думаю, что он скажет что-то против. Идем…