Неконтролируемая зависимость

пятница, 19.09, 9:23 утра

Открываю глаза, пытаясь на ощупь найти Тони рядом, но совсем скоро понимаю, что его нет в кровати. Принимаю сидячее положение, потирая глаза руками. Оглядываю всю комнату, но всё ещё не вижу Старка, поэтому беспокойство снова начинает расти. Быстро вскакиваю, хотя чувствую, как от недостатка энергии подкашиваются слабые ноги. Осматриваю комнату на наличие предметов одежды Тони — может, он и вовсе ушёл. В голове сразу вспыхивает тот самый вечер, когда я заставил его принять и когда он действительно ушёл, потому что был зол. Может, сейчас он тоже злится? Конечно, кто не будет злиться, если ночью к нему завалится какой-то придурок? Хлопаю себя по лбу, потом провожу рукой по волосам, но не двигаюсь, напряжённо оценивая ситуацию. Решаю, что самое необходимое — снова извиниться. Медленно выхожу в коридор, улавливая запах омлета, но игнорирую его, продолжая идти, высматривая Тони в каждом проходе. Наконец, нахожу его за плитой на кухне. Он, кажется, готовит завтрак, напевая что-то себе под нос. С удивлением разглядываю на столе две тарелки и два стакана — неужели второй набор посуды для меня? Витая в мыслях, делаю ещё один неосторожный шаг, и половица подо мной скрипит. Тони резко оборачивается — на его лице заметно секундное напряжение — и тут же легко улыбается, прикладывая руку к груди. — Не знаю, хочешь ли ты есть… — Прости! — мы начинаем говорить одновременно, разве что я делаю это более взвинчено. Тони сдвигает брови к переносице, откладывая грязную лопаточку, которую он держал до этого. Он озадачен, и я практически вижу, как он думает. Это заставляет меня нервничать, но вместо того, чтобы отойти, как я всегда делаю, когда чувствую себя неудобно, я, наоборот, подхожу ближе. Мы стоим так же, как в ванной Флэша тогда, и это словно придаёт потоку слов, которые были почти готовы вырваться наружу, ускорения: — Я не хотел доставлять тебе неудобств! То есть, я хотел прийти сюда, но не хотел мешать тебе… — я уже не могу остановиться, быстро проговариваю это, проглатывая некоторые окончания слов. — Питер, ты не… — пытается возразить Тони, но я с трудом слышу его, продолжая: — Извини меня! Просто всё очень сложно в последнее время, и я пытаюсь бороться с зависимостью, и меня никак не отпускает, но я очень не хочу, чтобы ты злился на меня, — наконец-то заканчиваю, потому что воздух в лёгких тоже заканчивается. Поднимаю голову, заглядывая ему в глаза и тихо добавляя: — Тони. Вместо ответа Тони, опираясь на плиту позади него, вытягивает шею и целует меня. Я застываю, не зная, что мне делать. Желание оттолкнуть его, совершенно рефлекторное, и, при этом, характеризующее меня полностью, появляется само собой, но я тут же чувствую аккуратное касание Старка к моей спине и немного расслабляюсь. Тони отстраняется буквально на долю секунды, а затем целует меня снова, притягивая ближе. Я протягиваю дрожащие руки, робко касаясь его лица, и целую его в ответ. Кажется, мне снова страшно, но это не совсем тот страх: он ощущается куда приятнее, чем обычно, и довольно быстро переходит в удовлетворение, которое расходится дрожью по всему телу. Мы отстраняемся друг от друга — я тяжело и порывисто вдыхаю. — Всё хорошо, — говорит Тони, мягко улыбаясь, — и ты вообще мне не мешаешь, так что тебе не за что извиняться, Питер, — я ничего не говорю, даже не двигаюсь, слушая его. — Правда, зубы почистить стоило бы, — говорит он, улыбаясь. Я резко встаю на носки, обнимая его.

♡♡♡

— Давай же, Питер, — я пытаюсь зацепиться ослабевшими руками за оконную раму, пока Тони держит меня, чтобы мне было проще дотянуться. Наконец, я цепляюсь, перебрасывая сначала одну ногу, потом другую. Громче, чем следовало, падаю на пол, потому что не успеваю подстраховать себя — рука подогнулась, как только я попытался опереться на неё. Взволнованный Тони тут же появляется в поле моего зрения — ему на то, чтобы зацепиться руками так, как это только что еле-еле сделал я, потребовалась пара секунд. — Голова не кружится? — пролазит ко мне, помогая мне встать. — Нет, — усмехаюсь, отряхиваясь, и тут же слегка ухожу в сторону, потому что голова всё-таки закружилась. — Да, — говорит Тони, вглядываясь в моё лицо, но я вновь выдавливаю улыбку, потому что не хочу, чтобы он волновался. — Но теперь всё хорошо, — Старк недоверчиво вздыхает, наклоняя голову к плечу. — Правда, Тони, всё в порядке. В любом случае, моя тётя дома, так что она присмотрит за мной, — пожимаю плечами. — Хорошо, — сдаётся Тони, отходя к окну. — Но теперь у тебя есть мой номер телефона, так что напиши мне, ладно? — вместо ответа я осторожно целую его, но сразу же отстраняюсь. Тони ухмыляется и снова повторяет вопрос: — Ладно? — я утвердительно мычу, и он, кивнув, спрыгивает назад. Пару минут наблюдаю за тем, как его спина удаляется — он даже разворачивается, чтобы помахать мне, а затем снимаю куртку с толстовкой и выхожу в коридор. Мэй вздрагивает, когда замечает меня, но сразу же исправляется, улыбаясь. Я тоже улыбаюсь ей в ответ, и она выглядит по-настоящему удивлённой, что, в общем-то, можно понять. Она вытирает мокрые после мытья посуды руки о полотенце, затем, не глядя, кладёт его на столешницу. — Прости, я тебя разбудила? — она выглядит действительно огорчённой, поэтому я быстро машу головой, показывая ей «Нет». — Как ты себя чувствуешь? Может, хочешь позавтракать? Я думала, что ты встанешь позже, когда меня уже не будет, поэтому… Я перебиваю её, слегка дёргаясь в её сторону: — Я согласен принимать таблетки, — Мэй замолкает, опуская руки. Когда мы впервые обратились к врачам после того, как я попал в больницу с передозировкой, нам сказали, что избавление от зависимости заключается главным образом в психологической помощи, но огромную роль играют медикаменты, которые должны были помочь мне снять ломку и интоксикацию. Я был против с самого начала — наркоманы почти никогда не признают, что им нужна помощь, даже если это действительно так. Таблетки были недешёвыми, так что я протестовал до последнего, к тому же, несмотря на то, как сильно Мэй была уверена в том, что она сделает всё, чтобы помочь мне, я убедил её, что если посещение бесплатных собраний наркозависимых может мне помочь, то мне хватит и этого. Мы возвращались к разговорам о принятии таблеток множество раз, но каждый из них был безрезультатным, а ещё каждый из них только больше отдалял нас Мэй друг от друга. Но сейчас я думаю, что мы можем справиться. Вместе с ней и Тони. Неловко постукиваю костяшками пальцев по спинке стула, стоящего рядом со мной. Мэй прикрывает рот ладонью, и я пугаюсь, что она начинает плакать, но довольно быстро до меня доходит: она улыбается. Я расслабленно выдыхаю, но замечаю, что её глаза слезятся, и снова подрываюсь. — Всё хорошо, — она, видимо, замечает мою импульсивность, — я просто… О боже, — радостно вздыхает, прижимая руку ко лбу и упираясь второй рукой в бок, — я очень рада и очень горжусь тобой, Питер, — я приоткрываю рот, слегка приподнимая голову. Думаю, что ответить, и это занимает чуть больше времени, чем обычно, потому что разговор это не из лёгких. Мэй подходит ближе, а потом и вовсе обнимает меня — больше прикосновений за последнее время, чем хотелось бы, но это ощущается очень приятно. — Это огромный шаг, — отстраняется, но не убирает руки с моих плеч, слегка потряхивая меня — только бы снова не стало совсем плохо, — ты молодец! Улыбаюсь ей в ответ, но вдруг чувствую, как телефон вибрирует в кармане. Непроизвольно радость накатывает вместе с мыслью о том, что это может быть Тони. Но, когда я, прокручивая телефон в руках, смотрю на экран, имя «Флэш» заставляет меня задержать дыхание. Несколько мгновений жду, не решаясь взглянуть на текст сообщения, потому что время для Томпсона сейчас не совсем подходящее — я совершенно забыл про него. «можем встретиться? нужна помощь», — и несколько глупых смайликов в конце. Прикрываю глаза, надавливая пальцами на веки. Быстро соображаю, но тут голос Мэй врезается в мыслительный процесс: — Что такое? — беспокоится. — Что-то случилось? — Нет! Просто знакомый, который ходит со мной на собрания, предложил встретиться. Мы сдружились, — слова слетают с языка даже прежде, чем я успеваю их осмыслить. Вру, совершенно не задумываясь и не тормозя, и это приводит меня в ужас. Опускаю глаза вниз, как можно тише — чтобы Мэй ничего не подумала — выдыхая. Чувствую, будто снова теряю контроль, когда мне только стало лучше. Боже, только не сейчас, не может быть. — Точно? — хмурится, наверняка испугавшись резких изменений в моём настроении и голосе. — Питер? — молчу, потому что печатаю СМС-ку в ответ, предварительно сделав пару шагов назад. «встретимся у тебя через 15 мин», — быстро нажимаю отправить, вновь обращая внимание на Мэй. — Да, — киваю, — его зовут Тони, — уверенно произношу я. Мэй опускает взгляд, раздумывая, а потом медленно кивает. Анализируя её лицо, подмечаю, что она пытается успокоиться. — Но мы всё равно вернёмся к этому разговору, — ладонями приглаживает мою майку. Я нахожусь в лёгкой прострации, читая «Окк» от Флэша на экране блокировки, поэтому не сразу понимаю, о чём она говорит. — А, таблетки, верно, — становится ещё хуже, когда я понимаю, что только что согласился на полноценное лечение, но всё же не могу избавиться от желания прийти к Томпсону сразу же после того, как тот мне написал. Твою мать. — Конечно, — рассеяно произношу, — да. Мэй заметно напрягается, когда замечает расплывчатость моих слов, но ничего не говорит, пока я быстро вскакиваю в кроссовки и надеваю кофту. — Я скоро, — сам себе не верю, но Мэй этого хватает, чтобы немного расслабиться. Кивает, махая мне рукой на прощание, и я выхожу за дверь. Когда я наконец-то добираюсь до дома Флэша, тот уже стоит там и топчется на одном месте так, словно действительно с нетерпением ожидает меня. Недоверчиво и нарочито медленно двигаюсь к нему, стараясь оттянуть момент нашей встречи. Но Флэш замечает меня и приподнимает голову, улыбается, махая мне рукой. Я чувствую лишь напряжение и неуверенность. Зачем я ему? — Питер! — слишком радостно и немного по-глупому, что, вообще-то, характерно для него, выкрикивает Флэш. Я же делаю глубокий вдох, засовывая руки в карманы. — Что тебе нужно? — бросаю сразу в лоб, не задумываясь. Мне не нравится то, что сейчас происходит, поэтому хочу разобраться со всем как можно скорее. Скольжу взглядом по его лицу, когда понимаю, что он молчит уже слишком долго, а затем, слегка вытягивая шею от нетерпения, резко говорю: — Флэш! — Питти, — морщусь, отходя назад, — в общем, мои родители нашли кое-что из моих запасов, — дёргает плечами, подмигивая. Я раздосадовано опускаю голову, когда понимаю, что был прав. Всё дело снова в наркотиках, хотя другого действительно не стоило ожидать — нас с ним ничего кроме наркотиков и не связывает. Опять чувствую беспокойство, инстинктивно сжимая руки в карманах в кулаки. Не хочу, чтобы всё пошло под откос, потому что сейчас я как никогда чувствую уверенность в том, что лечение может помочь мне. Но рефлекторное желание попросить у Флэша чего-нибудь интересного уже появляется, и я до боли сжимаю челюсть. — Ты не подумай, никаких проблем, — снова улыбается и демонстрирует спокойствие, — просто нужно, чтобы кто-нибудь, — указывает пальцем на меня, — ты, — мои брови подлетают вверх, — подержал кое-что у себя чуток, — Флэш, сняв грязный рюкзак с плеча, начинает искать что-то внутри, а затем высовывает руку с небольшим прозрачным пакетиком таблеток вполне очевидного назначения. От шока, перемешенного с паническим страхом, мой рот открывается, но я тут же захлопываю его. Меня словно оглушает, когда я опять оглядываю пакетик в смуглой руке Флэша. Перевожу взгляд на его лицо, затем снова на руку. Кажется, меня бросает в жар, и я стараюсь быстро соображать — что мне вообще делать? Думаю о Мэй, которая, вероятно, прямо сейчас звонит врачу, у которого я наблюдаюсь теперь уже на постоянной основе, чтобы сказать о том, что я согласен лечиться, и меня начинает мутить. Голова идёт кругом. — Можешь взять что-нибудь, только не переборщи, — опять пихает мне пакет, и я, не сопротивляясь и быстро выуживая руки из карманов, хватаю его, сжимая. Ладони вспотели, и в голове неожиданно появляется «Неконтролируемая зависимость» Боба. Делаю пару шагов назад, часто дыша, провожу рукой по волосам, находясь в полной растерянности. Видимо, именно сейчас Флэш замечает, что со мной что-то не так: — Питер? Поднимаю голову, смотря на него и впервые не скрывая испуга. Думаю о том, что я действительно мог бы прийти домой, сказать Мэй, что всё хорошо, а потом принять пару штук. Может, я мог бы придумать что-нибудь достойное, что-нибудь, что объяснило бы моё внезапное, но привычное нежелание принимать таблетки — проблемы с лечением улажены. Наверняка, я мог бы наврать Тони, сказать, что всё отлично. Потом я думаю о том, как заботлив Тони Старк и как сильно я бы хотел провести с ним ещё много-много времени. В противовес словам Боба в моей голове проносится «Ты был и остаёшься потрясающим, Питер». Делаю глубокий вдох, закрывая глаза, чтобы привести себя в чувства. Руки трясутся, но я решительно протягиваю таблетки назад, буквально врезаясь рукой в живот Томпсона — он тут же быстро подхватывает пакетик руками, чтобы тот не упал. — Нет, — произношу дрожащим голосом. Флэш приоткрывает рот, слегка мотнув головой. — Нет, прости, я не могу, — медленно отхожу, взмахивая руками. — Что? — Флэш, кажется, смеётся. Он не верит — но я и сам бы себе не поверил. — Питер, заканчивай. — Я завязал, — чуть увереннее отрезаю я. — Правда, Флэш, прости, но я больше не принимаю. — Ты же это не серьёзно? — ничего не отвечаю, глядя куда-то себе под ноги. Мы молчим, а потом Флэш, судя по всему, понимает, что не дождётся ответа. — Охренеть просто, — он машет головой. Я, слегка обеспокоенный его реакцией и ситуацией в целом, отхожу ещё дальше, пока Флэш провожает меня взглядом, полным удивления, а затем делаю резкий разворот, ускоряясь и направляясь подальше отсюда. Быстро перебираю ногами, тру лицо руками. Кажется, мне снова нехорошо, и я не знаю, чем это объяснить — мне снова не хватает дозы после того, что я увидел, или это просто было слишком. Меня слегка потряхивает, но я чувствую, что могу справиться с этим, поэтому и вовсе срываюсь на лёгкий бег, направляясь в сторону знакомого дома. На этот раз Тони открывает почти сразу. На его лице я различаю радость, но довольно быстро — прямо на моих глазах — она сменяется подобием страха, который Старк, разумеется, довольно быстро маскирует. Мой вид его смущает — взъерошенные волосы, частое дыхание, к тому же, я наверняка бледный и мокрый. — Питер? — протягивает руку, хватая меня за ладонь. — Ты что-то принял? Несколько секунд я словно в прострации, будто до сих пор пытаюсь осознать всё, что произошло, но затем я действительно улыбаюсь. — Нет, — расслабленно выдыхаю. Тони прищуривается, но его плечи расслабляются — меня затопляет чувство радости, ведь я вижу, что он верит мне на слово. Не выдерживаю и, делая резкое движение вперёд, обхватываю его за шею, целуя. Тони сразу же отвечает мне — мы вместе заходим внутрь, дверь за нами захлопывается. Он всё же отстраняется, и я делаю ещё одну попытку поцеловать его, но он увиливает, поэтому я, на ходу стягивая кофту, продолжаю: — Я отказал, — на лице Старка расцветает удивление, а затем он улыбается, — просто взял и отказал, — смеюсь, запутываясь рукой в его волосах, а потом подаюсь вперёд — на этот раз Тони с готовностью делает ответное движение. Мы быстро двигаемся по квартире — на этот раз веду его я — и добираемся до его спальни. Тони вновь оказывается запертым между мной и кроватью, но мы оба трезвы и, что гораздо важнее, готовы. Я подхожу ближе, выдыхая ему в лицо и расстёгивая его ремень. Полностью вытягиваю его из шлёвок, отбрасывая в сторону. Тони, не отрываясь, следит за моими действиями, а затем, взмахивая головой, произносит: — Я восхищён тобой, — оставляю поцелуй на линии его подбородка, а затем на шее, — и ты меня заводишь, — улыбаюсь, толкая его на кровать. — Я ведь мог удариться головой… — начинает он, смеясь, но я, забираясь на кровать, перекидываю ногу через его бёдра, оказываясь на нём. — Заткнись, — говорю, наклоняясь и целуя его. Тони подхватывает меня, переворачивая — мы меняемся местами. Он кладёт руку на моё бедро, закидывая ногу себе на поясницу, а потом отрывается от моих губ, спускаясь ниже. — Понял, — быстро говорит он, снова целуя. Мне кажется, что я плавлюсь, когда он наконец, снимает с меня майку, а ещё мне кажется, что я никогда не чувствовал себя так хорошо и правильно.

полгода спустя

Верчу в руках небольшую монетку с цифрой «6» на ней, затем улыбаюсь. Поднимаю голову, находя глазами Мэй и Тони в зале. Они сидят рядом, перешёптываясь — Мэй смеётся в ответ на что-то, что говорит Старк. Потом Тони поворачивает голову в мою сторону, широко улыбаясь и забавно направляя пальцы своих рук в мою сторону, делая из них «пистолетики». Я пытаюсь сдержать смех, но не выходит. Отвожу взгляд и вижу, что Мэй тоже смотрит на меня, улыбаясь. Оглядываю весь зал, делая глубокий вдох. Волнуюсь. — Меня зовут Питер Паркер, — как только я произношу своё имя, микрофон начинает фонить, издавая противный писк. Я крепче хватаюсь за него, почти роняя. — Я… чёрт, простите, — неловко смеюсь, чувствуя себя неловко. Нахожу миссис Чейз — моего нового куратора. Она машет рукой, давая мне знать, что всё нормально и что я могу продолжать, но её жестов мне не хватает — смотрю на то, как мне кивает, улыбаясь, Тони. Вновь выпрямляюсь. — Я не принимаю уже 6 месяцев, — задумчиво останавливаюсь, почёсывая щёку, — и мне сказали, что я могу произнести небольшую речь, но… — улыбаюсь на выдохе, быстро соображая, — честно говоря, я не знаю, что могу сказать, потому что всё это не только моя заслуга, — Мэй прикладывает одну руку к груди, немного съезжая вниз на стуле, — я бы ни за что не справился, если бы со мной рядом не было моей тёти, — люди, сидящее в зале аплодируют, и я улыбаюсь Мэй, замечая, как она смахивает слезу, — и моего, эм, парня, — запинаюсь, потому что мне всё ещё непривычно произносить это. Смотрю на Тони, ожидая, что он сделает что-нибудь смешное, но он лишь подаётся вперёд, опираясь подбородком на руки, стоящие у него на коленях. Внимательно смотрит, легко улыбаясь. Я улыбаюсь ему в ответ, но потом, когда краем глаза замечаю, как миссис Чейз забавно размахивает руками, понимаю, что пауза, должно быть, затянулась. Делаю ещё один вдох, расправляя плечи. — В общем, хочу сказать спасибо им, потому что они вытащили меня из всего это, — киваю, этим жестом благодаря пришедших — таких же людей в завязке и их близких. Миссис Чейз подходит ко мне, стуча каблуками, потом наклоняется к микрофону в моих руках и радостно произносит: — Давайте ещё раз поздравим Питера, — зал снова аплодирует, заставляя меня неловко переминаться с ноги на ногу. Она поворачивается ко мне — я наконец отдаю её микрофон — и аккуратно кладёт руку мне на плечо, наклоняясь чуть-чуть ближе. Уверенно заглядывает в мои глаза и произносит: — Ты большой молодец, Питер, поздравляю тебя. — Спасибо, — медленно говорю, улыбаясь и сжимая монетку в руках. Миссис Чейз убирает руку с моего плеча, отпуская меня и продолжая говорить что-то, чего я уже не слышу. Наверное, зовёт следующего. Быстро двигаюсь по направлению к своему месту в зале — на секунду теряюсь, потому что не вижу его, но рука Тони тут же взлетает вверх, махая мне. Улыбаюсь, вновь чувствуя себя уверенно. Прохожу между рядов стульев, извиняясь перед всеми, кому временно перекрываю обзор, и наконец-то дохожу до своего места — на нём располагается рюкзак Тони, но он тут же сбрасывает его на пол. — Всё было отлично! — радостно восклицает Мэй. Кто-то сзади говорит ей «Тсс», но она отмахивается, наклоняясь ко мне и сжимая мою руку. Больше ничего не говорит, но я вижу, что она рада, и широко улыбаюсь, переворачивая ладонь и сжимая её руку в ответ. Затем она отстраняется, вновь устремляя внимание на следующего говорящего. Тони целует меня в щёку, потом кладёт руку мне на плечо, и я располагаюсь поудобнее, практически укладываясь на него. Не могу справиться с улыбкой, которая снова и снова лезет наружу. Легко проводит пальцем по моему запястью, а потом доходит до монетки в моих руках. Я разжимаю кулак, давая ему взглянуть на неё. — Красивая, — тихо шепчет, чтобы не мешать остальным. Я мычу в ответ и засовываю её в его карман — до него проще добраться. Потом приподнимаю голову, располагающуюся почти на его плече, и оставляю небольшой поцелуй на шее, ближе к воротнику — туда тоже проще всего дотянуться. Хочу показать свою радость и благодарность за то, что он тоже здесь, но он смотрит на меня, улыбаясь, и я расслабляюсь, потому что он и так знает, что я рад. Затем он вновь подаёт голос: — Кстати, я пригласил твою тётю на ужин, — мои брови подлетают вверх. Слегка отстраняюсь, заглядывая ему в лицо. — Правда? — кивает. — Куда? — Ну, сразу это должно было быть кафе или, может, даже ресторан, — он немного склоняет голову, — но Мэй сказала, что раньше вы очень часто заказывали еду навынос, поэтому я подумал, что будет здорово, если мы посидим у меня, а я закажу что-нибудь, — заглядывает мне в глаза. — Ты, я и Мэй — что скажешь? — несколько раз моргаю, приоткрывая рот. Я ненавидел это, потому что мы ужинали едой навынос только с Бэном, но сейчас я чувствую себя спокойно — ни грусти, ни ярости. Это же Тони и моя тётя — самые близкие люди. Подаюсь ближе, целуя его — совсем легко и быстро, скорее просто мажу по губам своими губами, но он улыбается. — Будет круто, — шепчу, кивая в подтверждение своих слов, — спасибо, — Тони машет головой: не любит, когда я благодарю его «за то, что даже не обсуждается» — так он однажды сказал, а потом целует меня сам, прижимая ближе. — Мальчики, — слышится голос Мэй. Потом, отвлекаясь и открывая глаза, я вижу, как она легонько ударяет Тони по колену. Он отодвигается, посмеиваясь. Я тоже улыбаюсь, потому что не могу игнорировать его улыбку. Он прикладывает указательный палец к губам, и я слегка бью его по ладони. Тони пытается сдержать смех и вновь располагается так, чтобы я мог лечь на него, что я тут же делаю. Расслабленно прикрываю глаза, когда он обнимает меня крепче — я доверяю ему.