Туманное будущее

Чем ближе к Капитолию, тем ближе моя пышная свадьба. И теперь мне становится страшнее, чем я могла себе представить. Третий, Второй, Первый (всё смешалось в одно). Все дистрикты принимают нас так, словно мы их божество. Даже люди на площади ликуют и выкрикивают наши имена, когда мы с Питом выходим на сцену. Неужели они действительно так рады нам? Или это просто распорядители запугали их? В любом случае от этого тошнит. Все эти слащавые улыбки… крики (хочется закрыть уши и тоже начать кричать). Я говорю свои слова, даже не задумываясь об их содержании. Всё это как будто какая-то программа, которую я выполняю каждый день. Иногда улыбка на моём лице застывает, и я не могу её отцепить до самого вечера. Я стала такой, какой меня хотел видеть Сноу, какой меня сделал Хеймитч своими советами. И уже никуда не деться. Все мы засели в этой грязной луже лжи так глубоко, что только смерть вытащит нас из неё. Остаётся плыть по течению, выполняя всё, что скажут. Что я и делаю… *** – Вы прекрасно выглядите, миссис Мелларк! – еще один комплимент от какого-то помощника мэра Первого дистрикта. Этот крупный дядя в возрасте весь вечер крутится возле нас с Питом. Уже побаиваться его начинаю. – Спасибо, – в очередной раз сдержанно отвечаю я, после чего он отходит от нас с Питом на несколько метров. Я стараюсь быть ближе к Питу. Здесь он единственный, в ком я уверена. Передо мной он не притворяется. Мы играем для других, но не для друг друга. Забавно (улыбка появляется на моём лице)… Я даже рада, что Пит меня ненавидит. Хоть кто-то испытывает ко мне чувства, которые не скрывает. Не то, что все эти... Я осматриваю зал, где проходит банкет. Масса людей (если их можно так назвать), которых я видеть не могу. Все притворяются. Все! И для них это норма. Что ж, нормой становится и для меня. Я становлюсь такой же. Не притворяюсь только в своей комнате… – Похоже, ты понравилась этому борову, – я вздрагиваю, когда слышу голос Пита у самого уха. Поворачиваюсь к мужу и внимательно смотрю в его глаза. Они словно улыбаются. Чему он так рад? Пит держит в руках объёмный бокал с чем-то алкогольным. – Что это? – указываю на бокал. – Не знаю, но вкусно, – Пит вертит бокал в руках. – Хочешь? – предлагает он мне. – Нет, – отворачиваюсь, скользнув по залу взглядом. – И тебе хватит, – беру бокал из его рук и ставлю на соседний стол. Так, чтобы он не мог дотянуться. Пит смотрит то на меня, то на бокал. – Хей! – он одновременно удивлен и возмущен дерзостью моего поступка. – Хватит. Ты и так много выпил! – вызывающе смотрю на него. – Что на тебя нашло? Ты ведь практически не пьёшь… – Всё меняется! – повышает голос Пит, перебивая меня. – Хочешь повторить подвиги Хеймитча?! – рычу на него. – Может и хочу… Да и какое тебе дело?! – удивление ушло окончательно, осталась лишь агрессия. – Не хочу краснеть из-за тебя перед другими. – Да что ты! – Пит хватает меня за руку и подтягивает к себе. – Верни бокал, – тише говорит муж. – Нет! – стараюсь спокойно вытащить свою руку из хватки Пита. – Ты пьян. – Верни, – Пит смотрит на меня сверху и почти шепчет. – Прекрати, – спокойно отвечаю я. – Здесь полно народу. Поползут слухи… – Плевать! – огрызается Пит. – Верни бокал! – Нет, – я прилагаю титаническое усилие, чтобы не сорваться на него, и сохраняю спокойствие. Пит громко дышит и упорно молчит. Я не двигаюсь с места и смотрю на него. Мы играем, как дети в игру кто кого переглядит. Вдруг Пит сам отпускает меня и задумчиво осматривает с ног до головы. – Что? – само собой вылетает. Он уже смотрел так на меня, когда собирался показать, как мы с ним близки. Это второй раз. После того кошмара он вообще редко смотрит в мою сторону. Мы с ним не говорили больше о том сне и даже не вспоминали. Пит ведёт себя так, будто ничего и не было. Я так и не сказала ему «спасибо»… Просто тогда испугалась, а после он снова стал тем Питом, которого я терпеть не могу. Задиристый и … (не могу подобрать слова) … просто урод. Желание поблагодарить его прошло. – Ты всё ещё представляешь своего охотника, когда целуешься со мной? – на лице Пита появляется улыбка. Мысли в моей голове путаются, разлетаясь одна за другой. Что? Я нервно переступаю с ноги на ногу. Он явно выпил больше, чем когда-либо. – Тебе нужно поспать, – я опускаю взгляд и смотрю на острые носы своих ярко красных туфель. – Ты много выпил, – поднимаю голову и смотрю на Пита. – Что? Не можешь ответить своему мужу? – Пит снова улыбается. На сей раз через несколько мгновений, словно ему нужно было куда-то сходить за этой улыбкой, а затем пристально смотрит в мои глаза. – Ты хочешь поговорить здесь? У всех на виду? – я выпрямляюсь и встаю перед Питом. Пит осматривает зал. – А что? На нас никто не смотрит… – Это только кажется! – я опускаю руки. – За нами наблюдают всегда. Я не дожидаюсь ответа Пита и обхожу его, направляясь к выходу. Что за вопрос? Фыркаю. Представляю или нет? Ему то что за дело? Сам ведь предложил! – Китнисс! – пищит Эффи, когда видит, что я собираюсь уходить. – Куда ты? Я неохотно поворачиваюсь к ней: – Нехорошо себя чувствую. Устала, – специально провожу рукой по голове, подчёркивая как мне плохо. – Я могу пойти назад (имея в виду наш поезд)? – Конечно, – обеспокоено отвечает Эффи. – Я позову Цинну, он тебя проводит, – она начинает искать его глазами в толпе. – Я провожу её, – Пит появляется из неоткуда. – Мы ведь должны быть всегда вместе! – вновь его насмешливая улыбка. Он смотрит на меня и делает жест рукой, указывая на дверь. – Хорошо, – немного вопросительно смотрит Эффи на нас. – Идите, я предупрежу остальных. Пит кивает ей и сильно сжимает мою руку. Мы выходим из зала и идём очень быстро. Точнее Пит идёт, а я стараюсь за ним успеть. – Куда ты так торопишься? Мой вопрос так и повис в воздухе, не дождавшись ответа. Добежав до машины, Пит галантно открывает мне заднюю дверцу и ухмыляется. Я сажусь и продвигаюсь к окошку. Пит залезает следом за мной и говорит водителю, куда ему ехать. Я молчу и смотрю в окно, так и не осмелившись посмотреть на Пита. Он тоже молчит, хотя чувствует себя не так скованно, как я. Эта тишина угнетает меня. Ситуацию не спасает даже вид из окна. Первый очень красивый. Не сравнить с нашим. Но вернуться сюда я бы не хотела. Я бы в любой дистрикт не хотела возвращаться... Машина останавливается, и я вижу наш поезд. Он уже стал нам всем родным за это время. Пит быстро открывает дверцу и выходит, оставив её открытой, он ждет, когда выйду я. Что меня ждёт в этом поезде? Пит сам не свой. Я его ещё никогда не видела в таком состоянии. Мне страшно. Меня тревожат вспышки, которые предупреждают снова и снова: внимание, осторожно, держись подальше, опасность. Опасность. Но у меня нет выбора. Нужно идти. Я выхожу и стремительно направляюсь в своё купе, не дожидаясь Пита. Я не оглядываюсь. Боюсь посмотреть, где он. Понимаю, что это бесполезно. Мы ведь спим в одной кровати, но чувство самосохранения делает всё за меня, и я почти забегаю в своё купе. Пару секунд я размышляю что делать, но в голову не приходит ни одна разумная мысль. Что делать? Прятаться в ванну? Он пьян! Боюсь, что дверь меня не спасёт. И тут до меня доходит: зачем я вообще пришла в наше купе. Здесь он по-любому найдёт меня. Нужно бежать в другой конец поезда. Я резко открываю дверь и собираюсь бежать,… но уже поздно. Я вижу Пита. Он заходит в коридор, который ведёт к нашему купе. Я застываю в дверях. Что делать? Захлопываю дверь перед самым носом Пита и отхожу назад. От стука своего сердца я не слышу даже мыслей в моей голове. Что Пит будет делать? Можно попробовать обхитрить его и сбежать. Но он сильнее и быстрее… Пит резко открывает дверь и влетает в купе. Осматривает его глазами. Видимо, думал, что я запрусь в ванне. Теперь я думаю, что это была не такая уж и плохая идея. Смотрю на дверь ванны, потом на Пита. Поздно. Нужно было думать раньше… Пит захлопывает дверь с жутким грохотом, от которого я вздрагиваю. Делаю шаг назад. За мной только кровать. Делаю ещё шаг назад и оступаюсь. Дурацкие каблуки. Выпрямляюсь и скидываю туфли. Я стала ниже. Теперь Пит ещё выше, ещё страшнее. – Куда собиралась идти? – с издёвкой спрашивает Пит. – Воды попить… – первое, что пришло на ум. – Хм… – Пит снова рассматривает меня. – Так ты ответишь на вопрос? – Какой? – интересуюсь я вполголоса, хотя прекрасно понимаю, о каком вопросе он говорит. Пит улыбается и опускает голову. Видимо обдумывает, что сказать. – Кого ты представляешь, когда целуешь меня? – Пит поднимает голову на последнем слове и смотрит в мои глаза. Я молчу. Что мне ответить? Я боюсь, что-либо говорить. Он неадекватный. Хотя… чего бояться? Ты ведь дала себе слово, что Питу говоришь правду. И так лжи хватает. – Ты представляешь своего шахтёра? – не дожидается моего ответа Пит. Набираю воздух в лёгкие: – Иногда… – отвожу взгляд. Пит не двигается. Мы оба молчим. Я — потому что боюсь его разозлить, почему он — не знаю. Пит делает шаг в мою сторону. Меня начинает трясти. Я пытаюсь сделать ещё шаг назад, но у меня не выходит. Сзади кровать… Пит подходит вплотную ко мне и рукой поднимает моё лицо за подбородок. Его глаза блестят, я не могу понять что в них. Наслаждение или издевательство. Второй рукой он вытаскивает гребень из моих волос, что рушит мою причёску и волосы падают на плечи. Немного подождав, я поворачиваю голову и одёргиваю руку Пита от своего лица. Пит улыбается и протягивает: – И что, помогает? – Ложись спать, – быстро говорю я и пытаюсь обойти Пита, но он резко хватает меня за руки и возвращает на место. Я морщусь от боли и пытаюсь вырваться. – Пусти, – почти умоляю я. – Мне больно… Но Пит не слушает. Он держит меня сильно. Крепко. Я пытаюсь его ударить рукой, но попытка не удаётся. Пит сдавливает меня ещё сильнее и толкает от себя, в результате чего я оказываюсь на кровати. Моё короткое платье заворачивается и становится похоже на майку. Я резко сажусь на кровать и пытаюсь встать, но Пит не позволяет: он ставит своё колено между моих ног и наваливается на меня. Мне не хватает воздуха. Паника охватывает меня. Я начинаю вырываться. Колочу его руками в грудь. Но Пит спокоен. Он словно скала, его не сломать. Пит притягивает меня к себе. Наши лица совсем близко. И впервые Пит целует меня не для кого-то. Он просто целует меня. На нас никто не смотрит и об этом поцелуе никто не узнает. Через пару секунд Пит отстраняется и с интересом смотрит на меня. Я бешено бегаю глазами по его лицу. Что это было? Зачем? – А сейчас? – Пит вопросительно смотрит на меня. – Ты представляла его? Что он задумал? Правду. Говори правду. – Нет, – голос дрожит. Пит вновь наклоняется и целует меня. Этот поцелуй более страстный. Он длится дольше. Я буквально вдавливаюсь в кровать. Пытаюсь не отвечать Питу, но губы сами поддаются. – А теперь? – спрашивает Пит, переводя дыхание. Я отрицательно машу головой: – Нет. За моим ответом следует ещё один поцелуй: Пит раскрывает своим языком мои губы и страстно целует. Его рука проскальзывает по моей шее и останавливается на груди. Я не узнаю себя. Почему я отвечаю ему? Наверное, от страха… – А сейчас ты о нём думала? – Пит смотрит в мои глаза. Я учащённо дышу. Голова идёт кругом. – Нет. – А кого ты представляешь? – шёпотом спрашивает Пит. Его рука всё ещё на моей груди. – Никого, – и это правда. Я понимаю, что сейчас целуюсь с Питом. И мне страшно подумать, что будет, если я скажу, что думаю сейчас о Гейле. Пит вновь опускается и целует меня. Он никогда не целовал меня так. Мне кажется, этому поцелую не будет конца: Пит целует меня нежно, затем грубо, потом быстро… И я не могу вырваться из его объятий. Но Пит сам отстраняется и начинает целовать мой подбородок, шею, спускается ниже к груди… Паника. Нет. Нет. Нет. Нельзя. Я провожу рукой по его щеке, а затем закрываю ладонью его губы. Пит поднимает свои глаза на меня. Я не могу разобрать его взгляд. Чего он хочет? Напугать меня или реально сделать со мной то, чего я боюсь больше всего. – Не надо, – шёпотом прошу я. Пот выступает на моём лице и начинает стекать на простыню. Пит убирает мою руку от своего лица и смотрит на меня, а потом опять на мою грудь. Он проводит рукой по моей шее и стягивает лямку платья с плеча. Дыхание останавливается. Я не могу дышать. Пит не послушает меня. Он не остановится. Закрываю глаза, и слёзы стекают по лицу. Пит целует моё плечо и поправляет лямку обратно. Я боюсь открыть глаза. Что он будет делать? Но Пит ничего не делает. Он встаёт с кровати и уходит. Я лишь слышу хлопок дверью, а после шум воды. Только теперь я открываю глаза и сажусь на край кровати. Слёзы стекают сами. Меня трясёт. Я закрываю лицо руками и стараюсь дышать глубже и спокойнее. Что это было? Что на него нашло? Тщательно вытираю лицо и пытаюсь сообразить, что мне делать. Вся одежда в ванной. В платье ложиться спать не хочу. И видеть Пита больше не хочу. Какой-то кошмар! Обхватываю голову руками и облокачиваюсь на колени. Пит выходит из ванны переодетый ко сну. Я выпрямляюсь и встаю, опустив голову. Почти пролетаю мимо Пита и захлопываю дверь ванны. Мои щёки горят, а руки дрожат. Не могу. Что со мной? Почему ты стала его бояться? Ты ведь можешь справиться с ним. Это Пит. Пит, который ненавидит тебя, а ты его. Пит. Твой муж — Пит. Что с ним? Что это был за допрос? Включаю холодную воду и умываюсь. Стаскиваю узкое платье и надеваю пижаму. А что будет в Капитолии? Пит почувствовал мой страх. Что он придумает? Я проиграла. Я не справилась с Питом. Нет толку медлить, и я смело (насколько это возможно) выхожу. Пит уже выключил свет и лежит на кровати. Осторожно подхожу к кровати и ложусь под одеяло. Пит не спит. Он напряжён также сильно, как и я. Боюсь сделать лишнее движение. – Я не хотел тебя напугать, – тихо говорит Пит. – Я не испугалась, – также тихо отвечаю я. Я лежу спиной к Питу, но даже так я знаю, что он улыбается. – Я научился различать, когда ты врёшь, а когда говоришь правду. Вот ведь… Даже здесь он обыграл меня. И моё молчание лишь подтверждает это. – Я не боюсь тебя, – делаю попытку оправдать себя. Пит пододвигается ко мне и разворачивает к себе. Я вздрагиваю и пытаюсь отстраниться. В темноте я не вижу его глаз, только очертания лица. – Хватит врать, Китнисс, – Пит очень близко. Дрожь вновь пробегает по моему телу. – Когда мы наедине ты боишься каждого моего взгляда… – Нет! – я повышаю голос и отталкиваю его от себя. – Я не боюсь! – Боишься, – протягивает Пит. – Ты боишься, что я могу… – Нет! – перебиваю его я, не желая дослушивать конец предложения. – Правда? – Пит хватает меня за ногу, протягивает через кровать. Я опять оказываюсь под ним. Что же это такое? Я не могу справиться с ситуацией. – Твоё сердце бьётся сильно, – Пит кладёт свою ладонь на мою грудь и слушает удары сердца. – Оно выдаёт тебя, – Пит наклоняется и касается своим носом моего. – Ты боишься… Его рука скользит вниз от моей груди и касается низа живота. Затем его рука спускается ещё ниже, и Пит начинает гладить внутреннюю часть моего бедра. Всё моё тело напрягается. Это место никто не трогал. Странно, но паника ушла. Я даже опасности не чувствую. Ты ведь знала, что этого не избежать. Мы женаты. И скоро будет ещё одна свадьба. Ты не сможешь вечно бегать от него. Слышу, как сердце постепенно замедляет свой ритм. Я боюсь (чего скрывать?), но я не боюсь Пита. Боюсь того, что сейчас будет. – Признай это, Китнисс… – Пит вновь поднимает свою руку к моей груди и слегка касается её своими пальцами. – Нет, – шёпотом. – Я не боюсь тебя. – Приподнимаюсь на локтях, от чего Пит отстраняется от меня. – Глупо жить всю жизнь в страхе. Я знала, на что иду. – Пит убирает свою руку с моей груди. – Я твоя жена… Я останавливаюсь. Зачем я это говорю? Я не знаю к чему? И ещё хуже, я не знаю, чем заканчивается моя мысль. Я ему почти разрешила… НЕТ! Что-то не так… Я открываю рот, что бы сказать ещё хоть что-то, но Пит наклоняется ко мне и целует. Ещё один его поцелуй не для камер. А для чего? Я прерываю поцелуй и непонимающе смотрю. Какого чёрта?! Он хочет помучить меня. Хочет унизить? Или нет? Я не понимаю!!!!!!!!!!!! – Я… Я… Я запуталась, – качаю головой и потираю лоб рукой. – Я не могу понять… Мы ведь ненавидим друг друга… – Повторяй это себе почаще… – Пит улыбается. Я готова его задушить! Что происходит? – Давай оставим всё как есть, – это единственное, чего я по-настоящему хочу. – Ага, – и больше Пит мне ничего не отвечает. Он переворачивается на спину и ложится на мою сторону кровати, оставив меня на его стороне. Я ещё какое-то время лежу на спине. Всё, что произошло сегодня, не подчиняется никакой логике и не может уложиться в моей голове. Я и Пит? Что мы творим? Мы ведь ненавидим друг друга. Мы ненавидим друг друга. Мы ненавидим друг друга. Мы ненавидим друг друга. Мы ненавидим друг друга. Я ненавижу его…