Подлунный мир

      Люди. Люди, люди, люди. Возможно, когда-то я видела улицы и по-люднее, но сейчас мне едва удавалось держать адекватное выражение лица, когда мы шли по дороге, а впереди, сзади, сбоку — везде нас окружали живые, подобные нам существа. Тонери, я видела, тоже ощущал этот трепет. Он был здесь когда-то, давно, ещё в детстве, но реальность отличается от воспоминаний, кому, как не мне, это знать.       Я смотрела на людей (живых, настоящих, не марионеток, что лишь отдаленно на них похожи) практически безотрывно, но благодаря одному нюансу ответных взглядов не получала. Теперь было понятно, почему мы даже не заморочились с маскировкой, явившись в таких необычных на фоне земных людей клановых нарядах: нас, находящихся под какой-то неведомой мне техникой, просто никто не замечал. Не «не видел», а именно «не замечал». Ни в чьей памяти мы не отложимся и пока сами не обратим его на себя, внимания не получим.       К некоторому моему неудовольствию и любопытству одновременно располагал факт: маршрут наш был целенаправлен. Меня не пустили на Землю просто так, были условия. И, думаю, их Тонери взял не просто из головы, а из памяти. Когда-то его отец отвел его сюда, чтобы познакомить с невестой, принцессой родственного нам клана Хьюга. Тонери вообще был из богатой уважаемой семьи, так что высокий статус его партии меня не удивил. Удивило другое: цель моего прибытия в Коноху была та же. С одной лишь поправкой: я знакомилась с женихом.       Тревожил ли меня этот факт? Не особенно. Отношения меня в принципе не интересовали, но и романтической чуши вроде «замуж по любви» в голове никогда не было, так что, хотя мне и не нравилась перспектива тратить время на это, я не была шибко предвзята по отношению к будущему мужу. Куда больше меня интересовал другой нюанс: поладим ли мы вообще и когда Тонери заберёт его и свою невесту на Луну? Было бы неплохо, если сейчас, так как сомневаюсь, что следующая наша экспедиция будет раньше, чем через пять лет. Я может и буду нарушать запреты, но все-таки и в моменты затишья не помешало бы общение: внезапно выяснилось, что местных жителей что я, что Тонери понимаем через раз. А это очень плохо.       Мальчик, отведенный мне в суженные был…странным. Хотя по сравнению со своим окружением даже мрачный подросток с излишне серьёзной и высокомерной миной казался оплотом нормальности: пусть девочка и выглядела абсолютно обычной (по моим понятиям: ни жутких глаз, ни неестественного цвета волос — милая кареглазая шатенка с пучками, как у китаянок), но мужчина и другой подросток в обтягивающих зеленых костюмах… то ещё зрелище, особенно для привыкшей к широким балахонам в пол даже для мужчин меня. Что-то меня во всех этих ребятах напрягало, но я скидывала это на их своеобразность и концентрировалась на женихе.       Мы похожи. Возможно не в мелочах, но все в виде этого парня выдавало в нем такого же тихушника, как и мы с Тонери. Если он и принесет Луне жизни, то совсем немного. Шумные люди были мне противны когда-то, но теперь… я, признаться, была разочарована. В голову даже пришла мысль, что уж лучше бы Тонери выбрал кого-то вроде того брюнета в зеленом: мне все равно кто, зато так необходимого нам шума от него было бы гораздо больше. — Настанет день, и ты придешь за ним, — на взгляд Тонери это, наверное, должно было звучать торжественно, но я лишь подумала, что его тон напоминает мне фильмы ужасов. Что за формулировки? — И когда этот день настанет? — зацепилась за главное я. — Почему бы не прихватить его с собой сейчас?       Три молчуна на Луне это все же лучше, чем двое, да ещё и поссорившихся. К тому же, в случае чего этот голубчик точно согласился бы помочь мне с побегом: несмотря на свои корыстные цели по оживлению Луны, я прекрасно отдавала себе отчет, что мало кто против собственной воли захочет оставаться там. Если уж мне самой это было противно. — Когда вы достигнете половозрелого возраста, — хм, ну ясно всё. Только не нравится мне это: до моего половозрелого возраста еще как раз лет пять. Ответа на вопрос «почему» так и не последовало. Через пару минут жених со своими друзьями начал удаляться от нас. Преследовать его я не собиралась: нет особого смысла узнавать его сейчас, если нормально познакомимся (хотя, как я уже догадалась, знакомство это будет далеко от нормального) мы только через несколько лет, когда не только я, но и он изменится. — Имя, — длинный взгляд на Тонери. Он догадается. — Хьюга Неджи. — Хьюга Неджи… хорошо, — и вновь что-то царапнуло сознание, заставляя думать, о чем же я забыла. Ненавижу это чувство. Морщусь. Может совесть ворочается? Едва ли. Это тот человек (нелюдь, как по мне) должен найти меня, все, что я могу сделать, это ходить повсюду, чтобы точно засек. Подумав об этом, успокаиваюсь. Нужно насладиться этими днями, в следующий раз я не смогу быть так беспечна. Нужно освободить Кагую…

***

      В полученной от богини информации мало было о том, что эта Воля вообще может: Кагуя создавала его незадолго до своего запечатывания и уже тогда имела весьма смутное представление о его способностях, а уж учитывая, сколько времени прошло… Мои ожидания колебались от «очень сильный» до «жалкая тень, его можно ждать вечность». Итогом стало нечто среднее. Когда он пришёл, я была одна в комнате и молча смотрела на небо: странно было видеть свой дом в таком ракурсе. И, либо дело в том, что Ооцуцуки действительно хорошие сенсоры, а может все из-за того, что я знала, как его ощутить от Кагуи, но я его засекла.       Причем в тот самый момент, когда он, кажется, пытался ко мне подкрасться. Не столь важно с какими намерениями: чтобы убить и забрать осколок или чтобы вырубить и похитить. — Ирёку?.. (Воля?..) — спросила я в пустоту и, почувствовав, как ночной гость замешкался, повернулась к нему лицом. Пожалуй, я даже могла бы решить, что глаза размером с блюдца — это реакция на мой мистический (белые волосы, «пустые» глаза, и все это в свете луны) вид и странный вопрос, но по их виду сразу становилось ясно, что именно так они выглядят всегда. — Засекла?.. — тон, которым существо это сказало, был далёк от похвалы. — Но сенсорные способности тебе не помо.!       Я не собиралась тратить драгоценное время (скоро Тонери вернётся, и ещё не факт, что он не засек волю — в отличие от меня, он просто очень хороший сенсор) на бесполезные беседы вокруг да около. — Меня послала Кагуя, — обозначаю резко, полагая, что это объяснит все. А даже если и нет… — Я должна найти ее волю. Это ты? Шокированное молчание было мне лучшим ответом.