Шанс на счастье

Двери больницы резко распахнулись, и Сара быстрым уверенным шагом влетела в них, направляясь прямиком к посту медсестры, не замечая никого и ничего вокруг. Майкл следовал за ней по пятам, не отставая. — Моринг, — выпалила она, восстанавливая дыхание, обращаясь к полной женщине в медицинской форме. Сара была прекрасно осведомлена о том, что воспитанные люди сначала здороваются, а только потом задают вопросы, но сейчас О’Нил было не до этого, — Люк Моринг. Прибыл к вам сегодня ночью, — её дыхание было спертым, — в какой палате он находится? Медсестра с безразличным выражением на лице подняла на девушку взгляд, словно изучая человека, который посмел так нахально к ней обратиться. Неторопливо сверившись с данными картотеки, женщина все же произнесла: — Сейчас он находится в палате интенсивной терапии, это на первом этаже, но к нему нельзя. Даже не поблагодарив медсестру за информацию, Сара бросилась в указанном направлении, врываясь в коридор первого этажа. Искать требуемую палату не потребовалось — на одном из небольших бежевых диванчиков, размещенных напротив дверей, сидел Вишня, в объятиях которого то и дело всхлипывала Адель. Нет-нет, только не это! Почему Адель плачет? Сердце О‘Нил учащенно забилось в беспокойстве, и она в мгновение ока преодолела расстояние между ними, опускаясь на мягкое сиденье рядом с подругой. — Как он? — тихо произнесла Сара, боясь услышать ответ. Было очевидно, что Моринг едва сдерживалась, чтобы опять не разреветься, поэтому вместо неё подал голос Вишня: — Еще не приходил в себя, к нему не пускают, — ответил мужчина, сильнее прижимая Адель к груди. — Что произошло? — глаза Сары судорожно метались между этими двумя — она в нетерпении ожидала ответ. — Это у тебя надо спросить, — Адель подняла зареванные глаза на подругу в тот самый момент, когда к ним подошел Тёрнер с мрачным выражением лица. Метнув на него мимолетный взгляд, она продолжила, периодически шмыгая носом, — родители сказали, что вчера вечером он приехал домой, не проронив ни слова, и буквально через полчаса снова куда-то уехал. После этого он попал в аварию, — Моринг снова уставилась на Сару, по всей видимости ожидая объяснений. — Я… тут такое дело, — О‘Нил опустила в пол виноватый взгляд, — в общем, мы с Люком расстались. Сара не заметила, как Вишня перевел взгляд на друга, слегка кивнув. При других обстоятельствах он наверняка бы порадовался за него, но не сейчас. — Ясно, — Адель уставилась в точку прямо перед собой, — то есть, если бы все было, как и изначально задумывалось, и вы с Люком бы просто спокойно переехали в свою квартиру, этого ничего бы не произошло, — по её щекам покатились слезы. — Адель, я… Сердце Сары ухнуло куда-то вниз, в район пяток. Ведь все её опасения сейчас стали реальностью. Люк в больнице, и в этом виновата именно она, более того, не только сама О’Нил так думает, но ещё и её лучшая подруга. Вкупе с беспокойством за жизнь Люка ещё добавилось мерзкое чувство вины, которое скребло душу острыми когтями. Сара хотела что-то сказать, как-то оправдать свой поступок, но на ум совершенно ничего не приходило, что ни звучало бы сейчас откровенной глупостью или бредом пятнадцатилетней школьницы. Теплая мужская ладонь накрыла плечо девушки, и она повернулась к Майклу, стоящему у нее за спиной. Тот в свою очередь отрицательно покачал головой. «Не говори ничего. Не сейчас». Сара сжала его ладонь в знак благодарности и кивнула, что не ускользнуло от сидящей рядом пары. Минуты тянулись медленно, складываясь в часы. Они сидели в коридоре напротив палаты, практически не разговаривая друг с другом, лишь изредка перекидываясь дежурными фразами. Пару раз Вишня и Майкл по очереди отходили к кофейному автомату, принося себе и девушкам бодрящий напиток. Сара боялась взглянуть на Майкла, ощущая на себе огромный груз вины за случившееся. Ведь Адель права — если бы они с Люком не расстались, то он не поехал бы неизвестно куда поздней ночью и, соответственно, не попал бы в эту злосчастную аварию. И эта неизвестность о его состоянии пугает еще больше. Тяжело выдохнув, девушка накрыла ладонями лицо, стараясь сдержать подступающие слезы. — Он пришел в себя, — раздался мужской голос. Сара подняла глаза на стоящего перед ней высокого мужчину в белом халате, его лицо было серьезным, но от Сары не скрылась проскользнувшая тень улыбки. Обе девушки в ту же минуту вскочили со своих мест, обрушивая на него уйму вопросов. — Как он, доктор? — дрожащим голосом произнесла Адель. — Не переживайте, угрозы для жизни больше нет, — мужчина улыбнулся уголком губ, — но мистер Моринг все еще очень слаб и ему требуется покой. Поэтому навестить его могут только самые близкие и только на несколько минут. Мисс Моринг, вы можете войти в палату. Сара уже хотела ринуться за подругой, но доктор мягко остановил её. — А вы мисс…? — он уставился на девушку вопросительным взглядом. — О’Нил. — Кем же вы приходитесь пациенту, мисс О’Нил? В этот момент Сара судорожно соображала, что ответить врачу, ожидающему немедленного ответа. Ей обязательно нужно проведать Люка и убедится лично, что с ним все будет в порядке, иначе она места себе не найдет. Она нервно покусывала губу и спустя мгновение выпалила первое, что пришло в голову: — Я его невеста, доктор. Боже, только не смотреть сейчас на Майкла, не встречаться с его наверняка недоуменным и полным бешенства взглядом, не то она не выдержит и бросится к нему объясняться. Не сейчас. Тёрнер резко оторвал задумчивый взгляд от мужчины в халате и взглянул на Сару. Черты лица резко переменились — скулы заострились, и на них заиграли желваки, но парень не произнес ни слова. Пока доктор пропускал её в палату, Майкл поднялся с диванчика. — Приятель, не кипятись, — Вишня хотел было одернуть друга, но тот уже быстрой поступью направлялся в сторону выхода, оставляя за собой эхо от звука шагов. Майкл буквально вылетел из ворот больницы и двинулся в сторону парковки. В нем бушевали эмоции, он не мог найти себе места от так неожиданно нахлынувшей ревности. Чувство собственничества не давало покоя. Боже, он так долго к этому шел, добиваясь её взаимности, а сейчас все летит к чертям собачьим. Снова Моринг, снова он рискует её потерять. В сердцах пнув колесо своей машины, Майкл сел за руль и завел двигатель.

***

— Братик! — Адель бросилась к Люку, заливаясь слезами, и прижалась к его груди. Спинка больничной койки была поднята, и парень находился в полусидячем положении. Он выглядел довольно бледным, но на лице появилась легкая улыбка при виде сестры. — Боже, Адель, ты меня раздавишь! — хриплым голосом произнес парень, все же улыбнувшись сестре и погладив её по шикарным волосам. — Прости-прости, — она оторвалась от его груди, усаживаясь на стул рядом с кроватью, при этом не переставая держать брата за руку, — мы так волновались за тебя. Как тебя угораздило? — Была сильная гроза и плохая видимость на дороге. Не сразу увидел встречный автомобиль и резко свернул в кювет, — в этот же момент его взгляд упал на Сару, все это время неловко стоявшую возле двери, — Сара? О’Нил сделала несколько робких шагов, приближаясь к кровати. — Привет, — она выдавила из себя улыбку, — как себя чувствуешь? — Бывало и лучше, но вполне сносно, — он улыбнулся уголком губ, — что ты здесь делаешь? — Мама передала мне, что ты попал в аварию и находишься в больнице, — слова давались ей с трудом, — я не могла не приехать, Люк. — Адель, ты не оставишь нас на несколько минут? — увидев обеспокоенный взгляд сестры, он все же добавил, поцеловав её в висок: — со мной все нормально, честно. Рыжая нехотя отпустила руку брата и кивнула. Направляясь к двери, она на секунду остановилась, поравнявшись с Сарой, и встретилась с ней глазами, но тут же отвела их в сторону, не проронив больше ни слова. Когда дверь палаты закрылась за девушкой, Сара наконец подала голос: — Люк, прости меня, — ее голос дрожал от подступающих слез, — если бы не я, этого ничего бы не произошло. Моринг похлопал рукой по краю кровати. — Иди сюда. О’Нил в два шага преодолела расстояние между ними и присела рядом с Морингом. — Сара, перестань винить себя. Я взрослый человек и сам несу ответственность за свои поступки. — Но я… — Никаких «но», родная. Я сам знал, на что шел. Я был влюблен в тебя еще со школы, хотя уже тогда знал, что твое сердце принадлежит Майклу. За эти годы ничего не изменилось, — он накрыл её ладонь своей, — но мои чувства к тебе — это не просто желание обладать. Больше всего я хочу, чтобы ты была счастлива, ты как никто этого заслуживаешь, Сара. Даже если твое счастье не рядом со мной. — Боже, Люк, — она сжала его пальцы и ощутила, как слезы катятся по щекам, — мне так жаль… — Я ни о чем не жалею, Сара. Ты подарила мне два счастливейших года в моей жизни, — большим пальцем он смахнул с её щеки очередную слезинку, — не стоит винить себя в случившемся. И какое-то время нам лучше вообще не видеться, — он улыбнулся, но в его глазах застыла грусть. — Я понимаю. Спасибо тебе. Спасибо за все, Люк, — она потянулась к нему и оставила поцелуй на щеке, в то же время ощущая, как с души упал огромный камень ответственности и вины за произошедшее.

***

— Ну и что это было, Лисичка? — проницательным взглядом Вишня смотрел на Адель, стоящую у окна с отсутствующим выражением на лице. — Ты о чем? — прочистив горло, все же спросила девушка, встречаясь с пронзительными голубыми глазами. Хотя прекрасно поняла, о чем спрашивал мужчина. — О твоих словах по отношению к Саре, — он притянул девушку к себе, кутая в сильных объятиях, — разве не ты мне говорила о том, как тебе становится её жаль, когда ты глядишь на то, как она отчаянно отрицает свои чувства? Адель нервно сглотнула и шумно выдохнула. — Я не знала, что все так обернется, — она прильнула к его твердой груди, вдыхая уже так полюбившийся ей за короткое время аромат мужского парфюма. Аромат её личного безумия. — Неужели ты правда считаешь, что она виновата? — взгляд Вишни был устремлен в окно, в то время как пальцы мужчины перебирали огненные пряди. Девушка ничего не ответила, а только сильнее вцепилась ладонями в ткань его кофты.

***

Выходя из палаты, О’Нил неожиданно столкнулась в дверях с маленькой фигуркой Кенди. — Привет, Сара, — она смотрела на нее своими большими грустными глазами. Им так и не удалось восстановить былую дружбу. После того случая на вечере выпускников, а позже и в аэропорту, Сара стала подозревать, что у кудрявой блондинки ещё остались чувства к её бывшему жениху. И то, что она стоит сейчас здесь, в коридоре больницы, прибыв сюда сразу же после известия о том, что Люк проснулся, даже раньше, чем родители Морингов, говорит о том, что О’Нил все же не ошиблась в своих подозрениях. И она не могла винить её за это. Кому, как не ей, Саре О’Нил, дано понять чувства Кенди, ведь она сама, приехав в этот город спустя пять лет, неожиданно обнаружила, что её чувства, её подростковая влюбленность никуда не делись, а лишь были запрятаны где-то в глубине сердца, трепещущего только при одном взгляде в изумрудные глаза. — Привет, Кенди, — она улыбнулась прежней подруге, — с ним все будет хорошо, — заметив немой вопрос в глазах Нельсон, добавила она и накрыла ладонью плечо девушки. Кудрявая благодарно кивнула и, воспользовавшись тем, что доктор куда-то отошел, проскользнула в палату Люка. Сара только улыбнулась на это. — Где Майкл? — обратилась она к стоявшей у окна парочке. Сара только сейчас обнаружила отсутствие Тёрнера, который до этого просидел здесь с ней полдня. В душу в тот же миг закралось неприятное ощущение тревоги, но теперь это тревога была уже совершенно другого характера. Тревога снова потерять его из-за недосказанности. Сара тут же попыталась отогнать это назойливое ощущение, убеждая себя в том, что все будет хорошо. Просто не может быть по-другому. — Он ушел, принцесса, — подал голос Вишня, все еще сжимавший рыжую девушку в объятиях, пока Адель уставилась в окно, по всей видимости, не желая общаться с Сарой. — Что? Как? Почему ушел? — На этот раз я не буду вмешиваться в ваши отношения, Сара. Лучше поговори с ним сама. Ещё раз в надежде бросив взгляд на подругу, которая никак не желала обратить на нее внимание, О’Нил тяжело выдохнула, пряча наворачивающиеся слезы, и направилась к выходу из отделения. Уже дойдя до конца коридора и потянувшись рукой к двери, она вдруг услышала, как её окликает такой родной голос рыжей стервы. — Сара! Сара, подожди! В коридоре послышался звук быстрых шагов. — Чего тебе, Адель? — спросила блондинка, когда Моринг все же догнала её, поравнявшись с девушкой. Адель стояла, заламывая руки от волнения, её глаза были опущены в пол, пока она тщательно подбирала слова. Спустя томительные несколько секунд она все же подняла взгляд на подругу. — Прости меня, крошка, — прошептала она, в то время, как на глазах снова выступили слезы, — просто я так испугалась за брата, что сама не поняла, что я несу. На самом деле я так не думаю! — Боже, Лисенок, иди ко мне, — Сара улыбнулась, почувствовав, как с плеч свалился огромный груз, и от облегчения потекли слезы. Она не пережила бы, если бы Адель затаила на неё обиду. Нет, только не она, не её личная, но такая обожаемая стерва. Моринг обняла подругу, утыкаясь Саре в плечо. — Я рада за вас с Майклом, правда-правда. Ведь я видела, как ты до последнего противилась своим чувствам к нему, изводя себя. Прости меня, куколка, я так люблю тебя! — Я тоже люблю тебя, Адель, ты для меня самый родной человек. Я бы не вынесла, если бы мы перестали общаться. Сара слегка отстранилась, заглядывая в глаза плачущей подруги, в то время как у самой щеки были мокрыми от слез. Встретившись зареванными глазами, девушки улыбнулись. — Но похоже, что с Майклом мне еще предстоит выяснять отношения.