Душа самурая - меч

Отрубать себе руки Саске Суйгецу, конечно, не позволил, но от первых ударов Водяного клинка уйти тоже не сумел, и лезвие рассекло местами кожу и мышцы. Самого Суйгецу, дрожащего киселем и полубессознательного, загнали обратно в бак и увезли куда-то. К Саске, расстегивая на ходу медицинскую сумку, поспешил вездесущий Кабуто. — И зачем было так подставляться, Саске-кун? — спросил он, активируя ирьедзюцу и принимаясь за раны. Саске промолчал, но это было не смущенное молчание, когда человек осознает свою ошибку и раскаивается оттого, что причинил беспокойство другому. Это было то молчание, когда к другому даже нет повода обратиться, когда говорят на разных языках и живут, пожалуй, на разных полюсах мира. Ради Кабуто Саске просто не дал себе труда рот раскрывать. И Кабуто это почувствовал, вот только обиделся или нет — не понять его. — Презираешь меня? — спросил он с легкой полуулыбкой, ловко орудуя кривой хирургической иглой. — Напрасно. Это просто моя работа: внедрение, сбор информации, работа под прикрытием. Медицинская служба, опять же. Свой долг ирьенина я выполняю честно, заметь. — Тебя Орочимару кормит, — бросил Саске коротко и сухо. В этом было всё его отношение к ситуации. Человек вроде Наруто, бесспорно, развил бы тему. Припомнил бы Кабуто, сколько лет тот проработал под прикрытием — шпионил то есть, — в Конохе, как жил на правах любимого сына у почтенного старого медика Якуши-сэнсэя. И то, что Якуши-сэнсэй погиб во время вероломного нападения шиноби Ото и Суны на экзаменационном турнире, тоже припомнил бы. Саске не занимался мессианством. Он — отличник Академии шиноби, — не хуже Кабуто знал основы и принципы разведки. Но знал он и другой принцип службы шиноби: «Не живи, где работаешь, не работай, где живешь». Это не чистоплюйство, это — залог безопасности, когда не обрастаешь личными связями и не пускаешь корней на вражеской территории. Когда не предаешь своих покровителей и наставников. Это — чистая работа. Так учили в Академии Скрытого Листа. Но Кабуто ел хлеб из рук Орочимару, так что говорить с ним было не о чем. — Мы с тобой теперь в одной лодке. Я бы на твоем месте ее не раскачивал, — продолжил Кабуто, протирая и убирая инструменты в сумку. — Ты, разумеется, избранный, можно сказать, любимец Орочимару-самы. Но Орочимару-сама — крайне занятой человек, он не станет заниматься с тобой как наемный учитель. Тебе предстоит масса самостоятельной работы, прежде чем ты сможешь говорить с Орочимару-самой на понятном вам двоим языке. Иначе — превратишься в голема с печатями, в марионетку в его руках. Без личного понимания того, что и зачем делает Орочимару-сама, ты — всего лишь его очередной эксперимент, Саске-кун. Знаешь, почему он взял меня своим помощником? Потому что я — умный, и при этом — умею читать ситуацию, не заноситься. А вот ярких и амбициозных парней вроде тебя, Саске-кун, Орочимару-сама, уж извини за прямоту, — на завтрак кушает!.. — и Кабуто засмеялся тихо и беззлобно, сам развеселившись своим остроумием. Саске глядел на него все так же холодно, лишь с последними словами чуть изменив выражение лица. — Ты себя, что ли, в посредники предлагаешь? — В посредники — уволь, я тоже весь в делах, и мне недосуг вмешиваться в ваши отношения. Но я знаю, где в этом убежище библиотека. И я, как верный слуга Орочимару-самы, тоже заинтересован в твоем прогрессе. Так что — дорогу покажу, а дальше ты уж сам, Саске-кун. В Акакдемии тебя же не зря называли гением? — и Кабуто дружески подмигнул, ни дать ни взять — дружелюбный семпай. — Ты хорошо плаваешь, Кабуто? — Что, прости? Свой пассаж про лодку он успел забыть.

***

«Будь верен текущей мысли и не отвлекайся. Вместо того, чтобы изнурять себя многими мыслями, следуй одной, но позволяй ей меняться от мгновения к мгновению».

***

Несмотря на неприязнь со стороны Саске, Кабуто всё-таки замолвил слово Орочимару, и тот сам лично дал ученику доступ к своей обширной библиотеке. — Гляди, Саске-кун, здесь у меня хранятся материалы по чакре природных элементов. Я наблюдал за этой техникой Какаши, Райкири. Грубовато, на мой взгляд. — Райкири — незавершенное Чидори, а я освоил и его. И уже применил в комплексе с Проклятой Печатью второго уровня. — Вот даже как? И что скажешь, насколько это было эффективно? — Противника вывел из строя надолго, — уклончиво ответил Саске. Уточнять тот факт, что противником его тогда был Наруто в форме демонического Лиса, он не собирался. Но Орочимару вдруг склонился к нему, заглядывая в глаза жадно-любопытным взглядом. И Саске с дрожью омерзения почувствовал, что в его память словно бы вторглась чужая бесцеремонная рука, выхватила яркую картинку-воспоминание и вертит ее так и эдак. — Пошел вон из моей головы! — зашипел Саске и активировал Шаринган. Шаринган засек белесую полосу чакры, стекающей из приоткрытого рта Змеиного саннина, и эта чакра тянулась к чакре самого Саске, обвивала его голову невесомым обручем. Эта полоса (Змея? Язык?) казалась сотканной из тумана, но стоило впиться в нее яростному взгляду Саске, как чакра повела себя совершенно по-животному: забилась гадюкой с прищемленным хвостом, отдернулась испуганно и юркнула обратно в рот к Орочимару. Тот, казалось, ни капли не огорчился, а даже — напротив, добился хорошего результата. — Силен, Саске-кун, силен! Ловишь на лету! Никогда не сомневался, что этого маленького джинчурики ты превосходишь многократно. А вот Цунаде-химе так и не научилась ставить на правильный сектор, кхе-кхе!.. Ох и наворотят они дел в своей Конохе!.. — Еще раз сунешься в мою память — язык вырву, — пообещал Саске очень спокойно и по-деловому. Орочимару, похоже, воспринял это как комплимент. — Так что не так с Чидори и Райкири? Как их можно улучшить, чтобы не травмировать руки нагрузкой чакры? — О, ты и о причине своих травм уже знаешь? Кабуто подсказал? — Сам не дурак. — Это верно, совсем не дурак. Вот и скажи мне, мой умный Саске-кун, чакра — это материя или энергия? — Энергия. — Верно. Пока ты строишь свои дзюцу на взаимодействии энергии чакры и материи собственного тела, то ты — проводник. Но не существует идеального чакро-проводника с нулевым сопротивлением, а сопротивление ведет к разрушению. В случае с твоим другом-джинчурики… — Он мне не друг, — перебил Саске. — Хватит связывать меня с этим неудачником. — Да? Ну, как знаешь, значит, на чем я остановился?.. Да, джинчурики. У него есть колоссальный резерв чакры, которая как разрушает тело-проводник, так и регенерирует его тут же. Замкнутый цикл. Но в нашем случае требуется снизить нагрузку на тело без потери мощности потока чакры. Орочимару произнес это и удовлетворенно замолчал, наблюдая за учеником. — Метод уже есть, так? — прищурился Саске. — На уровне гипотез и клановых техник, без адаптации в классическое ниндзюцу. — Это моё задание? — Именно. Я некоторое время буду отсутствовать, дела, дела… Вот эта секция — в твоем распоряжении. Читай, ищи, думай. Я ожидаю от тебя высоких результатов, мой дорогой Саске-кун.

***

«Спрашивать, когда знаешь, означает поступать вежливо. Спрашивать, когда не знаешь, абсолютно необходимо».

***

И Саске думал, анализировал, искал пути. «Клановые техники» — дал подсказку Орочимару. Совсем недавно он столкнулся с техникой Водяного клинка Суйгецу. Как это выглядело для Шарингана? Чакра Суйгецу аккумулировалась вне его руки, в той горсти воды, которая вытянулась в клинок. Чакра превратила воду в узенькую полоску под высоким давлением, закольцевала движение ее молекул и поддерживала форму. По сути — она смешалась со своим природным элементом, став уже не чистой энергией, а скорее — синтетической материей, неаналогичной по свойствам простой воде. У Саске были развиты стихии Огня и Молнии. С чем общедоступным синтезировалась чакра Огня для клановых дзюцу Учиха? Это могло быть записано в исчезнувших свитках из семейной библиотеки, но Саске их никогда не читал. Он только знал печати-ин и владел «воинским духом», которому научил его Какаши. Огненный Шар Саске выполнял с шести лет, но лишь в тринадцать понял, что и для него использовался «воинский дух», только в другой последовательности вдохов-выдохов. Так что же проводило чакру Огня, когда она покидала легкие? Что реагировало с чакрой вне его тела, рождая пламя? Кислород. Атмосферный кислород. А чакра Молнии? Мог ли Саске вывести ее за пределы рук, чтобы не замыкать электрический контур на себя самого?..

***

У входа в убежище на природной каменной осыпи Кабуто устроил маленький сад камней. В середине же его торчал тонкий прутик деревца сакуры. — Она пока не цветет, но это все равно сильное и прекрасное растение, — с гордостью показал он свое творение Орочимару и Саске. — Как держится за каменистую почву, как тянется вверх! — У тебя, Кабуто-кун, есть художественный вкус. И много свободного времени, не так ли? — склонил голову набок Орочимару. — Быть может, мне стоит дать тебе новую миссию? — Благодарю, Орочимару-сама! Всегда к вашим услугам, — склонился тот в угодливом поклоне. Саске глядел на этот побег сакуры и думал о том, в какой же стране Кабуто проникся традицией любования цветами и созерцанием камней? И не является ли это очередной маской профессионального шпиона? И для кого он надел эту маску? Для него? Всё-то пытается завести дружбу с фаворитом своего хозяина? Или для самого…

***

«Чаще всего люди пренебрегают своими обязанностями, потому что находят чужие дела намного более интересными».