Душа самурая - меч

Впервые за многие месяцы, годы Саске чувствовал себя свободным, окрыленным, способным взлететь к самому солнцу и камнем броситься вниз. Как птица. И была ли это сила от поглощенной чакры Орочимару, Проклятой Печати и прочих трофеев, или это предчувствие скорой развязки так пьянило его, но Саске был почти что счастлив. Смерть Орочимару сняла с его плеч тяжелый груз, развязала руки, а в голове из пестрого клубка всех мыслей, стратегий и паранойи осталась лишь яркая путеводная ниточка, соединяющая его с Итачи. Он собрал достаточно сведений об «Акацуки», чтобы спланировать свою атаку. Бойцы «Акацуки» работали парами, и каждый из них был силен, не слабее S-ранга. Они умели скрываться, умели занимать оборону и прорывать защиту, вторгались в селения шиноби, охотились на джинчурики. Серьезные ребята, с нахрапу не возьмешь. И в одиночку не пройдешь. Экзамен на чунина Саске так и не сдал, но его знаний и практических навыков вполне хватало для того, чтобы спланировать миссию по захвату. Да, в одиночку такие задачи не решаются, нужна команда. Маневренный взвод, где будет пара боевиков с различными стилями боя, сенсор и он — капитан и мозговой центр. Сенсора он себе заприметил давно, боевиков…

***

«Всякий раз, когда кто-то попадает в сложную ситуацию, ты должен, несмотря ни на что, справляться об этом человеке или отправлять ему подарки. И тогда ни разу в жизни ты не пострадаешь от небрежения тех, кому сам когда-то оказал услугу».

***

Выпущенный на волю и приглашенный в попутчики, Хозуки Суйгецу сразу же развил бурную деятельность. Для начала он демонстративно разгромил свое узилище. Саске уже ждал, что на грохот и звон разносимой лаборатории явится Кабуто, но главный помощник Орочимару как сквозь землю провалился. А Суйгецу тем временем ударился в мародерство: разорил кладовую, перерыл гардеробную, долго мерил сандалии, ворча, что все они ношеные и ему не по ноге. — Саске, мне нужен меч! — щелкнули зубы у самого уха. — Выбери в арсенале, от меня-то ты чего хочешь? Кусанаги в парадных ножнах? — Там в арсенале — дерьмо, я об него и руки пачкать не стану! Мне нужен меч Кровавого Тумана, или даже два, а лучше — все! — разошелся Суйгецу. — Куда тебе столько? — чуть удивился Саске. — Это моя цель! Понимаешь, нет? ЦЕЛЬ! Соберу все клинки, восстановлю отряд Семи Шиноби-Мечников Тумана, войду в истории и легенды! Хочешь, я и тебя возьму? Подарю тебе Клыки, будешь по ним свои молнии пускать. Ты не боись, они легонькие, ими раньше вообще девка владела… Уй! Шутка, шучу я, Саске, шучу, че ты сразу как этот?.. Шуток не понимаешь?.. Саске развеял призывную змею, слегка придушившую болтливого придурка-Суйгецу, и задумался. — В Страну Волн пойдем. Если уж тебе так приспичило именно клинок Тумана. В крайнем случае — отберешь себе один у Кисаме, он работал в паре с Итачи. Или даже заберешь себе обоих, когда я покончу с любезным братом. Лицо Саске излучало мрачную уверенность и крайнюю невосприимчивость к юмору, и Суйгецу решил, что спорить себе дороже. Хотя шуточка насчет того, что у каждого Учихи должен быть напарник-мечник из Тумана так и свербела на языке. — А потом куда? Искать их штаб? Я слыхал, в Кири они как дома, да и я домой заглянул бы!.. У меня ж миссия на голову Орочимару не закрыта, во! Давай башку его прихватим, а награду — пополам?! — Нет, потом мы навестим Карин. Она пригодится. — Эта придурочная?! — оторопел мечник. — Саске, послушай доброго совета от Суйгецу-сана, я видел жизнь и некоторое дерьмо в ней! Каким бы простым ни казалось дело — обратись к профессионалу, получится качественнее, быстрее и гораздо дешевле! Если тебе нужен мастер бесшумного убийства — найми шиноби Киригакуре. Если тебе нужна девка — посети квартал красных фонарей… — Мне нужен сенсор. Карин — профессионал. — Карин — девка! Тупая, взбалмошная, криворукая, плоскодончатая, и она — худшее, что я видел от Орочимару за все эти годы! Она — сама скверна! — Да ты к ней неравнодушен, что ли? — покосился Саске на разбушевавшегося Суйгецу. Суйгецу в ответ очень натурально изобразил приступ рвоты и смерть в жутких корчах. — Возьми себя в руки, я не предлагаю ее тебе в жены. Командная работа, ничего больше. — Допустим. Но не жалуйся потом, что я тебя не предупреждал! — Суйгецу, тебе так понравилась та змея? — задумчиво спросил Саске, разглядывающий свежие татуировки, доставшиеся от Орочимару по наследству. И тут Суйгецу понял, что чувство юмора у Учихи Саске есть, только шутит он не смешно. По-орочимаровски.

***

«Путь лежит посреди одного короткого вдоха, в котором нет места пороку. Если так, то Путь един для всех. Но нет такого человека, который понял бы это в самом начале. Чистоты разума возможно достичь, лишь прикладывая множество усилий».

***

«Великий мост Наруто» — сообщила им надпись с высокой арки. Первая их серьезная миссия, первое важное дело, которое защитила команда номер семь. И пусть прежней команды Саске больше не было, даже сам Саске не был прежним, но мост под ногами оказался твердым и прочным, и море под его перекрытиями осталось таким же. Соленым и холодным, в клочьях грязноватой пены у берега. Помнило ли это море белые ноги девчонки-куноичи, которая так ловко ходила по деревьям? Помнило ли это море рыбацкую песню Цунаме-сан? Любовь моя, меня забудь! Не обнимай — ношу змею, Она проникнет в грудь твою, Любовь моя, меня забудь!.. Ну вот какого черта? О какой любви он мог думать, стоя на пороге поединка с братом? Уж не понадеялся ли ты, Учиха Саске, выжить? Не торгуешься ли с судьбой, словно бедная старуха на рынке, не трясешь ли теми грошами надежды, что унес тайком от всех? Теми несбыточными картинками, где команда номер семь — вместе, где тебя любят, где ты — не нукенин, а герой клана Учиха, гордость и опора Конохи. Мечтал же? Бредил после ядов Орочимару, снилось ведь? И Наруто-бестолочь, и Какаши, и Сакура. Это была бы простая и безбедная жизнь, похожая на театральную постановку. В ней не было бы ни твоего кровью залитого прошлого, ни смутного будущего. Только яркие декорации, благородные враги, верные друзья. Ты даже попытался сыграть эту пьесу, вот здесь, на этих мостках. Закрывал собой товарища, пробуждал Шаринган, помирал героем на руках у Сакуры и любовался ею тайком. И сегодня ты видишь, что это было лишь сном, а реальность — вот она. Призывные татуировки Орочимару на твоих руках, его же Проклятая Печать, его киндзюцу в твоем арсенале. Рядом шагает по воде Хозуки Суйгецу, новый Дьявол Скрытого Тумана. А еще где-то впереди — Итачи, и пока он жив, твоя собственная жизнь — взаймы.

***

«Однако продолжать жить, не достигнув своей цели, — это трусость».

***

Тут Саске вдруг понял, что Суйгецу давно рассказывает ему какую-то запутанную историю из жизни своего родича, активно жестикулирует и требует внимания: — … И вот сцапали этого хмыря, допрос ему устроили четвертой степени, только потроха по мисочкам… А он всё молчит и улыбается! И Мангецу тогда его спрашивает: «Чё спокойный такой, лишенец? Или жизнь не дорога?» А хмырь говорит: «Сон мне снился. Будто я — бабочка, летящая над цветущим полем. И сон этот был столь прекрасен, что я до сих пор не верю в эту грязную реальность вашей допросной». А Мангецу ему в ответ: «А зачем же ты, бабочка полевая, взрывные печати лепил на наш склад?» А хмырь ему в ответ: «Для бабочки все человеческие дела — равно бессмысленны и безобразны». Во, какой случай был! — И Суйгецу удовлетворенно замолчал, наслаждаясь произведенным эффектом. — А дальше что было с этим хмырем? — попытался разобраться Саске в сути рассказа. — Известно что! Башкой на плаху — и разбудили. — А он что же? — Дальше полетел, надо полагать, — пожал плечами Суйгецу.