Clace?

Клэри сидела, съежившись, за своим обычным столиком в "Полумесяце", ее волосы беспорядочно падали на плечи. Ее даже не волновало, что она, вероятно, выглядела ужасно сегодня, или что Джейс странно посмотрел на нее, когда уходил на следующий день после того, как закончил свою смену рано, это был взгляд, который предполагал, что он, возможно, немного обеспокоен ее благополучием. Она скрестила руки на груди, пытаясь еще плотнее натянуть на себя мамину кожаную куртку, почти желая, чтобы та просто поглотила ее. Опустившись еще ниже на сиденье, Клэри не могла не прокручивать в голове свой последний спор с Саймоном снова и снова. Они постоянно ссорились с самого детства, но уже много лет не ссорились так сильно, как вчера. Воспоминания об этом усугублялись тем фактом, что до их вчерашней ссоры Клэри даже не видела его пару дней, и они почти не разговаривали по телефону в течение нескольких месяцев. Затем, когда Клэри наконец-то удалось провести немного времени со свои лучшим другом вчера днем, их "воссоединение" закончилось спором из-за настойчивого желания Саймона тайком встречаться с двумя женщинами сразу. Клэри знала, что она может быть немного наивной и чрезмерно романтичной, но все же, она не чувствовала себя комфортно с тем, что делал Саймон, это было просто нечестно. Не говоря уже о том, что она уже представляла себе, как все будет плохо, когда женщины неизбежно узнают, что происходит. Как и она, Саймон тоже не умел хранить секреты. — Это не похоже на один из любовных треугольников в твоей любимой книжной серии, Клэри, — сказал ей Саймон с усмешкой, когда Клэри неопределенно высказала свое неодобрение тому, что он делал, его тон звучал немного покровительственно, немного снисходительно, что немедленно заставило Клэри почувствовать ее первые вспышки гнева и боли. — Не могу поверить, что ты только что сказал! — она начала кричать на него прежде, чем он успел закончить объяснять, что "сцена свидания" была другой в городе, что это то, что все делают, что свидания были более случайной вещью в колледже...как будто он теперь был своего рода экспертом, а Клэри все еще была похожа на наивного маленького ребенка, который узнал о романтике, читая сказки. Она всегда думала, что Саймон понимает ее страсть к любви и отношениям, даже к вымышленным, но теперь казалось, что он пытается оставить позади те дни, когда они делили вымышленные миры, "названия кораблей" и рисовали фан-арты вместе. Их спор постепенно становился все более жарким, Саймон пытался настаивать, что Клэри слишком остро реагирует, и что, возможно, она просто немного устала от всех своих занятий в последнее время, что не помогло Клэри успокоиться. Это было как раз наоборот, и ей так хотелось крикнуть что-нибудь о том, что он понятия не имеет, как она себя чувствует в последнее время, потому что его не было рядом. — Я даже не знаю тебя больше, — печально сказала Клэри Саймону, прежде чем выбежать из его комнаты, убедившись, что захлопнула за собой дверь. С тех пор она ничего о нем не слышала. Клэри испустила еще один вздох, пытаясь вернуть свои мысли в настоящее. Даже Магнуса и Алека было недостаточно, чтобы отвлечь ее от более негативных мыслей прямо сейчас, что было своего рода позором, потому что они были особенно очаровательны сегодня. Они сидели близко друг к другу, и в течение последних нескольких минут, они делили печенье, которое Магнус купил для них двоих, с Алеком даже позволяя Магнусу кормить его сейчас. Магнус только начал показывать Алеку то, что выглядело как наброски различных вещей и аксессуаров на большом листе бумаги, который он разложил по всему их столу. Клэри предположила, что Магнус, вероятно, работал в чем-то связанном с модой, потому что он продолжал говорить о одевании клиентов для фотосессий, указывая на каждый эскиз (а также бросая несколько кокетливых комментариев о "раздевании Алека" каждые пару минут, что заставляло Алека краснеть). Пока Магнус продолжал говорить о последних моделях и аксессуарах, Клэри почти непроизвольно наклонилась вперед в своем кресле; как бы несчастна она ни чувствовала себя сегодня, прямо сейчас она действительно хотела бы видеть эскизы на столе Магнуса. Любое произведение искусства завораживало ее, и она любила видеть интерпретации других людей на бумаге или на холсте. Она быстро откинулась на спинку стула, еще раз напомнив себе, что не знает ни Магнуса, ни Алека и, вероятно, выглядела бы немного странно, если бы сделала что-то вроде медленной прогулки мимо их столика, чтобы увидеть фотографии Магнуса. — Они потрясающие, — сказал Алек Магнусу, почти небрежно положив руку ему на плечо, и Магнус улыбнулся, выглядя довольным собой. Прикосновения были почти бессознательными, поскольку Алек продолжал кивать вместе с Магнусом, когда он говорил, выглядя серьезным, когда он предлагал случайные комментарии и предложения, как будто он даже не думал о физической привязанности больше, как будто это просто пришло естественно теперь. В конце концов, Клэри удалось слегка улыбнуться их поведению. Было что-то такое...домашнее в них обоих сегодня, как будто они были полностью синхронизированы друг с другом, когда их отношения развивались. Клэри могла только представить, каково это-быть с кем-то, кто заставляет тебя чувствовать себя полноценной. Она снова вздохнула, чувствуя себя странно одинокой. Внезапно почувствовав потребность поговорить с кем-нибудь о своей ссоре с Саймоном, Клэри достала телефон из кармана джинсов и набрала номер своей мамы. Люк ответил на мамин звонок, и в его голосе звучал неподдельный энтузиазм. Забыв на мгновение о своих проблемах, Клэри не удержалась и спросила его, чему он так радуется. Он сказал что-то насчет того, что сегодня вечером они с ее мамой отправятся на вечеринку, а мероприятие состоится в местной художественной галерее. Ее мама, по-видимому, была очень взволнована местом проведения, и она уже несколько недель искала идеальный наряд, и теперь она с нетерпением готовилась к мероприятию. Клэри вдруг поняла, что не может обременять мать своими проблемами прямо сейчас, когда ее мама явно предвкушала ночь в художественной галерее с Люком. Она знала, что ее мама будет волноваться всю ночь, если Клэри начнет жаловаться на Саймона по телефону. Когда Клэри изобразила, как она надеялась, восторженную улыбку и быстро сказала Люку, что перезвонит маме завтра, Люк, должно быть, уловил что-то в ее тоне, потому что он прервал ее, сказав: — Нет, Клэри, не все в порядке, поговори с мамой— я только схожу за ней. — Нет, Люк, серьезно, все в порядке. Я в порядке, — настаивала Клэри, задаваясь вопросом, сколько раз она лгала и говорила людям, что она была в порядке в этом семестре. —Вы, ребята, я надеюсь, отлично проведёте вечер. Я поговорю с тобой завтра, хорошо? Прежде чем Люк успел возразить, Клэри повесила трубку. Она собрала все свои вещи в рюкзак и собралась уходить. Как бы очаровательны ни были Алек и Магнус сегодня, прямо сейчас, все, чего она хотела, это вернуться в общежитие и просто проспать весь день. — Ты смотрел мне прямо в глаза и лгал! Клэри вздрогнула от неожиданности, когда оторвалась от своего последнего наброска и посмотрела на стол Алека и Магнуса. Она рисовала большую волну, готовую вот-вот обрушиться на берег, и пыталась решить, куда же ей податься с остальной частью рисунка. Она решила, что волна выглядит слишком угрожающе, чтобы использовать ее для изображения какой-то романтической сцены на пляже. Она вроде как думала о том, чтобы добавить пару русалок к сцене, возможно, показывая обреченную любовь между русалкой и человеком. — Почему ты делаешь это личным?! Однако сейчас она была полностью отвлечена от своего последнего наброска аргументами Магнуса и Алека. Она не была уверена, почему ее так удивил тот факт, что между ними вспыхнул спор-она уже заметила, когда приехала сегодня в "Полумесяц", что Магнус выглядел немного раздраженным, ожидая Алека за их столиком, и Алек тоже выглядел напряженным. И все же она надеялась, что ей это только кажется, что они все уладят до того, как начнется спор. — Это касается моей семьи!— теперь Алек орал на Магнуса. — Это касается нас! — огрызнулся на него Магнус. Клэри быстро отвернулась от них, почти желая, чтобы она могла закрыть уши, как ребенок. Она ненавидела споры, и в глубине души знала, что это потому, что они напоминали ей о спорах, которые всегда были у ее родителей, когда она была ребенком. Почти не думая об этом, Клэри немного повернулась и посмотрела через плечо, осторожно ища Джейса. Как бы сильно он обычно ее не раздражал, она почти хотела, чтобы он был здесь прямо сейчас и выкинул что-то, присутствие Джейса в Полумесяце всегда заставляло ее чувствовать себя немного спокойнее, с его ухмылками и насмешливым смехом, служащим напоминанием, что многие вещи можно просто отмахнуться или посмеяться; что жизнь не всегда должна восприниматься так серьезно. К сожалению, несколько привлекательных женщин, с которыми Джейс обычно флиртовал, казалось, думали в том же направлении, потому что прямо сейчас у стойки была группа из них, спрашивающих коллег Джейса бариста и его босса, где Джейс был сегодня. Босс Джейса просто пожал плечами, сказав им, что Джейс взял сегодня выходной, бормоча что-то о "семейных делах", и Клэри закатила глаза, когда женщины испустили явные вздохи разочарования. — Так жалко, — сказала Клэри вслух, снова посмотрев в их сторону, даже не заботясь, услышат ли они ее. Она намеренно проигнорировала тот факт, что почувствовала такой же укол разочарования от слов босса Джейса. — Ты же знаешь, как меня это волнует! Ты же знаешь, как меня волнуют твои чувства! Слова Алека, казалось, разнеслись по всему кафе, и они вырвали Клэри из ее мыслей о Джейсе. Она сделала несколько успокаивающих вдохов, твердо убеждая себя, что все пары спорят, что это просто еще одна форма общения в отношениях, что отношения не всегда бывают счастливыми и совершенными. Клэри попыталась отвлечься от спора, продолжая рисовать, но сейчас она не могла сосредоточиться на рисовании. Она знала, что может просто сидеть и читать, у нее в рюкзаке лежала новая серия книг о падших ангелах, которую она купила в букинистическом магазине неподалеку от кампуса, но она знала, что не сможет сосредоточиться на чтении, когда все еще будет слышать спор. В конце концов, Клэри потянулась за наушниками. Саймон недавно прислал ей новую песню под названием "Война сердец", которую собирался исполнить на следующем концерте, и в своем послании настаивал, что она ему понравится. Клэри подозревала, что это была попытка Саймона предложить мир после их спора, но она все еще не была готова говорить с ним или отвечать на его звонки или сообщения. Но сейчас она была благодарна любому шуму, который заглушил бы спор Магнуса и Алека, поэтому открыла Линк, который он ей прислал, и послушала музыку. Песня была прекрасна, и Клэри откинулась на спинку стула на пару минут, потягивая кофе и внимательно слушая текст. Саймон был прав: Клэри уже любила эту песню. После того, как песня закончилась, она воспользовалась интернет-соединением, доступным в кафе, чтобы найти другие версии "Войны сердец", решив, что хочет услышать другие интерпретации. Слушая акустическую версию, Клэри решила, что эта версия была идеальной. Она почти начала печатать сообщение Саймону, чтобы сказать ему, как ей это нравится, но потом снова вспомнила, что разговаривает не с Саймоном. Клэри снова слушала песню, когда заметила, что Магнус встал со своего места и стремительно вышел из кафе. Когда Клэри сняла наушники и в шоке оглядела комнату, Магнус захлопнул за собой дверь. Ее глаза метнулись к Алеку, который теперь сидел в одиночестве за своим столом и проводил руками по волосам, его лицо выражало смесь гнева и беспомощности. Клэри не знала подробностей спора, но она не могла не чувствовать жалости к нему. Через пару минут Алек тоже встал из-за стола с тяжелым вздохом и вышел из кафе, а Клэри беспомощно смотрела ему вслед, все еще держа телефон в руке, как будто она не могла пошевелиться с тех пор, как Магнус ушел. Думая о споре Магнуса и Алека, а также о своем собственном споре с Саймоном, Клэри начала набирать номер, который она поклялась не набирать еще долгое время; это был номер, который она всегда набирала, когда знала, что все остальное не сработало. — Кларисса? Клэри услышала свое полное имя, произнесенное в ту же секунду, как он взял трубку, его тон звучал немного смущенно, немного нетерпеливо. — Привет, пап, — вздохнула Клэри. Она не могла вспомнить, когда в последний раз разговаривала с ним; она даже не была уверена, что видела его лично с тех пор, как поступила в колледж. Тем не менее, она все еще чувствовала его присутствие, куда бы она ни пошла в городе, поскольку это было не так уж необычно для фотографии ее отца, появляющейся на обложках журналов и журналов, посвященных бизнесу и финансам в городе, когда Клэри случайно проходила мимо различных газетных киосков на улицах. Ее отец был довольно успешным бизнесменом, когда не напивался и не ввязывался в споры. Он мог быть убедительным и харизматичным, и многие его клиенты часто поддавались его обаянию. — Кларисса, я действительно рад тебя слышать, — продолжил ее отец, прежде чем Клэри успела спросить его, как у него дела; он прервал их разговор на мгновение, чтобы крикнуть что-то одному из своих коллег о поиске финансового отчета, затем он начал кричать что-то одному из своих стажеров о том, чтобы принести ему кофе. — Но я как раз сейчас направляюсь на очень важную деловую встречу. Куча новых клиентов, крупная финансовая сделка в работе...ты же знаешь, как это бывает. Я могу перезвонить тебе позже? — Э-э...Да, конечно, — ответила Клэри, стараясь говорить уверенно и бодро. Она не была уверена, почему ее так разочаровал ответ отца, потому что это не было похоже на то, что она была удивлена этим. — Я обещаю, что перезвоню тебе позже, Кларисса, — настаивал ее отец, когда они закончили разговор, все еще крича на своих стажеров. Клэри со вздохом повесила трубку. Она уже знала, что он не перезвонит ей позже. Теперь, чувствуя, что у нее совершенно нет вариантов для общения с людьми сегодня, она сложила все свои вещи в рюкзак и собралась уходить. Возвращаясь в общежитие, чтобы заняться чем-то полезным, например, учебой, Клэри больше всего на свете надеялась, что Магнус и Алек разрешат свой спор к тому времени, когда она снова отправится в "Полумесяц". В дни, предшествовавшие ее следующему визиту в "Полумесяц", Клэри снова и снова говорила себе, что Магнус и Алек все уладят; что их ссора была просто результатом плохого дня, что это было ничего серьезного, что они снова будут смеяться, шутить и флиртовать к следующей пятнице. Она не могла поверить, как сильно она уже была вовлечена в эти отношения; как сильно она верила в их любовь; как искренне волновалась при мысли о том, что Магнус или Алек расстроятся. Она почти убедила себя, что все будет хорошо между ними, когда подошла к двери в Полумесяц неделю спустя, но она почувствовала, как ее вновь обретенное чувство надежды замерцало и немного погасло, когда она увидела Магнуса через большое переднее окно кафе, сидящего в одиночестве за их с Алеком столом и выглядящего довольно расстроенным. Чувствуя нервозность, Клэри вошла в дверь, спустилась на пару ступенек и очень медленно прошла мимо стола Магнуса. Внезапно Клэри поняла, что ей пора уходить. Она не могла быть здесь сегодня, она не могла справиться с этим. Не прошло и пяти минут после ее появления, как Клэри уже направлялась к двери. Как только она вышла наружу, то заметила Джейса, который стоял там, почти небрежно прислонившись к внешней стене и скрестив руки на груди. Она предположила, что он, должно быть, только что прибыл, чтобы начать свою смену, потому что он все еще был одет в свою кожаную куртку, и его язык тела предполагал, что он пытается оставаться снаружи как можно дольше, прежде чем он должен будет войти внутрь и начать делать какую-либо реальную работу. Клэри остановилась и уставилась на него, все еще чувствуя себя немного ошеломленной. — Эй, что случилось? — спросил он ее, когда на его лице промелькнуло что-то похожее на настоящую тревогу. — Малек расстался. Слова слетели с губ Клэри прежде, чем она успела подумать о том, что говорит. Она внутренне сжалась, когда поняла, что только что произнесла слово "Малек" вслух перед Джейсом, вместо того, чтобы использовать полные имена Магнуса и Алека. Как будто Джейс не думал, что она уже достаточно странная. Джейс смотрел на нее несколько секунд, как будто обдумывая, что сказать, как будто он пытался понять ее, как будто он хотел что-то сказать. — Малек расстался. — в конце концов он повторил ей эти слова, кивнув и вздохнув, и Клэри также смогла уловить в его словах немного грусти, хотя она понятия не имела, почему у Джейса были какие-то причины расстраиваться из-за разрыва двух его постоянных клиентов. Тем не менее, что-то в словах Джейса послужило подтверждением для Клэри-они сделали то, что произошло между Магнусом и Алеком правдой, душераздирающе реальной, и Клэри была поражена тем, что чувствовалось как волна печали. Клэри почувствовала, как что-то влажное стекает по ее щеке. Она быстро заморгала в замешательстве, чувствуя что-то мокрое и на другой щеке. Ей потребовалось несколько секунд, чтобы осознать, что она плачет. Чувствуя себя совершенно униженной, Клэри быстро попыталась смахнуть слезы. Она знала, что Джейс уже смеялся над ней за то, что она слишком много вложила в отношения Магнуса и Алека, и она не хотела выглядеть еще большей идиоткой из-за слез. Кроме того, раньше она позволяла маме, Саймону и Люку видеть, как она плачет. Но ее попытки перестать плакать только заставили Клэри плакать еще сильнее. Ей вдруг показалось, что она уже несколько недель пытается сдержать слезы и не может остановить их теперь, когда они начались. Со своей стороны, Джейс стоял и смотрел на нее широко раскрытыми глазами, выглядя довольно испуганным. Клэри догадалась, что он не привык видеть, как женщины плачут у него на глазах. — Эй, — пробормотал он после нескольких секунд молчания, его тон теперь звучал мягко, почти покровительственно, все намеки на насмешки и ухмылки полностью исчезли с его лица. Он медленно двинулся к ней, выглядя очень неуверенно, прежде чем протянул к ней руки, его движения были немного неуклюжими. Когда он неуклюже притянул ее к себе, обнимая, Клэри могла сказать, что Джейс на самом деле не делал этого много, она чувствовала, что он не был большим обнимателем в своей повседневной жизни. На мгновение Клэри захотелось отступить назад, сказать ему, что она в порядке, отмахнуться от всего этого, оттолкнуть его, но она не могла заставить себя сделать это. Она уже чувствовала себя слишком расстроенной, и знала, что если сейчас оттолкнет его, то больше некому будет утешать ее сегодня. Продолжая всхлипывать, Клэри знала, что плачет не только из-за разрыва Магнуса и Алека: она плакала, потому что они с Саймоном все еще не разговаривали, и она скучала по нему, хотя все еще злилась на него; она плакала, потому что скучала по времени, которое проводила с мамой, по выходным, которые они проводили в квартире, смотря старые фильмы и завершая свои картины и эскизы вместе; она плакала, потому что она не вписывалась в свою молодую взрослую жизнь, состоящую из вечеринок и свиданий; она плакала, потому что ее отец все еще не звонил ей их их отношения были по прежнему натянуты. Когда Джейс обнял ее немного крепче, Клэри была поражена внезапным осознанием того, что это было приятно, быть так близко к Джейсу, несмотря на неблагоприятные обстоятельства. Его хорошо загорелые руки чувствовали себя сильными, защищающими, и он пах действительно хорошо — его запах был чистым, свежим, почти как мыло странным, удивительным образом-или цветы, возможно, хотя Клэри знала, что это было немного безумно, что она думала о том, как хорошо Джейс пах прямо сейчас, особенно когда он обычно раздражал ее так сильно каждый раз, когда она сталкивалась с ним в кафе. Мысль о том, как хорошо чувствовать себя в объятиях Джейса, только заставила ее заплакать еще сильнее на его плече.