Ловушка судьбы

нᴀ сотни миль вокᴘʏг нᴇго мᴇᴘцᴀᴇт лʏнный свᴇт. и пᴘикоснʏвшись, словно сон, плᴇнит тᴇҕя во тьмᴇ. нᴇт ҕольшᴇ чʏвств, нᴇт ҕольшᴇ ҕоли, зᴀкᴘыв в ночи глᴀзᴀ. нᴇ сᴀм идᴇшь ты, пᴘотив воли вᴇдᴇт тᴇҕя лʏнᴀ…

— Скажи, Селька, ты знаешь что-то о демонах? Девочка качает головой. Мизучи готова провалиться сквозь землю. Да, лучшая тема для разговора поздним вечером. «Значит, Сакура ничего ей не сказала.» Возможно, не все точно знают о том, что тут творилось. Особенно приезжие. — Да сколько можно шептаться, дайте поспать, — пробурчал Муичиро. — Ой, — Селька сильнее закуталась в одеяло, — я сплю, я сплю. Девушка не могла уснуть, обдумывая события дня. Она слышала ровное дыхание сестры и Муичиро, которых, по сути, ничто особо и не тревожило. Тихо выходя из комнаты, Мизучи посмотрела на улицу. Красивое ночное небо было усеяно звёздами, и она даже задумалась, почему бы и не прогуляться в столь поздний час. Однако, ответ «нет» был очевиден, ведь в этой деревне водятся демоны, а она, конечно, может взять оружие, но ставить на кон жизнь не хочется. Кто тогда позаботится о Сельке? — Мизучи, — она услышала едва различимый шёпот за спиной и вздрогнула от неожиданности, увидев свою тетю рядом, — ты тоже подолгу не спишь? — Да, такое со мной часто, — отвечает она, глядя на Сакуру. В её раньше помутневшем взгляде читалось незримое спокойствие и…горечь? — Вы не вставали с кровати целый день, неужели, Вы тоже «сова»? — Ну есть такое. Я… просто я хотела бы увидеть Сельку. — Зачем? Молчание. Мизучи интуитивно поняла, что это последний раз, когда она разговаривает с Сакурой, и от этого на глазах появились слёзы, стало нестерпимо грустно. — Вы… — Я так рада, что увидела тебя хотя бы перед смертью, — улыбнулась женщина, — я рада, что ты выжила, и мне грустно оттого, что я больше не увижу Сельку. Но я прожила хорошую жизнь. Мне нечего стыдиться, я итак потеряла много дорогих мне людей. Мне не страшно уходить. — Обещаю, что Селька-тян будет в безопасности, — проговорила Мизучи сквозь слёзы, в последний раз обнимая свою тетю, — обещаю, что никогда Вас не забуду… Сакура обняла её в ответ, гладя по голове и, подняв голову вверх, тихо прошептала: — Так я всё-таки была хорошей тетей, сестра? «Мама и Сакура-сан были очень близки, как я и Мэлли, — девушке эти воспоминания делали больнее, но она крепилась, — а теперь я буду так же защищать Сельку.» — Мне пора идти. — Куда? Женщина, улыбаясь, стояла у двери. Она уже заходила в спальню, смотря на дочь с такой неиссякаемой материнской любовью, что у Мизучи сжалось сердце. — Уходить. Я не хочу доставлять вам много хлопот, поэтому…постарайся забыть и ни о чём не спрашивай. — Стойте! Мизучи попыталась остановить её, схватив за плечо, но руки предательски дрожали и сами опустились перед тем, как она потеряла Сакуру из виду. «Куда она пошла? Она больше не вернётся? А как я объясню это Сельке?»

Я взываю к жизни своё прошлое, Чтобы стать тем, кто создал эти грехи. Пусть даже ножом, сложенным из пальцев, Высечен сигнал в моей памяти, Даже боль полностью сотрётся Спиралью наших уз. Я сбился с пути, так что рано или поздно я перестану быть самим собой и исчезну

. — Нам надо как-то ей это объяснить. — Стоп, то есть, ты видела, как она уходит и даже её не остановила и не допросила? — изумлённо спросил Муичиро. — Я почувствовала что-то…что её остановить не в моих силах, — прижав руки к груди, прошептала Мизучи, — я даже не знаю, с чем это было связано, и это настораживает. — Надо скорее выяснить, что к чему. Кстати, что будем делать с Селькой? — Я попрошу Шинобу позаботиться о ней в Поместьи Бабочки. Я обещала тёте, что она одна не останется. Какое-то время они сидят в молчании, обдумывая, что нужно делать. Мизучи тоскливо смотрит в окно. На улице никого нет, будто деревня…вымерла. — Мама… — сонно пробормотала Селька, входя на кухню. Она будто бы не удивилась, что вместо Сакуры там были её новые друзья, — так значит, она умерла? Мизучи меньше всего на свете ожидала, что девочка спокойно к этому отнесётся. — Она всегда сидела утром на кухне, чтобы я знала, что с ней все хорошо. Однажды она сказала мне, что если я приду, а её не будет, то она погибла, — Селька вытерла слёзы с лица и почти отчаившимся голосом прошептала, — она никогда меня не обманывала! — Селька…мне правда жаль, — всхлипнула Мизучи, обнимая девочку. — обещаю, я позабочусь о тебе. Мы позаботимся. — Не смей меня и в это втягивать, — с поддельным испугом воскликнул Муичиро, — я не умею ладить с детьми. — Научишься, — пообещала девушка и вновь обратилась к Сельке: — у тебя есть друзья, с кем ты можешь остаться на несколько часов? Селька покачала головой. — Мои подруги уехали в другие места, а мы с мамой не могли, потому что она болела. Но она говорила мне в случае чего идти к бабушке Аой. Мизучи попыталась припомнить это имя, но оно почему-то не отпечаталось в её памяти. — Мама с ней знакома? Она сказала мне, что не знает новосельчан. Значит, эта бабушка из старых жителей? — Она была тут с тех пор, когда я была маленькая. — Значит, её тоже можно спросить, — обрадовалась Мизучи, — веди нас к ней. «Надо разобраться с историей с этими демонами. Я хочу домой.»

Эмоции, прощайте. Единственное, что мы можем видеть, — это радикальные вещи. Ты же тоже хочешь того? Диссонанс, который не перестаёт звучать в моём сердце, и пустая сирена, Кажется, они проверяют меня… правда, ответь мне! Я больше не могу двигаться в этой рукотворной свободе.

— Что вы собираетесь делать с Селькой? Ты не родственник Сакуры, это я точно знаю, — покосившись на Муичиро, изрекла бабушка, к которой они привели девочку. — Сакура попросила Мизучи позаботиться о Сельке, а я просто её напарник, который здесь, чтобы убивать демонов, — объяснил Токито. Девушка энергично закивала. — Да, с ней все будет хорошо. Мы позаботимся о ней. Мне кажется, — она понизила голос, — вам всем опасно тут находиться. — Демоны тут всегда были, а когда исчез тот самый, который держал в страхе всю деревню, появились другие монстры, — начала бабушка, — они не были так сильны, поэтому всего лишь по-тихому расправлялись с жертвами в доме, где раньше ты жила, Мизучи. — Так я всё-таки была права, — удивилась она. — Ты сказала это наугад, скорее всего, — усмехнулся Муичиро. «Теперь мы должны найти этого демона. Убить его и вернуться…скорее бы.» *** — Делать упор на то, что у меня много яда или как? — Ты сама знаешь, что на некоторых демонов он не действует, так что я тебя прикрою. Муичиро старается не подать виду, что волнуется. Потому что если будет волноваться он — будет волноваться и Мизучи, а она и без того, наверное, боится. И не потому что этот демон оборудовал её бывший дом, а потому что ей надо обязательно вернуться к сестре. — Пообещай, что если со мной что-то случится, ты её не оставишь, — просит она его дрожащим из-за холода голосом. Он соглашается, хотя ему не очень нравится принимать, что Мизучи принимает мысль о том, что может умереть. А она больше всех заслуживает жить. — Даже не думай умирать. — Я и не думала, — улыбается девушка, но эта улыбка пропадает, стоит им подойти к её бывшему дому. «Как я ненавижу демонов. Они отнимают всё у всех. Если бы не они, моя семья была бы жива, тетя не умирала, а я…я бы никогда не познакомилась с Муичиро, — ловит она себя на мысли, — может, и познакомилась бы, но не при таких обстоятельствах. И почему-то, несмотря на это…я счастлива. И я никого больше не потеряю.» — Стой, — он преграждает ей путь, настороженно оглядывалаясь по сторонам. — Так вы пришли, — раздаётся глухой голос. Мизучи застывает на месте. Этот демон почему-то не вызывал у неё страха. Он был почти с неё ростом, может, чуть повыше.  — Я знал, что когда-то придётся платить за свои грехи…но почему же меня должны убить двое маленьких подростков? — Я не маленькая, — обиженно сказала Мизучи. Муичиро понял, что она отвлекает от него внимание, — быть убитым мною можно принять за искупление грехов, хи-хи. Её глаза налились каким-то странным блеском. Азарт игры? Мизучи такого никогда не испытывала. В ней словно заговорила другая личность, что злобно смеялась на весь мир, саркастично что-то произносила время от времени. — У тебя даже нет дома, что ты поселился в моём старом, наполненном пылью и воспоминаниями о прежних хозяевах? Как же грустно. Ты ведь совсем один. — Заткнись, — быстро заговорил демон, будто девушка задела его за больное, — молчи, молчи, молчи… Муичиро оставалось смотреть со стороны, ища момент, чтобы нанести демону смертельный удар. На мгновение он взглянул в глаза Мизучи и ужаснулся. Это была не его напарница. Это был совершенно другой человек.

Две версии меня переплетаются, два человека разрушаются. Такая хрупкая, но при этом нерушимая… похожа на сумасшедшую, но при этом нормальная… Я не могу осквернить тебя… я был так потрясён! В этом искривлённом мире я становлюсь Всё более прозрачной и неразличимой. Пожалуйста, не ищи меня, не смотри на меня…

— Как трагично. Ты, наверное, не хотел, чтобы они умирали. Как жаль. Но я убила их. Знаешь, как они кричали и умоляли меня пощадить их? Знаешь, с каким смехом я раздирала их на куски? Знаешь… — Молчи! — Я не хочу молчать. Мне не хочется, чтобы ты забыл об этом. Какое наказание — не помнить о том, что выпало на долю твоей семье. Ужасно. «Что с ней не так?» Муичиро уже прицелился, когда демон резко выговорил: — Ты… Мэлли… — О да, я Мэлли, но в чужом теле, — улыбнувшись, сказала Мизучи, — я убила твою семью, и тебя я тоже убью. Жди, будь послушным ребёнком. — Что ты сказал про Мэлли? — резко выкрикнул Муичиро. — Она…она убила мою семью…не была демоном…но она мертва…как такое возможно… — зашептал демон, медленно отходя в сторону, — я ничего не понимаю… — Лучше и не понимай, — преувеличенно-сочувственным голосом сказала Мизучи. Муичиро незаметно подкрался к нему, убивая окончательно. «Что за бред он нёс?» — пронеслось у него в голове. Но осталась ещё одна проблема. — Мизучи, ты цела? Она проигнорировала вопрос, стирая попавшую на неё кровь с белого хаори. — Мизучи? — Что…только что случилось? — тут же спросила она, её глаза теперь не были такими безумными, а приобрели обычный вид, — мною кто-то управлял? Я сошла с ума? Девушка испуганно взглянула в глаза Муичиро. — Я не помню, что только что произошло…

я славлю всё на своём пути — я молод и обречен. никто не сможет меня спасти — я сам от себя спасен. смотри мне вслед — я из жизни сшит, и я убегаю вдаль. во мне всегда было две души: твоя и моя печаль.