Ловушка судьбы

В полном безмолвии я ждал Печали, способной рассмешить меня. В полном безмолвии я ждал радости, способной довести меня до слёз. В комнате лишённой чьего-либо тепла Я тяну свои замёрзшие руки вперёд. Но место, где я заперся, никому не известно.

/Пять лет назад/ — Так ты хочешь втайне ото всех стать Охотником на демонов? — Моя семья мне бы этого не позволила, так что да. — Но зачем? Мэлли отводит взгляд, делая это якобы случайно, чтобы не смотреть в ледяные глаза Юичиро. «Чтобы просто быть с тобой.» — чуть не говорит она, но вовремя останавливается. Она должна сделать так…нет, намекнуть на то, что у неё к нему чувства. Девушка улыбается, игриво произнося: — Конечно, чтобы защищать людей! Разве могут быть другие причины? — почти смеётся она. — Мэлли, если я один раз спас тебя от демона, это ещё не значит, что я перестал тебя ненавидеть, — процедил парень, — с чего ты вообще решила помогать охотникам? Чтобы быть ближе ко мне? — Именно. — Зачем тебе это? Её длинные волосы развевает ветер, голубые глаза красиво блестят на солнце. Юичиро думает, что она привлекательная девушка, и, не будь его сердце столь чёрствым, он, наверное, смог бы полюбить её. Но не сейчас. Не при таких обстоятельствах. — Нельзя отпускать того, кого любишь, — почти пропевает она, скрывая смущение. — Мэлли, пожалуйста, не надо. Я не хочу, чтобы ты погибла. — А ещё говоришь, что ненавидишь меня, — обиженным тоном произносит она. — Нам не нужны потери. «Какая идиотская отговорка, против которой ничего не скажешь» — подмечает девушка, поднимая на него взгляд пронзительных голубых глаз. — Будь честен хотя бы со мной. Мы же друзья. — С чего ты решила, что я твой друг? — Мы знакомы с детства, — Мэлли загибает пальцы, перечисляя причины, — мы учимся в одной школе, вместе ходили в поход, были в паре, ты спас меня от демона, героически отпугнув его, а теперь ещё и не хочешь, чтобы я рисковала собой… — Ты наивная, — безразлично произносит Юичиро, — тебя просто раздавят. Но почему-то вышло так, что «раздавили» именно его, а не её. Сколько истинных слёз пролила Мэлли, когда узнала, что Юичиро убили? Сколько после этого она пыталась удержать себя и рвущиеся наружу эмоции на грани между ледяным спокойствием и полным безумием? Единственным спасением был дневник. Мэлли внушала себе, что её возлюбленный когда-нибудь его прочитает. Обращалась к нему. А когда начала думать о самоубийстве, поняла, что имя называть нельзя. В последней записи ей пришлось написать почти бесцветной ручкой вопрос, адресованный сестре, если та, конечно, найдёт заветную вещь. Девушка не боялась умирать, зная, что встретится с Юичиро. Но этого не произошло, потому что, как оказалось, самоубийство настолько грех, что за него даже в Ад не пускают. А может, просто нет ни Рая, ни Ада.

И в холоде битого стекла, Не помню, как пришла к развилке добра и зла. И в бесконечную ночь хочу я одно: Прогнать сомнения прочь и выпить прошлого вино…

Мизучи не знает, что делать с этой странной правдой, которую узнала. Почему-то в голове была мысль: увидеть Муичиро. Она не могла объяснить, почему. Может, произошло что-то плохое, а она почему-то это почувствовала? Может, у них какая-то особая связь? «Перестань всё романтизировать, — одергивает себя она, — просто ты не о том думаешь…» Ей надо с кем-то поделиться, попросить совета и решить, что делать дальше. Мизучи не из тех, кто держит все в себе. Такой была её сестра. А она не отражение. Они обе разные, даже слишком разные люди. И никогда похожими не были, и уже не будут, потому что для Мэлли всё было кончено пять лет назад с её самоубийства. — Ты не сердишься на меня? — заинтересованно спрашивает сестра, невидимо следуя за ней, — даже узнав, что я убила маму, братьев, лишила тебя всего, даже надежды на счастье, ты не проявляешь ненависти ко мне? — Я не могу тебя винить, — тихо отвечает девушка, — у тебя на то были причины. Я читала книги, где герои сходили с ума от несчастной любви. Но меня удивило то, что это был брат Муичиро… всё как-то взаимосвязано? — В мире много вещей, которые так просто объяснить нельзя, — с готовностью отвечает Мэлли, — но, уверяю тебя, то, что вы с Муичиро познакомились, повергло меня в шок. Он так похож на своего брата, что я невольно вижу в нём Юичиро. А в тебе стараюсь разглядеть хоть малую часть себя, чтобы уверять, что вот оно — моё так и несбывшееся светлое будущее, которому не суждено было случиться даже после смерти. «Ты не плохой человек, Мэлли. Да, у тебя были причины так думать, но даже тот факт, что ты любила меня…пусть даже не совсем искренне, но ты заботилась обо мне. Тебе не было от этого ничего, не делай этого, твой объект обожания не полюбил бы тебя. Но ты продолжала прикладывать усилия, чтобы добиться его понимания, перейти на светлую сторону и искупить грехи. Разве плохой человек стал бы так делать, сестра?» — ей приходиться держать эти рвущиеся наружу слова в себе, потому что рядом с ней появляются ещё какие-то охотники. Соответственно, Мэлли они не увидят и не услышат, на это способна только Мизучи, а вот то, что она с кем-то говорит, сразу станет им понятно. — Руководствуешься зовом сердца и эмоциями? Это неплохо, Ми-чан. Но смотри, чтобы это твоё внутреннее чутье не позволило тебе, так же, как и мне, ступить на темную дорожку, — усмехается Мэлли, с интересом глядя на сестру, — ты так выросла. Когда человек начинает доверять сердцу, а не разуму, он растёт духовно. — Вот и отлично, — теперь они остаются уже вдвоём, — значит, я выросла, — улыбается девушка, — но я до сих пор не могу понять…

Следы потерянных встреч Нашла в пыли забытых снов. Я не сумела их сберечь В толпе людей и глупых слов

.. Вроде Муичиро обмолвился о том, что направляется в какую-то деревню. Если Мизучи поняла его правильно и дошла в нужном направлении, ей стало жутко, потому что повсюду виднелась ало-красная кровь. Надеясь, что она ошиблась и ничего особо страшного не произошло, девушка пошла по кровавым следам, радуясь, что взяла с собой противоядия и всё для оказания первой помощи. Рядом уже слышался хруст чьих-то костей, звуки клинков, которых, видимо, достают из катаны. Пытаясь унять бешеное сердцебиение, Мизучи разглядела хрупкую фигуру Муичиро и плащ Танджиро. А с ними ещё множество демонов. Она должна, нет, просто обязана, им помочь. — Что ты… — голос Токито прерывается, когда он видит девушку, помогающую ему отбиться от демона. — Потом объясню, — она уверена, что он ожидал от неё именно этих слов. Почему-то демоны сразу поняли, что у неё на клинке смертельная доза яда, убивающего мучительно и без крупицы сожаления. Поэтому они почти не приближались к ней, концентрируясь на том, чтобы атаковать Муичиро или Танджиро. — Пожалуйста, — оказываясь рядом с девушкой, измученным голосом сказал её напарник, — не подвергай свою жизнь опасности. Ты подготовлена хуже нас, ты можешь погибнуть… — Но я не могу вечно прятаться, — возражает Мизучи, впиваясь клинком в какого-то демона, — я же тоже Истребитель, как ты и Танджиро. — Ты более неопытна, — приходит ему на помощь Камадо, отмахиваясь от врагов. — Опыт берется в сражениях. Они уже не могут говорить. Мизучи гораздо смелее убивает демонов ядом, с какой-то нотой садизма глядя на их мучения. Она уже не боится держать оружие в руках. Не страшится убивать. Ей уже не страшно. Мэлли была права. Она и правда выросла. — Вы как? — спрашивает она, глядя по сторонам, чтобы убедиться, что они убили всех, и им ничто не грозит. Мизучи почти не ранена, только из-за раны на правой руке с помощью остальным могут возникнуть проблемы. — Когда мы отсюда выберемся, я расскажу, почему оказалась здесь, — заговорщически говорит Мизучи, помогая Муичиро подняться. Его раны намного серьезнее, чем даже у Танджиро. — Мизучи, а как ты всё-таки оказалась тут в нужное время? — недоуменно спрашивает Танджиро, — у тебя прямо дар избегать неприятности. — Доверяй больше сердцу, и будет такой же результат, — девушка слышит голос Мэлли. — Не знаю. — Стой, — Танджиро подходит к ней, будто рассматривая её. Зачем? — метка… — он удивлённо произносит это, будто произошло что-то ужасное, — откуда она на тебе? — Что за метка…? Если ты скажешь, что мы можем верить друг в друга, то в ответ я хочу сказать лишь одну вещь… До самого конца Я буду любить тебя! *** — Так что за метка? — требовательно спрашивает она Танджиро, не в силах больше ждать. В Поместьи Бабочки уютно, тепло, никто не помешает им говорить, и она точно узнает, почему знак на её руке вызвал такое удивление. — Ну знаешь… — Танджиро ищет подходящие слова, — как я понял, эта метка должна появляться у Столпов…но у тебя, у меня она тоже появилась. Как странно. — Намек ли это? — усмехается девушка, — может, нам пора стать Столпами, Танджиро-кун? Он тихо усмехается, чтобы спящий рядом Муичиро не услышал. Шинобу говорила, что им лучше вообще не разговаривать, потому что лихорадку у него она сбивала почти целый день и не хотела повторения этих семи кругов ада, как она выразилась. — Думаю, нам лучше спросить у Ояката-сама. — Согласна. Поправляйтесь, — тепло улыбается Мизучи, уходя в свою комнату. Мэлли безмолвно следует за ней. — Слушай, а ты сама что-то об этом знаешь? — почти отчаявшись, спрашивает её Мизучи. — Откуда мне знать, я же так и не стала охотником, — пожимает плечами сестра, — да и если бы знала, вряд ли мои познания были бы тебе нужны. «Что верно, то верно, ты просто бы не рассказала.» — вздыхает Мизучи, но только про себя, выключая свет.

Держа в руке заряженное ружье, Я выбил ногой плотно закрытую дверь. Ствол дёрнулся вверх и пронзил вчерашнего меня. Сказав: «Спокойной ночи», я принял всё своё отчаяние И начал идти, как человек обращённый в завтра.