Запретный плод.

Искать того, кто найден быть не хочет?

      Луна и звезды начали меркнуть, когда на горизонте выступили первые нежно-розовые лучи рассвета. Софи открыла глаза и обнаружила, что все ещё спят и, возможно, она проснулась слишком рано. Русоволосая наклонилась к своей тумбе, на которой сейчас покоилась ее школьная форма, и достала листок с расписанием. «10:30, первый урок — Зельеварение» Светлые брови свелись к переносице, так можно было ещё поспать? В Шармбатон первые уроки начинались в пол десятого, так что она привыкла вставать рано. Настенные часы, которые были по кругу украшены серебряной змейкой, показывали ровно семь утра, подъем должен состояться в восемь. Тяжело выдохнув, Лурье поднялась с кровати и начала медленно стягивать свою одежду, в которой так и уснула вчера вечером. Девушка ещё пару раз обернулась, чтобы проверить все ли ещё спят, и не разбудила ли она кого-нибудь. Удостоверившись, что никто ещё не проснулся, Софи надела свою новую форму и подошла к зеркалу. Одежда была простой, но сидела на ней хорошо: зелёный галстук и такого же цвета нашивка герба факультета были под цвет ее изумрудных глаз; юбка, белоснежная рубашка и свитер с V-образным вырезом. Лурье расчесала волнистые локоны и покрутилась у зеркала, осматривая свой внешний вид и довольно улыбаясь. Все эти махинации заняли у нее тридцать минут, так что Софи решила просто выйти в гостиную и осмотреть ее, чтобы не мешать мирно сопящим однокурсницам досыпать свои последние пол часа, оставшиеся до подъёма. Аккуратными шагами она вышла за дверь и тихо ее закрыла. Гостиная была удивительно неуютной и холодной: по середине стоял темно-коричневый кожаный диван, а сбоку от него расположился большой каменный камин, украшенный по бокам зелёными подсвечниками. Наверху висел герб факультета — извивающаяся шипящая змея; на стенах висели гобелены, изображающие подвиги слизеринцев. Обойдя всю комнату по периметру, девушка села на диван, который под ее телом неприятно скрипнул. Обняв себя руками и поёжившись от холода подземелий, Софи оглядела гостиную ещё раз, словно стараясь найти поддержку в этой ледяной комнате, но ничего, за что мог бы уцепиться взгляд, она не нашла и хотела уже подняться, как услышала шаги со стороны лестницы, ведущей в спальни, но девушка и бровью не повела. Единственное, что было в ее голове, так это мыли о том, что она всё-таки кого-то разбудила своим ранним подъемом, но когда сзади шаги стали слышаться отчетливее, а в поле зрения уже появилась фигура высокого молодого человека, Софи поняла, что ничей покой она не потревожила. Парень был особенно красив, девушка даже не думала, что люди с такой тонкой и аристократичной внешностью ещё существуют. Тёмные волнистые волосы, которые на затылки были намного короче, чем спереди, обрамляли лицо. Он прошёл вперёд и сел на диван, стоящий напротив того, где сидела Софи. Теперь она могла получше рассмотреть его: прямой нос, тонкие губы и тёмные, почти чёрные, глаза, устремлённые в распахнутую книгу, которую он все это время нёс у себя в руках. На одном из пальцев виднелся золотой перстень с чёрным камнем, который задержал на себе взгляд Лурье дольше, чем мог бы. Зеленоглазая долго рассматривала парня, понимая, что он все это замечает, но его дурманящая красота обращала все внимание девушки на себя. Антрацитовые глаза оторвались от книги и посмотрели на Софи, которая не стала отводить взгляда как засмущавшаяся кокетка. Она напротив — продолжила сверлить его взглядом, так что все это превратилось в какую-то престранную игру в гляделки, где каждый хотел победить. Незаметно для обоих гостиная начала наполнятся вставшими студентами, а со всех сторон начали слышаться разговоры. В какой-то момент парень усмехнулся, приподняв только один уголок губ, и отвёл взгляд, начав разговор с подошедшим к нему блондином. Софи была немного рада своей маленькой победе с незнакомым ей парнем, но мысли сбила севшая рядом с ней девушка, имевшая бледное лицо и впалые щеки. Ее серые глаза словно вобрали в себя все льды Антарктики и теперь кололи одним взглядом. Она растянула розовые губы в полуулыбке, взглянув на Софи. — Не ты ли та самая француженка, прибывшая из Шармбатон? — ее голос был режущим и довольно неприятным. — Та самая, — прохладно ответила Софи, получив смешок со стороны слизеринки. — Розье, Лора, — манера преподносить себя, начиная с фамилии, немного смутила зеленоглазую, но она быстро собралась и ответила: — Софи Лурье, — она слегка кивнула, но сама не поняла своего жеста. — Позвольте мне провести экскурс по нашей скромной обители, Софи Лурье, — она искренне улыбнулась, а девушка для себя заметила, что голос однокурсницы больше не кажется ей таким неприятным, каким казался минуту назад.       Лора была настоящей слизеринкой. Прямая спина, словно в ней железный стержень, холодный и высокомерный взгляд, чистая кровь. У нее была твёрдая походка, но она не казалась от этого менее аристократичной, скорее это придавало ей силы. Она смотрела на всех сверху вниз и была довольно закрытой для общения, так что в итоге людей с кем она могла открыто поговорить на любые темы можно было пересчитать по пальцам. Несмотря на всю свою холодность и отчужденность, в это зимнее утро она до жути захотела с кем-нибудь поговорить, так тут и подвернулся случай. У Розье есть брат-близнец Курт, который только на словах ее близнец, а на деле они с сестрой словно с разных планет, так что ни для кого не было удивительным, что они никогда не общались. Однако, за неделю до приезд Софи, Курт и Лора встретились в совятне, когда девушка хотела отправить письмо домой. Розье был в хорошем расположении духа из-за чего начал задавать вопросы про письмо и его содержимое. Лора охотно отвечала брату, так как тоже пребывала в прекрасном настроении. Слово за слово и их простые вопросы переросли в целостный диалог, который дошёл до Тома Реддла — старосты факультета, по совместительству являющимся другом Курта. Лора без особого интереса слушала брата, пока он говорил про то, какой Том восхитительный. — Он правда прирожденный лидер, с его бы талантами да в Министерство, — Курт задумчиво покачал головой, а затем продолжил: — кстати, Том сказал, что в школу прибудет новенькая. Она переезжает с родителями из Франции, где училась в Шармбатон. Лично я надеюсь, что француженка попадёт на наш факультет, все-таки в начале года к нам попало слишком мало первокурсников. Лора и эту часть разговора слушала уже в пол уха, увлечённая своими мыслями, но когда она увидела на диване в гостиной девушку, то сразу же поняла, что вот она — ученица Академии Шармбатон. Несмотря на Лорино бесконечное чувство важности и самолюбия, она оказалась неплохой собеседницей, в голове которой желания власти и помешенность на чистоте крови уступают более возвышенным чувствам. Розье имела приятную улыбку и мало жестикулировала во время разговоров, да и говорила немного, но всегда по делу. Всю дорогу до Большого зала Лора решила посвятить разговорам о правилах, которые царят на Слизерине. — Многие из нас заносчивые глупцы, которые гордятся лишь одним своим пребыванием на факультете, но такие обычно сбиваются в кучки, так что ты вряд ли заведёшь с ними диалог. Вообще, факультет у нас дружный, ну, это за исключением тех самых «глупцов». Нормальных ребят ты сразу различишь в толпе, так что не бойся знакомиться, — девушки шли по какой-то лестнице и Софи уже думала, что они заблудились, но уверенный шаг Розье говорил об обратном, — следующее, лучше не заводи дружбу с другими факультетами. Во-первых, они сами вряд ли ответят взаимностью, во-вторых у нас своего рода соперничество, потом поймёшь. Так же не советую общаться с Томом Реддлом. Он конечно очень красивый и харизматичный, но я уверена, что тьмы в нем гораздо больше чем света. — Кто такой Том? — с толикой интереса спросила Софи. — Наш факультетский староста, ты его сразу заметишь, у него на мантии над гербом факультета будет значок висеть, который подтверждает его пост. — Мне стоит самой пообщаться с человеком, чтобы состроить собственное мнение, но спасибо за совет, — в голосе Лурье часто преобладали прохладные нотки, но ее голос не казался никому высокомерным (просто потому что и не являлся таковым). — Понимаю, я такая же, — заглянув в глаза Софи, сказала Розье с видимым сожалением, но зеленоглазая искренне не понимала, чему она сопереживает. Они подошли к Большому залу. Это было гигантское помещение с большими окнами, пропускавшими много солнечного света. Четыре стола занимали все пространство, и были разделены между четырьмя факультетами. С потолка свисали свечи, воск с которых никогда не капал, а у дальней стены от входа стоял преподавательский стол, где трапезничали профессора. Сев на свободные места на Слизерине, девушки начали накладывать завтрак. Яичница с беконом и яблочный сок были приготовлены изумительно, но Софи все же хотелось выпить чашечку кофе. К сожалению, такового не было, так что она довольствовалась свежевыжатым соком.       У дверей в Большой зал девушкам пришлось попрощаться, потому что Лора уходила на трансфигурацию, в то время как у Софи было зельеварение. По подсказанной Розье дороге к кабинету, девушка шла по коридорам, точно зная, что заблудится, так как бесконечно двигающиеся лестницы и непонятное объяснение маршрута Лорой, заводили Софи в не те кабинеты. Спустя пять минут блужданий Лурье поняла, что не имеет ни малейшего понятия о том, в какой части замка сейчас находиться. «Надо было уточнить, где находиться кабинет у того милого второкурсника, который встретился мне ещё до того, как я забрела в пустующий коридор» — Софи злилась на себя только за непредусмотрительность. Перехватив покрепче сумку с учебниками, она пошла вперёд и столкнулась с вышедшим из-за поворота парнем, у которого с утра выиграла в гляделки. — Осторожней, — он придержал Софи за локоть, чтобы та не упала. — Извини, — поправляя сумку, опять съехавшую с плеча, сказала она. — Заблудилась? — мягко улыбнувшись, сказал парень, — могу проводить, все-таки это моя обязанность, как старосты — помогать однокурсникам, особенно тем, кто прибыл недавно. «Как старосты? Так вот он какой — Том Реддл» — Так какой у тебя урок? — поинтересовался Том, наблюдая за задумчивостью Софи. — Зельеварение, — быстро сказала Софи. В зелёных глазах отражалось безразличие, но если он правда готов проводить ее до кабинета, то она не будет против. Шли они в тишине, по коридору разносился только стук шагов, который неприятно давил на голову, сужая все пространство мира до одного коридора. — А я ведь даже не знаю, как зовут старосту моего факультета, — начала разговор Софи, не поворачиваясь в сторону Тома. Его имя было ей известно, но хотелось услышать лично. — Ох, прошу прощение за мою невнимательность, — парень вздохнул и искоса посмотрел на Лурье, — Том Реддл, позволь узнать твоё имя? — Позволяю. Софи Лурье, — она повернула голову чуть в бок, начав разглядывать Тома. — Говорят, что ты прибыла из Франции, — Том также не сводил любопытных глаз с девушки, и теперь блуждал по ее лицу, ловя каждую эмоцию и жест. — Верно говорят, — коротко ответила Софи и отвернулась, ведь массивная дверь кабинета была уже перед ними. Внутри кабинет представлял собой помещение с низкими потолками и зелено-желтым освещением. Тут стояло несколько столов, на которые студенты во время занятия рассаживались по факультетам, а у дальней стены стоял стеллаж, в котором было много склянок и банок, а также коробочек с ингредиентами. Том и Софи встали в общую группу студентов, дожидающихся профессора, который спустя пару минут вошёл в кабинет, закрывая за собой дверь. — О, вы пришли, мисс Лурье. Право, я думал, что сегодня вы уроки посещать ещё не будете и отдохнете после долгого пути. Похвально, — в ответ Софи выдавила лишь слабую улыбку, не обрадовавшись нахлынувшему на неё вниманию от студентов. Кто-то с эмблемой Гриффиндора фыркнул «ещё одна Слизеринка, мерзость», но девушка решила не обращать на это внимания. — Сегодня вы приготовите Эйфорийный эликсир. Приготовленный правильно, этот эликсир сможет принести радостное настроение любому, кто выпьет его, но зелье входит в разряд сложных, так что не разочаровывайтесь, если у вас не выйдет, — мягко улыбнувшись, сказал профессор и поправил свою темно-коричневую мантию, — рецепт вы найдёте на странице 146, приступайте. Все расселись по своим столам, и вокруг зашелестели пергаменты и застучали котлы. 1. Добавьте перечную мяту в котёл до тех пор, пока зелье не покраснеет. В котёл упала ветка перечной мяты. Забыв о недавнем внимании со стороны всех, кто находился в комнате, Софи полностью погрузилась в процесс, изолируясь от происходящего вокруг. 5. Добавьте иглы дикобраза и дождитесь, пока эликсир не станет голубым. Несколько иголок дикобраза и подмешиваний, и зелье приобретает голубой оттенок, чему Лурье безусловно рада, ведь пол работы уже сделано. 9. Добавляйте сушёный инжир до того, как зелье порозовеет. Тонкая рука аккуратно заправила светлую прядь за левое ухо, потом проделала то же с правой стороной. На лице играла довольная улыбка, ведь зельеварение по-настоящему приносит ей радость. 11. Добавляйте настойку горькой полыни до тех пор, пока зелье не станет жёлтым. Лурье медленно мешала эликсир, добавляя полынь и надеясь на успешный результат. Когда содержимое котла стало приобретать желтые оттенки, а вскоре полностью позолотело, Софи была готова прыгать и визжать от радости, но продолжала держать себя отстраненно и довольно холодно. — Профессор, я закончил, — бархатный голос послышался недалеко от Софи, и, подняв глаза, она увидела Тома, на лице которого растянулась улыбка. — Мальчик мой, как всегда превосходно! — проверив его зелье с помощью какого-то неизвестного девушке порошка, сказал Слизнорт. — Профессор, у меня тоже готово, — обратила на себя внимание Софи. Гораций подошёл к ее котлу и сначала осмотрел зелье, помешав его, а после достал флакон из кармана, содержимое которого напоминало сахарную пудру, окрашенную в розовый цвет, и посыпал зелье, которое приобрело горчичный оттенок и начало пахнуть корицей. — Превосходно, мисс Лурье! Вы подаёте большие надежды. Слышал, что в Шармбатон у вас стояло «превосходно». Лучшие студенты находят оклик в моем клубе Слизней, буду рад, если вы посетите его, — сказал профессор, смотря на Софи. — С радостью, профессор Слизнорт, — улыбнувшись, произнесла Лурье, а Гораций кивнул в ответ и отошёл за другой стол, где кто-то просил его помощи, ведь зелье никак не хотело приобретать розовый оттенок. Том пристально наблюдал за Софи. Она была довольно интересным экземпляром, но явно не тем, кто мог бы стать его приспешником. У Тома было железное правило — не брать девушек. Какой бы стальной и холодный характер не был у дам, они все склонны быть мягкотелыми и сердобольными, а также женщины — любительницы лить слезы, а Реддл ненавидел смотреть, как кто-то плачет. Не из-за жалости. Всхлипывания, шмыганье, тихие вздохи, да и сам вид заплаканного лица — все это раздражало нервы Тома. Для себя он решил — никаких девушек в рядах.       На обеде Лора встретила Лурье у дверей в Большой зал. Она рассказывала ей про то, как Курт превратил перо в крысу, а она укусила его за палец, и о том, как Вальбурга Блэк бросила файербол прямо в книжный стеллаж на ЗОТИ. Все рассказы сопровождались девчачьим смехом, так что девушка расслабилась в компании Лоры. — Профессор Вилкост быстро потушила книги, но мне кажется Вал влетит за, хоть и не намеренную, но порчу школьного имущества. Надо вас, кстати, познакомить. Вальбурга — одна из немногих, кто общается со мной, и с кем я сама иду на контакт. — Что же, жду, когда ты нас представишь, — Софи улыбнулась и перевела взгляд в тарелку, есть совсем не хотелось.