Королевские гонки Магнуса Бейна

— А может не сегодня? — Алек задаёт этот вопрос, особо ни на что не надеясь. Буквально несколько часов назад он признался совершенно потрясающему мужчине, что испытывает к нему определённые чувства, а сейчас вынужден сидеть в кресле и с тоской наблюдать, как Магнус с сосредоточенным видом рассчитывает количество полосок для депиляции. — Страх существует лишь в твоей голове, — с пафосом вещает Магнус, ни на секунду не отвлекаясь от своего занятия. — Не так уж это и больно. Раздевайся. И не красней, иначе, как я определю, что обжёг тебя. — В смысле обжёг? — Воск нужно разогревать и наносить тёплым, Александр, — терпеливо поясняет Магнус. — Ну же, снимай штаны. Не упрямься, а то я буду вынужден связать тебя. Алек послушно снимает с себя майку и стягивает мини шорты, оставаясь в тончайших боксерах. — Могу я пока остаться в них? — Чтобы оттянуть неизбежное? Нет. Боже, Александр. У тебя там яйца и член. Как ты думаешь, что нового для себя я там увижу? У тебя такое прекрасное греческое имя. Ты, кстати, знал, что спартанцы и греки были гимнофилами. Они ценили красоту обнажённого человеческого тела, видели в его пропорциях божественный замысел, вдохновлялись им при создании своих храмов и скульптур. Алек закрывает глаза и снимает с себя последний клочок одежды. — Отлично. Но что я сказал про не краснеть. — Боюсь, пока это не в моих силах. — Алек пытается разгадать эмоции, которые испытывает Магнус, но выходит не очень. — Что-то не так? — Ты очень маскулинный. Обычно при такой внешности мужчины предпочитают отыгрывать комедийные образы, но мне кажется, тебе это совершенно не пойдёт. Не пойми неправильно, у тебя прекрасное чувство юмора, но это совсем не то, что буффонада. — Я понимаю. — Так, начнём. Воск нужно наносить по росту волос... Магнус начинает свои объяснения, попутно усаживая Алека в кресло-шезлонг. Он нежно проводит специальной деревянной лопаткой по ногам, демонстрируя характер движений, а затем наклеивает полоску из нетканого материала. — Вот, — завершает он свои пояснения. — Ждём пару-тройку секунд и отрываем её резким движением руки в противоположном росту волос направлении. — Ауч, — выдыхает Алек. — Это неприятно. — Это суровая реальность, с которой сталкивается большая часть женщин, —отвечает ему Магнус, передавая баночку с разогретым воском. — Твоя очередь. Это больно, Алек готов совершенно спокойно признать, что больше никогда не отправится на депиляцию. Но самое главное препятствие поджидает его впереди. Усталость. Она забивает мышцы, проникает в каждую клеточку, заполняет голову одним единственным желанием — вытянуться в полный рост и отдохнуть. — Почему так чертовски сложно? — жалуется он Магнусу, который только фыркает в ответ. Проходит ещё пятнадцать минут, и его ноги могут посоперничать цветом с румянцем на лице Алека, потому что Магнус оглядывает его пах с самым профессиональным видом из всех существующих. — Теперь ты примерно представляешь, с чем тебе придётся иметь дело, — изрекает Магнус, проходясь кончиками пальцев по низу живота. И Алек отмечает, что впервые эти касания не вызывают у него возбуждения, ибо они несут под собой угрозу. — Выбирай, Александр, какую часть своего божественно прекрасного тела ты отдашь в мои руки первой? — Задницу, — уверенно отвечает Алек и готовится к самой страшной пытке. — Смелый поступок, — хвалит его Магнус и манит пальцем за собой. — Ложись на живот, — командует он и громко шлёпает по левой ягодице. — За что? — возмущается Алек, но у Магнуса на всё готов ответ. — Не напрягай мышцы, Александр. Мне будет неудобно работать с твоим телом. — А как ты пережил это в первый раз? — Я проявил чудеса выдержки и храбрости, — хватается Магнус. — Офицер полиции, которого соседи вызвали из-за моих криков, просто пожал мне руку и взял под козырёк. — Ты же сейчас шутишь? — улыбается Алек и вскрикивает. — Чёрт. Магнус? — Ни капли, мой греческий бог. Я был молод и отчаянно безрассуден. Но именно эти качества привели в мою постель прекрасную Манишу. Дело было так, — начинает свой рассказ Магнус, и Алек неожиданно расслабляется, вслушиваясь в журчание знакомого голоса. — А потом она мне говорит, — Магнус понижает голос до шёпота, и Алек замирает. — Ааа! Магнус кричит во весь голос, и Алек присоединяется к нему спустя долю секунды. Межъягодичную область только что лишили волосяного покрова. — Ты развёл меня. — Алек пытается проморгаться от слёз и перестать смеяться. — Как ребёнка, — подтверждает Магнус, оглядывая идеальный, по его мнению, результат. — Это пиздец как больно. — Вовсе нет, Александр. Переворачивайся на спину, и я познакомлю тебя с самой сутью боли. Мы можем снять всё на видео и отправить Люку, чтобы он впоследствии выплатил тебе премию за храбрость и компенсацию за страдания. — Когда-нибудь, Магнус, я тебе отомщу. — Неа, — глубокомысленно хмыкает Магнус, нанося тёплый воск на область паха. — Ты добрый, милый и незлопамятный. А ещё у меня в надёжном месте припрятаны твои фото. Ох уж, эти надутые губки. — Ты шантажист. — Ни в коем случае. Я, Александр, маг и волшебник, просто ты этого не понял. Вот помню ... — Не пытайся. У тебя не получится отвлечь меня разговорами во второй раз. Блядь! Магнус победно выбрасывает очередную полоску в мусорное ведро и ухмыляется. — Время развести ноги. Для чего ты думаешь, я тебя учил растяжке? Алек должен признать, что пару раз он представлял себе, как будет лежать обнажённым перед Магнусом, а тот низким шепотом попросит развести его ноги. Мечты сбываются. — Магнус, можно я сам? Магнус опытный, Магнус знающий. Он понимает всё без слов. — Нет, Александр. Ноги, да. Я могу позволить самому тебе сделать грудь, хоть это и чертовски неудобно. Подмышки тоже твои. Но не интимные зоны. Это опасно. Кожа там очень нежная, я не позволю тебе вредить себе только из-за дурацких комплексов. Посмотри на меня. Я знаю, почему ты стесняешься, я сам проходил через это. Никто не может быть красивым, ухоженным, идеальным двадцать четыре часа в сутки, и никому не нужно быть таким. Если ты любишь человека только когда он при полном параде, значит, ты не любишь его вовсе. Я искренне считаю, что в любом, подчеркну, любом человеческом теле нет ничего постыдного. Более того, в нашем мире наконец то, появляется возможность говорить об этом. Не мне, конечно, жаловаться, потому что я мужчина и к нам гораздо меньше претензий, но поверь, я почти каждый день вижу, с чем приходится сталкиваться женщинам. Принцессы не какают, они не рыгают, должны мало есть, а месячные для многих вообще запретная тема. Не смей стыдиться своего тела, ни единой его части: ни морщин — это время, что ты прожил, ни шрамов — это опыт, что ты приобрёл, ни волос — это часть тебя. Люди только начали приходить к мысли, что красота это не только женщины и мужчины с обложек глянцевых журналов, это сотни и тысячи, и миллионы других «неидеальных» людей. Люди, которые не соответствуют размерам XS, или те, кто имеют другой разрез глаз, несовершенную кожу, кривые зубы, непослушные волосы, животы и большие попы, худые бёдра и оттопыренные уши. Это люди, которые одеваются не так, как принято, люди, которые ведут себя не так, как все привыкли. Ты мне нравишься, и я не изменю своего мнения, если увижу тебя уставшим, с тёмными кругами под глазами, простывшим с сопливым носом или страдающим от диареи. Поэтому раздвигай ноги и позволь мне сделать то, что я умею. — Сколько лет тебе понадобилось, чтобы прийти к этому? — Много, Александр, но они все мои, и я никому их не отдам, потому что иначе не было бы в моей жизни столько замечательных людей, которые приходили на помощь или ради которых я делал шаг, когда не мог сделать шаг ради себя. Магнус улыбается и грозит ему пальцем. — Готов поспорить, что в университете ты был именно тем студентом, который мог отвлечь преподавателя, но со мной этот фокус не пройдёт. — Это был Джейс, — Алек закусывает нижнюю губу. — Он всегда отвлекал учителей своими вопросами, чтобы потянуть время. — А ты значит был послушным мальчиком? — Магнус деликатно проводит лопаткой по чувствительной коже. — Ответственным, а не послушным, — возражает Алек и, уступая искреннему любопытству, рассказывает пару историй о своих школьных годах. После всего пережитого депиляция груди кажется чем-то несущественным. А, может, Алек просто сдался в плен умелым рукам, которые прекрасно знают своё дело. Они нежно очищают кожу смоченными в каком-то лосьоне ватными дисками, снимая с неё остатки воска и волос. И единственное, что нарушает их идиллию, — звуки голодного желудка. Алек раздумывает пару секунд, стоит ли извиняться за громкое урчание, но всё решает мягкое ворчание, раздающееся из живота Магнуса. — Кажется, тебе отвечают, — улыбается Магнус и хлопает в ладоши. — Посиди здесь, а я соображу что-то на обед. — Алек только встаёт на ноги, и его тело сразу же окутывает мягкий хлопок белого халата. — Не надевай ничего, кроме этого, дай коже отдохнуть. Сегодня никакой физической активности. Но не думай, что я дам тебе бездельничать. Это основные конкурсы, которые бывают во время шоу, посмотри, как девочки с ними справляются, чтобы быть готовым. Алек угукает и открывает подборку видео, краем глаза наблюдая за плавными движениями Магнуса на кухне. Неудивительно, что шоу стало настолько популярным и обрело миллионы преданных фанатов по всему миру. Магнус вкладывает душу во всё, что делает: будь это депиляция агента ФБР, приготовление очередного вкусного блюда или съёмки, а самое главное, он везде чувствует себя на своём месте. — Ты пялишься на меня, а должен в экран, — Магнус щурит глаза, чтобы придать взгляду грозность, но Алек только улыбается. — Я смотрю на тебя и думаю, с кем я живу под одной крышей. Фотосессия в аквариуме? Как тебе это в голову пришло? — Справедливости ради, это не я. Это Рафа. Он хотел опробовать новую камеру для дайвинга, но все морские обитатели испугались его мрачного вида, поэтому он заставил позировать меня. В конце концов, ко мне присоединилась пара уродливых рыбёшек и медуз. — Ты все конкурсы сначала на себе опробуешь? — А то. Особенно это касается горячих фотосессий, — Магнус подходит ближе и заглядывает из-за плеча. — У меня почти всё готово. Пошли обедать или ужинать, судя по времени. Как ты себя чувствуешь? — Голым, — честно отвечает Александр. — Насколько голым? — Так, как будто с меня решили содрать кожу, но в последний момент решили ограничиться несколькими верхними слоями. — Я же говорил тебе, что я профессионал. Алек проводит вечер сидя на диване, потом полулёжа на диване, потом лёжа, пока, наконец, не решается уложить свою голову на чужие колени. Магнус ничего не говорит, спокойно просматривая финансовые отчётности. Но Алек умеет быть настойчивым. Краткие ответы становятся всё пространнее, а затем листы откладываются, и Магнус с удовольствием смотрит краткую выжимку шоу вместе с Алеком, сопровождая просмотр комментариями и весёлыми историями. Очередная королева устраивает битву подушками с пятью красавцами, а смуглые пальцы зарываются в густые волосы, нежно массируя кожу головы. Алек недолго сопротивляется убийственному тандему мягкого голоса возле уха и расслабляющих движений сильных пальцев. — Твоя фантазия кого хочешь испугает, — бормочет он перед тем, как провалиться в сон. Будит его тихий стук, с которым ноутбук приземляется на пол. Магнус спит, откинув голову на спинку дивана, и в неясном свете нескольких светильников его чётко очерченный профиль кажется нарисованным китайской тушью. Затаив дыхание, Алек любуется мерно вздымающейся грудной клеткой, острым выступом кадыка и высоким лбом. Как можно осторожнее он поднимает Магнуса на руки и относит в спальню, укладывая спать. — Спокойной ночи, Магнус, — шепчет Алек, проводя ладонью по гладкой щеке и замирает, когда в ответ доносится едва слышное: — Спокойной ночи, Александр.