Что мне делать в этом мире?

Подготовка Узнав про пополнение в нашей, уже на следующее утро к нам в дупло потянулись грифоны — каждый хотел увидеть моих детёнышей. И я не была против, драконята должны познакомится с нашей стаей, запомнить их клювы. Я уже знала каждого, без имён, просто их клювастые морды, различные по пушистости и размерам клюва. И никто не уходил без моего лизя! После этого начались разговоры. Я ловила их на свои рога, и так узнавала, что грифоницы считают моих детей довольно милыми. Каждый раз, слыша это, я чувствовала, как внутри что-то теплеет, и счастливо улыбалась. И незамедлительно показывала моё счастье в виде внеочередного лизя для моих детей. После обсуждения драконят разговоры сдвинулись к тому, что у многих скоро будут дети, и им надо будет слетать вниз. А поляны-то внизу поросли кустарником! Нежуели детям придётся садиться на воду, рискуя утонуть, или карабкаться на своих слабых когтистых лапах по стволам деревьев? Это испугало всех (и меня в том числе), так что мы решили почистить наши «аэродромы», чтобы дети безопасно садились и взлетали, исследуя мир внизу. Да и нам они не помешают, путь от реки удлиняет наш маршрут! Вечером, когда дети, выучив «папа» и «дупло» с «дом», легли спать, я, хорошо подогрев мои яйца, вместе с другими грифонами и Птицем слетели вниз. Облёт на низкой высоте показал, что поляны довольно плотно заросли, не только живыми кустами, но и уже помертвевшими. Предстояла долгая работа, тем более, что у нас не было инструментов, вроде топора или пилы, а только наши сильные лапы и клювы. Я попробовала выдернуть один куст. Он был довольно низким, и я хотела взять его лапой. Тут-то и выяснилась небольшая подробность, вылезшая ещё когда я катала глину: мои пальцы были толстоватыми, и предназначались скорее для ходьбы на них, чем для хватания. Большие пальцы присутствовали, но были чуть выше, и ориентированы вместе со всеми остальными, давая возможность лишь не так уж и сильно отставить их от остальных. И вот это всё довольно быстро уставало от мелкой работы: уже на третьем кусте я почувствовала, что пальцы будто древенеют, отказываясь позиционироваться более-менее точно. И да, похоже, мне будет сложно делать что-то мелкое, учитывая, что даже не уставшие пальцы отказываются координироваться и постоянно то не доходят до назначенной им позиции, то переходят её. Пришлось переходить обратно на пасть. И вот, я снова дома, лежу около мужа, который сидит на яйцах, а он смотрит, как я, лёжа на боку, кормлю моих детей, и я вижу, что ему нравится мой вид. Вот же ж дракон! Иногда он даже вытягивает и склоняет вбок шею, чтобы лизнуть одного из детей. И тут любуюсь им я, видя, как его раздвоенный язык проходит по спинам наших детей, укладывая шёрстку на них. И от этого сердце стучит быстрее, от счастья за нашу уже большую семью — и ещё большую, состоящую из всей грифоньей стаи. Полёт! Несколько дней всей нашей стае пришлось работать на расчистке кустов — кроме разведчиков, конечно, которые, кстати, больше не засекли никаких людей (и правильно, я бы не смогла удержаться и от их превращения тоже) и драконов. Так что, я работала вместе со всеми, выдирая менее кустистые кусты и молодые деревца с помощью моей пасти, благо, острые зубы позволяли крепко впиваться в стебли. Не преминула, конечно, и развить гибкость и точность лап, и сегодня смогла вытащить с их помощью аж пять кустов, правда, с перерывами. Когда мы принялись за живые кусты, над поляной сразу поплыл запах древесного сока. А верхушки, они были так свежи, что я не могла удержаться от того, чтобы не сесть их. И они были довольно вкусные! Грифоны (и мой Птиц) тоже оценили вкус поросли по достоинству, и наша работа частично превратилась в обед. И в общем-то, ничего плохого в этом никто не увидел. Я готовилась к первому полёту драконят. К счастью, в нас уже рефлекторно заложены планирующий и машущий полёты. Если дракона опрокинет ветер, он сразу же забьёт крыльями, пытаясь выровняться и не упасть, а если падает, попытается раскинуть крылья так, чтобы затормозить и парить. Я была спокойна за моих драконят, но всё-таки, не хотела подвергать риску их неокрепшие крылышки и давать им возможность заработать страх высоты. Так что им предстояло короткое путешествие на наших спинах до расчищенной поляны, а там — практика планирования и взлёта. Чтобы начать летать, нужно чувствовать твёрдый воздух под крыльями! Одна из драконят летела на спине отца. Я объяснила ей, что надо цепляться за его гриву, и желательно, подключить к этому пасть. Она ответила пониманием, и когда я её подняла, крепко вцепилась ему в гриву и шерсть. Так мы и слетели вниз, осторожно и медленно, почти не взмахивая крыльями. Там, внизу, прошли наши первые полёты, полёты наших детей. Они с удовольствием прыгали с наших спин, чтобы в воздухе раскрыть крылья и с радостным писком скользить вниз — сначала неровно, тангажируя с боку на бок или даже рыская при неумелом использовании хвоста. Да и посадка далеко не всегда была мягкой, пока они не додумались, что что надо тормозить крыльями. Но с каждым разом у драконят получалось всё лучше и лучше! Я любовалась на них, и в награду, лизала каждого, прежде чем взять его за шкирку и снова посадить на спину. Скоро дети, после короткого отдыха, во время которого они снова подкрепились моим молоком, стали махать крыльями в воздухе, стремясь забраться всё выше. Я совсем немножко испугалась за них, но ещё во время парения они прочувствовали потоки воздуха, и после первых неумелых хлопков уже правильно загребали крыльями, взлетая всё выше, но пока не так высоко, всего-то четыре-шесть своих ростов. Некоторые грифоны, летая в вышине, наблюдали своим острым зрением (не острее моего!) за тренировкой наших детей, и приветливо клекотали, посылая слова одобрения. Мы в долгу не оставались, и благодарили их как словами, так и нашими трубными голосами — и даже дети попробовали повторить нам своими высокими голосами. Драконята мои! После такого насыщенного дня они устали. Пока они совсем не уснули, мы, пока не кормя, подхватили их, и вместе с одним грифоном, довезли их до дома. Там они сразу присосались ко мне, да так и уснули, даже толком не выпустив из пастей груди. Прости, Птиц, но теперь ты будешь сидеть на яйцах подольше, чем раньше… А он и не был против, счастье моё! На следующий день драконята уже активно лазали по ветке, пробуя ветер своими крыльями. Особо смелая девочка даже залезла на веточки потоньше, что явно выгибались под её весом, но держали, а она цеплялась за них своими когтями. Я наблюдала за ними, пододвинув мою кладку ближе к выходу, и мои клыки открывались в радостной улыбке. Иногда драконята забегали внутрь, и я зализывала каждого, укладывая его шёртку. И ведь не бояться высоты, знают, что крылья их удержат. Вот что значит, когда ты крылатый зверь! Первой с опасно качающейся под ней ветки слетела девочка — та самая, что в человеческом обличье была самым смелым парнем. Я не боялась за неё — ветерок был слабый, и она без труда удержится в нём. Сначала она парила, но поняв, что теряет высоту, захлопала крыльями, поднимаясь обратно и буквально цепляясь за ветку. Это тебе не с маминой спины на землю слетать! Но она бесстрашно смотрела вниз, и, отдышавшись и отдохнув, она снова сорвалась вниз, раскидывая крылья. За ней сорвались и все остальные дети, и они вместе парили около дома, нарезая большие круги. А рогами они излучали огромный восторг от того, как их держит воздух, и как внизу прямо под ними расстилается зелёный ковёр их вершин, и я улыбалась, слыша их восторженность. И я уверена, не я одна! А когда они, усталые, залетели домой (пару раз промахнувшись мимо ветки), то сразу же направились ко мне, напрашиваясь под лизь и одновременно прося еды. Я снова снялась с яиц, уступая мужу, и легла боком, чтобы комфортно кормить моих детей. А когда они устроились поудобнее, я сразу зализала их усталые крылышки — и спинки заодно. Драконята высасывали большие объёмы молока, и я ела за четверых, благо у меня была вся ночь, да и птиц приносил в лапах большие куски минералов. К сожалению, цветы уже отцветали, да и запасы нектара приходилось искать подольше, всё-таки, нас тут восемнадцать морд и клювов, и каждый любит вылакивать нектар из дневных и ночных цветов. Даже уже начали образовываться лесные тропинки, на которых явно отпечатывались характерные следы, так что, я начала есть некоторые побеги в подлеске и даже тот же рогоз, оказавшийся довольно питательным и даже вкусным у основания стеблей.