Сквозь тысячи километров

6 лет назад

Нельзя сказать, что жизнь Чимина была примечательной или интересной. Нельзя сказать, что в ней было что-то особенное или запоминающееся. Он жил обычно и размеренно, надеясь лишь на одно — нормальное окончание своей истории. Что может быть лучше, чем хороший конец? Блондин со злостью пнул уже смятую пластиковую бутылку, что лежала на асфальте. Ему казалось, что этот мусор изображает его самого, который точно также валяется на дороге и ждёт непонятно чего. Он даже не чувствует себя живым, он чувствует себя гребанной пластиковой бутылкой. Чимин достал из кармана джинсовки тёмную пачку сигарет, на которой красовалась надпись "Marlboro". Сигареты для людей с деньгами, ибо в других не табак, а ебанная бумага вперемешку с каким-то дерьмом. Он чиркнул зажигалкой совсем близко к лицу, не боясь опалить брови, огонь завораживал его и хотелось сгореть в нем заживо. Но он не мог. Он чёртов трус. Да, он трус. Пак облизнул засохшие губы и, сунув сигарету меж зубов, закурил. Лёгкие наполнились едким дымом, что после красиво вышел через нос. Чимин помнил, как в первый раз закурил, ощущение было дерьмовым и он думал, что его стошнит. Сейчас же он курит, как паровоз и ждёт, когда кто-то запретит ему это делать. Но такого человека нет, потому что он сам избегает любви и чьей-то заботы. Как много девушек готовы были раздеться для него на первом свидании, отсосать ему под столом, убежать с ним на край света, но не было такой, что готова была принять его сердце и заботиться о нем. Всё что им было нужно это красота Чимина, его харизма, сексуальность и гребанная куча денег. Деньги, деньги, деньги. Их у Пака полно, он в них, как в дерьме купается.. Но кому нужны эти бумажки, если их даже тратить не на что. Остаётся только подтирать ими зад. Чимин выбросил окурок на землю не потушив и пошёл дальше своей дорогой, пока кто-то не дёрнул его за плечо. — Вы не знали, что для этого есть мусорки? Они на каждом углу, — шатен обвел рукой вокруг себя, показывая на наличие мусорных ведер и баков. — Ты действительно думаешь, что мне не все равно? — Чимин ответил так лишь потому, что был зол, он и сам это отлично понимал. — Ладно, прости. Блондин поднял бычок и выкинул в ближайшую мусорку, после поворачиваясь к парню и поднимая бровь, мол "доволен?". Тот же, в свою очередь лишь улыбнулся. Эта улыбка заставила Чимина задержать дыхание. Он боялся, что если сделает хоть один вздох, то улыбка с лица молодого уборщика исчезнет, поэтому Пак был готов задохнуться, главное наблюдать за этой улыбкой. Тогда он наконец понял, о чем ему твердил отец долгие годы. Вот что значит соулмейты. Влюбляться моментально и в эту же секунду чувствовать, что ты знаешь человека всю жизнь и он роднее всего на свете. — Почему вы так смотрите на меня? — шатен сделал шаг назад. — Извини, я задумался, ты.. Разве не чувствуешь этого? Ладно, знаешь что, забей. Можно задать вопрос? — он не стал дожидаться положительного ответа. — Почему ты устроился на такую отвратительную работу? — Мы уже перешли на "ты"? Если мы почувствовали друг друга, как соулмейты, то это ещё ничего не значит. — юноша скрестил руки на груди, принимая защитную позу. — Это был не мой выбор. — А чей? — Я на допросе? — казалось, что уборщик сейчас взорвётся, но вместо этого он продолжал отвечать на вопросы. — Я натворил делов и это наказание от суда. Ясно? Чимин не смог не улыбнуться после услышанного. Этот парень выглядит таким тихим и прилежным, а оказывается, что он тот ещё хулиган. Это более, чем забавно. Блондин сунул руку в карман джинсовки и спустя секунду достал красивую визитку. Он протянул её парню, с улыбкой, но сам не понимал зачем делает это. Наверное, он просто хочет увидеть его улыбку ещё хоть раз. — Возьми. Как только закончишь с этой работой, то приходи, я дам тебе другую.. Получше. — Пак Чимин? — шатен взял визитку тонкими пальцами и оглядела её со всех сторон. — Вы выглядете слишком молодо для того, чтоб владеть компанией. — Я ей и не владею. Это компания моего отца, мне всего лишь девятнадцать. — Ребёнок богатеньких родителей, значит? — в ту же секунду Пак протянул руку, чтоб забрать визитку, но уборщик сделал шаг назад. — Я позвоню, если вы не против. Меня зовут Мин Юнги.

***

5 лет назад

Чимину нужно было обойти все здание и проверить все на чистоту и работоспособность. Было естественным, что единственным, кого он захочет в помощники, окажется Юнги. — Сколько раз ты уже успел перекрасить волосы за этот год, что работаешь здесь? — Пак весело разлохматил причёску приятеля. — Отвали. Чимин был определённо рад тому, что их отношения двигались в правильном направлении. Мин наконец-то стал относиться к нему как к другу, мог даже назвать его придурком и шлепнуть по заднице, хотя при людях он до сих пор держался в километре от Чимина. Так сильно он боялся того, что все будут говорить о том, что его взяли по блату. — Ты действительно собираешься обойти все главное здание? Мне кажется, что оно бесконечное, — Юнги почесал затылок и попытался нормально уложить свои мятные волосы. — Нет, конечно. Мы просто дойдём до ближайшей курилки и постоим там. Су Ин все проверит за меня, она знает, что я ненавижу это. — А я ненавижу её. Она действительно очень скользкая. — Но ты никогда не говорил это ей в лицо, — Чимин усмехнулся и завернул за угол, попутно доставая ещё не начатую пачку сигарет. — Я просто не конфликтный человек, ты же знаешь.. И бросай уже курить. Терпеть не могу, когда от тебя воняет куревом. Пак застыл на месте с зажатой меж зубов сигаретой, но так и не решаясь её раскурить. Он так хотел этого. Так хотел услышать эти сраные слова. Ему просто нужно было чтобы кто-то позаботился о том, чтоб он не сдох от рака или типа того. —Юнги, — рыжеволосый двадцатилетний юноша обернулся к другу. — На самом деле я влюбился в тебя. Ещё тогда, когда ты заставил меня поднять бычок. — Что? Что ты.. Но Мин не успел бы договорить, даже если бы очень хотел, Чимин прижал его к стене, завлекая в жаркий и безумный поцелуй, сплетая их языки в откровенном танце.

***

4 года назад

Если бы два года назад Мин Юнги сказали, что он будет лежать в одной постели со своим боссом, то он бы избил этого человека, да так сильно, чтобы он ещё пару месяцев не вставал с больничной койки. Но шутка жизни в том, что сейчас он действительно лежит в постели со своим боссом, после того, как хорошенько оттрахал его. Это заставляет юношу рассмеяться, а его партнёра посмотреть на него с недоумением. Сегодня для них обоих очень важный день. Настолько важный, что они уже должны выходить из дома, но все ещё лежат в кровати, в обнимку и чувствуя дыхание друг друга. — На самом деле, я мечтал о том, что нам показалось и мы не соулы, — Юн усмехнулся и погладил волосы Чимина. — Я был настолько ужасен? — Ты и сейчас ужасен. Тот ещё говнюк. Такой же, как и Су Ин. — Хватит оскорблять мою сестру, — Пак рассмеялся и встал с кровати. — Нам нужно идти. Мои родители ждут.

***

3 года назад

Похороны это всегда грустно. Всегда кто-то плачет навзрыд, кто-то сидит в углу и молчит, хотя внутри буря, а кто-то пьёт весь алкоголь, чтобы упасть где-нибудь и больше не открывать своих глаз. Но есть люди, которые просто не приходят. Таковым был Чон Хосок, лучший друг Мин Юнги. Юн весь день волновался о самочувствии друга, бегал из комнаты в комнату, хватал себя за волосы и просто плакал. Чимину стало казаться, что тот переживает больше самого Хосока, хотя именно его соулмейт погиб. — Юнги хён, — Пак тихо подошёл к нему со спины и положил свои руки на широкие плечи соулмейта. — Всё будет в порядке. Хосок очень сильный человек, он сможет это пережить. — А ты бы смог? Этот вопрос застал Чимина врасплох. Как вообще можно спрашивать такое? Но теперь, услышав это, он уже не знает, как успокоить Мина. Всё это глупости, что Чон сильный и справится. Никто не справляется с такой потерей, просто запирает всю эту боль в одной из коморок души и держит там, пока тоска не сведёт с ума. — Я не знаю. Думаю, я бы ушёл следом за тобой. Вот и всё. Юнги обнял сам себя, но вскоре вновь вскочил. Он достал свой телефон и позвонил Хосоку, но тот не взял трубку. Ничего не оставалось, кроме того, как позвонить Су Ин, поэтому он набрал ей. — Ого, это довольно таки неожиданно. Что ты хочешь? — женский голос в трубке начинал раздражать все сильнее, Чимин понимал это, поэтому забрал телефон. — Су Ин, это я. Хосок с тобой? Пак все время, пока говорил по телефону, смотрел на своего партнера. Тот не слышал, о чем говорил сестра соулмейта, но очень сильно беспокоился, потому что лицо Чимина становилось суровее. — Ладно, я понял. До встречи. — Что она сказала? — спросил Юнги, когда получил свой телефон обратно. — Хосок не придёт на похороны, Су Ин увезла его за город и она не знает, когда они вернутся. — Твоя ебанутая сестра что, издевается? Его соул умер, а она увезла его? — Он сам этого захотел.

***

2 года назад

Этот день обязан был быть обычным, но с самого утра все пошло через жопу. Юнги накричал на Чимина, Су Ин не объявлялась уже четыре недели, у Хосока опять появились мысли о самоубийстве. Всё идёт не туда. Даже летит не туда. Несётся. — Прошу тебя, Юнги.. Давай поговорим об этом ещё раз. — О чём говорить? Почему ты не можешь просто порадоваться за меня? — Порадоваться тому, что ты уезжаешь хрен пойми куда? Ты даже не знаешь, какие эксперименты там проводят, безоглядно едешь туда работать, хотя здесь, в Пусане, есть моя компания. — Чимин, я устал работать на тебя. Всё смотрят на меня так, будто я заполучил это место благодаря своему аналу, ей богу. Пак глубоко вздохнул и развёл руки в стороны. Он не хотел спорить, но и отпускать Юнги не хотел, поэтому все что оставалось это смириться и ждать, пока Мин сам не передумает. Чимину казалось, что вскоре тот сам поймёт, что и двух дней не продержится без объятий партнёра. Когда в дверь постучали, юноша с мятными волосами сорвался с места и указал Чимину на лестницу, прося уйти. Брюнет не особо понял сути этой просьбы, поэтому остался, но тогда он не знал, как сильно пожалеет об этом. — Здравствуйте, — Юнги пропустил в дом людей в форме, на двух из них было надето специальное снаряжение с щитами и шлемами. — Какого хрена? Это больница что, для особо опасных? Почему вы припёрлась в таком виде? — Чимин, заткнись, — Мин с горечью в глазах обернулся на партнёра. Он бы хотел ещё много чего сказать, но просто не успевал, его локоть обхватила сильная руку и потянула к выходу. Чимину это не понравилось, поэтому он схватил соулмейта с другой стороны. — Объясни мне. На Пака моментально было направлено оружие, но тот даже не шелохнулся. Сейчас ему не было страшно за себя, ему было интересно, почему Юнги так торопится и почему эти люди в форме. Почему все это сейчас происходит? — Пожалуйста, Чимин, они разнесут этот дом в щепки и убьют тебя. Отпусти мою руку. Пожалуйста, Чимин. Я вернусь домой. Я вернусь к тебе. Не знаю когда, но я обещаю. — Нет. Пак дёрнул соулмейта на себя и, когда тот оказался за его спиной, пнул одного из людей в живот. Он бы смог сопротивляться если бы не оружие и человек, который вырубил его сзади. Что-то сильно ударило его в затылок и в глазах резко начало темнеть. — Юнги.. — Прости меня.