Изгнанный принц.

В кабинет совещаний с грохотом распахивается дверь. Быстрым шагом внутрь заходит десница с видом совершенной серьёзности, а за ним и маг огня. Они проходят мимо приведённых сюда силой Тэиля и Доена и даже не смотрят на них. Марк садится в кресло в изголовье стола, а Донхек встаёт рядом с ним. Десница кивает стражникам и те быстрыми и жесткими движениями заставляют магов воды и света сесть в кресла. К ним подходит маг огня и лично связывает их руки специальными тяжами, чтобы те не смогли колдовать. Марк наблюдает за военными и поражается: они ведь даже не пытаются воспротивиться. На лицах этих двух видны лишь безразличие и спокойствие. И это было странно. Сев ровнее, Марк смотрит на военных и начинает снова задавать вопросы. Но ни один из магов не может сказать ничего нового: они не помнили ни как заболели, ни как выздоровели и что было перед появлением первых симптомов. Абсолютная пустота. Поджав губы, Марк встаёт с кресла и отходит к окну. И Донхек коротко командует стражникам: «Увести». Ни он, ни десница не могут спокойно смотреть на то, как их товарищей уводят. Ведь теперь ответы будут получены силой. - Лорд десница, - вдруг говорит вошедший в кабинет стражник, - Генерал здесь. - Хорошо, - на выдохе отвечает Марк, возвращаясь в своё кресло. Двери в кабинет открываются, но в коридоре кроме удивлённых стражников никого нет. Донхек уже дёрнулся вперёд, но Марк остановил его мягким движением руки. И в этот же момент посреди кабинета возникает Джехен, окружённый языками чёрного пламени. И Винвин вместе с ним. Кивнув друзьям, генерал подводит целителя к столу и грубо заставляет его сесть. Взяв тяжи у майора, Джехен сам связывает тонкие руки Винвина, который так же, как и предыдущие допрашиваемые, не сопротивлялся. - Кажется, разговор обещает быть серьёзным, - поджимает губы Сычён. Едва он договаривает, как чувствует на шее холод металла. В мгновение ока перед ним возник Адельринг. Прекрасный и ужасный одновременно. Джехен наклоняется к целителю ближе и шепчет ему прямо на ухо, что говорить он будет только тогда, когда к нему обратятся. И в ответ Винвин лишь поднимает голову выше, оголяя шею, чтобы генералу было удобнее. - В нашем королевстве мы все очень гостеприимны, - лучезарно улыбаясь, говорит десница, закидывая ногу на ногу. - Дже, будь добр убери меч от нашего гостя. Усмехнувшись, генерал слушается лорда. Он убирает лезвие от шеи целителя и делает пару шагов назад. Но меч он не развеял, продолжая держать его в руках так, чтобы Винвин его видел боковым зрением. - Я бы хотел уточнить, - продолжает Марк, - откуда ты узнал о заболеваниях во дворце? - Что? - удивлённо переспрашивает целитель. - Я... я же говорил, что ходили слухи. - Слухи? - Марк негодующе покачивает головой. - Дело в том, что переболевшие ничего не помнят об этом. Так откуда могут взяться слухи? Винвин молчит, продолжая удивлённо смотреть на Марка. И в этот момент генерал упирается остриём меча в пол, привлекая внимание гостя. Поняв молчаливую угрозу, порядком напуганный Винвин вжимается в кресло сильнее, стараясь отвести от великого меча взгляд. - Но... ведь не только переболевшие могут распускать слухи, - тихо говорит он, тут же поджимая губы. - Если ты знаешь, кто именно начал это, то сейчас самое время сказать, - говорит Марк. - Я... я не знаю, - голос Сычена дрожит, - это ведь... просто слухи. - Или ты скажешь, или я убью тебя, - рычит генерал. От страха Винвин медленно поворачивает голову в сторону, но Джехена там уже нет. Смотря туда, где ещё мгновение назад был воинственно настроенный генерал, целитель уже точно знал, где он сейчас. Ведь он уже чувствовал холод лезвия на своём затылке. Прикрыв глаза, целитель пытается унять нарастающий внутри страх. Подняв глаза на десницу, облегченно выдыхает, когда лорд машет генералу рукой. - Скажи <<спасибо>> ему, - шепчет генерал целителю на ухо, взмахивая рукой, чтобы исчез меч. - Наш Джехен немного эмоционален, вы уж извините, - Марк качает головой. - Просто нам кажется, если вы знаете что-то конкретное... - Лорд десница, - смело прервал его Сычен, - я уже все рассказал. Скрывать мне нечего. Ровно как и рассказывать что-то ещё. Глубоко вдохнув, Джехен разжал кулак руки, чтобы снова призвать меч. Ещё бы одна секунда и он бы точно заставил этого парня сказать им все, если бы не Тэен. В тот самый момент, когда генерал уже почти призвал меч, двери в кабинет совещаний снова с грохотом распахнулись. И внутрь вошёл он - ледяной принц. Быстрой походкой в пару шагов он пересекает кабинет, останавливаясь перед длинным столом. Тэен видит связанные руки целителя. Он видит выставленную в сторону руку Джехена. И эту противную ухмылку на лице десницы. Он смотрит Марку прямо в глаза. И в этот момент лорд десница впервые чувствует страх и трепет перед будущим королём. Сейчас, в этот самый момент, принц-изгнанник как никогда прежде был похож на своего отца. - Освободить. Немедленно, - строго говорит Тэен. Стражники, стоящие у дверей, переглянулись и вопрошающе посмотрели на десницу, что не укрылось от принца. Он оборачивается и смиряет военных строгим, полным неприязни взглядом. - Вам отдали приказ, - утробно говорит принц, не сводя глаз с одного из военных, но тот все ещё переводит взгляд с напарника на десницу. Тэен поднимает одну руку, зубами срывает с неё бинты, обнажая все ещё темную в язвах и ранах кожу. Он направляет ее на второго охранника. Медленно сжав пальцы в слабый кулак, он поднимает охранника в воздух, сдавливая шею. - Я ещё плохо контролирую свою силу... тем более такими руками, - Тэен смотрит на другого стражника, - если вы понимаете только язык силы, я тоже буду разговаривать на нем. - Тэен, - тихо зовёт Джехен, но принц будто не слышит. Он не сводит глаз с напуганного военного, который, все же, подходит к целителю и развязывает тяжи на его руках. Убедившись, что Винвин свободен, принц расслабляет руку и поднятый стражник падает на пол, сразу же хватаясь за горло, жадно хватая ртом воздух. - Почему вы допрашиваете государя соседнего королевства без моего ведома? - спрашивает он, отводя взгляд от военных - Мы решили не беспокоить Вас посреди ночи, - неожиданно даже для себя Марк поднимается с кресла и поправляет китель, - приносим извинения, - говорит десница, опуская голову. - Вы узнали от него то, что хотели? - Толком ничего нового, - говорит Донхек, но, заметив гневный взгляд принца, тут же добавляет - Ваше Высочество. - Тогда на сегодня этот абсурд закончен. Отныне этот человек под моей личной защитой. Повернувшись к Сычену, Тэен ждёт, пока тот встанет, и несколько раз виновато кивает. Он просит прощения за своих подчиненных, но целитель лишь мягко покачивает головой. Тепло улыбнувшись, Винвин доверительно кладёт руку на плечо принца, не сильно сжимая. Он говорит просто «спасибо». - Завтра же я покину дворец, - Сычен поворачивается к Марку, - чтобы больше не вставать между вами и принцем. - Ты не обязан... - начал было Тэен, но был перебит. - Нет, обязан, - целитель едва заметно улыбается, - тебе надо наладить свои отношения с подчинёнными, встать прочно на ноги, чтобы больше никто не мог подвергать твои слова сомнению, - Винвин пожимает плечами и медленно выходит из кабинета. Тэен вздыхает, запрокидывает голову, зарывается пальцами в волосы и с силой треплет их. Затем он разворачивается и тоже уходит из кабинета, даже не взглянув на Джехена, Марка или Донхека. *** Следующим днём, когда светило яркое по-весеннему тёплое солнце, маг исцеления готовился к отъезду. У дворца было очень много людей: кто-то запрягал лошадей, кто-то собирал провизию. Когда Винвин спустился по лестнице, он замер, с удивлением смотря на всю эту суету: он приехал сюда как простой странник, а уезжает как настоящий король. - Я хотел хоть немного тебя отблагодарить, поэтому отправляю тебя с целым отрядом военных, - говорит Тэен, подходя к целителю. - Не стоило, правда, - неловко улыбнувшись, Сычен поджимает губы, - мне не привычно все это. - Не волнуйтесь, - принц заговорщицки подмигивает, - я поеду с вами. Провожу вас до границы. - Но... - Никаких <<но>>, - Тэен разводит руками в стороны, - я хочу увидеть эту страну такой, какая она есть, а не как выглядит из окон дворца. Целитель лишь понятливо кивает и мягко улыбается, натягивает на себя глубокий темный капюшон и запрыгивает на своего коня. Тэен кивает одному из солдат и, дождавшись, когда ему приведут лошадь, тоже запрыгивает наверх. - Ваше высочество! Обернувшись на оклик, Тэен удручённо вздыхает, увидев торопящегося к ним Марка. Он надеялся, что ему удастся улизнуть незамеченным и провести хотя бы день без всего этого. - Как это понимать? - раздраженно спрашивает десница, подходя к принцу. - Я провожу нашего гостя до границы. - Но это два дня пути! - Марк вздыхает, пытаясь не сорваться на принца. - Это надо было обговорить... - Я все решил, - холодно говорит Тэен, дергая поводья, чтобы лошадь развернулась и начала медленно идти. - Тогда я поеду с вами. Прекрасный бархатный голос звучит откуда-то сзади, но принц не решается обернуться. Он так и знал, что этот парень не останется в стороне. Тэен поджимает губы и говорит, что Джехен может делать все, что хочет. Уж лучше принц сам согласится, чем генерал просто возьмёт и появится в самый неожиданный момент. Джехен усмехается и кивает Марку. Он говорит, что присмотрит за принцем, и десница все ещё недовольный все же соглашается. Вскочив на коня, приведённого специально для него, Джехен торопится, чтобы нагнать Тэена. - И для чего всё это? - спрашивает генерал, равняясь со старшим. - Мне так захотелось. На все расспросы принц отвечает односложно и сухо. Разговор совсем не клеился, несмотря на все попытки Джехена. - Я злюсь на тебя, Джехен. - говорит принц. Он подгоняет лошадь вперёд и равняется с Винвином, продолжая игнорировать присутствие Джехена здесь. И тот лишь вздыхает, но с расспросами больше не лезет. Он знает: Тэену надо дать время остыть. Хотя бы немного. Спустя несколько часов езды, генерал командует привал, ведь всем им было необходимо отдохнуть, поесть самим и накормить лошадей. Остановиться решили в небольшой деревушке, находящейся совсем рядом. Но прежде, чем Тэен спрыгнул с лошади, Джехен протянул ему темную мантию с глубоким капюшоном, похожую на ту, что носил Сычен. - Бунты все ещё продолжаются, - спокойно говорит генерал, - не хочу, чтобы что-то случилось. Принц неохотно соглашается, все же надевает мантию и спускается с коня. Он входит с остальными путниками в деревню и удивляется гостеприимству жителей: дети радостно бегут к ним на встречу и расспрашивают о походе и о том, что они видели, взрослые зовут присоединиться к трапезе, а кто-то выносит воду в ковшах. И, смотря на всех этих людей, смотря на детей, их радостные улыбки и горящие неподдельным интересом глаза, Тэен вспоминал своё детство. Когда они с маленьким Джехеном точно так же бежали за пришедшими с походов военными и те рассказывали удивительные истории. Тогда они мечтали вырасти и стать такими же храбрыми воинами, которыми будут восхищаться все вокруг. - Эй, местные накрыли стол, пойдём, - звучит бархатный голос. И Тэен отрывается от воспоминаний и охочих до рассказов детей, следуя за старым другом. Прямо на улице был накрыт скромный стол, но принцу показалось, что это самый лучший пир, который ему доводилось посетить. Сев рядом с целителем, он поблагодарил местных жителей и с удовольствием принялся за еду. И пока они ужинали, местные все расспрашивали кто они и откуда идут, что видели на своём пути. Военные рассказывали интересные истории, генерал подшучивал над ними, веселя тем самым всех присутствовавших. Смотря на такого расслабленного Джехена, Тэен будто смотрел в прошлое и видел его совсем юного. Такого же веселого, доброго и улыбчивого парня. Такого... прекрасного. - А он ничего, когда не хочет тебя убить, - говорит Сычен, отпивая из чашки. - Очень даже, - задумчиво говорит принц, а затем поджимает губы, будто сказал лишнее, - ну, в том смысле, что так говорят. Не знаю, если честно. - Да ладно, все во дворце и за его пределами знают, что вы с ним друзья детства, - Винвин смешливо тыкает принцу локтем в бок, - это нормально. - Мы были друзьями, - Тэен бросает на смеющегося Джехена грустный взгляд, - но кое-что произошло... и с тех пор мы уже не те, что раньше. - Произошло что-то серьезное? - участливо спрашивает Винвин, ставя чашку на стол. - Ты знаешь, что всегда можешь поделиться со мной. - Знаю, - пожимает плечами принц, - на самом деле, в одно лето, когда он приехал ко мне, он... - Тэен начал рассказывать, сам не понимая зачем, но на его удачу их беседу прервали. Подбежавший к ним мальчишка спрашивал, правда ли тот мужчина, сидящий на другой стороне, тот самый великий генерал. Винвин мягко смеётся в кулак и смотрит на Тэена, который...улыбался. Наклонившись чуть ниже, принц коротко кивает и мальчишка зажимает рот ладонями, чтобы не закричать от восторга. - Только это секрет, - шепчет Тэен, прикладывая палец к губам. И переполненный чувствами ребёнок много раз кивает, а затем убегает в сторону дома так быстро, будто его здесь и вовсе не было. - Он великий воин, - говорит Сычен, снова беря в руки чашку. - Даже в Лигаоне о нем ходит множество слухов и легенд. - Как минимум он стал маршалом едва ему исполнилось двадцать лет, - пожимает плечами Тэен. - В то время шла война с племенами кочевников, и за военные заслуги король дал ему высшее звание. Принц наливает в свою кружку ещё вина и сразу же немного отпивает. Он смотрит на Джехена, увлечённо рассказывающего какую-то интересную историю из своей жизни, и не может оторвать взгляд. Сейчас друг его детства был таким... настоящим. Его глаза горели, рот расплывался в улыбке, на щеках был румянец. Он жестикулировал руками и звонко смеялся. Тэен скучал по нему такому. Так сильно скучал, что не признавался даже самому себе. - А за что его разжаловали в генералы? - спрашивает Винвин, отвлекая принца. - В Лигаоне есть много историй на этот счёт: одна глупее другой. - Я... я не знаю, - пожимает плечами Тэен, отпивая из стакана, - это тайна, о которой знают лишь Джехен и покинувший этот мир король. - Надо же... его образ действительно... вызывает интерес, - кивает Сычен. Они ещё долго разговаривают обо всем на свете, даже не заметив, что на улице уже стемнело. Когда на столе уже почти не осталось ни еды, ни напитков, местные жители взяли свои незамысловатые музыкальные инструменты и начали играть. Легкая веселая мелодия, тепло весеннего вечера и вино - и Тэен уже идёт ближе к музыкантам, чтобы танцевать вместе со всеми. Сейчас для него не существовало ничего, кроме этой музыки, этого места, этой ночи. Растворяясь в танце, забывая обо всем на свете, Тэен заливисто смеётся, чувствуя небывалую легкость во всем теле. Сейчас его окружали простые горожане, дети, старики, женщины и мужчины. И ему так нравилось это. Никаких званий, никаких уважительных суффиксов. И он танцевал так, будто был свободен. Ничего не тревожило его. Никаких мыслей. И лишь тогда, когда он неловко тряхнул головой, Тэен вдруг вспомнил, кто он такой и зачем находится здесь. Только когда глубокий капюшон почти спал с его головы, Тэен будто бы очнулся. Только тогда, когда прямо перед ним возникает Джехен, надевая капюшон обратно, Тэен просыпается на самом деле. Генерал мягко улыбается одними уголками губ. На его щеках появляются ямочки. А охристые глаза блестят от вина. Тэен забывает как дышать, когда смотрит на него. Внутри все дорожит и трепещет, как крылья птицы, готовящейся к полету. Джехен говорит своим потрясающим бархатным голосом, что принцу пора идти спать. Но Тэен не может сказать ничего в ответ. Он смотрит в охристые глаза генерала и тонет в них, даже не пытаясь спастись. - Ты никогда не умел пить, - качает головой Джехен, - пошли. Он берет принца за руку и ведёт его в домик, который на эту ночь был ночлегом принца. Заведя его внутрь, Джехен говорит, что на рассвете им надо будет идти дальше, поэтому лучше ложиться сейчас. Сняв с себя капюшон, Тэен смотрит на генерала. Внутри все смешалось. Ненависть, былые чувства, благодарность, вино. Тэен делает шаг, но Джехен уже оказывается рядом, взяв в ладони его лицо. Он хотел сказать этому хрупкому парню так много всего, но слова сейчас были не нужны: всё, что он испытывал, все пылкость и нежность, были написаны в его глазах, в его прекрасных охристых глазах, которыми он смотрел на самого дорогого ему человека. И Тэен сумел это прочитать и тоже молчал. И время словно остановилось. Джехен растворялся в чёрных, как сама ночь, глазах, с блаженством вдыхал запахи пыльных волос, вина и весеннего ветра, пока по телу разливалось тепло. Так хорошо, так тихо, так правильно. Его взгляд медленно скользнул к губам, задержался на них. Не было в целом мире ничего желаннее этих губ. Джехен наклонил голову, почувствовал на пояснице несмелые холодные ладони. Мгновенья потекли медленно, тягуче. Сначала прикоснулись лбы. Потом, через миллион вечностей, прижались друг к другу носы, и стало невмоготу ждать. Жар лился по венам, но Джехен медлил, пытаясь испить наслаждение до конца, до капли постичь сладкий миг предвкушения, когда ещё… вот чуть-чуть… и…        Губы приоткрылись… и встретились. В первый раз коротко, будто разведывая. Затем пробуя на вкус, прикусывая и посасывая… и, наконец, языки. Мягкие губы и тёплые вдохи, и пальцы, скользящие по контурам мышц… Без стонов, без всхлипов. Лишь молчаливая вечность упоения.        Генерал был согласен провести так остаток своих дней. Он закрывает глаза, потому что иначе столько счастья ему просто не вынести.        Не отпуская, не отрываясь от губ, Джехен нежно гладит задранный вверх гладкий подбородок, который ещё обнимал ладонями. Он спускается ими по изогнутой шее, проходится по острым плечам, сдвигая с них темную мантию. А Тэен уже расстёгивал пуговицы на его рубашке.        Хотелось спешить, но Джехен растягивал каждое мгновенье. Внизу живота сгустилась невыносимая тяжесть, и, казалось, что он может кончить от одних лишь мимолётных касаний рук и бёдер принца - настолько всё внутри напряжено и натянуто. Рубашка и мантия упали на пол, и генерал впился губами в пульсирующую жилку на шее принца, вжался в его пах, не сдерживаясь от хриплого стона, когда их налитые члены потёрлись друг о друга, разделённые слоями ткани. Искры пробежали по позвоночнику и устремились в болезненно отяжелевшую плоть. Быстро стянув с Тэена белоснежную сорочку, Джехен подхватывает его под бедра и относит на кровать, думая, что это будет единственное стремительное движение за предстоящую ночь. Все остальное он хотел делать плавно и неторопливо, будто иного способа утолить жажду страсти попросту не существует.        Тэен не улыбался. Как только Джехен накрывает его собой, принц обхватил его за шею и притянул к себе ближе. Его чёрные бездны глаз умоляли. Поцелуй снова был долгим. Джехен исследовал рот языком, не пропуская ни единого уголка. Слишком долго об этом мечтал. Неосознанно, не подозревая, но с самого знакомства мечтал вот так нежно и медленно прикасаться к Тэену. Вздох за вздохом постигать его тело. Снова и снова.        Губы переместились к высоко вздымающейся груди, кончик языка прополз по ореолам сосков, облизал затвердевшие горошины. - Пожалуйста, Дже..., - задрожал Тэен, - не могу... - Можешь…        Генерал словно в трансе выдохнул это, и его ладонь, с нажимом проехавшись от грудины по впалому животу принца, проникла в штаны, накрывая горячий подёргивающийся член. Тэен вскрикивает и выгибается, после обессиленно упав на жёсткий матрас. Джехен успокаивающе целует его в ключицу, а затем утыкается туда лбом, шумно дыша и слушая такое же рваное дыхание над ухом, переплетённое со стуком сердца. Рука осталась в штанах, растирая твёрдую плоть, вырисовывая подушечками пальцев извилистый узор тонких и толстых жилок, невесомо обводя скользкую от сочащейся смазки головку. Тэен хрипел, запрокидывал голову и комкал одеяло. От него теперь пахло иначе - прямым желанием.        В совсем тёмной комнате только тусклый лунный свет освещал их. И Джехену нравилось смотреть на Тэена в этом серебряном свете. Он видел знакомые родинки, дорожки волос и даже несколько мелких зарубцевавшихся шрамов. Касался их губами и языком, заставляя принца вздрагивать и стонать.        Он всегда любил эти родинки и шрамы.        - Джехен… Генерал накрывает его губы поцелуем. Сейчас не хотелось звуков, даже ласкающих слух. Только впиваться в жаждущий, раскрытый навстречу рот, касаться языка, очерчивать линию зубов и пить дыхание.        Этого тоже хватит, чтобы кончить.        Оторвавшись, он стягивает с себя нестерпимо узкие для возбуждённого члена брюки. Затем помогает принцу освободиться от такой сейчас ненужной ткани. Он переворачивает Тэена на бок и ложится сзади, обняв поперёк груди и тесно прижав. Вжавшись. Практически став одним целым. Освобождённый от ткани член коснулся обнажённой горячей кожи принца и едва не излился. Генерал не сдержал стона, выпустив его в дрожащее острое плечо Тэена. Как хорошо, сладко и желанно. Можно сойти с ума. Огладив ладонью грудь принца, живот и бока, бедро лежавшей сверху чуть согнутой ноги, Джехен перемещает руку на его член. Круговыми движениями большого пальца помассировал головку, растирая по ней капельки липкой жидкости, скользнул по пульсирующему стволу к основанию и снова вверх к головке. Нежная кожа покорно струилась в его кулаке, нагревалась и увлажнялась. Тэен крупно дрожал, дыхание стало тяжёлым, прерывистым. Он цеплялся за вторую руку Джехена, впивался в неё ногтями. Но настал тот момент, когда генерал не мог больше ни мучить Тэена, ни оттягивать сам. Джехен обильно смочил пальцы слюной и коснулся ими вмиг сжавшегося отверстия. Принц выдохнул, нервно кивнул, разрешая и даже настаивая продолжать, подался задом на пальцы. Джехен покружил ими по входу в желанное нутро и проник внутрь. Тэен вздрогнул и застонал, кусая губы в кровь. Джехен больше не мог ждать. Он прижал принца плотнее и растёр обильно выделяемую смазку по своему члену. Приставив головку к анусу, он толкнулся в него. Снова медленно и плавно, вбирая каждый оттенок ощущений, теряя голову от сладости и нетерпения. Крепко обнимая Тэена обеими руками. Давая и ему испытать то, что испытывает сам. Замерев раскрытыми губами на плече, почти не дыша, для полноты восприятия закрыв глаза. - Тэен… я люблю тебя. Он просто не мог не выдохнуть этого. Признание всегда было внутри него и жгло огнём, пока не было прошептано горячим стоном на взмокшую кожу. Нутро принимало неторопливо, нехотя раздвигая стенки, обхватывало плотным кольцом ставшую предельно чувствительной головку и затвердевший до невозможного ствол. Сладость в члене выбивала из лёгких последний воздух. Джехен сильнее зажмурился и уткнулся лбом в затылок принца, чтобы выдержать эту непередаваемо приятную пытку. В животе закручивалась тугая спираль, которая вот-вот должна была раскрутиться и затопить наслаждением.        Генерал терпел. Замер, когда погружаться стало некуда. Перевёл дыхание. В ушах, заглушая всхлипы Тэена, стучала кровь. По вискам потекли тёплые ручейки, и кожа стала липкой и липла к такой же вспотевшей коже принца. А сердце Тэена под его ладонью белёно колотилось о грудную клетку.        Принц поворачивает голову и генерал сразу же завладевает его губами. Он снова начал медленно двигаться в нём, подбирая аккуратный, размеренный темп. Вот так слиться и ртами, и телами, переплестись, узнавать друг друга заново, дарить и получать.        Джехен с благодарностью глотал слабые стоны Тэена и попытался удержать, когда тот разорвал объятия и отвернулся. Но принц стал двигаться навстречу, ловя тот же осторожный ритм, каждый раз обмякая и вскрикивая, цепляясь за удерживающие его руки. Его твёрдый член качался в такт движения бёдер. Джехен поймал его в кулак и сразу ощутил напряжение, которое в нём скопилось. Член в кулаке затрепетал, стал твёрже, и Тэен закричал, выгибаясь, едва не ударяясь в лицо Джехена макушкой. Теплые струи брызнули в ладонь, на простыни. Генерал сжал его до хруста рёбер, продлевая острый пронзительный миг, вколачиваясь в особенно тесное сейчас нутро. Он хотел ещё. Ещё. Не останавливаться никогда, но… Это было выше его сил.        Джехен отпускает пружину и она разжимается, взрывая тело тысячами ярких искр, каждая из которых -самый настоящий рай.        Генерал знал, что зарычал слишком громко, но это было ничтожно малым по сравнению с заполнившими его чувствами. Он на мгновенье позабыл, кто он и зачем здесь. Лишь помнил, что рядом сейчас самый дорогой человек, и этой неописуемой эйфорией он обязан ему.