Сёстры

      Впервые за долгое время на заседании присутствовал Емельян. Последние несколько лет он провёл на планете, но как члену стратегического совета, ему необходимо было участвовать в общественной жизни космического сообщества. Вот и первая серьёзная работа. Заседание комиссии по Жемчужине. Докладчики зачитывали свои выводы относительно расшифрованных переговоров в системе. - Ну, по крайней мере, мы знаем, как они называли противника! – с недоумением сказал Пётр, когда выступающий сделал паузу.       В зале стоял напряжённый гул. Делегаты университетов активно обсуждали новую информацию. После изменений в программе дешифровки удалось прочитать множество новых сообщений и прослушать переговоры. На Жемчужине люди воевали против «зомби»! - У кого-нибудь есть предположение, что они могли так называть? – громко спросил кто-то из зала.       Комиссия была, мягко говоря, растеряна. Собственно, у этого термина было только одно общепринятое определение, и как его можно было применить иначе, никто не понимал! «Зомби апокалипсис». Это звучало одновременно и смешно, и зловеще. На уме вертелись только глупые и наивные древние фильмы! Неопределённость пугала ещё больше.       Были в отчётах и описания некоего «заражения», когда у человека за несколько минут сворачивалась кровь, высыхала и превращалась в мелкий песок. На этих словах Емельяну резко стало не по себе, он очень заволновался, самопроизвольно напряглась поясница, а на спине выступил холодный пот. Он знал, о чём идёт речь!       Жемчужина была изолирована от космических поселений ещё со времени вскрытия катакомб, но на поверхность только за первые четыре месяца боёв прибыло более двух миллионов добровольцев. И даже этого было недостаточно, вооружённые силы космических людей потерпели сокрушительное поражение! Купола были потеряны один за одним. Все, кто находился на поверхности, погибли. События развивались настолько быстро, что не удалось даже организовать сколько-нибудь значимые исследования процесса. У слушателей сложилось впечатление, что «заражение» не останавливали никакие барьеры, и как только материал попадал в лаборатории очередного купола, связь с ним прекращалась практически сразу!       Масштаб потерь на планете было трудно сразу оценить. За быстро разросшейся эпидемией люди не сразу вспомнили, что на Жемчужину были перевезены хранилища эмбрионов! Кто-то при строительстве куполов посчитал, что там теперь им самое место! На Софии эмбрионы до сих пор хранились на транспортных кораблях в космосе. Без библиотеки аллелей изолированная популяция будет подвержена дрейфу генов и другим нежелательным эволюционным процессам. Хотя, это станет проблемой только в очень далёком будущем. - Если предположить, что основной ударной силой противника были «заражённые»? – спросил Пётр докладчика. – Почему их действия были на столько эффективны? Даже если предположить помутнение сознания, невосприимчивость к боли и высокую стойкость к физическим повреждениям? Никакой патоген не способен превратить заражённого в «сверхчеловека»! Это невозможно даже с точки зрения элементарной термодинамики. К тому же, они должны, как минимум, обладать организацией и достаточно хорошо соображать? - У нас пока нет достоверной информации на этот счёт, - ответил Дмитрий и развёл руками.       После совещания Пётр с Емельяном остались в зале. - Как дела на планете? – Пётр внимательно следил за реакцией подчинённого. - Пётр Алексеевич, - голос Емельяна был уставшим, но очень спокойным и уверенным, - я подготовил доклад, нам необходимо собраться всем вместе, дождаться, когда вернётся Анна Сергеевна. Настроения очень неоднозначные. Я сомневаюсь, что персонал куполов безоговорочно примет факт отбытия с планеты. В сообществе уже сформировалась своя субкультура, они и мышлением, и внешним видом уже значительно отличаются от людей в космосе. Многие поколения в благоприятной среде сформировали весьма специфический фенотип! - Что же вы предлагаете? - Я думаю, что стоит озадачится эвакуацией уже сейчас. Отзовите вахтовиков, объявите добровольный перевод на космические предприятия. Я считаю, что со свободными мы прогадали! Подчинить их невозможно, и рассчитывать, что они присоединятся к нам, и их можно будет спасти, никак нельзя! А мы можем ещё получить и раскол в наших рядах. Мы считали, что должны убеждать свободных, а оказалось, что работать нужно прежде всего со своими! - Вы говорите о неформалах? Вы выяснили кто стоит за ними? – Пётр мог читать людей, но по лицу Емельяна ничего не определялось. - К сожалению, нет! – уверенно ответил тот, глядя начальнику прямо в глаза. – До меня доходят лишь слухи о настроениях в комплексах. Заявлений от людей пока не поступало! Я вёл активную разъяснительную беседу, но результатов пока не было.       Когда Емельян покидал зал, Пётр долго смотрел ему в след, задумавшись. Несмотря на большую популярность Емельяна, и уважение среди людей, Пётр ему не доверял. Что-то его смущало.       После совещания Емеля направился в свой кабинет. Пётр Алексеевич всегда был человеком подозрительным. Лишь бы он ни о чём не догадался! Убрать начальника такого уровня, тем более на Цитадели, возможности не было. Но, если начальство к нему прислушается, из куполов вывезут основную часть нелояльного населения!       А сейчас у него из головы не выходил сегодняшний доклад. Если предположить, что на Жемчужине люди столкнулись с полностью функциональными наноструктурами, подобными тем, что его команда обнаружила в катакомбах, как они могли функционировать? Могли ли они управлять человеком?..       Неожиданно Емельяна осенило! Он даже стукнул ладонью по столу так, что кисть прострелила резкая боль! Нейроинтерфейс! Нужно передать Николаю, чтобы он тщательно исследовал нервную систему подопытных животных! Необходимо определить, как наноботы взаимодействуют с нейронами!

***

      К вечеру следующего дня Татьяна пришла в себя. Она разительно изменилась, и Анатолий даже её не узнал! Серьёзный, сосредоточенный и хладнокровный взгляд: - Я этого так не оставлю! – неожиданно жёстко сказала она. – Предатели мне за это ответят!       У парня пробежали мурашки по коже от этого взгляда. Именно в этот момент он впервые заметил решительные, волевые и, даже, немного властные нотки в её характере. И его это невероятно заводило! Он, оказывается, питал слабость к сильным женщинам!       Она посмотрела ему в глаза: - Ты должен помочь мне добраться до атмосферной башни! – решительно добавила она. – Я свяжусь напрямую с моим отцом на Меганевре. Он поднимет вопрос о неформалах! Я лично выкину этих уродов в космос!       Она посмотрела на закат. Утёс, на котором они располагались, был достаточно высок, чтобы высокие деревья не закрывали горизонт. Эрмана уже скрылась за горизонтом, но небо ещё горело яркими красками. Появились первые звёзды, а с ними и одна из внутренних планет – Нимфа. Меганевра сейчас была утренней звездой, и на вечернем небе появится не скоро. - У нас есть ещё примерно два месяца для прямой связи с планетой, - пояснила она, - пока она не зайдёт за светило. Не успеем, и придётся ждать очень долго.       Меганевра была Таниной родиной. Достаточно крупное каменистое, но лишённое атмосферы космическое тело было ближе Софии к светилу примерно на треть. На планете велась добыча тяжёлых элементов, металлов, гелия. Были развёрнуты масштабные производства самого разнообразного оборудования, а также построены крупные биосферные купола. Меганевра являлась самым населённым объектом системы Эрманы. Отец Татьяны руководил логистикой металлургических предприятий, и, соответственно, был достаточно влиятельным человеком в руководящих кругах. - Я не знаю где находится эта башня. – Анатолий немного растерялся. - Зато я знаю! – уверенно ответила девушка. – Мы использовали башню как визуальный ориентир при заходе на посадку в Железногорск из космоса. Весь Дикий хребет с востока ограничивает бассейн Индийской Реки, которая течёт на юго-юго-запад, и впадает в океан широкой дельтой. Примерно тысяча километров от Колыбели. В том районе есть голый стеклянный хребет, на нём башня. Любая река, которая от сюда течёт на запад, приведёт нас в тот район, а башню мы не пропустим!       Татьяна очень хорошо это знала. Географическая подготовка пилотов была одним из профильных предметов. И, конечно, вид белоснежной, более шестисот метров высотой, шпилеобразной башни на абсолютно чёрных, блестящих отрогах, врезался в память на всю жизнь! - Ну, - резюмировал Анатолий, - тогда можешь на меня положиться!       Он посмотрел на горизонт. Маршрут был длительным, сложным, но ничего экстраординарного не представлял. Нужно было покинуть долину, спуститься пешком на более пологий рельеф, и, где течение рек уже будет поспокойней, нужно будет построить плот, и просто плыть… Почти тысячу километров! Теоретически, за полтора месяца можно уложиться.       Поужинали они запасами принявшей их семьи. Татьяна долго сидела, всматриваясь в игривые языки пламени костра, и молча думала о чём-то своём. Пока её не сморил сон. Толя взял её на руки, и понёс в модуль. Там были оборудованы удобные, мягкие кровати. От этого девушка проснулась, но сопротивляться не стала. Её было жутко приятно! Она ему улыбнулась, обняла и прижалась покрепче. Уложив девушку и укрыв её одеялом, Анатолий вышел на улицу и устроился спать у входа прямо на земле, как он это любил и всегда делал. Татьяна посмотрела ему вслед и глубоко вздохнула. Перспектива скорого возвращения домой ещё не так давно заполняла все её мысли. А сейчас она обратила внимание на их взаимное притяжение. Как он на неё смотрел, как к ней прикасался…. Она прямо где-то внутри себя почувствовала, как он к ней привязался, и как хотел быть рядом. Но он всё равно не настаивал и держался на расстоянии. Эта робость такого сильного, решительного и могучего человека её по-особому цепляла. А мысли о том, что инициатива может исходить от неё, и всё будет в её руках, невероятно будоражили воображение!